Глава 13

Выздоровление – это, конечно, очень громко сказано. Мне, пожалуй, месяц понадобился, чтобы самостоятельно спускаться из выделенной комнаты на кухню и обратно. И да, теперь я могла свободно перемещаться по дому и участку.

Алмазов, которого я почти не видела и не слышала больше, распорядился, чтобы рядом со мной всегда находился врач-сиделка – молодая девушка Ирина. А вместе с ней и верный помощник Игорек – человек из охраны Алмазова. Один из тех, кто пытался поймать меня в ночном лесу.

В большинстве случаев мы находились в доме втроем. Сам хозяин здесь почти не появлялся с тех пор, как я «преодолела опасный рубеж» и стала задавать неудобные вопросы. Оставленный для охраны Игорь предпочитал отмалчиваться, отводить в сторону взгляд и всячески делать извиняющееся лицо, но интересующую меня информацию, я из него так и не вытащила.

– Катенька, давайте прогуляемся с вами по участку? – Ирина выдернула меня из невеселых мыслей, – Там хорошая погода. Майское солнышко пригревает, и совсем нет ветра.

– Давайте, – согласилась я и стала одеваться. Почему бы не прогуляться, учитывая, что нахождение в доме мне уже опостылело.

Мы вышли во двор и направились к беседке. На улице действительно не было пронизывающего ветра, а солнце слепило глаза, вызывая у меня непрошенные слезы. Следом за нами подтянулся Игорь, выпускающий из вольера четырех доберманов. Эти милые зверюги привычно подбежали к нам, обнюхали и потеряли всякий интерес, предпочитая носиться сайгаком по участку.

– Уже не рычат, – оптимистично прокомментировала Ирина, доставая термос с травяным настоем.

– Привыкли, – еще бы им не привыкнуть ко мне, учитывая, сколько сосисок я перетаскала с кухни для них.

– Вы уже себя лучше чувствуете, – улыбнулась женщина, – Не бледнеете и от слабости не трясет. Сегодня с утра пришли результаты ваших анализов. Все показатели в пределах нормы.

– Замечательно, – пожала плечами, рассматривая верхушки деревьев, среди которых я бежала той ночью.

– Тигран Григорьевич был рад услышать это. Велел передать, что скоро приедет.

– Когда?

– Это он не уточнял.

Я снова пожала плечами. Чувствую, его приезд принесет мне не самые хорошие новости. Мой статус здесь, в этом доме, до сих колеблется между «пленница» и «заложница», что в принципе одно и то же. Если после выздоровления Алмазов планирует снова вернуть меня в подвал и начать все заново, то я не выдержу. К чему было тогда лечить от пневмонии?

– Катя, возьмите. Пейте, пока горячий, – Ирина протянула кружку с настоем и расслабленно откинулась на спинку лавочки.

Где-то час мы просидели на улице и стали собираться обратно в дом. Сейчас я хотела быстро поужинать и уединиться в своей комнате с книжкой. Из развлечений мне были доступны все книги в хозяйской библиотеке и телевизор, по которому ничего интересного не показывали.

Мы уже почти дошли до крыльца, как нам навстречу выбежал собранный Игорь. Он мазнул по нам взглядом и кратко бросил:

– Хозяин подъезжает.

Эта информация немного выбила почву из-под ног. Почему так рано? Захотелось куда-нибудь спрятаться и не попадаться ему на глаза. Ирина же радостно улыбнулась, взбила руками волосы и поправила кофточку на груди, что вызвало у меня нервную усмешку. Она хочет понравиться тирану и чудовищу, который выкупил живого человека, чтобы издеваться над ним. Хотя, она это и так знает. Две недели назад я пыталась ее подговорить, рассказав свою историю, чтобы та помогла мне. Ирина тогда предпочла проигнорировать мои слова, сделав вид, что все хорошо.

Вдалеке на дороге стали видны первые подъезжающие машины. Игорь раскрыл тяжелые кованые ворота и стал дожидаться Алмазова.

– Может, пойдем? – спросила у Ирины, проглатывая в горле ком.

– Катя, будет невежливо вот так уйти, не дождавшись Тиграна Григорьевича, – с укором и горящим взглядом ответила женщина. Все ее внимание занимала движущаяся шеренга машин.

