Глава 9

Пока мы летели к запланированному Крэсом секретному месту, я малость поостыла и успокоилась, решив все же насладиться ощущением полета, раз выпала такая возможность. Тем более, что провернул он всё довольно ловко, ни на миг не позволив даже подумать, что могу упасть с его спины. Наверное, эффект неожиданности сработал. Но моя мстя все равно не заставит себя долго ждать. Это уже дело принципа. Что-нибудь да придумаю. На холодную голову.

Дракон мягко приземляется, слегка спружинив на согнутых лапах и опускается как можно ниже, чтобы мне было удобнее слезть на землю. С любопытством оглядываюсь вокруг, стараясь понять, где мы оказались. Невысокие скалы, омываемые солеными волнами, узкая полоска песчаного пляжа и море. Огромное. Бескрайнее. До невозможности прекрасное. Оно шумит, шепчет, рассказывает свои сказочные тайны, благодарное неожиданно появившимся слушателям. И сегодня это море — для меня, не для невест, съемок, работы. Только для меня. Я стою подставив лицо соленому ветру, словно забыв про все, даже про Крэса. Но он про меня не забыл. Его ладони опускаются на мои плечи и он тихо спрашивает:

— Ну что, Ася? Нравится?

— Нравится, но придушить тебя всё равно охота.

— За что? — смеётся подлый похититель.

— У меня чуть сердце не остановилось. Нельзя было, как в прошлый раз?

— Можно. Но так тебе понравилось больше, — лукаво сообщает драконистое высочество. — Признайся.

Поджимаю губы, вздыхаю. Ну вот что с ним поделать? Явно ведь разузнал о моих увлечениях.

— Признаю. Но больше так не делай.

— Хорошо. Я ещё что-нибудь придумаю, — обещает и берёт меня за руку.

Мне хочется и не хочется высвободить ладонь из его цепких пальцев. Минуту терзаюсь сомнениями, а затем сдаюсь и просто наслаждаюсь чувством тепла, которое, словно, окутывает наши, сцепленные в замок руки. Имею же я право на маленькую, совсем-совсем крохотную слабость. Вот сейчас ей поддамся, а завтра выкину из головы. Напрочь. Бесследно.

— Пойдём, Ася. У меня для тебя ещё сюрприз, — Крэс тянет меня обернуться, и я замечаю тут же рядом за камнем большую плетёную корзину. А на ней сложенный плед и букет полевых цветов. — Держи, — эти самые цветы перемещаются в мои руки, а принц деловито принимается организовывать нам пикник, заранее им спланированный, как оказалось.

Верчу в руках несчастные растения, не зная куда приткнуть сию весьма симпатичную икэбану, чтоб она, пока мы наслаждаемся трапезой и беседой, не завяла, и стараюсь не думать какую смуту в душе у меня поселил этот незамысловатый жест. В конце концов его высочество заканчивает с приготовлениями и плюхается на расстеленный плед, похлопывая ладонью рядом с собой. Осторожно опускаюсь на предложенное место и вручаю букет ему обратно. Крэс удивлённо вскидывает брови, но я не даю ему и слова сказать.

— Не знала, что ты любишь собирать букеты. Флористический талант в тебе определённо присутствует. Но они завянут, пока мы тут будем. Жаль цветочки.

Он прищуривается, смеряет меня возмущённым взглядом, а потом внезапно выдыхает на букет синей дымкой.

— Теперь не завянут.

— Ты что их заморозил?

— Нет, конечно. Просто замедлил их увядание, можно так сказать.

— Это магия? — нет, я конечно знала, что в этом мире она присутствует, но вот так в чьём-то исполнении видела, наверное, в первый раз, не считая порталов.

— Она самая, — улыбается дракон и тянет мне букет обратно.

— Крэс… — начинаю я, но меня бесцеремонно перебивают.

