Глава 12

Софи

Внутри меня все выжгли. Превратили душу в мертвую пустыню, где завывал холодный ветер, разнося запах гари, скорби и отчаяния. Моя жизнь обернулась кошмаром. Дева Справедливости наказала меня за мое любопытство, за недозволенные скромной служительнице мысли.

Нельсон предложил мне отвратительную сделку! Как бы не был мне ненавистен канцлер, оплатить молчание чудотворца жизнью Айзека Бэнкса я не могла. По крайне мере, до тех пор, пока наверняка не узнаю о том, что он был причастен к смерти Сандры.

Заламывая руки, я раз за разом пересекала свои покои, пытаясь собраться с мыслями. Я так и не водрузила портьеру на место. Мягкая ткань лежала на ковре у кровати бесформенной кучей.

Сделав еще несколько широких шагов, я замерла у окна. Полная луна повисла над Сарским дворцом. Она словно непоколебимый одноглазый стражник взирала на меня свысока, молчаливо насмехаясь. От ее взора вряд ли смог укрыться убийца леди Сандры. Ночному светилу были известны самые сокровенные тайны всех жителей Миона, своим мягким светом оно лениво касалось тех скелетов, что прятали в своих шкафах обитатели Сарсы и дворца в частности. Увы, я подобным знанием похвастаться не могла. Оттого могла полагаться лишь на собственную интуицию и те факты, что мне были известны. К сожалению, их было столь мало, что прийти к какому-то выводу было попросту невозможно.

Я вдохнула воздух, который уже успел остыть. В нем витал едва уловимый аромат цветов и запах прелой почвы. За стенами дворца черное небо вспорола зигзагообразная молния. Словно стрела, пущенная прямо с небес, вонзилась в почву где -то там, далеко, за горизонтом.

Еще шире распахнула створки окна, впуская в комнату свежий воздух. Несколько крупных капель с характерным звуком ударились об узкий подоконник и, не удержавшись на наклонной поверхности, полетели вниз, чтобы затеряться в зарослях душистой изумрудной травы.

Негодование резко сменилось жаждой справедливости. Я могу спасти себя, не пороча честь канцлера! Впрочем, его милость за столь короткое время уже успел убедить меня в ее отсутствие у него.

Я должна во всем разобраться. Должна найти убийцу!

Кровь прилила к лицу, на смену злости пришло возбуждение.

— Если мистер Нельсон не хочет заниматься расследованием убийства леди, то я возьму эту миссию на себя!

— Довольно опрометчивое решение, мисс Донахон, — раздался голос за моей спиной, который заставил меня вздрогнуть. Обернувшись, я встретилась взглядом с леди Бисли. Она вошла без стука, бесшумно отворив дверь. Словно тень. С каменным непоколебимым лицом. Будто и не видела там, внизу, окровавленное тело леди Сандры. — Я принесла вам платье. Гувернантке не подобает щеголять по дворцу в таком виде.

У нее определенно какой -то пунктик на счет моего внешнего вида и нарядов! Что не встреча, то колкое замечание в мой адрес!

— Вы очень любезны, — ответила я, принимая из рук девушки свой привычный наряд. Немного колючее, сшитое из грубой практичной ткани, но так полюбившееся моему сердцу платье. Не то, что это полупрозрачное облако с невесомыми кружевами! Я даже не пыталась скрыть радость и облегчение.

Леди Бисли отчего-то стояла молча. Ни единого шага, будто она и вовсе приросла к холодному полу. Девушка мазнула взглядом по портьерам, что лежали у моих ног. От стыда захотелось сквозь землю провалиться! Лишь Святым Девам известно, о чем она думала! Не удивлюсь, если решила, что я — воровка, жаждущая упаковать дорогую ткань в свой потертый саквояж. Какой позор!

— Я ведь предупреждала вас, мисс Донахон, — отстраненно произнесла леди Бисли после затянувшегося молчания. Ее губы сомкнулись, превратившись в тонкую линию. — Дворец не то место, где наивная служительница будет чувствовать себя в безопасности. — Она скрестила руки на груди. Плечи девушки напряглись, спина выпрямилась. Она будто одеревенела. — Возвращайтесь в обитель, пока не истек срок. Ваше время еще не пришло.

