Глава 16

Стоило Алмазову произнести это своим надрывно бархатным голосом, как я вздрогнула. Его близость вызывала тайфун эмоций, не все из которых были отрицательными. И это злило. А злость давила в зародыше любое возбуждение.

– Маленькая жена решила проявить характер? – Тигран положил руку на мою шею и несильно сжал, отклоняя голову себе на плечо.

Эта хватка показывала мне, что он значительно сильнее. Ладонь сжимала горло так, чтобы я не втягивала судорожно воздух, но переживала, смогу ли сделать следующий вдох.

– Расслабься и позволь мне вести эту партию, – его приглушенный шепот обжег кожу. Губы мимолетно коснулись открыто подставленного горла. Этот жест слишком откровенный, слишком интимный. Он выражает доверие с моей стороны, но это не так!

– Ты, как сжавшийся комок нервов, Катя… того и гляди, будет взрыв, – Алмазов неуловимо ласкал мое тело. Его пальцы, на подобии крыльев бабочки, легонько касались бедер, живота, груди, – Я бы хотел посмотреть на это зрелище.

Я не особо слушала, что он говорит. Просто все внимание переместилось к его рукам, которые жили своей жизнью и активно вовлекали в эту жизнь мое тело.

Мужчина особо нежно касался бедер и низа живота, чем вызывал у меня крупную дрожь.

Он осыпал мои скулы и плечи воздушными поцелуями, плавно касаясь губами влажной кожи. Слизывал маленькие капли и не забывал ласкать обмякшее тело.

В какой-то момент палец коснулся половых губ, задевая чувствительный бугорок, выглядывающий от любопытства и сдерживаемого возбуждения.

– Такая горячая…

Он медленно продвигался вдоль складочек, надежно зафиксировав меня, чтобы не вырывалась.

– Хватит. Не надо, – выдохнула и едва сдержалась, чтобы не выгнуть спину от легкого накатывающего удовольствия.

– Не думаю, что ты хочешь все прекратить именно сейчас, моя маленькая жена.

– Фиктивная жена, – поправила его.

– Пожалуй, мы введем еще одно правило, – задумчиво сказал Тигран, – Чтобы больше я не слышал от тебя этого слова. Понятно?

– Какого? Жена?

– Фиктивная! – раздраженно выплюнул он, резко прижимая меня к себе, – Даже у стен есть уши, а я не хочу, чтобы кто-то посторонний знал истинное положение вещей. Ясно?

– Ясно, – буркнула в ответ недовольная сменой его настроения.

– А теперь, Катюша, игры в сторону…

Тигран развернул меня к себе лицом, как тряпичную куклу, и не дав время на раздумья, поцеловал. Он держал мое тело, не позволяя отстраниться или выскользнуть из влажных объятий.

Я чуть приоткрыла губы, потому что было невозможно сопротивляться его напору. Язык властно раздвигал губы, сминал малейшее сопротивление, увлекая за собой, даря новые ощущения.

Принимая поцелуй Алмазова, я вдруг отстраненно задумалась о Лешке. Не помню, чтобы он когда-нибудь так жадно и властно целовал меня. Хотя не стоит их сравнивать… У Алмазова за плечами годы опыта, а мы экспериментировали друг на друге, вместе учились и постигали грани целомудренного удовольствия.

– Катюша, отвечай мне, пока я вконец не убедился, что целуюсь с резиновым бездушным манекеном, – усмехнулся мне в губы Тигран.

– Резиновый манекен устал и хочет спать, – я даже прикрыла глаза, чтобы он не видел в них моего обмана.

– А мне кажется, манекен решил прикинуться валенком и отмазаться от супружеского долга.

– Женаты всего день, а я уже успела где-то задолжать?

– Кхм… ты права, – как-то нехорошо усмехнулся мужчина, – А вот за мной явно есть должок.

– Ничего, я его тебе прощаю, – развела руками и стала медленно выбираться из джакузи, пятясь задом. Алмазов на это лишь приподнял бровь и с интересом наблюдал за моими чудесами ловкости и грации. Когда же я оказалась на спасительном коврике, он бросил мне полотенце и приказал:

– Вытрись и иди в кровать.

Я закуталась в огромное полотенце и быстро выскочила из ванны. В комнате насухо обтерлась и влезла в пижаму, выключила свет и юркнула под одеяло, заворачивая то со всех сторон. Я была похожа на большую сосиску в тесте, до которой невозможно добраться.

