Глава 18. СОН

Кажется, я спала.

Свет от пламени, которое хищно шипело в камине, слабо освещал комнату, стелясь длинными языками по полу и не дотягиваясь до потолка, тонущего во мраке.

На полу был начерчен круг со множеством знаков, линий и символов. Что-то очень сложное, но почему-то часть символов я понимала, знала их значение. Вот этот символ означает «оковы», этот «служение», а вот этот «власть».

Перед кругом стоял человек. Его волосы цвета льна были заплетены в длинную косу, а борода была раза в два длиннее косы - она едва ли не касалась пола.

«Надо же, отрастил, - подумала я во сне. - Он на свою бороду, небось, постоянно наступает и спотыкается».

Одет беловолосый был в длинные одежды. Кафтан, вроде, называется? Глубоко посаженные глаза смотрели куда-то в центр начертанного на полу круга.

- Учитель, - произнес рядом молодой мужской голос, - вы собираетесь вызвать Заргана?

Повернув голову, я увидела, что кто-то сидит на подоконнике, свесив одну ногу вниз. За окном было темным-темно, подоконник тонул в сумраке, поэтому хорошо рассмотреть не получалось, однако это определенно был мужчина. Очень молодой, судя по голосу.

- Рано, - ответил беловолосый бородач. - Врата для призыва еще не готовы, а мы не можем рисковать. Зарган - могущественнейший демон из всех существующих, если мы призовем его... Это либо спасет Равель, либо погубит его. Но выбора нет. Если ничего не предпринять

- столицу королевства ждет неминуемая гибель.

Зарган? Равель? Куда я попала и кто все эти люди?

- Вы справитесь, учитель, - произнес все тот же молодой мужской голос. - Нет в королевстве мага сильнее, чем великий Орвин Даркин.

О, а это имя мне было определенно знакомо, и я присмотрелась к беловолосому бородачу повнимательнее. Орвин Даркин? Предок Сайи? И почему он мне снится, я же его знать не знаю, даже портрета никогда не видела. Или это мое воображение вот так себе нарисовало могущественного мага, о котором мне рассказывала Бертина? Однако... ну и фантазия у меня - ишь какая борода навоображалась.

- Я должен справиться, - кивнул бородач. - Но если я не справлюсь, если со мной что-нибудь случится...

Бородач посмотрел в темноту, сгустившуюся возле окна, где сидел молодой мужчина, и произнес, понизив голос:

- Это сделаешь ты, Реол.

А? Постойте-постойте... Это имя, которое сейчас прозвучало... Реол? Мне же не послышалось?

Не имея тела, присутствуя во сне лишь своим сознанием, я потянулась вперед, пытаясь разглядеть человека, который сидел на подоконнике, свесив вниз одну ногу... Однако в этот самый момент сон начал отдалять меня от него, и чем больше усилий я прилагала, чтобы увидеть его лицо, тем больше увеличивалось расстояние между нами.

А потом вдруг мой взгляд, словно против моей воли, потянулся к бородачу - в этот самый момент он посмотрел мне прямо в глаза и сказал:

- Но если случится так, что ни один из нас не справится, то ты - наша последняя надежда... Дайнари.

«А? - подумала я, моргнув озадаченно. - Это он кому?»

Я уже даже собиралась спросить, как вдруг меня позвали:

- Госпожа! Госпожа! Я говорю: «Госпожа»!!!

Белобородый бородач стал куда-то уплывать, камин и темная комната словно утонули в мутной воде, а по моим векам внезапно ударил яркий свет.

- Чего от меня надо? - проворчала я тоном старой ведьмы, которая любит на завтрак есть младенцев; даже с сопрано Сюзанны устрашающе вышло. - Совсем страх потеряли -будить человека, когда он ночь не спал? Голову оторву, - зевок, - скажу, что так и было.

С трудом продрав глаза, я поднялась и села на постели. Зевнула снова и, скосив глаза вбок, увидела Лотти, которая, похоже, только что, отскочив от меня в сторонку, пряталась за креслом и смотрела настороженным взглядом.

- Скажите, что вы сейчас пошутили, госпожа, - произнесла тихонько она.

- А? - не поняла я. - А я что-то говорила?

Лотти кивнула.

- Не помню, - еще раз зевнула я и стрельнула на служанку раздраженным взглядом: - Ты зачем меня разбудила? Ты что, не знаешь, что я спать под утро легла?

