Глава 10

Пришел черед большого свадебного пира, но Ване, у которой во рту со вчерашнего утра не было ни крошки, кусок не лез в горло.

Она сидела по левую руку от мужа в центре громадного стола, обращенного к не менее громадному залу. Владыки сумели решить проблему, возникшую после панического бегства половины гостей — пиршественный чертог был полон.

Локастрин не расстался со своей книгой и за столом: он сидел, откинувшись на высокую спинку кресла, полностью погруженный в чтение, и демонстрировал полное равнодушие к еде.

Вана с маниакально-нервной настойчивостью терзала ножом и вилкой лежащее в тарелке жаркое, не будучи в состоянии съесть ни кусочка. Приборы в ее трясущихся пальцах ходили ходуном и время от времени стукались о блюдо с пронзительными звуками, заставляющими Вану истерически вздрагивать и пугливо замирать под взглядами владык.

Время от времени принцесса ловила на себе полные любопытства взгляды приглашенных, но поглощенные едой гости больше не оказывали ей такого пристального внимания, как на улицах. Девушка была рада этому обстоятельству: она слишком устала.

Мерное течение пира нарушалось лишь громогласным Торроном, который был единственным, кто источал чистую незамутненную радость за царским столом. Несмотря на искреннюю симпатию, которую испытывала новобрачная по отношению к здоровяку, она обрадовалась, когда муж, на мгновение оторвавшийся от книги, с раздраженным шипением посоветовал брату заткнуться.

Впрочем, радость ее длилась недолго: ровно до того момента, пока Ледд, перегнувшийся через старшего сына, не напомнил о том, что настало время танца жениха и невесты.

Локастрин и Вана уставились на царя с одинаковым выражением на лицах.

— Это одна из древнейших традиций, — верно истолковав их взгляды, непререкаемым тоном отрезал царь. — Вы обязаны соблюсти ее и открыть бал. В дальнейшем можете не танцевать, но первый танец — ваш.

— А иначе что? — сверкнул глазами Локастрин. — Небеса обрушатся на землю, звезды погаснут, и Девять миров поглотит Дыра, если я с ней не станцую?!

— Сын мой, я прошу тебя… — вздохнул Ледд.

Судя по всему, выходки принца утомили даже его отца.

— Великолепно, — Локастрин раздраженно захлопнул книгу и резко поднялся. — Идемте исполнять древнейшую традицию, ваше высочество!

И снова этот тон…

Вана с большим удовольствием осталась бы на месте, но беспрекословно встала и отправилась вслед за мужем, подозревая, что нормальный новобрачный сопроводил бы супругу к центру зала под руку.

Увы…

Музыканты заиграли вальс, который знали и любили во всех Открытых мирах; Вана мысленно перевела дух — она опасалась, что музыка окажется незнакомой.

Девушка отчасти ожидала, что супруг выкинет еще что-нибудь в своем неповторимом стиле, но к ее изумлению, Локастрин, остановившийся в середине зала, молча протянул ей руку ладонью вверх.

Преодолев внутреннее сопротивление, Вана вложила свои подрагивающие пальцы в его ладонь.

Это действительно происходит с ней…

Танец вынудил их прижаться друг к другу. Обоняния коснулся едва уловимый, ненавязчивый аромат его парфюма.

Приятный…

Вана закрыла глаза, отрешаясь от тяжелых мыслей, отдаваясь музыке, запаху, сильным надежным рукам, уверенно ведущим ее в танце.

Если бы это мгновение никогда не кончалось… сейчас, когда муж молчал, когда она не видела его ледяного взгляда, так легко было представить, что все не так, как на самом деле!

Почему этот мужчина всегда не может быть таким?..

Располагающим.

Сильным.

Надежным.

Тем, кого она сумеет полюбить?..

Ей, очарованной мгновением, хотелось поднять склоненную голову и заглянуть в лицо Локастрина, чтобы увидеть в колдовских глазах супруга отражение собственных мыслей и чувств.

Глупая…

Все, на что она могла рассчитывать, было лишь очередным уничтожающим, полным равнодушия взглядом.