— Что вы имеете в виду? Вам что-то известно... о случившемся? — сказала я, подавшись вперед.

— Не более чем вам, мисс, — холодно ответила леди Бисли, отступая к двери.

— Постойте, — я ринулась за девушкой и позволила себе обхватить озябшими пальцами ее запястье. Дождь разошелся, и в покоях стало холодно. Но мне было не до того. — Я должна спросить вас, леди Бисли. Не видели ли вы кого -то еще в коридоре, кроме тех, кто присутствовал на чаепитие у леди Лили?

Антония замерла. Ее настороженный взгляд коснулся моего лица.

— Нет! — отрезала она, но голос ее надломился. Выдал ложь, что леди пыталась утаить от меня. — Там было темно. Свободно перемещаться там смог бы разве что слепой крот, — добавила она, вернув себе самообладание. — Впрочем, вы и сами все видели, мисс.

— Да, вы правы. Случившееся столь сильно впечатлило меня, что я едва ли смогу сегодня уснуть, — сокрушенно ответила я, не давая леди ни малейшего шанса понять, что от меня не утаилась смена интонации ее обычно ровного и холодного, словно сталь, голоса. — Простите мне мой напор. Увиденное взволновало меня столь сильно, что и словами не передать, — я сокрушенно покачала головой, разжимая пальцы, сковывающие запястье Антонии.

— Это закономерно, мисс Донахон, — ответила леди Бисли, отступая на шаг назад. От меня не укрылся тот факт, что мое общество тяготило девушку. — Не думаю, что ранее вам, служительнице с окраины Сарсы, доводилось видеть окровавленное тело, из которого высосали всю жизнь, — закончила она, коснувшись моего лица испытующим взором.

Высосали всю жизнь...

Антония определенно знает больше, чем говорит. Я непременно должна узнать, что скрывает компаньонка леди Лили. Это поможет мне на шаг приблизиться к тому, кто так жестоко расправился с Сандрой. И чем раньше я во всем разберусь, тем меньше вероятность того, что Нельсон опорочит меня перед сестрами, открыв мой страшный секрет.

Спешно сменив платье, я сунула наряд покойной Сандры в шкаф. Туда же отправилась злополучная портьера. Ей я займусь завтра. Сейчас у меня есть более важные задачи. И первым в списке неотложных дел значилось: вернуться на место преступления и осмотреть там все как следует. Бесспорно, стража во главе с канцлером и мистером Нельсоном уже все изучили. Но разве не могли они что -то упустить или, что не маловероятно, попросту утаить? Вполне! Чем руководствовался чудотворец, пытаясь очернить репутацию Айзека Бэнкса, я пока не знала, но непременно была намерена это выяснить в ближайшее время. Боюсь, убийство леди Сандры каждый во дворце станет использовать в собственных интересах, позабыв о честности и справедливости.

Дорогу в пустых коридорах дворца я отыскала без труда. Ноги будто сами вели меня в темную потаенную глубину этого места, скрывающую несметное множество тайн. Большинство из них были столь страшны, что, узнав их, захотелось бы тут же забыть. Стереть из памяти, будто дурной сон. Точно так же, как я желала забыть кровавую бойню, развернувшуюся на моих глазах много лет назад. Перед глазами до сих пор летали багровые мушки, а волосы были пропитаны тошнотворным запахом чужой запекшейся крови. Алой, словно закат на побережье.

Как я и ожидала, стражи на месте преступления уже не было. Впрочем, и все его следы были тщательно стерты. Полы поблескивали в свете факела, которым я заблаговременно вооружилась, стерильной чистотой.

Поборов смущение, я отодвинула в сторону портрет женщины средних лет в платье с меховой оторочкой. Она с укором взирала на меня с холста, будто пыталась пристыдить. Вновь я заглянула в отверстие в стене и, к моему облегчению, убедилась в том, что в дворцовой бане никого нет. Хвала Святым Девам!