Дорогая ткань постельного белья приятно ласкала кожу и дарила блаженное тепло, которое хоть немного, но унимало дрожь во всем теле. Из ванны доносились плещущиеся звуки воды, включения душа и звон тюбиков с гелями.

Разморенная водой и такими насыщенными событиями я стала быстро засыпать, хоть и старалась изо всех сил прислушиваться к тому, что происходит за закрытыми дверями ванны.

– Катя.., – почему-то над ухом раздался насмешливый голос, – Я думал, ты лежишь вся такая меня ждешь, а ты спишь, как сурок, и в ус не дуешь.

– А? – я непонимающе покрутила головой, пытаясь хоть что-то разглядеть в темноте.

Кровать рядом со мной опасно прогнулась, и в нос ударил свежий запах цитрусового геля для душа.

– Бэ, – недовольно передразнил Алмазов, – Закуталась в одеяло аж в два оборота! Отдай мне хоть кусочек.

– Иди к себе спи, – зашипела на него, отползая на кровати, как червяк.

– Нет, не хочу, – он покачал головой, пристраиваясь ко мне.

– Тогда я уйду!

Я даже попыталась встать, чтобы гордо продефилировать в другую комнату, но Тигран сгреб меня, одеяло и затихарился.

– Спать будешь со мной, Катя. Ты должна привыкнуть ко мне, а не шугаться, как от прокаженного, – уже сонно произнес Алмазов, – Завтра с утра продолжим с того, на чем мы остановились в джакузи… А пока, спи.

Ну, вот зачем ты это сказал?! Какое теперь нахрен «спи»?

* * *

Полночи я крутилась, как веретено. Сна не было ни в одном глазу. Совсем. В голову лезли такие дурацкие мысли, что у меня полыхало лицо от стыда и смущения. Развалившийся на кровати рядом Тигран вызывал двоякие чувства, от желания скинуть его на пол до рассмотреть как следует.

Он, кстати, крепко спал и не слышал моих метаний с одного бока на другой. Решив, что это знак свыше, я опять перевернулась к нему лицом. В темной комнате, конечно, много не рассмотришь, но заглядывающая в окна луна помогала в моем шпионском деле, подсвечивая ненавистный лик мужчины.

Тиграна можно было бы назвать симпатичным, харизматичным мужчиной, если бы не мое к нему отношение, сводящее на нет все хорошее, что, возможно, в нем есть. В этом профиле с прямым носом, волевым подбородком и скулами, покрытыми пробивающейся щетиной, угадывались легкие восточные черты. Но в целом в его внешности, несмотря на фамилию с именем, не было намека на принадлежность к восточной культуре. Хотя, этнограф из меня весьма средний.

Мужчина размеренно дышал, а его массивная грудная клетка, состоящая сплошь из накаченных мышц, медленно то опускалась, то поднималась, что приковало мое внимание.

Она служила для меня этаким бесплатным метрономом, наблюдая за которым, я невольно подстроила свое дыхание под его и стала плавно погружаться в некий транс, лежа с открытыми глазами.

– Чего не спишь? – немного хриплый после сна голос вырвал меня из нирваны умиротворения. Алмазов подозрительно косился в мою сторону. Наверно, его пугал мой бессмысленный отрешенный взгляд.

– Не спится – вот и не сплю.

– А меня зачем разглядываешь?

– В той стороне уже все рассмотрела, – боднула головой себе за плечо и снова затихла.

– А.. понятно. Ну, спокойной ночи, – Тигран отобрал у меня часть одеяла и отвернулся в другую сторону, выставив теперь свою бугрящуюся мышцами спину на обозрение.

Для моей бессмысленной медитации вполне подошла и спина. Выбрав точку примерно где-то между лопаток, я уставилась туда. Теперь пришла очередь Алмазова крутиться и поправлять одеяло, так как сон не шел. Зато меня весьма быстро сморило.

– Это невозможно! – в уснувший мозг ворвалось возмущенное восклицание, – Я чувствую, как ты сверлишь меня взглядом. Прекрати немедленно, Катя!

– А? – я спросонья ничего не поняла, – Что? Где?

– Ты смотришь мне в спину и злобно сопишь. Прекрати так делать. Меня это раздражает и не дает уснуть.