— Ты меня раскусила. Я действительно люблю собирать букеты. Но сама понимаешь, увлечение это не для наследного принца, военачальника и так далее. Прикроешь? Скажешь, что сама собрала? И можно, я тебе буду ещё приносить?

Ох, темнит его высочество, но в таком ракурсе совсем неохота отказываться.

— Куда ж я денусь? Видно судьба у меня такая, тебя прикрывать, — пожимаю плечами и пристраиваю цветочки возле себя, — Но ты уж как-нибудь сдерживай свои порывы… флориста, а то мало ли… Вдруг кто-то пронюхает о твоих неординарных увлечениях…

— Буду стараться изо всех сил, — обещает этот ценитель растительного и прекрасного, принимаясь наконец извлекать из аппетитно пахнущей корзины припрятанную там снедь.

На некоторое время между нами воцаряется благословенная тишина. Не знаю о чём думает Крэс, я же, отдавая должное угощению, не могу не обратить внимание на то, насколько мне с ним хорошо даже просто молчать. Влипла ты, Аська. Пора уже признать это. И пресечь, ибо ни к чему хорошему не приведёт. Но и отказаться от общения с принцем уже невозможно. Да и позволит ли он? Вряд ли. А значит, держим дружескую дистанцию. Дружить с ним мне можно. Френдзона рулит.

— Слушай, а я вот давно спросить хотела, да всё как-то не получается — то забываю, то времени не нахожу. Почему ваш язык так на наш английский похож? — я первая нарушаю молчание вспомнив давно интересующий момент.

— Что за английский? — удивлённо вскидывает брови Крэс.

— Есть у нас на Земле такая страна, Англия называется. Я бы даже сказала, чем-то на вашу похожа. И язык, на котором там люди между собой общаются, почти как ваш. Словно диалекты. Я его знаю очень хорошо, в свое время об этом моя бабушка позаботилась, — помрачнев, вспоминаю с какими усилиями я все детство занималась, не имея ни минуты свободного времени. Ведь моя дорогая бабуля не ограничилась лишь одним иностранным языком, заставив меня выучить также немецкий, французский и испанский. Когда все детишки гуляли на улице, с удовольствием играя в прятки, салки, футбол, я корпела над очередным учебником, искренне завидуя им.

— Ты из-за чего-то расстроилась, Ася? — интересуется принц, моментально заметив перемену в моем настроении.

— Что ты? Тебе показалось, — слегка раздраженно дергаю плечом, не желая делиться невеселыми детскими воспоминаниями. В конце концов бабушка желала мне добра, а то, что не умела любовь свою проявить к маленькой любопытной и непоседливой девчушке, которую ей, не особо интересуясь мнением, навязали, так это не беда. Зато я была всегда одета, обута, накормлена и имела крышу над головой. Да и образованию моему можно только позавидовать. — Так почему?

— Честно говоря, могу только предполагать, — признаётся Крэс. — Драконы всегда умели ходить между мирами при желании и раньше делали это гораздо чаще. Возможно, бывали и в твоём. Вот жители этой вашей Англии и переняли наш язык.

— А может это вы у них переняли? — скептично замечаю я.

— Это вряд ли, — смеётся принц. — Мы всё-таки гораздо дольше живём.

Интересная теория. Знать бы, правда ли это.

— Возможно ты и прав, — задумчиво срываю цветочек рядом со своей лодыжкой и подношу к носу. Пахнет морем. — У нас много сказок про вас, мифов, легенд. Наследили вы знатно.

— Про нас, это кого? Иномирян? — отбирает у меня цветочек Крэс и тоже принимается его нюхать. Хм… Может действительно нравятся ему растения…

— Драконов.

— Драконов? Любопытно… Ты хочешь сказать, что у вас жили либо захаживали в гости когда-то драконы и этому есть подтверждение… И что же они там делали, а Ася? Расскажи мне вашу земную сказку про драконов…

— Нечего рассказывать особо, — пожимаю я плечами, бросая на него взгляд из под ресниц. — Прилетали, жгли села, крали принцесс, рыцарей ели и накапливали несметные богатства.

