Глава 46

Торрон громко расхохотался.

— Эдрэн, не обращай внимания, — радостно протянул здоровяк. — Мой брат пал жертвой чар своей прекрасной Чаровницы и теперь становится абсолютно невменяемым, когда дело касается его Ваны. Вчера, например, он едва не откусил мне голову из-за…

— Заткнись, безмозглый! — Локастрин зашипел, будто рассерженная кобра.

— Ну вот, я же говорю!

— Локастрин, ты что, ревнуешь Ваналину? — в недоверчивом голосе нильфа зазвучал сдерживаемый смех. — К нам?!

Предводитель Звездной Охоты не разделил веселья лучшего друга:

— Молчи, Эдрэн!

— Поверить не могу, ты, правда, ревнуешь! — восторженно воскликнул Охотник.

Вана, затаившаяся в коридоре на втором этаже, беззвучно хихикала в ладошку, изо всех сил стараясь не рассмеяться в голос. Супруг, яростно отбивающийся от потешающихся принцев, был таким… милым.

Теперь стало ясно, почему он так сильно жаждет забрать Торрона с собой. Локастрин попросту ревнует и не хочет оставлять брата на Фенсалире. Сумасшедший!

Девушке очень хотелось сбежать по ступенькам вниз, крепко обнять своего несносного ара, взлохматить ему волосы и сказать, что он — самый лучший на свете и других ей даже даром не нужно.

Эдрэн все не унимался:

— Локастрин! Прилетай скорее и смени меня! — сдавленным от распирающего смеха голосом попросил он. — Я внезапно ощутил острую необходимость нанести визит маленькой принцессе и лично засвидетельствовать ей свое почтение. Прилетайте с Торроном быстрее и освободите меня — я, пожалуй, перед тем как вернуться домой, загляну на Фенсалир!

Нильфийский принц явно дразнил друга, но его шутку не оценили:

— Слушай, визитер, еще одно слово, и я тебя с Рубежа до пробуждения Девятого мира не выпущу! — сорвался предводитель Звездной Охоты.

— Ой, боюсь!.. — пуще прежнего развеселился Эдрэн.

От хохота Торрона сотрясался весь Болотистый Чертог.

— Два идиота! — в сердцах воскликнул окончательно выведенный из себя Локастрин и оборвал связь с Рубежом.

Радужные отблески, освещавшие стены наравне с восходящим солнцем, угасли.

— Брат мой, ты так забавно реагируешь! — Торрон пытался, но никак не мог успокоиться. — Никогда бы не подумал, что ты способен ревновать свою принцессу, да еще и к кому — к нам с Эдрэном!

И здоровяк снова покатился от смеха.

— Не беси меня еще больше, братец, не то, чего доброго, действительно откушу тебе голову! — предостерег младший принц. — Болваны…

Вана так и не решилась выйти попрощаться с арами. Она была уверена, что Локастрин не хотел бы, чтобы она слышала отзвучавший разговор.

Смех смехом, но мужу было бы неприятно узнать, что супруга стала свидетельницей дружеских подначек Торрона и Эдрэна. Девушка понимала это и предпочла остаться незамеченной.

Приблизившись к окну, она немного отогнула штору и выглянула на улицу, успев увидеть, как Локастрин, схватив брата за шкирку, взмыл в кабину флайера.

Вана ждала, что шлюз захлопнется, и миниатюрный летательный аппарат, мигнув на прощание всеми огнями, взовьется к небесам. Каково же было ее удивление, когда ее принц, застывший на пороге, внезапно обернулся и посмотрел на дом. Его взгляд безошибочно нашел окно, около которого застыла застигнутая врасплох девушка.

Озорная улыбка скользнула по тонким губам мужа. Прежде чем смущенная Вана успела отпрянуть в глубину дома, Локастрин послал ей воздушный поцелуй, и, помахав на прощание рукой, скрылся за опустившейся дверцей.

Вот и вся конспирация…

«Клок Кометы» взревел и сорвался в небо.

— Счастливого пути! — напутствовала быстро удаляющийся звездолет Вана, проводив огненную точку сияющим взглядом. На лице расцвела безудержная улыбка.

Помирились!..