Лотти состроила негодующую гримасу и заявила:

- Как вы могли оставить меня лежать на полу и спокойно пойти спать, госпожа?! Я так всю ночь и пролежала! Теперь у меня болит шея, спина и поясница! И... - Надувшись, служанка отвернулась: - Вы уж простите, госпожа, но, боюсь, я сегодня не смогу вам прислуживать, как следует.

Я помычала задумчиво, вспоминая.

Ах, да. Точно. При виде призрака Вилоры Дюран, объявившейся в моей комнате посреди ночи, Лотти упала в обморок, и обнаружила я ее в лежачем положении, подпирающей дверь моей комнаты изнутри. А когда ночные гости ушли, там я ее и оставила, совершенно позабыв, что Лотти до сих пор на полу.

- Ну, насчет «как следует» не знаю, но платье мне надеть поможешь, - тоном, не терпящим возражения, сказала я.

Служанка, продолжая на меня дуться, шмыгнула носом недовольно, но послушно кивнула.

Пока она помогала мне одеться, я вспоминала свой сон. Любопытно, но после пробуждения я его не только не забыла, но и отчетливо помнила каждую деталь. И вот среди этих деталей было несколько вещей, которые меня сильно смущали.

В разговоре Орвин Даркин говорил о столице королевства и называл ее Равель.

Равель, Равель, Равель... Что-то знакомое... Где-то я что-то похожее уже слышала. Это должно быть как-то связано с Орвином Даркином или...

Точно! Равельская трагедия! Рассказывая мне впервые о Сайе Даркин и ее отце, в далеком прошлом - величайшем маге королевства, Бертина упоминала Равельскую трагедию.

«Ему удалось призвать ужаснейшего из демонов, который стал причиной Равельской трагедии. После этого Орвин оставил служение королю и стал отшельником»...

Любопытненько. А в моем сне речь как раз таки шла о вызове демона. Какого-то очень могущественного. Как там его назвал ученик Орвина?... Зарган, кажется.

И кстати. Что касается ученика Орвина. Во сне я его не видела, слышала только молодой мужской голос, но... Орвин назвал его Реолом - это я отлично запомнила.

Реол. Его светлость. Герцог Кархейский.

Но это ведь не может быть он, верно? Орвин Даркин жил много поколений назад, а его светлости и сорока лет нет, это я тоже отлично помню, ведь мы с ним одногодки. Это я не о Сюзанне, конечно. О себе.

Может, тезка? Интересно, много Реолов в этом мире? Надо узнать.

Странно, конечно, что мне приснился Орвин Даркин. С чего бы это? Да и сон был такой реалистичный... Я как будто кино посмотрела.

По правде сказать, сон этот мне не нравился. Найти общий язык с людьми, даже если они призраки, или с русалками, которые хоть и зубастые, но все равно девочки - в этом нет ничего невозможного, вполне реальная задача, но сон...

Что мне делать со сном? Как узнать, почему он мне приснился и что означает?

Здравый смысл мне подсказывал, что шансов маловато.

«Просто выбросить из головы? - задумалась я, выходя из своей комнаты и спускаясь по лестнице вниз, и тотчас себе возразила: - Это я, пожалуй, всегда успею».

Выйдя в сад, я медленно шла узкими дорожками - высокие ухоженные кустарники служили стеной, за которой меня не было видно. Я собиралась найти его светлость - вчера я дала русалкам обещание и была намерена его сдержать, а так как своих украшений мне в приданое, похоже, не дали - не слишком богаты родители Сюзанны, судя по всему, - то я решила - пусть его светлость поделится. В конце концов, эти создания ему служат -наверное, - ему их за труды и вознаграждать.

Вся в размышлениях о своем сне и предстоящей встрече с герцогом, я проходила мимо беседки, когда меня окликнул знакомый голос:

- Рад видеть вас в полном здравии, госпожа Сюзанна. Вижу, что вы блестяще справились с первым испытанием.

Невольно остановившись, я обернулась. А увидев того, кто меня окликнул, почему-то почувствовала, что злюсь.

Демон стоял, прислонившись спиной к колонне беседки, скрестив руки на груди, а ноги в щиколотках. В расслабленной непринужденной позе.

В расслабленной, да? В непринужденной, значит...

Сделав вдох, я подошла к Мараю.

- С испытанием справилась, - подтвердила я. - Спасибо моей маменьке, которая родила меня такой умницей. И папеньке - он тоже поучаствовал. В появлении на свет меня.