– Вообще-то я спала, а ты меня сейчас разбудил.

– Да? – недоверчиво протянул Тигран и резво повернулся ко мне лицом, – Ну, раз мы оба не спим…

Его голос сделался тихим и манящим. Рука ядовитой змеей поползла по одеялу в мою сторону.

– То самое время попытаться уснуть заново, – раздраженно бросила я и показательно перевернулась на другой бок, лицом к двери.

– То самое время, чтобы продолжить начатое в джакузи, – мужчина придвинулся к моей спине и обдал жаром разгоряченного тела.

А меня аж передернуло от этого. В голове четко сидела установка, что этот мужчина – тот, кто надо мной издевался, насиловал в машине и держал в подвале, желая мести.

Тигран сдернул с нас одеяло и обнял меня со спины, положив руку на грудь.

– Тебе холодно? – его губы были в сантиметре от моего уха, – Ты дрожишь.

– Да… нет. Да, холодно.

Раздался тихий смешок, а после Алмазов обрушился на меня с поцелуем. Он не спрашивал хочу ли я этого, а молча брал желаемое, сминая мои губы и малейшее сопротивление. В какой-то момент внутри меня даже что-то екнуло, и я робко ответила, коснувшись языком его губ.

И это был, как стартовый выстрел, после которого Тигран перестал сдерживать себя. Одним сильным движением, словно медведь лапой, тот перевернул меня на спину и подмял под себя, нависнув сверху. Я даже испугаться не успела, как его губы снова стали терзать мои в поисках отклика. И ведь нашли. Я, черт возьми, не знаю почему, но снова ответила.

– Вот так, Катенька, – довольно проурчал Алмазов.

Его тело чуть-чуть давило сверху, но большую часть веса он удерживал на полусогнутых руках по сторонам от моей головы. Я словно была в ловушке, где ни с одной из сторон не было выхода.

– Обними меня. Дотронься до меня, Катя.

Послушно подняла руку и вскользь провела по обнаженной спине, чувствуя, как в этом месте у мужчины по коже бегут мурашки.

– Такая холодная, неприступная, с ледяными пальцами. Неужели так холодно? – усмехнулся он краешком губ.

– От тебя идет такой жар…

– Кровь горячая. А ты Снежная королева.

– Просто не встретила еще того, кто растопил бы мое сердце и вытащил из него осколок льда.

– Не стану обещать, что этим сумасшедшим буду я, – криво ухмыльнулся Алмазов, – Ты сама все знаешь о характере наших кхм… отношений.

– Знаю.

– Но то, что я буду твоим первым мужчиной – это факт, – Тигран договорил и вдруг укусил меня за губу, после чего нежно ее облизал и переместился с поцелуем ниже.

Он ласкал мою шею, медленно расстегивая пуговки на пижамной кофте, а я на какое-то время даже расслабилась и получала удовольствие от этого. Все-таки мое тело не было железным, а шея – оказалась весьма эрогенным местом. И все равно я продолжала лежать, как бревно, не делая больше никаких попыток дотронуться до Тиграна.

А он тем временем успел полностью расстегнуть кофту и распахнуть ее полы в стороны, оголяя грудь, которая тут же сжалась под пристальным оценивающим взглядом. Мужчина сразу потерял интерес к шее, сместившись еще ниже. Первое прикосновение его теплых рук к моей холодной коже вызвало очередную дрожь, отчего и так тугие ягодки сосков сжались еще сильнее.

Я словно была сторонним наблюдателем, который не хотел прерывать происходящее. Тигран, глядя мне в глаза, наклонился и медленно накрыл губами одну из вершинок. Горячий язык играл с соском, обводил его и тягуче-сладко сжимал губами.

Внизу живота стало что-то тянуть, вызывая томление и влагу. Стоило признать, что все это возбуждало, несмотря на сопротивление мозга, который до последнего пытался сохранить здравый рассудок. Я рассуждала, что проще будет уступить Алмазову, дать ему то, чего он так хотел, чем жить с занесенным мечом над головой. Эти постоянные намеки на секс меня дико угнетали и пугали, ведь ожидание неизбежного страшнее, чем само действие?