Услышав про рыцарей, Крэс, как раз жующий мясной пирог давится кашлем. Любо дорого смотреть на его выпученные глаза.

— Да ты не волнуйся так, — похлопываю мужчину по спине, — Иногда, за неимением рыцарей, овец воровали и ими восполняли потери белка. Не все ж человечиной питаться. Говорят — это вредно.

— Допустим, такие вот мы были человекоеды, что конечно, кра-а-айне маловероятно. Но зачем принцесс крали? Ведь их не ели, как я понял. Или принцессы не такие вкусные, как эти ваши рыцари?

— Вот тут я сомневаюсь. Но нет, не ели. Женились.

— Что правда? — снова удивленно смотрит на меня принц.

— Откуда я знаю. Это ж сказки и легенды. Кто его знает, для чего твоим предкам земные девицы нужны были.

— А я вот вполне могу предположить, — игриво подмигивает мне ящер-обольститель.

Вот не сомневаюсь ни капельки, что он уже не просто предположил, а и увидел творимое с принцессами его предками во всех красках. Пошляк.

— Хочешь пройтись у воды? — внезапно интересуется Крэс.

— Хочу. А тут можно спуститься?

— Со мной? Обижаешь. Конечно, можно, — поднимается на ноги дракон и протягивает мне руку.

— Полетим? — скептично поднимаю я брови.

— Нет. Тут тропинка есть, — подмигивает он.

Тропинка это конечно хорошо, но солнце уже почти село и у меня возникают вполне здравые опасения, что я с этой тропинки могу замечательно так навернуться. Цепляюсь за его ладонь, поднимаясь. А в следующий миг оказываюсь у Крэса на руках.

— Эй ты что творишь?!!

— Помогаю спуститься. Не могу допустить, чтобы мой любимый режиссёр себе ноги переломал, — как ни в чём не бывало отвечает принц, шагая куда-то к камням у края.

— Поставь меня немедленно. Я и сама могу, — пытаюсь воззвать к его здравому смыслу. Но кто бы меня слушал?

— Ась, перестань. Я в отличие от тебя прекрасно вижу в темноте, а тут очень крутой спуск. Ты ведь на мне уже летала. Чем это отличается?

Сказала бы я чем. Одно дело сидеть на шее крылатого ящера, а совсем другое, когда тебя обнимает и прижимает к себе мужчина, который нравится. И плевать, если этот ящер — тоже он. Хотя… А как ощущает меня он, когда я верхом сижу? Эм, опять этот румянец предательский появляется, стоит только подумать о его возможных ощущениях.

Вопрос так и и вертится на языке, но я благоразумно его прикусываю. Или спросить? Эх. Спрашивать или не спрашивать? Интересно ведь.

— Крэ-э-эс? — медленно тяну его имя давая себе шанс передумать.

— М? — вопросительно мычит он, даже не запыхавшись от транспортировки моей тушки.

— А что ты чувствуешь, когда девушка на тебе? — мой дракон спотыкается, чертыхается, едва не роняет меня из рук и, в конце концов, останавливается на полпути, от греха подальше.

— Тебе в подробностях описывать? — с очень странной интонацией уточняет он.

— Не знаю. А что, много подробностей? — деловито интересуюсь, вспоминая свое малейшее движение на драконьей шее.

— Ну, как тебе сказать?.. В зависимости от того, что девушка… умеет и делает… в это время, — как-то подозрительно медленно, даже слегка запинаясь, начинает мужчина. Тут в мою пустую, словно корыто, голову закрадываются смутные сомнения, и я решаю уточнить:

— А что, чтобы летать на драконе нужны какие-то супер сложные умения?

— А, ты про это? — как-то сразу расслабляется принц, — Я даже не знаю как тебе описать… Ты у меня первая…И очень приятная… наездница.

