Глава 51. Легким движением руки единорог превращается…

— Похоже он хочет, чтобы мы следовали за ним, - сказал лорд, притормозив у входа в пещеру и слезая с коня.

— За ним так за ним! - Люда, воодушевленная своими надеждами на скорое преображение, не сомневалась ни секунды.

У меня хоть и не было желания идти за единорогом, но не отпускать же подругу одну? Отговорить ее от этого я бы все равно не смогла.

Привязав лошадей у входа в пещеру, мы с Седриком тоже зашли внутрь.

Как оказалась большой и сверкающий рог перевертыша еще и в темноте светился, поэтому понять, куда он делся, скрывшись в пещере, не составило труда. Мы следовали за светом, которого хватало даже, чтобы освещать дорогу нам.

— Куда он нас ведет, интересно? - спросила я почему-то шепотом.

— Не знаю, - пожал плечами док, а Хилл, обернувшись ответил.

— Кажется, он понял, что твоя подруга не обычная лошадь, и решил ей помочь.

Безусловно меня это радовало - но я и не могла до конца поверить в благие намерения недоконя. Уж, больно напористо прошло их первое знакомство. И обида вперемешку с возмущением в глазах единорога, когда Хилл вразумительно ему объяснил, что наша лошадь - это вовсе не лошадь, выглядела словно он говорил: «Да как ты посмел, чернь двуногая, стоять у меня на пути?»

Но долго в сомнениях мне не пришлось терзаться, после недолгого брожения по пещере мы вышли к подземному озеру.

— Это же то самое озеро Преображения! - восхитился Ми-ки. - Я слышал о нем в детстве, еще когда жил в Волшебном лесу. В его водах хаммельны черпают силы для перехода из одной формы в другую, а еще… что-то мне еще рассказывали, но я не помню.

Я и сама едва ли рот от восторга не открыла.

Вода в озере переливалась всеми оттенками синего, пурпурного и фиолетового. Создавалось впечатление, что её подсвечивали изнутри сотни разноцветных фонариков.

Потолок и стены пещеры были покрыты льдом и от светящейся воды сверкали и переливались словно драгоценные камни.

Ну или как мыльные пузыри на солнце.

Единорог же, пользуясь тем, что мы все застыли сраженные невероятной красотой подземного озера, величаво шагнул в воду.

— Эй, ты куда? - забеспокоилась Люда, неуверенно цокая копытами у кромки разноцветной воды и не решаясь следовать за перевертышем.

А он, напрочь игнорируя всех нас, вошел в озеро, гордо задрав свой немалый рог.

Вода словно ожила и буквально забурлила вокруг единорога, поднимаясь большими волнами и обволакивая его, затягивая в свои светящиеся пучины. Этот процесс оказался настолько завораживающий, что я следила за ним неотрывно, впрочем, как и все остальные.

Если бы это был отвлекающий маневр, и магическое животное хотело на нас напасть с помощью своих сообщников, он с легкостью мог бы сделать это прямо сейчас - никто бы даже войско не заметил рядом.

Единорог исчез на несколько секунд, затем из воды снова выглянул его рог, только стал он чуть поменьше, а за ним показалась голова. Человеческая голова! Мужчина с длинными светло-голубыми волосами медленно выходил из воды навстречу обалдевшей Люде. Если честно, мы все немного обалдели от такого преобразования.

— Ну же, иди ко мне, милая, - нежно позвал длинноволосый мужчина, который еще минуту назад был единорогом. И Грелкина, приоткрыв свой лошадиный рот, боязливо вступила в воду.

А мужчина, который уже по пояс вышел из воды, улыбнувшись раскинул руки, словно Люда должна была помчаться в его объятия.

Надо сказать, что экс-единорог был как раз во вкусе моей подруги. Красивый, высокий, статный и в меру подкаченный. В полумраке не разобрать было цвета его глаз, но они сверкали - и это тоже было красиво.

— Неужели я снова стану человеком? - воодушевилась в моей голове Люська, а вода забурлили вокруг нее и мужчины. Тот шагнул ближе, целуя Люду в чуть обалдевшую лошадиную мордочку, и они плавно ушли под воду полностью.

Их не было несколько минут.

Я уже забеспокоилась, не задохнулась ли моя Грелкина, как вода расступилась и из нее вынырнуло… два коня. Моя подруга - та же лошадь, но уже слегка с возмущенным видом и единорог, который снова стал единорогом.

Я нахмурилась, совсем ничего не понимая. А Люда недовольно завопила, явно продолжая не слышимый мне до того спор.

— Какая я тебе жена?! И не мечтай, парнокопытный!