Как бы не хотелось скрыться в доме, но Алмазов уже заезжал на участок. Пять машин. Навороченные Тойоты, напоминающие вездеходные танки, заняли почти всю парковку.

Тигран вышел вслед за охраной. Сразу было видно, что мужчина не в духе. Резкие агрессивные движения, взгляд исподлобья и плотно сжатые губы. На нем была дорогая брендовая одежда и золотые часы, которые почему-то привлекли мое внимание. Красивая эксклюзивная вещь, чья цена превышает стоимость нескольких квартир в Москве. Интересно, он не боится, что их могут оторвать вместе с рукой?

Мужчина почувствовал, что стал объектом моего пристального рассматривания, и обжег непроницаемым взглядом. Было трудно сказать, что он испытывал в тот момент, но точно не радость. Злится, что я гуляю по участку? Так ведь сам разрешил.

Его охрана как-то незаметно рассредоточилась по участку и за его пределами, что на виду остался только Тигран, решительно шагающий к нам. Замершая Ирина даже дышать от восторга забывала, излучая глазами неподдельный интерес и кокетство. Ее жалкие попытки были награждены мимолетным снисходительным взглядом, после чего Алмазов целиком сосредоточился на мне.

– Мне доложили, что ты уже выздоровела, – мы так и стояли на пороге, когда он заговорил.

– Да, – мой голос слегка дрогнул, выдавая волнение и страх перед туманным будущим.

– Пойдем ко мне в кабинет. Нужно поговорить. Распорядитесь, чтобы через час подали ужин, – это уже было сказано Ирине, которая изо всех сил сдерживала возмущение от такого пренебрежения ее персоной.

– Конечно. Что-то особенное желаете? – женщина стрельнула глазками.

– Нет, – чуть не рявкнул Алмазов, вцепившись в мое плечо. Не церемонясь, повел к лестнице на второй этаж и открыл ключом свой кабинет.

Я здесь еще ни разу не была, но интерьер не сильно отличался от остального дома. Дорого и со вкусом.

– Садись, Катя, – предложил мужчина, когда сам уселся за массивный рабочий стол. Там стоял ноутбук и несколько фотографий в рамках, на которые Алмазов быстро посмотрел и отвел взгляд, тяжко вздохнув.

Я терзалась сомнениями и не понимала, что он хочет, почему так резко изменил свое отношение ко мне. Неужели, придумал еще большую пакость, чем удерживать голой в подвале и насиловать?

– У меня есть предложение, которое в свете некоторых обстоятельств, должно тебе понравиться.., – начал он, поднимая свой суровый прожигающий взгляд.

– Вы меня отпускаете? – когда он так смотрел, у меня язык не поворачивался говорить ему «ты».

– Нет, – поморщился Алмазов, – Я пересмотрел свой изначальный план и теперь предлагаю тебе стать моей супругой. Официально.

Я чуть не упала со стула… Не слишком ли быстрый «карьерный» рост от пленницы до официальной супруги?

* * *

– Что?! – вопрос, заданный вдруг резко осипшим голосом, сам вырвался.

– Что?

– Стать вашей женой?! Н-нет… нет!

– Знаешь, в принципе, я не спрашивал твоего согласия, – тяжелый взгляд мужчины давил на меня, – А больше ставил перед фактом. Деваться тебе все равно некуда, остается только принять мое предложение.

– Как это некуда? – воскликнула я, – У меня есть дом, мать. Вы могли бы меня отпустить и я уеду отсюда.

– Скажи, девочка, – вдруг прищурился Тигран, – С каких это пор мы на Вы? Что-то не припомню таких любезностей, когда ты меня материла и крыла проклятиями.

– Вы, знаете ли, тоже не джентльмен викторианской эпохи, а насильник и преступник, – отбрила я.

– Не припомню, чтобы насиловал тебя, – ледяным тоном произнес Алмазов, – Да и на счет преступника – спорное заявление, Катя.

– Зато я припомню! Я! – от переполнявших меня эмоций вскочила со стула и облокотилась руками о стол, зависнув перед лицом Тиграна, – Или то, что ты делал со мной в машине, не считается?! Я не буду вашей женой. Просто отпустите меня и пусть все это уже закончится!

Обессилено упала обратно на стул и закрыла лицо руками, чувствуя, как слезы обжигают глаза.