Сможет ли она хоть когда-нибудь смириться с его холодностью?..

Отзвучали последние аккорды и Золотой Чародей резко шагнул назад, безжалостно разрушая мгновение и объятие. Вокруг раздался гром аплодисментов, но Вана затравленно сжалась, уверенная, что супруг сейчас зашагает обратно к своему месту, бросив ее посреди зала.

Этого не произошло.

Стальные пальцы крепко сжались вокруг запястья, и Локастрин, не взглянув на нее, потянул Вану к столу.

Она была благодарна ему и за это.

Восторженный Торрон налетел на них на полпути.

— Это было потрясающе! — глаза здоровяка горели. — Из вас получилась такая красивая пара, я даже сам захотел жениться и вот так танцевать на свадьбе!..

— Жениться на ней, любезный братец?.. — ядовито поинтересовался Локастрин, с брезгливой гримасой указав свободной рукой на Вану. — А я предлагал тебе занять мое место у алтаря… Впрочем, пока ничего непоправимого не произошло, еще не поздно все переиграть. Хочешь?

Ване захотелось залепить мужу пощечину. Перед лицом всех Девяти миров.

— Что? — моргнул принц, для которого жестокие шуточки младшего брата были чем-то непостижимым. — Не понимаю, о чем ты, Локастрин?

— Болван ты, Торрон, — с презрительной жалостью покачал головой Золотой Чародей. — Потому и не понимаешь ничего.

И пока незаслуженно обиженный Торрон хлопал глазами, противный принц продолжил путь, утянув вслед за собой Вану.

Около стола девушка вырвала руку из цепких пальцев, и, вздернув голову, гордо прошествовала к своему месту.

Как же этот невыносимый ар раздражал ее!!!

Взгляды владык, сидевших рядом с новобрачными, жгли, будто раскаленные угли.

Не успел предводитель Звездной охоты снова устроиться в кресле и раскрыть свою любимую книгу, как к нему подошел Эдрэн. Синевласый нильф выглядел мрачным и рассерженным — Вана не предполагала, что улыбчивый и дружелюбный сын царя Марриина способен быть таким.

— Локастрин, нам нужно поговорить, — негромко произнес он.

— О чем? — заинтересованно взглянул на него поверх страниц младший принц. Увидев выражение, застывшее на лице друга, он удивленно вскинул брови: — Что это с тобой, Эдрэн?

— Со мной все в порядке, — искоса глянув на Вану, качнул головой нильф. — Но у меня тот же вопрос к тебе, мой друг. Что с т о б о й?

— Поясни, — нахмурился ар, откладывая — невероятно! — книгу в сторону.

— Я не узнаю тебя, — напряженно проговорил Эдрэн. — Ты ведешь себя… прости, конечно, но я скажу как есть: ты ведешь себя со своей женой как последняя скотина, Локастрин.

Навострившая ушки Вана, напряженно прислушивающаяся к тихому диалогу, подавилась воздухом.

Неужели в галактике нашлось существо, способное разговаривать со всемогущим Чародеем в подобном тоне?!

Не удержавшись, она в упор посмотрела на супруга.

Он взирал на друга в недоверчивом изумлении.

— И ты туда же, Эдрэн? — поинтересовался он недовольно. — Тебе не кажется, что это, говоря откровенно, не твое дело? Я надеюсь, что ничего подобного впредь я от тебя не услышу!

Нильф вздохнул.

— Не услышишь, не беспокойся, — холодно отозвался он. — Но знай, что я очень удивлен и разочарован, Локастрин. Я не ожидал от тебя подобной черствости и… глупости.

— А я не ожидал от тебя неуместных поучений, Эдрэн. Ты без спроса лезешь в чужую жизнь, — тем же тоном ответил Локастрин, снова раскрывая книгу.

— Как скажешь, — коротко кивнул нильф и обернулся к Ване: — Ваше высочество, не окажете ли вы честь, подарив следующий танец мне?

Девушка вскинула голову и встретилась с полным сочувствия взглядом нильфийского принца.

Он… серьезно?

