2

Вскоре тайный ход окончился на ступенях лестницы «Башни призраков невинно убиенных». Усатый стражник ловко проводил меня через патрули и охрану, имевшуюся здесь повсюду.

Но в отличие от штаба официальной власти в ставке принца все вели себя сдержанно, не было слышно ни хохота, ни шумного обсуждения текущих событий.

На лицах людей, среди которых я увидела и инквизиторов в фиолетовых мантиях, была написана тревога пополам с готовностью отдать жизнь за свои идеалы.

Я плохо разбиралась в местной политике, но понимала, что эта борьба гораздо серьёзнее, чем противостояние нового короля и сына умершего монарха. Суть крылась в каких-то разногласиях в видении внутренней и внешней политики.

По крайней мере, так я успела понять из слов родственников Арисы. Да, тех самых, которые слили её при первой неудаче.

За таких милордов я уж точно не собиралась отдавать жизнь!

В покоях принца была толпа, но и здесь все смиренно ждали аудиенции. Усатый стражник подвёл меня к Хедрику и попросил доложить о нас.

Слуга смерил меня таким взглядом, будто хотел сказать: «Вы ещё живы? Очень жаль», – но поклонился и поспешил в апартаменты. Мне оставалось только ждать.

– Можете присесть, миледи! – стражник указал на свободное кресло.

Некоторые лорды поспешили встать с мест, желая показать свою лояльность, какие-то руки набросили на плечи плед. Он был гораздо теплее, чем тот, что у меня отобрали.

– Входите, ваша милость, – подчеркнул моё положение вернувшийся Хедрик.

Он ни за что не желал видеть во мне жену принца, хотя остальные, по крайней мере, большинство, уже признали в моём лице супругу их лидера. Пусть пока и неофициальную.

Я вскочила на ноги, забыв о приличиях. Да и кому сейчас до них дело?

При мысли, что я сейчас увижу его, сердце зашлось в таком ритме, что обзавидовался бы любой ди-джей. Кровь бросилась в лицо, и мне показалось, что я сейчас упаду.

Усатый стражник, имени которого я так и узнала, подал руку, предлагая опереться. Я взглядом поблагодарила и спросила:

– Как ваше имя?

– Брим Сирл, миледи. К вашим услугам.

И он поклонился гораздо ниже, чем того требовал этикет.

– Благодарю вас за всё. Вы не раз спасали меня. Его высочество вас отблагодарит.

– Мне достаточно, что вы и мой король довольны.

Усатый поклонился ещё раз, и я поспешила туда, куда звало меня сердце.

Странно, с принцем нас почти ничего не связывало, не считая ребёнка, если он и вправду существует, но при взгляде на него я чувствовала, почти осязала, что мы с ним из одного теста.

Будто наши души когда-то разъединились, чтобы теперь найти друг друга даже в разных мирах.

Я остановилась у порога. Двери закрылись за спиной, отступать было некогда, и вдруг силы покинули меня.

Принц, склонившийся над столом, где были разложены артефакты, резко поднял голову, и наши взгляды встретились.

И тут же, будто невидимая фея взмахнула волшебной палочкой, чувство гнетущего несчастья, преследовавшее со времени злополучной охоты, покинуло меня.

На душе сделалось легко и весело, хотя поводов для этого было немного.  Хотелось танцевать и хлопать в ладоши, заливисто смеясь.

В глазах принца мелькнули зелёные искорки, я видела их даже отсюда, с расстояния в пять шагов. А потом время свернулось пружиной, и вот я уже оказалась в его объятиях.

– Лиса, я знал, что ты жива! Что вы оба живы! Моя прекрасная непобедимая Лиса!

Леннард не дал мне ответить, да я и не нашлась бы что сказать. Просто млела в его объятиях и бездумно таращилась в родное лицо. Я уже думала, что мы больше не увидимся!

И что я никогда не почувствую горечь его губ. Таких мягких и одновременно страстных, что можно было забыть обо всём на свете. И обо всех пережитых несчастьях и предательствах, и о том, что наше будущее всё ещё туманно.