Демон прикрыл рот рукой, согнув пальцы в костяшках, но приподнявшиеся в улыбке краешки губ скрыть ему все равно не удалось.

- А я вас как раз искала, Марай! - бодро сообщила я.

Соврала, конечно. Пока демон не появился, я о нем и не думала.

Марай тем временем чуть удивился.

- Искали?

- Угу, - подтвердила я. - Движимая любопытством. Спросить хочу.

- О чем же, госпожа Сюзанна? - Демон заинтересовался.

- Вы говорили, что с тех пор, как мое имя внесено в магическую печать вашей ауры, вы всегда знаете, когда мне угрожает смертельная опасность. Именно благодаря этому вы пришли, когда на меня пытались напасть ламии. Так?

- Все верно, - подтвердил демон. - Вы это хотели спросить?

Я пристально посмотрела в темные глаза.

- Этой ночью мне угрожала смертельная опасность, Марай? - спросила напрямик.

Демон выдержал мой взгляд и ответил:

- Раз уж вы так хотите знать... Да. Этой ночью я явственно ощущал, что вы находитесь в смертельной опасности.

Я помолчала, потом произнесла:

- Но вы не пришли.

Уголки рта демона чуть дернулись и медленно приподнялись.

Я что-то сейчас смешное сказала? Мне-то казалось, я подстраховалась, когда вынудила герцога дать мне в защитники демона. Но вот он сам признается, что сегодня ночью я могла умереть, и при этом едва сдерживает улыбку, хотя не появился, чтобы защитить мою жизнь.

- Мне очень жаль, госпожа Сюзанна, - спокойно сказал демон, - я защищу вашу жизнь от любой угрозы: и в замке, и за его пределами, но вмешиваться в испытания я не могу. Даже если бы этой ночью я очень сильно захотел вам помочь - это невозможно для меня.

Я нахмурилась.

«Невозможно? Что он хочет сказать? Ему запрещает его светлость? Или дело в чем-то другом?»

Улыбнувшись и чуть склонив голову набок, демон как будто с любопытством заглянул мне в лицо и спросил:

- А вы ждали, что я приду и спасу вас, госпожа Сюзанна?

Я не сразу поняла, что не так, но когда подняла взгляд и хорошенько рассмотрела выражение лица демона, озадаченно поморгала.

А? Это Владыка Демонов со мной флиртует сейчас, что ли?

Хм. Неожиданно. Но это он зря. Мне нравятся мужчины, которых я могу видеть насквозь, мужчины, готовые мне во всем уступать. А этот уж слишком себе на уме. И уж слишком любит, чтобы последнее слово оставалось за ним. А так как я тоже люблю, чтобы последнее слово оставалось за мной...

Не поладим.

Снисходительно приподняла одну бровь и ответила:

- Нет, мне было не до вас. А сейчас, как увидела, сразу и подумала: «Кста-а-ати, а почему Марай не появился мою жизнь защищать? Вроде должен был».

Демон хмыкнул, глядя на меня испытующим взглядом, который я, впрочем, игнорировала, занятая своими мыслями:

«Однако... получается, что когда дело доходит до испытаний, невестам ждать подмоги неоткуда. И рассчитывать каждая может только на себя. Несмотря на то, что демон обязан был оберегать мою жизнь, он не вмешался в испытания. А Вилора, пытавшаяся сбежать с помощью своего кузена, баронета Аризи, и вовсе померла».

- Зачем нужен этот отбор, Марай? - спросила я переходя на серьезный тон. - Герцогу пытаются найти подходящую жену? Но его невесты и жены погибают, значит, во всем этом нет смысла.

Я подняла голову и вперилась взглядом в лицо демона.

- Вы ведь наверняка знаете, зачем каждые пять лет в этом замке собирают невест, Марай. Если бы дело было только в том, чтобы найти его светлости жену, то, учитывая все обстоятельства, можно было обойтись без испытаний и отбора. Итог был бы тот же. И сомневаюсь, что герцог этого не понимает.

Демон смотрел на меня, но отвечать не спешил.

- В чем смысл отбора, Марай? - настойчиво повторила я.

Демон продолжал молчать, и я четко видела, что мой вопрос останется без ответа. Именно так этот Владыка Демонов поступал до сих пор - увиливал от ответа.

И тем сильнее было мое удивление, когда он заговорил.

- А вам никогда не приходило в голову, госпожа Сюзанна, что ищут не подходящую женщину для его светлости - ищут вполне определенную женщину.

