Глава 27

Локастрин и Ваналина миновали фонтаны и достигли подножия крыльца. Принцесса приподняла подол, готовясь подняться по широким пологим ступенькам, ведущим на террасу, но муж остановил ее, не позволив сделать шаг вверх.

— Ваналина… — позвал он, крепко взяв за локоть; его голос прозвучал странно.

Девушка удивленно оглянулась, неожиданно обнаружив, что Локастрин приблизился к ней вплотную. В следующий миг принц, не говоря ни слова, подхватил ее на руки и начал подниматься по ступенькам.

— Что вы делаете?.. — ахнула Вана, испуганно вцепившись в его рубашку.

Чародей легко улыбнулся:

— Я слышал, где-то в Девяти мирах существует обычай вносить новобрачную в дом на руках, — отозвался он. — Говорят, это знаменует начало новой, счастливой жизни. Хочу проверить.

Вана широко улыбнулась, спрятав лицо у него на груди.

Так-то вы не верите в пророчества, принц?..

Сердце согрело теплом.

— Хороший обычай, — негромко согласилась она, и, поддавшись порыву, крепко обвила шею мужа руками.

Пусть только попробует вырваться!

Но он, судя по всему, был совершенно не против ее маленькой вольности.

Высокая стеклянная дверь распахнулась перед новобрачными сама собой, и Локастрин, не отрывая взора от лица Ваны, шагнул через порог.

— Одд, я вернулся! — громко крикнул хозяин, позволив принцессе снова встать на ноги, но не торопясь убирать руки с ее талии.

Вана, осознавшая, что на зов кто-нибудь непременно появится, сама шагнула назад, но сделала это недостаточно быстро: за ее спиной раздался негромкий удивленный вздох.

Оглянувшись, она увидела сухонького седовласого ара, застывшего, держась за перила, на верхней ступеньке лестницы, ведущей на второй этаж.

— Мой принц, это… — недоверчиво начал, судя по всему, Одд.

— Ее высочество Ваналина, принцесса Фьялахеймская и Аргардская, — уверенно представил супругу Локастрин, шагнув к ней и снова уверенно водрузив ладонь на ее талию. — Моя жена.

— Но ведь вы говорили, что… — опомнившийся ар торопливо начал спускаться вниз.

— Не важно, что я говорил, Одд, — не позволил ему продолжить Золотой Чародей. — Вчера я стал мужем Фьялахеймской Чаровницы.

— Поздравляю, мой принц! — абсолютно искренне просиял Одд, вероятно, прочитавший что-то на лице своего господина. — Добро пожаловать в Болотистый Чертог, прекраснейшая из дев! Я безмерно рад нашей встрече.

Вана улыбнулась в ответ на горячее приветствие.

По реакции старого слуги стало ясно, что улетая с Фенсалира на бракосочетание, Локастрин истово уверял окружающих в том, что вернется домой совершенно свободным и неженатым. И вместе с тем, было очевидно, что седобородый ар по-настоящему рад тому, что его принцу пришлось изменить собственным планам.

Похоже, Одд догадался, что с открыто улыбающегося Локастрина снято страшное обвинение царя Иннеана, довлевшее над новым предводителем Звездной Охоты так долго.

— Ваше высочество, познакомьтесь с Оддом. Он — лучший дворецкий в Девяти мирах и мой верный друг. Вы всегда можете обратиться к нему по любому вопросу, — отрекомендовал Локастрин приблизившегося ара. — Остальных домочадцев я представлю вам немного позднее.

— Доброе утро, господин Одд, — смущенно улыбнулась Вана, придерживая на плечах камзол супруга.

В соответствии с протоколом она протянула руку склонившемуся в глубоком поклоне дворецкому. Тот, согрев дыханием тыльную сторону ладони, осторожно отпустил тонкие пальчики.

В следующее мгновение в глазах принцессы внезапно потемнело, и она тяжело покачнулась. Локастрин успел подхватить ее, не позволив упасть.

— Ваналина! Что с вами?! — встревоженно воскликнул он, заглядывая в ее лицо.

— Не знаю… — прошептала Вана, переживая неожиданный приступ дурноты. — Голова закружилась…

— Скажите, когда вы нормально питались в последний раз? — напряженно спросил принц. — На вчерашнем пиру вы не съели ни кусочка, а сегодня мы сорвались с места, даже не позавтракав.

— Кажется… больше двух суток назад, — ответила Вана, внезапно осознавшая, что действительно умирает от голода.

— Двух суток?! Безмозглая девчонка, вы решили уморить себя голодной смертью?.. Если вы умрете в этом доме, наставник получит отличный повод снова в меня вцепиться! — вознегодовал принц.

И это все, что его волнует?!

— Хотите сказать, что вы не обо мне беспокоитесь, а о том, что скажет о моей смерти царь Иннеан?! — возмутилась новобрачная, неожиданно почувствовавшая себя оскорбленной до глубины души.

Супруг пренебрежительно фыркнул:

— Лучше помолчите, ваше высочество!

Чародей вновь подхватил слабо воспротивившуюся девушку на руки — Вана обессиленно прислонилась виском к его плечу, чувствуя страшную неловкость под взглядом дворецкого, испуганного ее приступом и немало изумленного зарождающейся перепалкой. Что старый ар думает о ней теперь?!

— Одд! — Локастрин, не страдающий от глупых мыслей, понес принцессу в глубину дома, на ходу отдавая распоряжения: — Моя жена падает в голодные обмороки — ступай на кухню, попроси у госпожи Фандр что-нибудь легкое, пригодное для нежного девичьего желудка. Да поскорее!

Дворецкого как ветром сдуло.

— Принц, я и сама могу идти, — неуверенно начала Вана, но быстро умолкла под грозное шипение мужа. В глубине души она была ничуть не раздосадована его отказом вернуть ей свободу передвижения.

В конце концов, Золотому Чародею вовсе незачем знать о том, насколько его юной супруге нравится то, что он носит ее на руках, правда?..

Бережно опустив свою ношу на диван в просторной светлой гостиной, Локастрин с гордым и независимым видом сел рядом. Девушка завозилась, устраиваясь удобнее среди пузатых подушек.

Ни он, ни она не произнесли ни слова.

Одд вернулся очень быстро, неся перед собой огромный поднос, нагруженный самыми разнообразными яствами, половина которых приличествовала полноценному обеду, а не завтраку, предназначенному для «нежного девичьего желудка».

— Ешьте! — не терпящим возражения тоном приказал супруг, стоило Одду водрузить поднос перед принцессой.

Девушка не заставила просить себя дважды.

Вана оценила заботу, проявленную неизвестной госпожой Фандр: трапеза доставила ей истинное наслаждение. Не обращая внимания на Локастрина, ввиду длительной голодовки попытавшегося осторожно ограничивать ее в пище, принцесса с удовольствием отведала всего понемногу.

Принц очень скоро присоединился к ней, отдав должное великолепным мясным блюдам и совершенно презрев воздушные, тающие во рту десерты. Зачем же повариха вложила столько труда во всевозможные сладости, если хозяин совсем их не любит?..

Неужели… она верила, что принц вернется не один?

На сердце потеплело. Ване начинал нравиться ее новый дом и его обитатели.