– Я отпущу тебя. Позже.

– Почему не сейчас? Что вам нужно от меня?

– Ты должна стать моей женой.

– Нет!

– Почему?

– Вы – чудовище, которое еще долго будет сниться мне в кошмарах, – я выпалила эту фразу и испуганно сжалась, боясь его гнева.

– Я не большее чудовище, чем твой благоверный муженек, – подавшись вперед, прошипел Алмазов, – Можешь сказать ему спасибо за то, что сейчас происходит.

– Сказала бы, если бы он был жив! – огрызнулась на него и замерла.

Память услужливо подсовывала обрывки воспоминаний, которые я считала бредом из-за болезни. А вдруг..? Мог ли Амиров быть жив?

Лицо Тиграна ничего не выражало. По нему невозможно было понять, верны ли мои предположения или я снова ошибаюсь.

– Генрих жив?

– Нет, – и снова непроницаемое лицо.

– Объясните мне, что происходит? Когда вы меня отпустите и зачем мне становиться вашей женой?

Мужчина тяжело вздохнул и заговорил.

– Катя, у нас с тобой будет несколько правил. Во-первых, ты не должна осложнять мне жизнь своими вопросами и истериками. Во-вторых, ты беспрекословно будешь меня слушаться и делать то, что я велю.

– Кхм…

– Я не договорил, – жестко перебил Алмазов, – Ты станешь моей супругой на время. Сколько это займет, я не знаю. Может, месяца два-три-четыре. Если год, значит год. Для чего это нужно? Тебя это не касается и ты не должна спрашивать.

– Но…

– Перебивать меня – плохая примета, Катя. Просто выслушай.

Алмазов терпеливо стиснул зубы, а я закрыла рот.

– Молодец. Так вот… Брак будет настоящим, официальным. Мы будем жить вместе, появляться на тусовках вместе и всячески демонстрировать любовь на людях.

– Э-э…

На обращая внимание на мое ошалевшее лицо, Тигран продолжил:

– Иногда я буду давать тебе на подпись всякие документы. Ты их безропотно подписываешь и не задаешь вопросов!

– У-у…

– Так надо. Там ничего криминального. Всего лишь разные договора, имеющие отношение к бизнесу Амирова.

– Но.., – я снова заикнулась, чтобы вставить хоть слово, – Какое отношение я к ним имею?

– Самое прямое, – казалось, Тигран искренне удивился, – Ты вдова Амирова, и тебе переходит в наследство весьма недурный капитал, включая хуеву тучу предприятий.

– Ыы… Ооо.., – нечто нечленораздельное вырвалось из груди, – Но Генрих не такой дурак, чтобы на меня все переписывать!

– А он и не все переписал, – зло выплюнул мужчина, – А лишь то, чего боялся лишиться, сняв с себя все воровские регалии и обязанности. Я так понимаю, ты об этом ничего не знаешь?

– Нет.

– Так даже лучше. Меньше будет проблем, – Тигран сжал руки в замок и продолжил, – Не думай, что я собираюсь тебя грабить. Я верну все свои активы, заберу то, что принадлежит мне, и немного сверху в качестве моральной и финансовой компенсации.

– А…

– По завершению нашей сделки, тебе достанется солидный куш от Амировского наследства. Я лично прослежу, чтобы ты его получила. Если что-то пойдет не по плану, то я выплачу тебе вот эту сумму.

Тигран взял ручку и быстро написал на клочке бумаги девять цифр.

– Сто миллионов?! – от удивления я чуть не поперхнулась воздухом.

– Рублей, – веско уточнил он, – Мало? Окей, пусть будет сто пятьдесят лямов. Но не забывай, что ты можешь получить гораздо больше, если будешь меня слушаться и не станешь создавать проблемы на ровном месте.

– Я так не могу, – прошептала, – Меня насильно выдали замуж за одного, потом продали на человеческом аукционе, ты измывался надо мной, держал в подвале, и сейчас я должна выйти за тебя замуж?! Даже ради денег – нет и еще раз нет! Просто отпусти меня, а когда придет срок вступления в наследство, я отпишу тебе все, что скажешь, только не надо вот этого фиктивного брака!

– Нет. Либо, как я сказал, либо ты проведешь всю свою жизнь в подвале. И могу гарантировать, она будет очень и очень незавидной, Катя.