Я замерла на вдохе.

Вполне определенную женщину? А это еще что должно означать?

На языке вертелись вопросы, и я собиралась их задать, но вдруг услышала совсем рядом голоса.

- Избавьте меня от подробностей, Гранвиль. Я, вроде бы, ни о чем вас не спрашивал.

Мои глаза широко раскрылись - приятный густой баритон герцога я узнала сразу.

- Ох, ваша светлость, неужели вам и впрямь совсем не интересно, кто же из невест получил подарок? А ведь я могу с вами поделиться по большому секрету! Только между нами!

Глаза мои сузились до щелок, а лицо непроизвольно искривилось в гримасе - к сожалению, полный ехидства и крайне неприятный голос графа тоже трудно было с путать с чьим-либо еще.

- Как я уже сказал, ваше сиятельство... - голос герцога прозвучал так близко, что сразу стало понятно - сейчас он выйдет из-за стены высоких аккуратно подстриженных кустарников и увидит нас с Мараем.

Ах, как жаль. Я бы еще послушала, о чем они говорят.

И стоило мне об этом подумать, как стоящий рядом демон схватил меня за руку и втащил в беседку. А в следующую секунду я оказалась прижата спиной к скамье беседки, а надо мной, упираясь руками о скамью, нависал демон.

«Не поняла, - было моей первой мыслью, - с какой стати меня тут разложили, как простынку, прямо на скамье?»

В попытке встать, я приподняла голову, но нависающий надо мной демон, многозначительно глядя мне в лицо, приложил к губам указательный палец.

Я вняла. Сначала вспомнила, что рядом находятся герцог и Гранвиль. Потом скосила глаза вбок, туда, откуда доносились голоса, но взгляд уткнулся в ограждение беседки. Сообразила, что не только я сейчас не могу видеть его светлость и графа, но и они не могут видеть нас с Мараем, потому что мы оба скрыты за ограждением внутри беседки.

Переведя взгляд на демона, я скептически приподняла одну бровь. Нет, все понятно, конечно. Видимо, Марай заметил по выражению моего лица, что я не прочь послушать разговор герцога и Гранвиля, и спрятал нас, однако...

Почему демон решил прятаться в горизонтальном положении и весьма двусмысленной позе

- это, конечно, вопрос интересный. Потому что можно было просто присесть - и нас точно так же не было бы видно снаружи.

- Даже не знаю, как вы можете оставаться таким равнодушным, ваша светлость, - раздался голос Гранвиля. - А я, признаться, весьма заинтересован происходящим. Этот отбор не похож на другие, вы ведь знаете, почему? Участницы в этот раз...

- Граф, - громко и недовольно вздохнув, перебил Гранвиля Реол Кархейский, - раз уж вы заговорили на эту тему... Вы не думали о том, чтобы все прекратить? Нам не стоило в этот раз собирать здесь невест.

- Вам лучше остерегаться таких мыслей, ваша светлость, - произнес Гранвиль, и в его голосе не было слышно обычного ехидства, в нем появились ледяные нотки. - Его величество будет недоволен, если узнает, о чем вы думаете.

- Сколько еще невинных юных женщин должно быть принесено в жертву, Гранвиль? -парировал с гневом и упреком герцог.

Я нахмурилась, забыв на миг о неловком положении, в котором находилась. Вынужденно глядя в лицо Марая, я видела, как он наблюдает за мной, точнее - за моей реакцией на слова герцога.

- Ну-ну, ваша светлость, - успокаивающе произнес Гранвиль, сменив интонацию. - Не стоит забывать, какую цель преследует его величество. Вы ведь не хотите повторения Равельской трагедии? Новую столицу не должна постичь участь прежней - ради этого мы все здесь.

- Я спрашивал у вас раньше, спрошу снова, Гранвиль, - с легким раздражением произнес герцог. - Уверены ли вы, что происходящее на этом острове необходимо?

- Острове? - переспросил граф, посмеиваясь. - Ох, герцог-герцог! Вам ведь хорошо известно, что представляет собой этот «остров». Вы знаете, что он скрывает. Знаете, что скрыто внутри вас, ваша светлость.

Герцог тяжело задышал.

- Я уже говорил вам, Гранвиль, что многого не помню... - начал он, но в этот раз Гранвиль перебил его.

- Ах, ваша светлость, каждый раз вы говорите мне, что не помните, и каждый раз я спрашиваю себя: могу ли верить вам.

