Глава 47

Но, конечно, они не стали тратить зря время. Вызвали с телефона Тирона экспресс-такси до замка, естественно, за счет Динара, но как рассудили все — спасшись, тот не будет сильно расстроен лишним тратам.

И собирались покинуть клуб. Властелина буквально вприпрыжку поскакала первой, Олег, грузно, в развалку — за ней. И только Майя чуть подзадержалась: она бережно, самыми кончиками пальцев коснулась танцующего Тирона.

— Спасибо вам…за этот мир и…прадедушку, — тихо но искренне проговорила она. — Но почему, — слова давались отнюдь нелегко, — вы сделали Лазаря таким? Вампиром?

— Потому, что герой не должен быть идеальным, — тепло улыбнулся Тирон, а Майя видела истинную мудрость веков в его всегда с хитринкой взгляде. — Он должен совершать ошибки и сочетать в себе все оттенки, а не только черное или белое.

Майя благодарно кивнула, а Тирон продолжил танец, словно никакого философского разговора и не было. Краем глаза девушка увидела, как Олег, притормозив, развернулся и, выцепив ее взглядом, многозначительно показал на лапу, как будто постучал по наручным часам. Видимо, подогнать решил.

«Не будь нужен наш поцелуй, он с радостью оставил бы меня тут», — с горечью подумала Майя.

Вздохнув, она понуро направилась к орку. Вот только один из танцевавших неподалеку краснолицых громадных демонов резко пошатнулся и едва удерживая равновесие преградил ей путь.

— Ай, прости, милашка, — заулыбался он оскалом, пьяной скалой возвышаясь на Майей. — Потанцуй со мной в знак мира, — схватил он ее за запястье и резко прижал девушку к себе.

Обычно в таких случаях Майя спокойно «принимала» приглашение и вытягивала из нахалов энергию. Но в этот раз страх сковал все тело прочными, больно колющими, путами. Демон потащил Майю так, что та едва передвигала ногами, но резко затормозил и вскрикнул: зеленая ручища чуть не до хруста сжала плечо.

— Сам отпустишь или помочь? — зло спросил орк. Демон разжал руки, небрежно отталкивая девушку так, что Майя шлепнулась на пол, и развернулся. Несколько долгих, кажущихся бесконечными секунд противники буравили друг друга взглядами. Но в итоге демон, презрительно фыркнув, отмахнулся и ушел восвояси, а Олег поспешил наклониться к так и сидящей на танцполе Майе.

«Пятница, блин», «Неприятность на мою голову», — ожидала услышать Майя.

Но вместо этого Олег подхватил ее на руки и прижал к себе:

— Ты в порядке? — его голос звучал очень обеспокоенно и … ласково, без тени раздражения. И Майя немного приторможено кивнула. — Хорошо, — выдохнул он.

Олег совсем немного пронес ее до выхода, но Майя была готова поспорить на что угодно, он прижимал ее к себе, как не прижимают обычную знакомую, и спустил на землю, лишь когда удостоверился, что мелкая дрожь у девушки прошла.

* * *

В замке они буквально неслись к западному крылу. Причем, Властелина бежала даже быстрее орка, маленькая и хрупкая она чуть ли не сшибала незапертые двери.

И вот наконец, Олег стоял напротив Майи, а рядом с ними, привалившись боком к стене, стояла Властелина.

— Давайте уже быстрее! — поторопила она, кутаясь в палантин: в западном крыле было прохладно, а кроме платья, девушка так и не разжилась одеждой.

— Знаешь что, — обратился к ней Олег недовольно. — Это ты можешь влюбиться в дракона за полдня. Не все таким могут похвастаться! Дай Майе время!

Майя округлила глаза. Не обманывает ли её слух? Он назвал её не Пятницей, да и вообще… сама формулировка говорила о том, что…

— Мне? Мне надо дать время? — переспросила она. — То есть, ты готов поцеловать меня?

— Ну да, — подумав, признал Олег. — Это нормально: ты привлекательная женщина, мне не требуется морально подготавливаться к поцелую с тобой. А я орк, так что… как будешь готова — дай знать.

Они стояли рядом, но не касались друг друга, лишь пристально смотря в глаза.

Майя улыбнулась: прозвучало мило. Вечно заносчивый Олег признавал, что поцелуй с ним — это не подарок. И даже не стал издеваться, а признал, что поцеловать её, Майю — это просто и совершенно не отвратительно.

— Помню, ночью в моём доме ты не очень-то счёл меня привлекательной, — кокетливо заправила она прядь за ухо и потупила взор.

— Ты была моей клиенткой, а у меня свои принципы, — пояснил Олег. — Сейчас, думаю, это не имеет значения.

Чужой мир стирал прежние преграды, изменял восприятие друг друга и оставлял лишь всё самое истинное и правильное. И поцеловать Майю было бы правильно. Конечно, исключительно потому, что от этого зависела жизнь Динара.