Отстранившись, попыталась восстановить события минувшего вечера. Сандра спускалась по винтовой лестнице первой. Замыкала наше шествие леди Бисли. По левую руку от меня наблюдала за Саймоном Нельсоном леди Лили. Несмотря на странные ужимки, которые были не свойственны ни одной дочери пэра, а уж тем более леди, голос ее в тот момент я не могла спутать с другим. Это определенно была Лили! Кто находился справа от меня, я припомнить не смогла. Уж больно была взволнована и напугана случившимся. После я отшатнулась, а дальше... вспышка света. Огонь факела развеял тьму.

Нет, что-то определенно не сходится. Облизнув пересохшие губы, я поправила портрет, сокрыв от искушенных глаз злосчастное отверстие в стене, что превратило меня в порочную деву. Какая досада!

Я поудобнее перехватила факел.

— Факел! — прошептала я, сильнее сжимая в руках единственный источник света в этих коридорах.

Когда мы спускались вниз, он был в руках леди Сандры. Она бодро шагала вперед, освещая нам дорогу. Но стоило мне оступиться, наткнуться на тело бедной девушки, как факел зажегся в руках леди Лили. Но ведь она все время была рядом со мной! Какая -то бессмыслица.

Осмотрев место преступления, я поспешила назад. Ничего стоящего мной обнаружено не было. Если быть точнее, абсолютно ничего обнаружено не было. Я ни на шаг не приблизилась к решению. Думаю, вычислить убийцу будет не так -то просто.

Я зашагала вверх по изогнутой лестнице. Скользнув ладонью по холодным перилам, я замерла. Наверху были слышны чьи-то голоса. Я привычным жестом потянулась к лику Девы Справедливости, но вовремя спохватилась, что обронила его в покоях леди Лили. Утром я непременно наведаюсь к ней. Тем более у меня есть для этого визита весомый повод.

— Жаль девчонку, красивая была. — протянул мужской голос. — Я был не прочь разделить с ней несколько часов на шелковых простынях под покровом ночи.

Я вжалась в стену, стараясь оставаться незамеченной. От незнакомца меня отделяли несколько витков лестницы.

— Заткнись, — оборвал своего собеседника другой мужчина, с низким хриплым голосом.

— Граф Ричардсон тебе за такое голову оторвет и насадит на пику, а после отдаст на корм стервятникам!

— Чья-то досадная ошибка, а мне теперь даже мечтать не о ком, — сокрушенно вздохнул незнакомец.

— Взять хотя бы леди Лили .

— Брось, — расхохотался мужчина, — я спрятал ее портрет под кроватью. Оставь я его на стене, не смог бы удовлетворить ни одну девицу. Впрочем, оттого, что эта ведьма смотрит теперь на меня снизу-вверх, в моменты плотских утех, мне тоже не по себе. Сжечь его, что-ли.

— Дурень, — прохрипел его собеседник. — Займись делом!

— Твоя взяла, — сдался незнакомец. — Доставай снаряжение.

Голоса наверху стихли и мужчины зашагали вниз по лестнице, отбивая тяжелыми сапогами пугающий ритм, от которого мое сердце тут же провалилось в пятки.

На мою удачу, преодолев с десяток ступеней, незнакомцы остановились. Разговоры смолкли. На смену им пришли другие звуки. Мужчины, судя по всему, достали снаряжение и принялись проводить какие -то хитрые манипуляции. Что они делали, мне видно не было. Я слышала лишь приглушенный скрежет и стук каблуков по ступеням. Спустя несколько минут все смолкло. Тишина, словно кокон, окружила меня, будто бы вырвала из реального мира.

Еще полчаса я стояла, притаившись в тени, и ждала, когда две пары ног зашагают прочь из этой части дворца. К моему удивлению, ни голосов, ни топота форменных сапог стражи слышно не было. В том, что это были стражники, я ни на секунду не сомневалась. Только им во дворце был присущ такой говор. Впрочем, куда же они делись?

Осторожно выбравшись из своего укрытия, я медленно зашагала по крутой лестнице, стараясь не стучать каблуками по каменным ступеням. Вскоре я убедилась в том, что незнакомцы ушли. Вот только как им удалось сделать это бесшумно?

Я ускорила шаг. Задерживаться в этой части дворца я больше не видела смысла.

