Глава 43

Динар ожидал, что проклятье исполнится как-то более…. зрелищно. Молнии, гром, яркие магические вспышки, межпространственный тоннель — ничего этого и в помине не было.

Только что мужчина лежал на траве и поглядывал на пререкающихся Майю и орка, а потом, казалось, всего лишь моргнул — и оказался в ином мире.

Холодный пол, который он ощутил под ладонями, отрезвил вмиг. Надо было подниматься и быть готовым к любым поворотам!

Динар вскочил на ноги и огляделся: было не темно, тусклый свет лился в помещение через узкие длинные вертикальные окна под потолком-куполом. Ротонда.

Мужчина нервно сглотнул, оглядываясь по сторонам: дверей не было или, по крайней мере, не было видно. Помещение просторное, овальное. Вдоль стен расставлены статуи каких-то странных существ, больше всего напоминающих грифонов.

Сердце колотилось, страх неизвестности душил и заставлял искать взглядом выход, которого не было. Тишина. Звенящая тишина давила на уши, подстёгивала страхи.

Динар был готов смириться с судьбой, как ему казалось. Казалось ровно до тех пор, пока он не познакомился с Властей. Теперь он здесь, а она — там. Рыжеволосая Майя была плохим бойцом, а орк имел силу, лишь пока оставался орком… Что, если он станет нормальным? Как тогда эти два человека спасут Властелину?

Она красива. Красивей Динар в жизни не встречал! И потому понимал: на отборе Микаэль точно заметит её! Она нежна и мила — проиграет в отборе, это очевидно. Но отпустит ли её Микаэль? Конечно, нет. Брат оставит её при себе, и от мысли об этом хотелось крушить всё вокруг. Перевоплотиться в дракона и разнести стены, что сдерживают его здесь, а потом выбраться из чужого мира!

У него не было шансов, пока он человек. И потому Динар сложил ладони, словно намереваясь молиться своим богам, и начал превращаться.

Перевоплощение почти не заняло времени, но Динару показалось ужасно долгим. Он спешил. Надо было скорее со всем разобраться! Никакое проклятье не удержит его здесь, пока Властя в опасности!

Лазурный дракон с силой ударил об пол могучим хвостом, и по гладким каменным плитам поползли трещины, словно это был не камень, а тонкий лёд на озёрной глади.

Тонкие, изломанные, они расползались от места удара во все стороны, напоминая паутину. Треск камня терялся за шумным нервным дыханием огромного зверя. Он с неистовой силой ударил о пол вновь, и трещины пошли сильнее, но толку от этого не было.

Пол оказался крепким. То ли Динар попал на первый этаж неведомого здания, то ли перекрытия здесь были рассчитаны даже на такие нагрузки, как удары дракона.

Он полыхнул огнём, отчего пол покрылся слоем чёрной копоти, но и это не дало результата.

Динар посмотрел вверх, на окна. Там отлично просматривалась толщина стен. Мощные, каменные — такие не пробить даже ему.

А если его поместили в эту ротонду, чтобы он умер здесь от истощения? Ужасная, мучительная смерть… Ему обещали не это, но, пожалуй, выбирая между рабством и смертью в холодной ротонде, он бы выбрал второе. Только не сейчас. Из-за Власти ему не подходили оба варианта, и потому он взмахнул крыльями и взлетел вверх, под купол.

Там, где окна, было самое слабое место — туда он и решил бить. Отлетел к противоположной стене, разогнался и ударил плечом в стену, но эффекта это не дело никакого — стены не трещали, они стояли непоколебимым препятствием и этим начинали пугать.

Динар повторил свой удар снова. И снова. Но это не приносило результатов, только плечо наливалось пульсирующей болью, которую Динар не замечал в пылу отчаянья.

Ослабев, он спустился вниз, чтобы отдохнуть. Но внезапно со странным скрежетом окна начали закрываться ставнями снаружи, лишая света и… доступа воздуха.

Динар смотрел на то, как полоски света сужаются, а затем и вовсе исчезают, как исчезали и его шансы выбраться отсюда живым.

Он дышал часто и понимал, что надо перевоплощаться — иначе воздух скоро иссякнет. Он не хотел в это верить, но дышать становилось всё тяжелее. Такая огромная зверюга, как дракон, потребляла слишком много кислорода, а никаких изменений в ротонде больше не происходило.

