Глава 25

— Вот и верь людям, которые называют некромантов авантюристами!

Кир с легким смешком покачал головой и осторожно сделал первый шаг. Арман не ответил, прислушиваясь к окружающим звукам. В какой-то степени Сфарум можно было назвать его вторым домом. Местом, где обострялись все чувства, поднимал голову внутренний волк. Иногда Арман выпускал его на волю, иногда, наоборот, сдерживал. А, бывало, волк спасал ему жизнь.

Сейчас уже забылось, но изначально Рувели были анимагами, именно поэтому на их гербе до сих пор красовался волк. Не путать с оборотнями! Те обращались в зверя под влиянием эмоций, полной луны и тому подобного, не могли контролировать трансформацию. Анимаги же всегда оставались людьми, просто временами пользовались чужим обликом, силой, возможностями. Волк всегда жил в каждом из них, каждую минуту. Он просто спал, ожидая команды хозяина подарить ему свое зрение или нюх.

— Ну, ты не раздумал насчет Пустошей?

С ладоней Кира слетела серебристая дымка и укутала создателя прозрачным коконом. Арман сдержанно усмехнулся. Сам он в подобной предосторожности не нуждался, обойдется без щитов.

— Я вообще редко меняю решения.

Определив, в какой точке их выбросило, герцог решительно зашагал в сторону остова часовни. Ее закопченные стены эффектно контрастировали с вечным закатным небом Сфарума. Солнца не видно, но его золотисто-багряные лучи пронизывали воздух, заставляли танцевать мельчайшие пылинки. Цвет неба был неоднороден, собрал весь спектр алого и оранжевого. Чем ближе к горизонту, тем темнее. У самой земли там, вдалеке, и вовсе парила сама чернота.

— Столько темной энергии! — поежился Кир, осторожно продираясь сквозь колючий кустарник с алыми ягодами. — Даже мне, некроманту, не по себе.

— Все дело в святилище. — Арман указал на часовню. — С момента его разрушения минуло лет триста, но заходить туда по-прежнему опасно. А ты тут разве прежде не был? — удивленно поинтересовался он.

— Конкретно в этом месте нет. Я специалист по Грани, если ты не забыл.

— Тогда тебе точно надо подойти, постоять на краю той самой Грани, — улыбнулся герцог.

Пара минут ничего не изменят, а Киру точно понравится. Так уж заведено — все, что вызывало неприятие у Армана, приводило друга в восторг.

— Это ведь святилище Айвы, верно? — Так и есть, глаза уже загорелись. — Я бывал в ее доме, забрал пару книг.

У герцога на мгновение онемел язык. Кир ведь пошутил, правда? Гулять по дому Айвы все равно что совершить самоубийство. Его атмосфера душила, наводила уныние. Даже самые стойкие воины начинали рыдать, как девчонки. Многие сходили с ума, бросались из окон в Эфирное море. Вынести оттуда какую-либо вещь и вовсе невозможно. Повсюду ловушки, колодцы в Хаос.

— Когда вернемся, покажу, — беззаботно продолжил Кир. — Только никому!

Он приложил палец к губам.

Все еще не пришедший в себя от потрясения Арман кивнул и покорно последовал за другом к часовне. Он даже на расстоянии ощущал исходившие от нее потоки темной энергии. К счастью, спящие. Никто больше не творил здесь жертвоприношения, хотя последовательницы Айвы до сих пор встречались. К примеру, та темная ведьма, которая наградила Армана проклятием. Хотя куда ей до прежних служителей культа! Покойница действовала грубо, творила ритуалы в своих целях, а не напитывала силой святилище. Вероятно, она тоже где-то раздобыла книги Сумеречной принцессы или воспользовалась рецептом кого-то из родственников. Впрочем герцог надеялся, отныне с темными ведьмами покончено. Оставались подозрения короля, но Маргарита, при всех ее недостатках, максимум тянула на простую ведьму.

— Расперум! — полной грудью втянув пропитанный духом смерти воздух, блаженно растянул губы в улыбке Кир.

Он смело направился к руинам часовни, купаясь в пульсации потоков темной силы. Арман за ним не пошел, лишь предупредил: «Внутрь не суйся!» В свое время здесь поработали маги всех четырех стихий. Они постарались сделать так, чтобы Айва никогда не вернулась из небытия, но подобные места безопасными никогда не становятся. Хотя был у святилища один плюс — если не брезглив, не чураешься «грязной» силы, всегда можно подпитать свои запасы. Арман иногда прибегал к этому способу, если задерживался в Сфаруме надолго. Была у мира темных одна неприятная особенность — его воздух постепенно высасывает энергию. Для мага уровня Армана или Кира это незаметно, но за три-четыре дня все равно набегает порядочно.

