Глава 25. Магическая тайнопись

Глава 25. Магическая тайнопись

Как только Августа вышла из галереи, её лицо тут же сделалось живым и озорным. Николетт в который раз удивилась, как у неё так быстро получается из чопорной надменной леди становится самой собой.

— Думаешь, Матис справится? — спросила Николетт, кивнув на дверь.

— Справится, — уверенно ответила Августа. — Но мы в любом случае проверим его работу через пару часов, — улыбнулась лукаво. — А, кстати, куда ты спешишь? Может, нужна помощь?

Николетт ещё почти совсем не знала Августу, но чувствовала к ней такое расположение, что неожиданно для самой себя выдала всё, что тревожит по поводу ситуации, в которой оказалась сестра. Августа проявила исключительную солидарность.

— Терпеть не могу мужчин наподобие Андре.

— А Мари меня и слушать не хочет. Верит жениху. Тому и стараться не надо её в чём-то убедить. Ради его одобрительного слова она на всё готова. Вот я и подумала, что с ней говорить бесполезно — надо поговорить с Андре. Сказать ему в лицо, что знаю о его планах использовать сестру.

— Погоди, — Августа чуть притормозила. — Что это даст? Ты веришь, что сможешь его устыдить, и он исправится?

Нет, конечно, в такое Николетт не верила, но и бездействовать не могла.

— Но что тогда? Пожаловаться папеньке? Он тоже может не поверить.

— У меня есть идея получше, — Августа заговорщицки улыбнулась. — Говоришь, Андре охотится за сокровищами из старой легенды?

— Да.

— Думает, что подсказка должна была быть зашифрована в магической тайнописи?

— Да.

— И он хотел, чтобы ты ему эту тайнопись нашла и расшифровала?

— Да. Да только никакой тайнописи не существует. Как и тайника с сокровищами. Легенда оказалась красивой таинственной сказкой, не больше.

— Мне кажется, не стоит Андре разочаровывать, — злорадно усмехнулась Августа.

Николетт тут же схватила её идею.

— Солгать ему, что я нашла надпись и расшифровала.

— Правильно. Что он тогда сделает?

— Попробует, используя подсказку, отыскать и вскрывать тайник.

— Нам останется только подстроить так, чтобы Мариэлла увидела, как Андре пойдёт охотиться за сокровищами. Тогда она убедится, что жених лгал ей, и поймёт, каков он на самом деле.

Детали плана юные леди разрабатывали, уединившись в парке. Они были так увлечены, что не заметили, как за ними из-за дерева наблюдает пара любопытных глаз.

В трактире «Три перепёлочки» для господ было отведено отдельное помещение. Вот там-то, в небольшом уютном зале, за столом, накрытым белоснежной скатертью, и состоялась беседа Николетт и Андре. Мариэлла тоже сидела рядом. По придуманному Августой и Николетт плану сестра должна услышать всё, что Николетт скажет её жениху.

— Мне удалось найти картину, которую вы искали, — начала Николетт.

Глаза Андре вспыхнули нездоровым блеском. Если не брать во внимание этот блеск, то жених сестры производил вполне приятное впечатление. Многие барышни назвали бы его красавцем. Голубые глаза, светлые волнистые волосы, идеально правильные черты лица. На иллюстрациях к любовным романам художники, как правило, изображают именно такие лица. Но на Николетт не действовала эта книжная фальшивая красота — жгла обида за сестру. Однако нельзя было выказывать неприязнь раньше времени.

— Говорите, полотно дорого вам как семейная реликвия? — невинно поинтересовалась она, отхлебнув пустого чая. Андре не проявил щедрости заказать юным леди к чаю хоть что-нибудь.

— Да. Как память о бабушке. Та очень любила картину, — театрально моргнули лживые голубые глаза.

Нет, всё-таки не понимала Николетт, что Мариэлла нашла особенного в этом Андре. Уж если и говорить про мужскую привлекательность, то сразу на ум приходит Теодор. Его грозно сдвинутые брови, в то время как губы готовы растянуться в ироничной ухмылке. Любопытные до бесцеремонности, но зато живые серые глаза. А Андре пуст. Как же хотелось, чтобы сестра это разглядела.

