Глава 44

Устроившись на диване подле матери, девушка приступила к повествованию. Она говорила обо всем: о безумной свадьбе, о первом танце, о том, как муж защитил ее от нетрезвой толпы, желавшей сопроводить новобрачную в опочивальню. Рассказала о том, как прошла ее первая брачная ночь и следующее утро, о своей жизни в Болотистом Чертоге, и о том, как они с Локастрином трижды успели поссориться и помириться за один только сегодняшний вечер.

Леда слушала жадно, не перебивая, то качая головой, то прижимая ладонь к губам. По мере того, как девушка говорила, из глаз матери уходило болезненное, затравленное выражение, порожденное неизбывным страхом за дочь, преследовавшим ее на протяжении столь долгого времени.

Когда Вана, наконец, замолчала, Леда улыбнулась, наверное, впервые с тех пор, как Вольтанг принес во дворец весть о помолвке младшей дочери. Принцесса с болью заметила на материнском лице морщины, которых не было в начале фьялахеймского лета.

— Поверить не могу… — глухо прошептала царица. По ее щекам снова заструились слезы. — Великая Зажигающая Звезды, благодарю тебя!.. Спасибо за то, что послала моей малышке этого мальчика!

— Мальчика?.. — не удержавшись, захихикала Вана. Ее муж, безусловно, очень молод, но… не настолько же!

Леда кивнула.

— Разумеется, мальчика. Я, признаться, даже не поверила ему сначала, когда он, внезапно появившись в моем будуаре, представился моим зятем и заявил, что я должна последовать за ним. Решила, что это кто-то из юных сыновей рыцарей твоего отца решил жестоко пошутить над несчастной матерью… Я ведь полагала, что предводитель Звездной Охоты стар и безобразен лицом! Айла и Кейра пытались успокоить меня, но я не верила их словам, полагая, что они попросту лгут мне из жалости!..

Принцессе вспомнилось, что и сама она спрашивала сестер в день своей свадьбы, намного ли ее будущий супруг старше отца. Бедная мама! Сколько же ей пришлось томиться в неизвестности…

— Расскажи, как Локастрину удалось проникнуть во Фьялахейм? — спросила девушка. — Ведь и он, и Торрон говорили, будто папа полностью изолировал мир от любых внешних контактов!

Царица помрачнела.

— Вольтанг действительно свирепствует с тех пор, как оправился от приступа, — вздохнула Леда, пропуская блестящие кудри дочери сквозь пальцы. — Но принц, когда я спросила, как ему удалось миновать защитный барьер и пройти через телепорт, лишь фыркнул. Мне кажется, он невысокого мнения о наших магах, милая.

— Тебе не кажется! — заверила ее Вана и нахмурилась: — О каком приступе ты говоришь, мама?

Леда крепко обняла дочь за плечи.

— Твой отец почувствовал себя скверно на свадебной церемонии, — негромко ответила она, — когда кортеж спешно переместился обратно во Фьялахейм — царь тотчас упал с сердечным приступом.

Девушка ахнула. Так вот почему фьялы так стремительно покинули царские чертоги Ледда! Так ли сильно отец в действительности осерчал на нее — или им двигал недуг, когда он в присутствии пяти миров, отрекся от младшей дочери?..

— Вана, девочка моя, я знаю, что ты злишься на Вольтанга… — умоляюще зашептала Леда, подтверждая мысли принцессы. — Но ты должна знать, что все произошедшее серьезно подкосило его. Он раскаивается. Каждый день, каждый час. Отец не хотел отдавать тебя, доченька… ему не оставили выбора. Все это время он переживал за тебя не меньше, чем я — но он мужчина, ему не должно выставлять напоказ свои чувства. Прошу, прости его!

— Мама, я не сержусь на него, — поспешила успокоить царицу дочь. — Пожалуйста, скажи отцу, что я давно все простила — еще в тот миг, когда Локастрин рассказал обо всей подоплеке этого брака, и о роли, которую сыграл царь Иннеан.

Фьялахеймская владычица внезапно смешалась.

— Сказать?.. — растерянно повторила она и вдруг призналась: — Вана, синичка, твой отец не знает, что я здесь. И не должен узнать! Я велела фрейлинам солгать, будто удалилась почивать, в случае, если Вольтанг появится в моих покоях.

— Значит, вот как он беспокоится обо мне… — с горечью прошептала Вана, почувствовавшая неприятный холод в груди. — Так беспокоится, что, будь его воля, даже увидеться нам с тобой не позволил бы!

— Вана, малышка… — беспомощно погладила ее по голове Леда. — Поверь, я столько сил потратила на то, чтобы сломить его упрямство, множество раз пыталась уговорить отказаться от безумной вражды с Девятью мирами! Но все тщетно… твой отец не желает слышать голос разума. Он твердит, что убьет всякого иномирянина, который посмеет пересечь границы Фьялахейма. Он очень обижен на владык.