Внезапно острая боль пронзила мое тело. Голова затрещала, будто я приложилась ею к кирпичной стене. Я резко остановилась, приложив ладони к вискам. Из глаз против воли брызнули слезы. Я скрючилась пополам, силясь побороть внезапный приступ боли, которая не ослабевала ни на секунду. Мое тело будто сжали тисками, намереваясь переломать все кости. В ушах зазвенело. Столь громко, что я застонала и отступила на пару шагов, едва не споткнувшись и не скатившись по крутой каменной лестнице кубарем. Боюсь, в таком случае исход был бы плачевным.

К моему удивлению, хватка невидимой силы тут же ослабла. Головная боль все еще не исчезла, но, по крайней мере, стала терпимой. Я подняла взор и только сейчас разглядела в полумраке едва различимую сеть. Нет, это не была рыбацкая сеть, которую мужчины растягивали на побережье, пытаясь поймать скорпен [11]. Тонкие нити пронизывали воздух, образуя невесомую паутину. Сеть тянулась от центра к четырем ярко-желтым кристаллам, расположенным по периметру. Это был своего рода барьер, который не давал мне пройти дальше и, что логично предположить, никого не пропускал в эту часть дворца с обратной стороны. Теперь понятно, чем здесь занималась стража. Но вот незадача, как выбраться отсюда мне?

К моему огромному сожалению сети был не страшен ни огонь, облизывающий ее жадными изголодавшимися языками пламени, ни тяжелый бюст его светлости, который я посмела запустить в эту тончайшую завесу. Здесь определенно не обошлось без магии! Сеть не только не давала мне пройти, но и поглощала звуки. Проглатывала их все, до единого! Интересно, волшебная паутина дело рук Нельсона или другого чудотворца? Сомнений нет, это кропотливая работа, требующая определенных знаний и умений. У меня же, отчего-то закрались сомнения, что Саймон Нельсон хорошо управляется с магией.

Впрочем, это сейчас было не важно. Нужно было спускаться в пустынный коридор и искать другой выход. То, что в прошлый раз мне его найти не удалось, отнюдь не обнадеживало, а скорее угнетало.

Время от времени спотыкаясь, я неустанно изучала хитросплетение коридоров. Другой выход непременно должен быть! Иначе и быть не может!

Под подошвой моих туфель что-то захрустело. Я присела и обнаружила у своих ног пухлую миниатюрную книжицу в переплете цвета индиго. По обложке тянулись серебристые узоры. Такие делают с помощью басмы, методом ручного тиснения. Непозволительно дорогая роскошь в Мионе. Книга была довольно старая, но выглядела сносно. От потертостей переплет предотвращали металлические уголки со сложным витиеватым орнаментом. От обилия страниц обложка топорщилась, словно знания, сокрытые под ней, так и норовили вырваться наружу.

Я открыла книжицу и невольно восхитилась. Обратная сторона переплета была украшена серебристым тиснением.

Нужно непременно найти хозяйку этого издания! Наверняка она места себе не находит! Ведь издания с дублюрами стоят целое состояние!

Поддавшись порыву минутной слабости, я поудобнее перехватила факел и раскрыла книгу на середине. В развернутом виде она без труда помещалась на моей ладони. Столь маленькая, что невольно было усомниться в том, что это действительно книга. Пожелтевшие страницы, исписанные мелкими аккуратными символами, зашелестели, нарушая тишину дворцовых коридоров. В нос ударил тошнотворный сладкий запах. Смесь амбры, мускуса и гнилых фруктов. Голова от этого сочетания пошла кругом. Глаза заслезились.

Я захлопнула книжку и отбросила в сторону, позабыв о ее ценности, ни на секунду не сомневаясь в том, что вреда от нее определенно будет больше, чем пользы.

Немного поразмыслив, я все-таки подняла с пола миниатюрный томик и еще раз осмотрела корешок. Никаких опознавательных знаков. Обычно владельцы столь дорогих изданий подписывают книги, указывая свои инициалы. Если я как следует осмотрю книжицу, то, возможно, смогу вычислить хозяина и вернуть ему утерянную вещь.