Подтверждая свои слова, Эдрэн шагнул к ее креслу и склонился перед Ваной в поклоне, протягивая руку ладонью вверх:

— Прошу вас, маленькая принцесса.

Ване хватило одного взгляда на явно обескураженного таким поворотом дел Локастрина, чтобы принять решение. Она не хотела танцевать, но еще меньше ей хотелось сидеть подле чужака, по иронии судьбы ставшего ее мужем.

— С удовольствием, ваше высочество! — ослепительно улыбнулась она заговорщически подмигнувшему нильфу, вкладывая пальцы в его ладонь.

— Благодарю вас, прекрасная Ваналина.

И почему из трех принцев, с которыми она познакомилась сегодня, роль ее супруга досталась именно златорогому козлу?..

— Эй! — раздался окрик, когда нильф и фьяла рука об руку шагнули к ступенькам. — А у меня ты не собираешься спросить разрешения, Эдрэн?!

— Не собираюсь, — не оборачиваясь, бросил через плечо Охотник. — Ты читай, читай свой талмуд внимательнее. Возможно, вычитаешь, как перестать быть такой сволочью! Впрочем, о чем это я?.. В твоем случае все слишком запущено, мой безголовый друг!

Вана была готова к тому, что им в спины полетит заклинание, но ничего не случилось.

— У вас не будет неприятностей после этого?.. — обеспокоенно спросила Вана, когда они спустились в зал.

Нильф негромко рассмеялся.

— Не переживайте за меня, маленькая принцесса, — к нему стремительно возвращалось хорошее настроение, и обаятельная улыбка снова засияла на тонких губах. — Я не мог смотреть на то, как самая прекрасная дева в галактике грустит подле этого угрюмого чудища. Улыбнитесь мне, Ваналина. Сегодня такой удивительный день!

— Что же в нем удивительного? — исполнила его просьбу Вана, становясь в танцевальную позицию напротив партнера.

— Неужели вы не замечаете ничего чудесного? — картинно изумился Эдрэн. — Например, сегодня я впервые в глаза назвал своего лучшего друга и предводителя скотиной и сволочью. Разве это не восхитительно?!

— Ваше высочество!.. — не удержавшись, рассмеялась Вана.

— А еще я впервые танцую с вами, маленькая принцесса, — продолжал ласково улыбающийся нильф. — И это прекрасно.

Вальсировать с Эдрэном было… приятно. Он оказался прекрасным собеседником, интересным, смешливым и ненавязчивым. К концу второго танца Вана была уверена, что сын царя Марриина способен развеселить кого угодно.

В его обществе дурные мысли сами покидали голову, будто страшились безмятежной улыбки и великолепных шуток синевласого Звездного Охотника.

К сожалению, провести остаток вечера с ним не представлялось возможным.

— Вы устали, маленькая принцесса? — участливо спросил Эдрэн, заметив, что Вана начала спотыкаться и путаться в фигурах танца.

Девушка, действительно уже не стоящая на ногах, но до слез не желающая возвращаться к ненавидящему ее Локастрину, попыталась возразить. Проницательный Эдрэн покачал головой.

— Вам нужно отдохнуть. Идемте. Не переживайте, я сейчас приглашу на танец Локастрина, и он не сможет вам докучать.

Представив супруга, непринужденно вальсирующего, в роли дамы, с невысоким нильфом, едва достающим ему до середины груди, Вана расхохоталась.

Довольный Эдрэн тоже расфыркался.

— Молодец, — одобрительно прошептал Марриин сыну, когда они проходили мимо.

Опустившись в свое кресло, Вана почувствовала внезапный приступ головокружения. Стараясь справиться со слабостью, девушка потянулась к высокому кубку, наполненному свежевыжатым соком: на свадьбах в Девяти мирах новобрачным традиционно не наливали алкогольные напитки, ведь пара вполне могла зачать дитя в свою первую брачную ночь.

Холодное питье помогло — дурнота отступила, но Вана все равно чувствовала себя скверно. Боль тяжело пульсировала в висках, вторя сумасшедшим ударам сердца. Танцы с Эдрэном забрали последние силы: принцесса ощущала себя совершенно разбитой.

Как она переживет грядущую ночь?..