— На картине, про которую мы говорим, изображён замок Рош-ди-Вуар на фоне лесов в пёстром осеннем убранстве, — продолжила Николетт. — Правильно?

— Да. Бабушка так любила осень. Она могла часами любоваться картиной. И ей даже не мешала магическая тайнопись на ней. Кстати, что же там написано?

Каков мошенник! Если у Николетт до сих пор и были хоть малейшие сомнения по поводу того, что Андре лжёт. То теперь окончательно развеялись.

— Подождите, — возразила она, — но на той картине, где окрестные леса изображены в осеннем убранстве, нет магической тайнописи.

— Как нет? — Андре недовольно покосился в сторону Мариэллы. — Ты разве не сказала, что нужно искать картину с магической тайнописью?

Мари сжалась, будто и правда в чём-то виновата.

— Нет-нет, — Николетт пришлось сдерживать себя, чтобы не выдать вспыхнувшее возмущение. — Мариэлла говорила о тайнописи. Но вы же сами только что сказали, что на картине, которая является вашей семейной реликвией, была осень. А то полотно, на котором я разглядела тайнопись — зимний пейзаж.

Андре вмиг переключил внимание с невесты на Николетт.

— Ах, да-да, зимний, — сладко запел он. — Я был так юн, когда последний раз видел картину. Вот и запамятовал. Но теперь отчётливо припоминаю, что действительно — на полотне деревья были изображены, покрытые искрящимся на солнце инеем.

— На солнце? Но на картине вечер, — Николетт специально водила Андре за нос, чтобы Мариэлла заметила, как тот юлит.

— Я хотел сказать, снег искрился в свете звёзд, но так ярко, будто светит солнце, — как уж выкручивался Андре, но Мари, всё равно не замечала его уловок. Продолжала глядеть на жениха с обожанием. — Так что было в магической тайнописи?

Если бы сестра не была так зациклена на мысли, что Андре — её единственная надежда на замужество, уже давно раскусила бы его. Однако её голова по-прежнему оставалась затуманенной этими упадническими мыслями. Но ничего, у Николетт и Августы припасено одно лекарство, которое заставит Мариэллу прозреть. Если получится всё так, как они задумали, то сестра уж точно поймёт, что собой представляет её жених.

— Магическая тайнопись оказалось очень странной, — слегка разочарованно произнесла Николетт.

Андре подался вперёд и весь превратился вслух.

— Что показалось вам странным?

— Я думала, там будет что-то романтическое, например, что картина посвящается некой даме сердца. Но, увы, надпись содержит всего лишь бессмысленный набор слов.

Глаза Андре горели нетерпением:

— Так что там?

— «Коснётся луч вечерний западной стены, чтобы заметной сделать нишу в ней».

Николетт и Августа специально придумали такую туманную и в то же время заманчивую фразу. Наверняка, Андре покажется, что всё просто — тайник в нише, ниша — в западной крепостной стене замка. Днём незаметна, а на закате становится видна. Решив, что разгадка так близко, он загорится желанием как можно скорее обследовать стену. Николетт и Августе останется только подстроить так, чтобы Мариэлла своими глазами увидела жениха за поисками тайника. Тогда, наконец-то, поймёт, что тот её использовал лишь для того, чтобы добраться до сокровищ. Чутьё подсказывало, что Андре не терпится прямо сегодня бежать искать тайник, но ему же надо отвезти невесту домой. Что ж, Николетт ему поможет — избавит от этой необходимости.

— Милорд, я вижу, вы так рады, что наконец-то узнали, где хранится ваша семейная реликвия. Доставьте радость и мне с Мариэллой. Мы так соскучились друг по другу. Позвольте ей до завтра остаться гостьей замка Рош-ди-Вуар. Я узнавала, лорд Теодор не будет против.

— Да, — тут же согласился Андре, — пусть остаётся. Отправляться в дорогу во второй половине дня неразумно. Я заберу тебя завтра утром, дорогая.