Вана глубоко вздохнула, силясь побороть разочарование.

— Я поняла, мамочка, — положила она голову на плечо царице. — Не расстраивайся. Все хорошо. Видишь, какой у меня замечательный муж — он знал об объявленной охоте за головами, и все-таки отправился за тобой, лишь бы я не плакала.

Девушка сжала материнскую ладонь, пряча заалевшее лицо в распущенных волосах.

— Знаешь, мама… мне кажется, я люблю Локастрина, — шепотом призналась она.

Леда поцеловала ее в лоб.

— Видит Зажигающая Звезды, он достоин твоей любви, девочка моя, — согласилась она. — Не обижай его, чтобы ему не приходилось каждый день в ужасе мчаться за мной, чтобы погасить семейную ссору. Но и спуску не давай. Помни, что женские слезы — мощное оружие, но, увы — при частом использовании оно теряет всякую силу и уже не вызывает в мужчине ничего, кроме раздражения. Ты и без того можешь вить из него веревки, малышка.

— Почему ты так думаешь? — удивилась Вана.

Царица ласково рассмеялась.

— Маленькая, даже я поняла, из всего услышанного и увиденного сегодня, что твой муж безумно в тебя влюблен, — мягко ответила она.

— Так уж и безумно… — смущенно буркнула девушка, невольно вспоминая его поцелуи, то трепетные, то страстные. А каким светом загорелись его глаза, когда она доказала, что действительно прочитала труд Иннеана Арраянсона!

Возможно, мать права…

— Будь с принцем поласковее, доченька, и все у вас будет хорошо, — посоветовала владычица. — Вместо того, чтобы кричать, плакать и требовать — подойди, обними да поцелуй покрепче, прежде чем озвучить просьбу. Я уверена, что он не устоит и даже звезду с неба достанет, если ты того пожелаешь.

— Мама, у него звезд — целая галактика, — улыбнулась Вана, позабавленная невольным каламбуром. — Для Хранителя Девяти миров такое желание вовсе не станет проблемой.

— Я буду молить Зажигающую Звезды, чтобы ты была счастлива со своим Чародеем, девочка, — пообещала Леда, целуя волосы дочери. — Чтобы моя маленькая Ваналина никогда больше не знала ни горя, ни тревог…

Ее голос убаюкивал. В материнских руках было так тепло и спокойно, что девушка сама не заметила, как начала погружаться в дрему.

— Мамочка, если у меня когда-нибудь будет дочь, я скажу ей, чтобы она читала книги, если хочет привлечь внимание достойного мужчины! — сонно пробормотала Вана.

— Жаль, что я не додумалась в свое время дать такой же совет тебе, милая, — Леда затряслась от смеха, вспомнив красочный рассказ дочери о «романтическом» ужине при свечах. — Но ты и сама прекрасно справилась. Никогда бы не подумала, что мужчина способен оценить острый ум женщины выше, чем ее умение хорошо выглядеть!

— Мой мужчина особенный, — с улыбкой отозвалась девушка. — И я хочу, чтобы у моей малышки был такой же…

— Вот теперь я полностью спокойна за тебя, доченька, — с нежностью прошептала Леда, осторожно убирая со лба безмятежно уснувшей дочери непослушные медовые локоны. — Если ты хочешь ребенка от Локастрина Леддисона, значит, он действительно твой мужчина.

Вана уже не услышала этих слов: в материнских объятиях ей приснился сон, в котором к ней впервые пришла маленькая черноволосая девочка, как две капли воды похожая на предводителя Звездной Охоты.

Вокруг расстилался безбрежный космос: девочка подбежала к Ване, ступая прямо по изменчивой ткани галактики — от прикосновения ее туфелек во тьме зажигались новые звезды.

— Мама? — детский голосок звонким эхом отразился от туманностей и созвездий.

Зеленые глазенки вопросительно заглянули прямо в душу. Волна невероятной любви к малышке захлестнула Вану с первого взгляда, с первой несмелой улыбки, адресованной ей маленьким звездным ангелом.

— Здравствуй, моя звездочка, — прошептала она, опустившись перед ребенком на колени. И поддавшись наитию, подтвердила: — Ты права: я действительно твоя мама.

Девочка счастливо рассмеялась:

— Я тебе нравлюсь? — уточнила она с детской непосредственностью покрутившись перед принцессой. — Ты будешь меня любить?

— Очень нравишься, звездочка, — абсолютно искренне призналась Вана, осторожно обнимая хрупкие детские плечики. — И я уже люблю тебя. Приходи ко мне поскорее.

— Договорились! — радостно кивнула посланница звёзд. — Я обязательно приду к тебе. Жди меня, мама!

Девочка привстала на носочки, легко поцеловала Вану в лоб и растаяла, обратившись пригоршней звёзд.

Галактика потускнела без ее света.