Динару ничего не оставалось, как стать человеком — так он мог протянуть дольше, набраться сил, а потом потратить их на последний рывок: стать драконом и в постараться пробить стену… в последний раз…

И он перевоплотился, оказавшись лежащим на треснутом почерневшем полу, тут же перепачкав брюки, бок и ладони в копоти.

Откуда-то по полу всё-таки несло сквозняком. Припав к полу, можно дышать. И можно попытаться найти ту щель, с которой дует. Может, там дверь? Или просто трещина в стене? Хорошо, если второе — можно попытаться пробить её там.

Он пополз, ориентируясь на слабый поток воздуха. Треснутый камень царапал ладони до крови, драл ткань брюк, но Динар старался не думать об этом, как и о немилосердно болящем плече.

Добравшись до стены, он нащупал дверь. Странная, отлично замаскированная — такую просто так не заметишь. И тем более. не откроешь.

Но, к удивлению Динара, она начала открываться сама. Полоса ослепляющего света ворвалась в ротонду, и Динар зажмурился, жадно вдыхая воздух полной грудью.

Стараясь успеть надышаться, он упустил момент, когда к нему приблизились и рывком подняли на ноги в четыре руки. Он хотел посмотреть на тех, кто пришёл к нему, но на глаза легла тёмная повязка, и чьи-то уверенные руки прочно зафиксировали её на его голове, затянув на затылке тугой узел.

Динар попытался вырваться, но его руки завели за спину, предварительно сунув каждую в отдельный мешок. Они знали, кто он! Знали, как он перевоплощается и потому изолировали его ладони!

Он рванулся в сторону из последних сил, расталкивая врагов. Врагов — потому что любой, кто хочет лишить его возможности становиться драконом — враг.

Растолкать у него получилось, даже вырваться из рук — тоже, но, ничего не видя и ориентируясь на ощущения, он не заметил, что врагов стало больше.

Получив жёсткий удар в живот, Динар непроизвольно согнулся.

— На колени, — приказал женский голос.

Динар замер, обдумывая происходящее. Так: он и правда в мире матриархата. Его не убьют, его заперли в ротонде, чтобы ослабить, а теперь начнётся то самое проклятье, которое ему сулили…

— Мне надо в мой мир, — прохрипел он, заходясь кашлем. — Я вернусь. Мне надо спасти девушку, и я вернусь. Обещаю.

— Обещание мужчины не стоит и гроша во всех известных нам мирах, — зло усмехнулся другой женский голос, после чего Динара ударили под колени, вынуждая повалиться на пол.

Впрочем, четыре руки удержали его, поставили на колени, как и планировалось.

— Вы же за женщин, — продолжил мужчина. — Там, в моём мире, осталась девушка, которая станет наложницей моего брата, если я не вмешаюсь… — Ему казалось, это логично и есть шанс достучаться до этих воительниц.

Но вместо ответа ему сунули в рот кляп, намекая, что слушать не намерены.

Динар вздохнул, стараясь подавить злость. Нужно мыслить трезво. Сколько вокруг него людей — непонятно, но из того положения, в котором он находился, бой вести не получится, перевоплотиться — тоже.

— Ты прибыл из иного мира и ответишь за всё, что пришлось терпеть женщинам твоего мира от тебя! — торжественно объявили ему.

Динар нервно сглотнул, хотя проклятый кляп мешал нормально сделать даже это. Появилось ощущение, что его с кем-то путают: ему совершенно не за что расплачиваться! Разве что за ночь со Златой, но она совершенно точно сама всего хотела.

Послышались шаги и приветствия — появился кто-то ещё.

— Приказано отвести в камеру и заковать в цепи, — сообщил этот кто-то, и другой голос скомандовал Динару:

— Поднимайся! Пойдёшь с нами!

Мужчина поднялся, но идти никуда не собирался. Из цепей и из камеры ему точно не выбраться! Значит, надо бороться до последнего, хоть и силы не равны!

Рывком он освободился от хватки, отшатнулся назад, отступая в ротонду. Почувствовал движение справа — ударил ногой и, кажется, попал. Женский голос взвыл, потонув в разъярённом вопле остальных.

Динара повалили на пол и принялись бить с не присущей женщинам жестокостью. Он сгруппировался, ощущая, как острые края камня у трещин на полу царапают его лицо. Было не жаль — пусть так. Может, на раба, чьё лицо залито кровью, никто сразу и не позарится, так что получится выиграть время.

Он не помнил, чем всё закончилось — кто-то обрушил удар на его голову, и сознание покинуло его.