Внутри меня что-то оборвалось, и по телу резко разлилась апатия. Тигран молча наблюдал за мной, прекрасно зная, что я испытываю. Он выкручивал мне руки каким-то бредовым предложением, даже не осознавая, что мне противно от одного его вида, не то, что выходить замуж и играть в любовь на людях. Это абсурд.

– Мы заключим с тобой договор, где подробно пропишем все условия, – продолжил мужчина, – Ты ничем не рискуешь.

– Нет.

– Хочешь знать, что с тобой будет, как только ты окажешься одна за пределами этих стен? – он пытливо посмотрел на меня.

– Очередной аукцион?

– Очень возможно, но думаю, в первую очередь ты окажешься в руках друзей Амирова…

– И что в этом плохого? Если они его друзья…

– Дружба дружбой, а деньги врозь, – криво усмехнулся Алмазов, – На тебя устроит охоту едва ли не весь криминальный мир, желая получить то, чем владел Генрих.

– А…

– А потом сдадут на аукцион, – закончил мужчина, – Кто же откажется от халявных денег? Думай, Катя. Я предлагаю тебе хороший вариант, где и волки сыты, и овцы целы.

Ну, да, в том, что я – безвольная овца, сомнений ни у кого не было…

– Ты… вы правда меня отпустите?

– Ты. Обращайся ко мне на ты. Да, отпущу. Это будет прописано в нашем с тобой договоре. Так же, как и сумма твоего вознаграждения, – он многозначительно покосился на бумажку, где уже успел исправить сто на сто пятьдесят миллионов.

– Мне нужно подумать.

– Было бы о чем тут думать, – недовольно процедил Тигран, – Но раз надо, то думай, пока мы будем ужинать. После я жду от тебя согласия.

Нда, вот и поговорили.

В голове был такой хаос из мечущихся мыслей, что я не представляла с чего начать размышления. Вроде, все понятно и доходчиво объяснил, но при этом мало что сказал. Выгодное ли это для меня предложение? Да, но… куда девать свою неприязнь и ненависть к этому чудовищу? Быть женой человека, который тебя купил и собирался втоптать в грязь? Серьезно?

Я настолько глубоко ушла в свои мысли, что даже не заметила, как Алмазов взял меня под локоток и привел в гостиную, где на столе уже дымился горячий ужин.

– Вина? – учтиво спросил Тигран, отодвигая для меня стул.

– Что? Нет, спасибо.

– Тогда пей морс. Тебе полезно после болезни, – мужчина налил красную жидкость из графина и поставил передо мной стакан.

Мне эта показная забота казалась дикой и неуместной. Я бы даже не удивилась, если Тигран выльет этот морс мне на голову. А может, он отравлен? Втихаря понюхала напиток и сделала маленький глоток. Вроде бы обычный напиток. Ах да, еще не время меня травить. Я же ничего не подписала.

Он наблюдал за моими действиями с легкой ухмылкой, будто знал, о чем я думаю. Чудовище. И выглядит он, как чудовище.

– Хочется верить, что очень скоро ты перестанешь смотреть на меня с таким отвращением и ужасом на лице, – себе под нос произнес Алмазов и приступил к ужину.

Глядя, как он с аппетитом поедает мясо, я тоже медленно приступила к еде. Руки и рот действовали сами, пока мои мысли витали где-то далеко отсюда. Мой юношеский максимализм кричал во всю мощь, что нужно и дальше сопротивляться, бороться. Вот только здравый смысл все громче нашептывал, чтобы я соглашалась.

Ужин как-то незаметно закончился, и я просто сидела за столом, некультурно поставив на него локти. Алмазов тоже молчал, но не сводил своего гнетущего взгляда. В конце концов, он не выдержал.

– Так что ты там надумала, Катя? – как-то раздраженно спросил он.

– Я согласна, – спокойно ответила ему и уже чуть тише буркнула, – Можно подумать, у меня был какой-то выбор.

– Был.

– Это выбор без выбора.

– Согласен, – Тигран довольно улыбнулся, – Не переживай, Катя, все будет нормально. Нужно только подождать и когда-нибудь это закончится.

На это заявление я лишь тяжело вздохнула. Не слишком ли много испытаний ворвалось в мою жизнь?