86

Но удара все нет и нет. Зато есть звуки борьбы, и то какой–то вялой борьбы, несерьезной. – Открывай глаза, Бритта, я их связал, – говорит Торвальд, сияя как начищенная монета. – Мы спасены. Давай руку. С небольшим опасением приоткрываю сначала один глаз, потом другой и замечаю трех бандитов, связанных вместе и заботливо прислоненных к стене. – Быстро ты, здорово! – киваю с уважением и не без помощи своего жениха поднимаюсь на ноги. – И что теперь? Поедем дальше? Или, быть может, у них есть портал, чтобы мы не ехали, а сразу переместились. Если честно, я уже очень сильно хочу добраться до твоих владений, мне надоело влипать в неприятности везде, где бы мы не останавливались. – Технически в этот раз мы не останавливались, нас остановили, но я понимаю твое желание. К сожалению, придется подождать, мне нужно, чтобы дядя прислал людей, этих троих нельзя тут оставлять. И дяде я выскажу все, что о нем думаю. Какие бы не были у нас с ним личные проблемы, дело всегда должно оставаться вне этого. А он обещал заняться деревней, но в итоге на нас напали эти трое. – Ваш дядя занялся, мы ведь теперь без работы, – отзывается самый словоохотливый из преступников. – Может, вы все–таки возьмете нас на работу к себе, а? Неправильно мы начали диалог о сотрудничестве, не спорю, но кто из людей не делает ошибки? К тому же вы бы не стали с нами разговаривать по–хорошему. – Какой ты философ, однако, – усмехается Торвальд, подходя ближе к бандитам. Это вызывает у меня здоровые опасения, мало ли, может у них какое–то секретное оружие есть, они его вытащат, нападут и второе пленение будет гораздо хуже первого. – Но нет, работу я вам дать не могу, не всем троим по крайней мере. – Ладно, не троим, а кому дашь? – спрашивает второй бандит. Самый крупный, который хотел меня ударить, молчит, поджав губы, и невидящим взглядом смотрит в стену. – Вы мне так и не дали того, что я просил, а уже торгуетесь. Я такое не люблю, мне новые торгаши не нужны, у меня полно торгашей. Ненавижу, когда упорно выпрашивают и выпрашивают, и ничего не делают. – Не скажут они тебе, на кого работают, они не знают, – отзывается вдруг бугай. – К ним приходили люди в плащах с глубокими капюшонами и скрывали свои лица. Они тебе только подбородки своих заказчиков могут описать, и то не факт, что у обоих будет одинаковое описание, так как магией владеешь не только ты. Голоса тоже наверняка поддельные звучали. Замкнутый круг в общем. Они мелкие пешки, ни о чем, и без них продолжится дело, просто в другом месте, в другой деревне и с большей предосторожностью. – И что же тогда делать? – вырывается из меня. – Простите, – добавляю, когда четыре пары глаз устремляются в мою сторону. – Не извиняйся, любовь моя, вопрос очень даже уместен. Ты ведь не просто так сейчас мне это рассказываешь, у тебя есть предложение, верно? Или ты настолько фанатично предан своим хозяевам, что говоришь мне это, чтобы подразнить?