Пока друг, восхищенно цокая языком, обходил пронзавшие небо острыми углами развалины, герцог размышлял, каким образом лучше переправиться на тот берег Эфирного моря. На лодке не стоит. Никогда не знаешь, чем закончится подобное путешествие, сколько оно продлится. Если захочет, Эфирное море станет бесконечным, до самой смерти не увидишь заветного берега. В прошлый раз Арману повезло, но стоит ли испытывать судьбу дважды?

Второй вариант — пойти в обход, через Мертвый город, мимо покинутого замка Айвы. Он таил свои опасности, не меньшие, чем Эфирное море. Арман не обольщался, если они до сих пор никого не встретили, это вовсе не означало, будто Сфарум пуст. В Мертвом городе за ними станут следить сотни глаз и хорошо, если только следить! Тропка вдоль скал, под замком Айвы на отвесной вершине и вовсе идеальное место для засады.

Правда, существовал и третий вариант, доступный только мракоходцам. Опасный, зато быстрый. Похоже, предстояло воспользоваться именно им, но сначала заручиться согласием Кира. Друг вправе отказаться рисковать своей жизнью.

— Кого из недругов ты представлял на остатках алтаря? — Арман шуткой приветствовал вернувшегося приятеля.

— Боюсь, даже Айва не справилась бы с удовлетворением моих потребностей! — рассмеялся Кир. — Проще перечислить тех, кого бы я туда не кинул.

— Ну так как? — посерьезнев, он скользнул взглядом по лицу друга. — Пойдем через Мрак?

Пока герцог терзался в сомнениях, некромант уже принял решение. Однако Арман счел своим долгом его предупредить:

— Кир, надеюсь, ты понимаешь…

— Брось! — не дослушав, отмахнулся Кир. — Ты бы мне еще об опасности походов на кладбище рассказал! Дружба, Арман, это прежде всего доверие, а не совместные попойки. Да и разве не идеальный тандем, — с прежней веселостью подмигнул он, — темный маг и некромант. Никакому Мраку нас не забрать!

— Твои слова бы Создательнице в уши! — покачав головой, пробормотал Арман.

Хождение через Мрак схоже с хождением по канату. Герцогу предстояло провести не только себя, но и Кира, то есть проделать путь дважды. Сначала открыть проход, убедиться в его надежности, проверить, что он ведет в нужную точку, и вернуться за другом. Все — в опасной близости от небытия. Самого настоящего, имеющего конкретные границы.

— Тогда уйдем с берега: так легче.

Кир согласно кивнул. Отныне он во всем подчинялся более опытному товарищу.

Эфирное море напоминало лунную дорожку. Его жемчужные воды неслышно накатывали на берег, тонули в едва различимой дымке. От моря пахло туберозой, легко, ненавязчиво.

Приятели специально вышли на берег в стороне от Мертвого города. Он, равно как и замок Айвы, остался за выступом горной гряды. Точно такая же заключала море в объятия с правой стороны. В мире темных ожидаешь черноты, но скалы были белыми, хотя из-за особенностей освещения казались неискушенному наблюдателю алыми. Помнится, в первый раз Арману показалось, будто по ним стекает кровь. И он бы не удивился, если бы это оказалось правдой. В Сфаруме возможно абсолютно все.

— Не нравится мне эта тишина! — пнув прибрежную гальку, пожаловался герцог.

— Тебе не угодишь! — фыркнул Кир. — Но раз ты хочешь поволноваться, могу показать места упокоения двух стрыг. Надо?

— Уволь! — отшатнулся от него Арман.

— Ты как раз стоишь поверх одной из них, — не унимался заметно повеселевший некромант.

Герцог как ошпаренный отскочил в сторону. С пальцев скользнула змейка заклинания, готовая в любой момент обратить воскресшую нежить в прах.

Кир беззвучно рассмеялся и укоризненно покачал головой, однако комментировать не стал. Реакция друга предсказуема, отточена тысячами тренировок. Он темный маг, не имеет прочной связи с мертвым, тогда как Кир доподлинно знал, опасности нет. Стрыга давно растеряла магию, заставлявшую ее двигаться, убивать. Из нее вышел бы разве только костяк, и то потребовалось бы изрядно потрудиться. Истинная опасность исходила со стороны кровавых скал. Кир пока точно не мог определить ее природу, но чувствовал, внутри жило нечто. Понимая, что Арман временно станет беззащитным, сосредоточится исключительно на прокладке дороги сквозь Мрак, некромант решил выяснить природу своих опасений. Кир осторожно приблизился к скале и положил на нее ладонь.

