Невеста пропала – да здравствует новая невеста

– Ты выйдешь замуж за графа Эйнарда вместо Оливии.

– Ни за что!

Я отшатнулась от отца, словно он протянул мне ядовитую змею и пытался заставить использовать ту вместо шарфа.

Впрочем, учитывая личность графа Эйнарда, подобное сравнение было недалеко от истины.

– Это не обсуждается, – отрезал отец, и по его мрачному лицу можно было понять, что в этом вопросе он ослушания не допустит.

Как будто он позволял его в каких-то других…

– А ты самого графа спросил? – попыталась я зайти с другой стороны. – Он ведь изначально из нас двоих выбрал именно Оливию. И всячески показывал свою неприязнь ко мне.

Отец нахмурился и наградил меня раздражённым взглядом.

– Если бы ты вела себя, как подобает леди, а не словно оборванец из канавы, никаких проблем бы сейчас не было.

«Если бы ты вёл себя, как отец, а не рабовладелец, Оливия бы не сбежала из дома с первым встречным, проявившим к ней капельку доброты и ласки», – подумала я, однако благоразумно удержалась от озвучивания этой мысли.

С самого начала, едва увидев графа Эйнарда, Оливия прямо заявила, что не желает выходить за него замуж. И я не могу её за это осуждать.

Кэйсер Эйнард, хоть и отличался довольно привлекательной внешностью, обладал крайне отталкивающим характером. Холодный, мрачный и неразговорчивый, он скорее напоминал мраморную статую, нежели живого человека. Кроме того, он был невероятно высокомерен и на всех окружающих смотрел так, словно они мелкие сошки под его ногами.

Естественно, весёлой и общительной Оливии подобный жених пришёлся не по вкусу. Только вот переубедить отца было невозможно.

– Ты и так уже засиделась в девках, – заявил тогда он. – Тебе уже двадцать пять! У твоей матери в этом возрасте уже было двое детей, а к тебе даже никто не сватается. Так что тебе стоит сказать спасибо графу, что он согласен взять залежавшийся товар.

В принципе, отца тоже можно понять. От былого величия некогда богатого и процветающего рода осталось только пришедшее в упадок поместье с парой дюжин крестьян, наследников мужского пола нет, а обе дочери не пользуются популярностью среди хоть сколько-нибудь представительных мужчин.

И тут появляется «благодетель», готовый одну из нас забрать. Причём забрать без какого-либо приданого, зато в обмен предлагая свою помощь и покровительство.

Разумеется, отец уцепился за эту возможность обеими руками. На чувства Оливии ему было глубоко наплевать.

А она, хоть и отличалась покладистым нравом, неожиданно взбрыкнула и сбежала. Как ей это удалось – отдельная история, которую лично мне очень бы хотелось услышать. Однако итог один: со дня на день должен приехать Кэйсер для обсуждения брачной церемонии, которая должна состояться через три месяца, а невесты и след простыл.

Ситуация, как ни посмотри, крайне неприятная. Но причём тут я?

– С этого дня тебе запрещено покидать поместье, – между тем объявил отец, смерив меня строгим взглядом. – Будешь сидеть в своей комнате до самого приезда Его Светлости.

Мне стоило титанического труда прикусить язык и не продолжить препирательства.

Что ж, дорогой отец, хорошо. Хотите сплавить меня графу вместо Оливии? Ничего у вас не выйдет! Я сделаю всё от меня зависящее, чтобы граф не пожелал взять меня в жёны.