Его последние слова приятно согревают моё сердце, а потом до меня доходит смысл первых. Если он не об этом, то о чём… Ох, вот я балда наивная! Румянец теперь уже не только щеки мои заливает, я вся, как рак, красная становлюсь. А он ещё и посмеивается.

— Я тебе по секрету скажу, — заговорщически произносит Крэс, склоняясь к моему уху, обдавая меня своим жарким дыханием. — Чтобы летать на драконе, гораздо важнее его умения, а не девушки.

И шагает дальше вниз по тропинке, а я на этот раз сразу улавливаю подтекст сказанной фразы. Вот пошляк… И ведь опять меня тянет задать вопрос, который задавать не следует. Представляю, что он скажет, а ещё лучше покажет, если я уточню, насколько лично он умел. Ух, обмахнуться бы чем-то, да не хочу настолько палиться. И так уже Крэс посматривает на меня со странным интересом. И ноздри хищно подрагивают. Про нюх спрашивать тоже не буду. Меньше знаешь, крепче спишь.

Когда мы наконец выходим на пляж и принц отпускает меня, чувствую настоящее облегчение. А стоит волнам омыть мои босые ноги все лишние мысли и вовсе вылетают из головы. Как же хочется искупаться. Жаль, что я без купальника. Да и не знаю, как тут принято. А при принце и вовсе рисковать не буду. Слишком уж он неоднозначно на меня действует.

Зарываюсь пальцами ног в белый, как снег, песок и вдыхаю полной грудью этот бесподобный воздух. Хорошо-то как.

— Спасибо, Крэс, — срывается с моих губ естественное, как дыхание.

— Я счастлив, что смог порадовать тебя, — произносит стоящий рядом мужчина. И смотрит… смотрит на меня так, что внутри что-то переворачивается. Не надо так. Не надо. Я ведь могу и поверить, что особенная для тебя.

Отворачиваюсь и бреду прочь, наслаждаясь этим чудным вечером с привкусом лёгкой грусти. Море играет у ног, смывая прочь тяжкие мысли, даруя умиротворение и ощущение правильности. Вот идти бы так вечно, слушая этот извечный шёпот, смотреть на блики лунного света на воде и чувствовать рядом Его.

Не знаю, как далеко я бы ушла. Время потеряло своё значение. Но меня останавливает рука Крэса, ухватившаяся за мою ладонь.

— Смотри, Ася.

Я не сразу понимаю, на что он показывает. А потом замечаю странное разноцветное мерцание в море. Принц увлекает меня за собой, и мы заходим в воду по колени, пока огоньки не приобретают для меня очертания.

— Что это? — спрашиваю завороженно.

— Лемунарии, — отвечает Крэс, тоже не отрывая взгляда от нескольких десятков, похожих на медуз, существ. Но гораздо более ярких и нежных, словно невесомые, прозрачные цветы. Интересно, они также пребольно умеют жалить, как и их земные сородичи? Завороженно делаю еще шаг вперед, стараясь рассмотреть это чудо поближе. Крэс ступает за мной и обнимает за плечи, заметив мою дрожь то ли от волнения, то ли от прохлады. Расслабляюсь в его объятьях, наблюдая за необычным зрелищем.

Эти, как их там, лемунарии просто волшебны. Они светятся синим, фиолетовым, салатовым, розовым, переливаются в свете огромной полной луны, танцуя свой прекрасный танец. Изящные шляпки с точеными прозрачными лепестками мягко колышутся на поверхности воды, животные выстраиваются в круг и начинают медленно кружиться, потом шляпки поменьше формируют маленький кружочек, а большие расплываются в стороны, и снова приближаются к мелким. Проделав такое пару раз, эти экзотические медузы снова сливаются в единый хоровод и начинают по очереди гаснуть и зажигатся, сначала мелочь, а потом большие, становясь похожимы на огромную новогоднюю гирлянду.

— Что они делают? — шепотом спрашиваю я, ни в силах оторваться от столь прекрасного завораживающего видения.