— Тролль, — спустя пару минут вынес он вердикт.

Каменные тролли считались одними из самых опасных существ. Уничтожить их можно было только с помощью стихийной магии и не абы какой, а магии земли. Остальные заклинания троллей только злили. Утешало одно, местный житель пока далеко, не почуял чужого присутствия.

— Арман, поторопись! — встревоженно посоветовал Кир и, поколебавшись, пошел на большой риск: — Я ступлю на дорогу Мрака вместе с тобой, не надо возвращаться. Уходить будем через другое место.

Люди ошибочно полагают, будто мир состоит из трех измерений. На самом деле их гораздо больше, некоторые ученые насчитывали целых восемь. Одно из самых загадочных и коварных — Мрак. Он всегда на оборотной стороне света, не бросается в глаза, но незримо присутствует в каждом месте. Именно Мрак помогал Арману открывать поразившие в свое время Кристину порталы. Но если в привычном, людском, мире тропинка от одной точки до другой была прямой и короткой, теперь им предстояло некоторое время шагать в кромешной темноте.

Нога Армана нащупала начало тропинки, проверила ее ширину. Он понимал, одно неверное движение закончится падением в нижние необитаемые миры Хаоса. Там смерть настигала прежде, чем тело касалось дна, обращала его в пыль.

Зафиксировав в голове границы, Арман протянуть руку Киру.

— Держись за меня. Очень крепко! По возможности стань со мной единым целым. Никогда не ставь ногу, не переноси на нее вес тела, пока не убедишься, что под ней твердь. Молчи, ни о чем думай. Последнее важно, Кир! Я защищен от морока Мрака, а вот ты нет.

Когда за спиной померк свет, Арман ощутил легкое беспокойство. Обратной дороги нет: он тоже почувствовал присутствие тролля, пробудившимся слухом анимага слышал его тяжелую поступь. Пара минут, и тень чудовища накроет кромку воды.

Шаг, еще шаг. Постепенно начинаешь различать тропу: она чуть светлее окружающей ее пустоты.

Арман моргнул, подарив себе зрение волка, и чуть ускорился. Кир за его спиной молчал, ступал след в след, но кто знает, что творилось у него в голове? Герцог должен успеть вывести друга до того, как Мрак сведет его с ума.

— Никогда не думал, что так обрадуюсь Пустошам!

Вытерев пот со лба, Кир с содроганием вспомнил путь над мирами Хаоса. Если бы не многолетние медитации, некромант бы сгинул. Мрак материализовывал страхи и желания, посылал фантасмагоричные видения — словом, делал все, чтобы чужаки запнулись, оступились. Совсем ни о чем не думать не получалось, но Кир легко отделался, всего парочкой миражей.

Арман промолчал и тяжело опустился на выжженную землю. Здесь не было ничего, только суглинок и камни, даже трава не росла. Пока, вроде, прохладно, Грань дремлет.

Переход над Эфирным морем отнял много сил, и герцог пожалел, что не подпитался у часовни. Но чего уж теперь!

— Какой дракон тебе нужен? — не желая оставаться балластом, Кир взял поиски в свои руки.

— Последний дракон Магрета. Тот самый, которого спас Руперт Имирис. Как же его звали?..

Арман задумчиво почесал подбородок. Они ведь знакомы, хотя бы людское, фальшивое имя крылатый ящер ему наверняка называл. Истинное порой неизвестно даже сородичам: драконы суеверны и боятся порчи.

— Рорарг, — наконец вспомнил он. — Рорарг Белые крылья.

Герцога чуть подташнивало, вдобавок кружилась голова. Ничего, баланс скоро восстановится, к моменту возвращения Арман придет в норму. Подумав, он позволил зверю внутри обрести полную силу — лишним не будет.

— Хм…

Кир глубокомысленно уставился на друга. «Непривычно» — самое нейтральное слово, которое ему удалось подобрать. Если бы не знание природы Армана, некромант давно нашпиговал бы его заклинаниями как нечисть.

— Надеюсь, ты в таком виде невесте не показываешься? — со скрытой тревогой уточнил он.