Впрочем, этим я займусь позже. Заглядывать внутрь издания сейчас мне хотелось меньше всего. К тому же в данный момент у меня была задача куда важнее: выбраться из темных глубин дворца, где меня по неосторожности заперла стража. Хотя, винить их в моем любопытстве и жажде справедливости было бесспорно глупо.

Я спрятала книгу в один из карманов, сокрытый в складках моей скромной юбки, и зашагала вперед — навстречу пугающей темноте.

Из-за углов выглядывали причудливые тени несуществующих монстров, которые будоражили мое воображение. Они пугали, до дрожи в коленях, протягивали ко мне когтистые лапы или обнажали острые, словно лезвие ножа, клыки, готовые разорвать плоть.

Справа от меня, за невзрачной дверью, что-то упало. Я вздрогнула и быстро шагнула за угол.

Раздался треск, а после послышались шаги. Спутать ни с чем иным этот звук я не могла. Кто-то медленно передвигался за дверью, переступал с ноги на ногу. Поступь неизвестного была столь тяжелой, что мне трудно было представить, каких колоссальных усилий требовало от него каждое движение. Будто на плечи его взвалили непосильную ношу.

Шаги неторопливо приближались к двери. Сердце пропускало удар за ударом. Я спешно погасила факел, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания. В мрачных коридорах дворца, по которым до сих пор разгуливал убийца, я предпочитала оставаться лишь незаметной тенью.

Скрип разнесся по пустынному коридору, словно звук расстроенного патефона тетушки Эстеллы. Я поморщилась, впиваясь пальцами в холодную поверхность стены. Пришлось закусить губу, чтобы не вскрикнуть от боли. Святые Девы! Я совсем позабыла о ране. Боль острым клинком вспорола ладонь вновь, напоминая об увечье. Как только выберусь, нужно будет обработать место пореза, иначе я рискую получить заражение крови.

Цок. Цок. Цок.

Каблучки женских туфель медленно постукивали по полу. Удар за ударом. Все ближе и ближе. Каждый шаг — длинною в вечность. И каждый сопровождался сбитым и хриплым дыханием. В нос ударяет гнилостный запах.

Цок. Цок.

А после скрежет по каменному полу. Словно владелице туфель больше невмоготу поднимать ноги. Будто еще немного и она упадет навзничь, без чувств.

Цок.

Совсем рядом.

Я в панике огляделась по сторонам. Справа, за поворотом, неизвестная, поступь которой пугает и завораживает одновременно. Слева ответвление коридора, которое заканчивается тупиком. Ни единой двери, ни малейшего шанса остаться незамеченной.

Сердце в груди скачет так быстро, будто отплясывает танец молли [12], который знает каждый на улицах Третьего кольца. Чего не скажешь о дворцовых обитателях. Танец нищих и голодранцев. Простые ритмичные движения отпугивают леди. Прыжки и притопывания вводят их в ужас. Им не угнаться в своих пышных юбках за головокружительной круговертью, срывающей смех с уст каждого работяги Сарских земель.

Цок. Цок.

Хозяйка туфель замирает за поворотом в нерешительности.

Мои ладони потеют. Взгляд скользит по голым стенам в поисках убежища.

Внезапный порыв прохладного ночного ветра касается лица и, играючи, выбивает прядь из прически. Только сейчас я замечаю небольшое круглое окно под самым потолком, с выбитыми стеклами. Его диаметр не превышает и одного фута. Ничтожно мало, чтобы попытаться выбраться и безумно много, чтобы поставить себя в неловкое дурашливое положение, которое в итоге может стоить мне жизни.

Цок...

Страх окончательно сковывает мое тело. Я не в силах взглянуть ему в глаза. За это ненавижу себя. Еще сильнее, чем в детские годы, когда багровые реки оросили все то, что я любила, чем жила.

Беззвучный стон срывается с моих губ. Пол ускользает из -под ног. Я неуклюже взмахиваю руками, силясь не упасть. Но глаза застилает пелена и я проваливаюсь в бездну, даже не мечтая о том, чтобы когда-нибудь достигнуть ее дна.

[11] Скорпены — вид морских рыб, обитающих в прибрежной зоне (прим. автора).

[12] Молли — энергичный танец, который характерен прыжками и громким притопыванием. Танцоры молли по традиции чернят лица сажей (прим. автора).