– Ты знаешь пророчество, которое было сделано много столетий назад ещё для моего прапрадеда? Нет, конечно. «Когда на трон сядет женщина, её сможет свергнуть только другая. За ней будет стелиться аромат мёртвых цветов, а в чреве её будет жить тёмное будущее».

– Это обо мне? – спросила я, спрятав пламенеющее лицо на его груди. Глупо, не первый раз замужем, а краснею, как вечная девственница!

– Лира, старшая фрейлина, сказала так. Я ей верю. Говорят, она никогда не стареет. Просто уходит, а потом возвращается под другим именем. Все верят, что женщины их рода похожи между собой. Я никогда об этом не задумывался, но, может, это всё она? Одна на все времена?

Я слушала и качала головой. Мне сейчас была безоразлична Лира, такая похожая взглядом и походкой на рыжеволосую Анастасию, отправившую меня сюда, и король с королевой. Лишь бы Леннард, чьё сердце билось под моими пальцами, и дальше был так близок.

– У нас мало времени, Лиса. Я хочу кое-что тебе объяснить, – он взял меня за руку и подвёл к столу. – Это боевые артефакты. Я выбрал для тебя три самых безвредных, но они защитят и укроют от глаз врага.

– Ты говоришь так, будто прощаешься!

Я вздрогнула, когда произнесла это вслух.

– Не стану скрывать. Восстание поднято, но до трона ещё далеко. И пути назад нет. Я собираюсь вызвать короля Джэра на дуэль. Согласно древним законам, когда двое равной степени знатности претендуют на трон, всё должны решить Боги. Если я паду, то вся надежда на тебя. Мои доверенные люди переправят тебя за море, там ты будешь жить в достатке и не знать бед. Родишь ребёнка. А всё остальное в руках Неба.

– Я не поеду, – упрямо повторяла я, понимая, что слова Леннарда разумны, а моё упорство говорит лишь о том, что я не хочу терять надежду.

Допустить мысль о том, что мы вот так потеряем друг друга. Когда только обрели по-настоящему. С открытыми глазами.

Мысль причиняла мне боль. Кинжальную, острую.

Будто под ногти вонзались тысячи игл.

– Ты должна. В тебе наше будущее. Только мужчины в моём роду, да и то не все, обладали даром чернокнижника. Это весьма мощная магия, её обладатель свернёт горы.

– Значит, ты это и сделаешь. Победишь узурпатора.

Я заговорила, как они. Я уже и мыслила здешними категориями.

– Думаю, да, Лиса, – он снова обнял меня. Так крепко, что закружилась голова. – Это я так, на всякий случай. Не волнуйся!

Когда так говорят, значит, поводов для волнений более чем достаточно.

– Вот, Хедрик научит тебя, как ими пользоваться.

Леннард аккуратно отобрал три артефакта в виде небольших брошей разного цвета и сложил их в холщовый мешочек. Затянул тесьму и отдал мне в руки.

Когда наши пальцы соприкоснулись, я ощутила лёгкий электрический разряд. И внизу живота стало тепло, будто зажглась лампочка. И что-то запульсировало.

Мотылёк, бьющийся хрупкими крыльями о стекло.

– Ты чувствуешь? – спросили мы одновременно. Я схватила руку принца и прижала её к своему животу.

Теперь у меня не было сомнений в беременности. Это радовало.

И в чувствах принца я не сомневалась, хотя и не могла объяснить, что нашла в его высокомерной горделивой натуре, а он – в моём своенравии.

– Ты станешь моей королевой? – будто между прочим спросил Леннард, обхватив моё лицо длинными пальцами.

– Да, – ответила я и потянулась к его губам. – Да.

Мы снова целовались, на этот раз более страстно, безо всякого оттенка нежности.

Такие ласки кого угодно доведут до исступления, а я никогда не отличалась темпераментом монашки, но вскоре руки разъединились. Сейчас было не место и не время.

– Кольцо за мной, Лиса. И весь мир к твоим ногам.

– Сам вернись живым, – засмеялась я, не желая выдавать тревогу.

Принц выглядел беспечным, словно собирался на заурядную тренировку, но мне не надо было говорить, что бой пойдёт насмерть.

Королём останется только один. Равно как и королевой.