А Тигран тем временем переместился ко второй груди, не забывая ласкать пальцами первую. Я старалась казаться равнодушной, но учащенное дыхание выдавало меня на радость мужчине, который видел хоть какой-то отклик на свои действия. Наверное, останься я абсолютно безучастной, он был бы страшно огорчен или озадачен фригидностью новоявленной жены. А так вон как довольно глаза сверкают.

Даже не знаю, как так получилось, но я случайно не удержала тихий стон, взметнув руки к его голове. Пальцы зарылись в мягкие волосы под довольный возглас Тиграна.

В бедро тут же уткнулось что-то твердое и выпирающее из его легких домашних штанов. Мужчина беззастенчиво потерся своим членом о мою ногу и перешел к активному избавлению меня от оставшейся пижамы.

– Не сопротивляйся, Катюша, – выдохнул в самые губы, – Все равно это случится, так давай немного приблизим удовольствие друг для друга.

А что я? Я была готова. Процентов двадцать меня сами этого хотели, а остальные устали от вечных угроз.

Тигран еще раз поцеловал меня в губы и уложил на подушки, спускаясь невесомыми касаниями к бедрам.

– Что ты собрался..?

– Тшш… Не говори ничего, просто получай удовольствие, Катя, – он бросил обжигающий взгляд и ласково развел мои бедра, устраиваясь между ними.

– Я думала, ты…

– Сначала это.

В каком-то бессилии и внутреннем страхе я откинула голову на подушку, чтобы не видеть как…

– А-а-ах! – касание его языка прямо там отозвалось болезненной пульсацией в животе, – Тигран, это слишком.

– Сейчас будет очень приятно, Катюша. Просто расслабься и, если хочешь, положи свои руки мне на голову. Так ты сможешь управлять моими движениями.

– Хорошо, – я снова подняла руки, запустив их в его шелковистые чуть влажные волосы, – А-а… черт… это.. это!!!

– Приятно, верно? – усмехнулся Алмазов, приподняв голову, – Ты очень чувствительная там. Даже интересно, что будет, если я сделаю так?

Его язык снова закружил вокруг клитора, а ко входу вдруг подобрался палец, собирая влагу и плавно размазывая ее вдоль складок. Я думала меня разорвет в этот момент от образовавшегося в груди напряжения, но самое веселое началось, когда Тигран стал медленно погружать его внутрь, делая неспешные движения вперед и обратно. И он не забывал о ласках ртом, доводя меня до какого-то исступления, когда голова металась по подушке, а бедра двигались навстречу ему.

К одному пальцу добавился второй. Они уже блестели от моих соков, а Тигран был довольным. Он растягивал меня изнутри. Это было на грани легкой боли, но чертовски приятно, если не вспоминать кто это делал со мной.

В один момент я поняла, что больше не могу сдерживаться. Руками прижала его голову и рвано выдохнула:

– Сильнее.

Алмазов понял меня правильно и ускорился, теперь уже втягивая клитор в рот. Его пробивающаяся щетина больно царапала нежную кожу, но это добавляло пикантности моменту.

– Давай, Катюша, кончай на моем языке, – прохрипел он, наблюдая, как моя спина изгибается от удовольствия.

И я сделала это. Выпустила все скопившееся напряжение. Оно покидало меня с протяжным сладким стоном, оставляя за собой судороги от наслаждения. Это было болезненное удовольствие, очищающее разум и душу.

Я устало откинулась на подушки и прикрыла глаза, понимая, что вот-вот либо засну, либо потеряю сознание от невиданного мне ранее чувства приятной опустошенности.

– Это было феерично, Катя. Еще ни разу не видел, чтобы так красиво и естественно кончали, – Тигран заворожено смотрел на меня и подбирался все выше.

Из его штанов уже знатно выпирал бугор, на котором расплылось небольшое мокрое пятнышко. Мужчина одним движением стянул с себя домашние штаны и отбросил их в сторону, снова устремляя на меня взгляд.

Мои глаза уже закрылись, но перед этим успели оценить внушительное достоинство Алмазова. Мне хоть и было чертовски любопытно, однако, организм категорически отказывался дальше бодрствовать.

– Дай свою руку, – чуть дрогнувшим голосом произнес он.

А я его уже не слышала… крепко спала после головокружительного оргазма, подаренного Тиграном. Жаль, мне не удалось увидеть его обескураженного лица, когда он понял, что сегодня ему не достанется продолжение.