Странно, но никогда прежде Олег так не комплексовал, как сейчас. Даже сарказм куда-то спрятался, оставив его совершенно одного, наедине с осознанием несовершенства своего тела. Да даже прыщавым десятиклассником он целовался без каких-то подобных чувств и мыслей! А сейчас только и мог думать, каково бедной Майе будет касаться своими нежными губами его грубых орочьих губ… И это их первый поцелуй! Она запомнит поцелуй с ним, с Олегом, вот таким вот отвратительным!

Стоп. Иначе и быть не могло! Потому что ни при каких иных обстоятельствах этого поцелуя бы просто не было!

Но всё равно хотелось бы, чтобы её было приятно… ну или хотя бы не отвратительно… Она ведь говорила, что даже никогда не писала про межрасовые союзы — а тема-то популярная!

А он ведь ее еще и обидел в клубе, злой был, за ходом мыслей не следил. Отвратительность в квадрате получается: целоваться с орком, который, как она считает, ее ненавидит. А это ведь не так. Олег пытался объяснить это еще в клубе, но теперь чувствовал, что вышло не очень хорошо. Он печально вздохнул, глядя, как Майя смотрит на него, и склонился к ее уху.

— Прости за клуб, — тихо прошептал он, — я рад, что Лазаря отправили в наш мир.

Сердце Майи замерло и сделало удар.

— Представь кого-нибудь, так будет проще, — посоветовал орк, отстранившись и улыбнувшись кривой улыбкой.

Так хотелось как-то съязвить или подколоть Майю, попытаться разрядить обстановку, но она казалась такой растерянной, маленькой и милой, что слова не шли к нему. Да и хватит, уж наговорил, «умник».

— Ты прав! — неожиданно воодушевилась она. — Сейчас представлю! — и она закрыла глаза, мысленно закончив фразу: "И даже не надо думать — кого. Я представлю тебя".

Майя и сама запуталась в своих чувствах к Олегу, настолько, что уже и не надеялась, а может и не желала, распутываться. Но одно признала точно: она не равнодушна к нему. И несмотря на все обиды и разногласия, не может долго сердиться на Олега и отогнать то щекочущее тепло в душе, что появляется, когда он рядом. И представить кого-то другого сейчас — казалось, кощунственным, неправильным, таким, что хочется кричать.

Девушка храбро шагнула вперед. Обычно в своих романах она описывала подобные моменты примерно как: мир вокруг сузился до одной единственной точки, его чувственные пухлые губы манили, хотелось скорее прикоснуться к ним, попробовать на вкус. Вот только губы у Олега сейчас не очень чувственные были, а глаза Майя так и не открыла. А потому вздрогнула от неожиданности, почувствовав сильную лапищи, легшую на ее талию. Это грубое прикосновение разительно отличалась от того, когда Олег массировал ее. Тогда его руки были такими нежными. Но и тогда и сейчас, и с врачом-массажистом, и в объятиях орка Майя чувствовала себя как никогда спокойно и защищено. Она чуть выдохнула, полностью расслабляясь. И на ощупь обвила массивную мускулистую шею.

От Олега-врача пахло дорогим парфюмом с ароматом легкого морского бриза. От орка — ночным клубом и алкоголем, но это не отвращало. Напротив, захотелось, как кошке — уткнуться в него носом и замурчать, мягко массируя лапками с коготками по спине.

Майя чувствовала как вздымается его грудь, как участилось дыхание и как сильно бьется сердце. Она вспомнила его наглые светлые, всегда с насмехающейся смешинкой, глаза и растрепанные русые волосы. Хотелось, чтобы он вновь стал таким. Но не ради себя, не потому что ей было бы приятнее целоваться с мужчиной, и даже не потому что в глубине души она до дрожи и коликов хотела поцеловать этого мужчину. А ради него самого. А чтобы расколдовать его, нужно вернуться домой, но вначале спасти Динара. Иначе они себе этого не простят. В первые в жизни в объятиях сильного мужчины Майя думала не о себе и своих потребностях, а о других.

Девушка прижалась своей щекой к его: чуть шершавая грубая кожа. Медленно провела губами, осторожно, едва-едва касаясь клыка. И совсем не страшно. И совсем не противно. Это ведь Олег. Такой уж какой есть. Его сердце, замедлившись, теперь стучало с долгими паузами. Он хотел было отвернуться, отстраниться, но Майя ловко положила ладонь на его щеку, останавливая, чтобы даже и не думал. И мягким плавным движением коснулась губ.

Мир взорвался на миллионы ярких огней — но даже это не описывало и крохотной доли того, что испытывала Майя. Хотелось целовать и целовать его. Хотелось, чтобы его руки и дальше беспорядочно, исступленно бродили по ее телу. Пусть зеленый, пусть орк, пусть два образа: человеческий и нет — уже смешались в голове. Только бы Олег и дальше целовал ее. Прижимал ее губы к своим, легко, осторожно и касался самым кончиком языка, дразнил. И как только этому великану удается быть таким нежным и напористым одновременно.

— Ребята! Получилось! — прервала их Властелина, с воодушевлением смотря на открывшийся позади пары сверкающий портал.