Кристина подобного зрелища не переживет, станет его подопечной.

— Когда-нибудь придется, — разумно заметил Арман.

Если уж он надумал связать с Кристиной жизнь, ей придется принять его целиком.

— Давай попозже, а? Когда надумаешь разводиться.

Герцогу его шутка не понравилась. Он по-волчьи оскалил отросшие клыки и рывком поднялся на ноги. Сменившие цвет с черных на янтарные глаза пылали как две свечки. Покосившись на пальцы приятеля, Кир убедился, когти тоже выросли, лучше перестать дразнить Армана.

— Я на Кристину не претендую. — Нужно прояснить все раз и навсегда. — Леди Имирис может быть сколь угодно симпатичной, но она чужая невеста. Твоя невеста. Вопрос закрыт.

Длина клыков Армана заметно уменьшилась, когти тоже больше не выглядели столь устрашающе. Значит, принял к сведению, успокоился.

— Мы можем годами блуждать по Пустошам в поисках нужного дракона. Предлагаю его позвать. Вы ведь познакомились не на фоне взаимной неприязни?

Герцог покачал головой. Их шапочное знакомство с крылатым ящером выдалось мимолетным, поссориться они точно не успели.

— Тогда это я беру на себя. Мертвые — моя тема.

Арман мог вечно наблюдал за работой друга. Не зря, ох, не зря король столько лет пытался осчастливить его титулом! Кир не колдовал, а плел кружева. Сложнейшие заклинания ему давались шутя. Более того, некромант их усовершенствовал. Вот и «Зов мертвых» обычно требовал капли крови, пряди волос или кожи покойного, а Кир обошелся собственными силами. Заговорив свою кровь, он приложил ладонь к татуировке на виске, и чертополох ожил, пустил призрачные побеги. Они множились и множились, постепенно заполняя все пространство. Гигантские лианы, силки для мертвых. У дракона не было шансов, и вскоре Рорарг попался.

Арман сначала услышал грозный утробный рык, а лишь затем увидел скелет крылатого ящера. Даже после смерти он поражал, хотя от некогда прекрасных белых крыльев почти ничего не осталось, даже перепонки истлели. Зато глазницы светились привычным для всех мертвецов огнем.

— Он сохранил разум? — шепотом поинтересовался Арман.

Лучше подготовиться заранее, не дожидаться, пока мертвый дракон нанесет удар.

— Он даже огонь извергает, — «успокоил» Кир.

Некромант осторожно подтягивал Рорарга к себе, игнорируя его бурное недовольство. Когда расстояние между ними сократилось до критического, Кир дезактивировал заклинание и вернул крылатому ящеру свободу.

— Кто вы? По какому праву потревожили меня? — пробасил дракон и для устрашения взмахнул костяными крыльями.

Арман вышел вперед и почтительно поклонился, демонстрируя дружеские намерения.

— Доброго посмертия, уважаемый Рорарг!

Алые глаза без зрачка сфокусировались на герцоге. Пасть дракона лязгнула, из ноздрей поднялась к мертвому темно-серому небу струйка дыма. Арман напрягся. Либо Рорарг нападет сейчас, либо не нападет вовсе. Не напал.

— Я вспомнил тебя, — после минутного молчания изрек дракон. Он заметно успокоился, хотя для порядка взъерошил пластины гребня на позвоночнике. — Анимаг из Икрема. Так что тебе нужно?

— Достопочтимый Рорарг, я всего лишь хотел уточнить условия вашего завещания. Видите ли, возникли разночтения, и, как жених одной из заинтересованных сторон, я почел своим долгом обратиться непосредственно к вам.

С драконами нужно общаться только так: почтительно и высокопарно.

— Я хотел отблагодарить своего друга Руперта Имириса. Но так как век человеческий короток, наследство разделят его потомки. Если твоя невеста докажет родство с Рупертом, она получит свою часть.

В голове Армана начало проясняться. Сжав кулаки, предвкушая серьезную беседу с одним зарвавшимся магом, он задал уточняющий вопрос:

— Должна ли она сначала выйти замуж?

Ответ герцог уже знал, и Рорарг его озвучил:

— Да. И не за первого встречного, а человека благородного, желательно мага, чтобы достойно продолжить род Имирисов.

Арман горько усмехнулся. Так вот почему Лайнел выбрал жертвой именно Кристину! Ее мать браком с управляющим вычеркнула себя из списка наследников, тогда как ее дочь, став герцогиней Маза, рисковала лишить виконта тысяч ливров.