- Вы обвиняете меня во лжи, Гранвиль? - в голосе герцога слышалось предупреждение.

- Что вы, что вы, ваша светлость, - миролюбиво и с уже привычной ноткой ехидства почти пропел Гранвиль. - Однако должен заметить, что если вы и впрямь многое позабыли, то вам ничего не остается, как довериться мне. Потому что я все помню, друг мой.

«О чем они говорят? - думала я, лежа под Мараем. - Что представляет собой остров? Что здесь скрыто? Что скрывает герцог и чего он не помнит?»

Думая об этом, я вдруг услышала шаги. Кто-то, либо Гранвиль, либо его светлость, медленно приближался к беседке.

- Я здесь, потому что решил поверить вам, Гранвиль, - произнес герцог, и по голосу я поняла, что именно он сейчас направляется сюда.

Невольно округлив глаза, я раскрыла рот, от неожиданности делая глубокий вдох, но Марай понял меня неправильно. Решив, видимо, что я собираюсь что-то сказать и этим выдам нас, в этот раз он приложил указательный палец не к своим, а к моим губам.

Я одарила демона хмурым взглядом, но вместо того чтобы убрать руку, Марай отреагировал усмешкой. С вызовом дернул бровью, мол, готовы выдать нас обоих, соэлла, или потерпите, чтобы остаться необнаруженными?

Мне хотелось откусить ему палец, но я сдержалась. Длинный хвост Марая свесился с его плеча вниз, и волосы щекотали мне шею. Я терпела. Наглые глаза демона смеялись мне прямо в лицо. Я терпела и это.

«Ну ничего, погоди, чертов Владыка Демонов, я тебе это припомню».

Шаги герцога приближались, и мне хотелось зажмуриться от мысли, что еще немного - и он дойдет до беседки, а значит, может заглянуть внутрь. Но вместо этого я упрямо пялилась в дерзкие и темные глаза Марая.

Если он решил таким образом скомпрометировать меня в глазах его светлости и развлечься, глядя, как я буду выкручиваться, то он не на ту напал. Лучшая защита - это нападение. Вон его светлость уже знаком с моими методами. Мы еще посмотрим, кому придется выкручиваться: мне или Мараю.

- Я стараюсь поверить вам, Гранвиль, - повторил герцог, с каждым шагом подходя к беседке все ближе. - Но мне трудно мириться с тем, что происходит в моем замке каждые пять лет.

Граф повздыхал в ответ - его голос звучал чуть дальше, из чего я сделала вывод, что Гранвиль не стал следовать за герцогом.

- Такова ваша судьба, дорогой мой друг, - с сочувствием, которое показалось мне притворным, сказал он. - Демон не должен получить свободу. Второй Равельской трагедии не будет. Поэтому вы здесь. Поэтому благородные соэллы собираются здесь каждые пять лет.

Я снова широко раскрыла глаза и у ставилась на Марая.

Демон? Не может быть, что Гранвиль говорит о...

Не успела я додумать мысль до конца, как шаги герцога прозвучали совсем близко.

«Кажется, сейчас нас обнаружат», - успела подумать я, а в следующее мгновение Марай закинул руку за голову и резким движением потянул ленту, связывающую его волосы.

Черное полотно волос тотчас упало вокруг моего лица. В один короткий миг я поняла, что собирается сделать демон, но не успела даже пошевелиться.

Наклонившись, Марай впился поцелуем в мои губы.

Окаменев от неожиданности, я услышала короткое «хм».

- Вы весьма благоразумно скрыли лицо своей дамы, Марай, - сильно понизив голос, так что Гранвиль, оставшийся чуть в стороне, не мог его слышать, произнес герцог. - Теперь мне не увидеть, какая из моих невест позволила вам соблазнить ее.

Губы Марая отпустили мои. На его лице появилась сдержанная улыбка. Глядя мне в глаза, но обращаясь к герцогу, демон произнес:

- Благодарю вас, ваша светлость. За похвалу.

Последовало еще одно короткое «хм» герцога, после чего шаги стали удаляться.

Тяжело дыша после насильного поцелуя, я не знала, что меня беспокоит больше: дерзость этого засранца или тот факт, что герцог не стал вмешиваться, даже зная, что прямо у него на глаз демон, который служит ему, совращает одну из его невест?

«А не слишком ли много, - думала я, глядя прямо в темные глаза Марая, - герцог позволяет своему слуге?»