— Выбирают себе пару? — шепчет мне на ухо Крэс, — Видишь, те, что поменьше, самки, но они и более яркие. Заметила? Огромные — самцы. Сейчас каждый из них, выберет себе спутницу жизни….

Мальчики и вправду, начинают разрушать круг, по очереди подплывая к какой-то из крохотулек, обхватывают ее щупальцами и формируют что-то наподобие большого двухъярусного цветка, который начинает играть всеми цветами радуги, закрывая и открывая лепестки. Это длится не больше минуты, затем цветок полностью закрывает листики, превращаясь в бутон, и погружается в воду. Так происходит с каждой парой пока все они не исчезают.

Перед моими глазами всё еще проплывают узоры увиденного, в душе царит щемящий восторг и кажется, что мне сегодня подарили настоящую сказку. Даже слёзы наворачиваются, так это было прекрасно.

Поворачиваюсь к Крэсу и заглядываю ему в глаза. Даже не замечаю, как сжимаются на талии сильные руки.

— Спасибо. Они невероятные, чудесные…

— Это ты чудесная, — выдыхает принц, склонясь ко мне. Миг и его губы нежно касаются моих.

Цепляюсь беспомощно за широкие плечи, комкая белую рубашку. Оттолкнуть бы его. Отстраниться. Да только нежная властность этих губ, уверенный захват сильных рук, и жаркая мощь прижавшегося ко мне тела что-то странное творят с моими мозгами и рассудком, который я привыкла считать здравым. Как нецелованная девочка, я таю от его прикосновений, от неспешной, зажигающей пламя в крови ласки и забываю обо всём и обо всех. Разве было в моей жизни что-то до него? Сейчас не смогу вспомнить, даже под угрозой смерти. Да и зачем? Зачем, если есть он? Он. Крэс. Мой принц. Да вот только не мой. И моим никогда не будет. Не мой.

Словно ушат ледяной воды обрушивается на мою бедовую голову. Со стоном отрываюсь от своего запретного наваждения, упираясь кулаками в широкую грудь.

— Крэс… — с каким-то даже ужасом смотрю в его глаза. — Зачем? Ты же… Я же… Нам никак нельзя…

— Ася, — потянувшись ко мне, заправляет за ухо прядь растрепавшихся волос, второй рукой все еще обхватывая мою талию. — Я больше так не могу. Не могу сдерживаться, улыбаться невестам разыгрывая внимательного жениха, ходить на свидания, уделяя им внимание в то время, когда единственная девушка, которую я хочу видеть рядом с собой, для меня запретна.

Его слова вызывают шквал эмоций, которые я не в силах контролировать. Боже мой! Что же теперь делать?! Я думала, что это я только влипла, а оказываеться мы вдвоем, и от этого еще больнее. Больнее от осознания, что нам никогда не быть вместе. Теперь я, как никто другой, понимаю Ромео и Джульетту, их горечь и тоску, гнет ответственности и желание просто быть рядом с любимыми.

— Крэс, — едва не плачу я, — Зачем ты мне это сказал? Ведь теперь нам будет еще труднее. Как я после такого смогу помогать тебе выбрать жену? Это жестоко. Ты жесток!

Пытаюсь отвернуться, чтобы не видеть его, но мне не позволяют.

— Я откажусь. Больше не будет никого… — горячно начинает он, но я закрываю ему рот ладонью.

— И что?!! Ты соображаешь, что говоришь? Ты кто? Дракон. Тебе двести восемьдесят лет и ты проживёшь ещё до тысячи а то и больше. А я — человек. Уже через пятьдесят я буду древней старухой. Мы несовместимы, Крэс!!! Опомнись!!!

— Я что-нибудь придумаю. Мы найдем выход. Лучше жить с любимой пару десятков лет, чем тысячу влачить жалкое существование с чужой женщиной.

Любимой? Он, правда, это сказал? Закрываю глаза, зажмурившись до звёздочек под веками. Боже, за что же так больно? Больно, но нужно прекращать это сейчас. Отрывать одним движением, как пластырь. А там может и заживёт когда-нибудь.

— А дети? Наследники? Ты подумал о них? Ты — принц! У тебя обязанности! — произношу устало, отталкиваясь от него.

— У меня молодой отец, ему еще править долго и очень-очень долго. За это время вполне могут появиться и другие наследники, — пожимает плечами он, как будто не видя проблемы. Но она есть! И так! Как пластырь:

— Тогда я увольняюсь! И завтра же возвращаюсь домой.

— Я не отпущу!!! — рычит он, наступая на меня.

— А твой отец? Как думаешь? Что он скажет? Уверена, самолично отправит меня в мой мир, хорошо если не пинком, — тут я конечно превираю. Не думаю, что Вэлиандр может поступить настолько грубо. Пинка мне можно не опасаться, а вот выбрасывания за шкирку, как нашкодившего котёнка, вполне, и хорошо если я потом хоть какую-то работу смогу найти.

— Все равно не отпущу! — до боли сжимает меня в объятьях, так, что даже косточки хрустят, и я не в силах пошевелиться. — А хочешь, уйду с тобой в твой мир?

Хочу, очень хочу! Даже больше жизни! Но незачем ему этого знать…

— Крэс, — принимаю я единственно правильное, как мне кажется, решение в таком случае, — Ты у меня забыл спросить, люблю ли я тебя…

— А ты?..

— А я тебя… не люблю, — говорю жестокие и неправдивые слова, чувствуя, как мое сердце разрывается на маленькие кровоточащие кусочки. — Ты замечательный, но для меня — просто друг.

— Я тебе не верю, — побледнев, произносит, всматриваясь в мои глаза.

— Почему? Я ведь никогда не давала тебе повода думать иначе, — я с трудом выдерживаю его прищуренный взгляд, как никогда боясь, что какой-то своей драконьей чуйкой он поймёт, как сильно я вру. — Поэтому, думаю, нам не стоит видеться, и я действительно вернусь домой.

Лучше так, чем продолжать вести этот проклятый отбор.

Он вскидывает брови, на мужественном лице играют желваки. Огромный. Яростный. Сейчас принц окружен такой мощной аурой, в нём столько силы, что даже с закрытыми глазами нельзя принять Крэса Ледяного за обычного человека.

— Зачем? Если я тебе безразличен, то разве тебе сложно остаться?

— А тебе? — с вызовом смотрю ему в пылающие ледяным пламенем глаза

— А я как-нибудь с собой справлюсь. Или тебе не так уж и всё равно? Убежишь? Я ведь найду тогда.

Это жестоко. Жестоко заставлять делать такой выбор. Остаться и смотреть, как он выбирает себе жену? Хуже. Помогать ему её выбирать. Или уйти, дав понять, насколько он мне небезразличен? Насколько я сама увязла в любви к нему?

— Хорошо, я остаюсь, — принимаю болезненное для себя решение, понимая, что это разговор выжал из меня последнии силы, оставив в груди зияющую пустоту. Но лучше уж так, чем он будет терзаться сомнениями, искать встреч и надеяться на что-то. — А теперь отнеси меня, пожалуйста, домой. Я очень устала, завтра предстоит тяжелый день.

Стараюсь не думать, как я завтра буду готовить девушек к свиданию с мужчиной, которого люблю всем сердцем, давать советы, как лучше привлечь его внимание, или подсказывать ему, что спрашивать у потенциальных невест, каким образом приобнять, подать руку или, вовсе, ее поцеловать.

Крэс щурится, окидывает меня недоверчивым взглядом, отходит на несколько шагов и молча превращается на моих глазах в ледяного дракона. Вот и закончилось моё сказочное свидание. Сажусь на него и в последний раз пытаюсь насладиться незабываемым ощущением полета, даже не замечая соленые капельки на щеках, которые тут же высушивает ветер. Прощай, мой Крэс…