Глава сороковая: К’Рэйг

Я всегда был очень сдержанным. Пришлось учиться подавлять любые негативные эмоции, потому что в жизни, порой, случалось с пылу с жару наломать таких дров, что хватило бы на год работы маленькой лесопилки. Учиться держать себя в руках оказалось проще, чем разбираться с последствиями, которые иногда влияли на мою жизнь даже спустя многие годы. Всплывали очень не вовремя, как утопленники по весне.

Сейчас именно та ситуация, когда нужно взять в руки известно что из «мужского арсенала» и дать уроду закончить. Я говорю себе это раз сто, но все бессмысленно, потому что все решает сто первый.

— Я, мать твою, очень стараюсь держать себя в руках! - ору это в перекошенную от страха рожу Лори, пока моя ладонь сжимается вокруг его глотки и сдавливает почти без труда, как горлышко пластиковой бутылки. - Я очень стараюсь!

Лори что-то невнятно хрипит и пускает слюни.

— К’Рэйг, не надо! - Ш’Ирен цепляется мне в локоть и с усилием, но все-таки оттаскивает назад. - Оно того не стоит.

Лори, вернув возможность дышать, жадно хватает воздух широко открытым рыбьим ртом, потом пытается попятится назад, явно чтобы сбежать, но я успеваю остановить его смертельным аргументом:

— Еще один шаг, мразь, и больше никто не сможет помешать мне насладиться хрустом твоей свернутой шеи.

— Ты не… посмеешь. - Но он все-таки останавливается и обеими рука растирает покрасневшую от моих пальцев шею. - Если со мной что-то случится…

— … то об этом очень нескоро узнают! - рявкает Ш’Ирен. - Ты же ехал сюда так, чтобы никто не знал. И ты уже стольким людям насолил, что вряд ли кто-то будет проявлять усердие, выясняя, куда делся Лори.

Я встряхиваюсь - и на мгновение мы с племянником обмениваемся понимающими взглядами.

— Отличного парня я воспитал, - позволяю сказать себе под нос и в ответ получаю одобрительный хлопок по плечу.

Наверное, этот обмен можно считать окончательной и жирной точкой в нашей вражде. По крайней мере, в ее открытой фазе.

Я в два шага догоняю Лори, когда тот предпринимает еще одну попытку бегства, хватаю его за шиворот и встряхиваю так, что с поганца почти слетают штаны.

— А теперь коротко и четко - что за история связывает мою жену и Лакса? И не вздумай…

— Он ее домогался! - в панике выкрикивает Лори. - Старый педофил пытался ее изнасиловать!

Я так и замираю с висящим на вытянутой руке Лори. Он болтается в моем кулаке, как переваренная вермишель - и его судорожно скрюченные пальцы мелькают где-то на уровне моих глаз. Но мне все равно - я даже не чувствую веса его тела, настолько «подкошен» услышанным.

Моя Марго.

Моя сильная, независимая, абсолютно несгибаемая Марго - и этот старый потасканный плешивый урод, который всю свою жизнь играет в святого на публику. Какой она была, когда была маленькой? Вряд ли такой же сильной. Они с сестрами рано остались сиротами - и Марго тогда было чуть больше… шестнадцати, кажется?

Я ненавижу себя за то, что так мало пытался узнать о ее прошлом, почему-то решив, что она с пеленок всегда была сильной, смелой и абсолютно независимой. Ребенком, который на третьи сутки после рождения уже умел ходить, есть ложкой и зашнуровывать ботинки.

— К’Рэйг, - я смутно слышу голос племянника и чувствую его уверенную хватку на своем запястье. - Ты его задушишь, блин!

Я рефлекторно разжимаю пальцы - и Лори кулем валится на пол, громко хрипя и кашляя.

— Ты чуть не убил меня! - верещит как свинья, отползая к дальней стенке.

Я бы не удивился, если бы за слабаком остался мокрый след. Но наш разговор еще не окончен, и все самые «животрепещущие вопросы» еще впереди.

Пока я прихожу в себя и пытаюсь справиться с гневом, Ш’Ирен уже хватает Лори за грудки и в одно движение сажает обратно в кресло. Хотя со стороны это выглядит так, будто он его швырнул - и Лори снова визгливо жалуется на жизнь.

— Скажи спасибо, - Ш’Ирен тычет пальцем прямо ему в лоб, - что я тебе глотку не раздавил. И мой тебе совет - заткнись. Визжишь как свинья - это раздражает. Нас обоих. Значит, у тебя вдвое больше шансом выйти отсюда вперед ногами.

Угроза тут же действует - Лори затыкается и даже втягивает губы в рот.

Удивительно, как я раньше не замечал какой он насквозь гнилой. Наверное, Ш’Ирен был прав, когда говорил, что у меня плохой нюх на людей.

Марго. Я снова «вижу» ее в своем воображении маленькой и испуганной, вынужденной держаться из последних сил чтобы противостоять тому, кто сильнее и может запросто испортить ей жизнь. Не только ей, но и сестрам. Почему-то в моей голове вся эта история выглядит именно так, и нет ни капли сомнений, что, когда я узнаю правду - она почти не будет отличаться от моего варианта развития событий.

— Рассказывай, - сквозь зубы приказываю Лори. - Только факты. Все, что знаешь. Никакой «воды» и домыслов.

— И даже не думай врать, - добавляет племянник.

Мы пересматриваемся и обмениваемся едва заметными кивками. Это может показаться странным, но как однажды Марго, сама того не зная, стала нашим камнем преткновения, так теперь она же нас и объединяет. И я снова ловлю себя на мысли, что вспоминаю те ее слова - о том, что не оставил ей выбора. Если бы я не влез тогда со своей любовью и Ш’Ирен успел сделать ей предложение… Она могла быть более счастлива? Уж по крайней мере он повел бы ее в ЗАГС без гипноза, по доброй воле и через парадную дверь.

Черт.

— Я… очень мало знаю, - хрипло говорит Лори, украдкой растирая горло, как будто только теперь понял, что с ним не шутят и у него есть все шансы именно сегодня отправится на тот свет.

— Достаточно, раз предлагал воспользоваться этой информацией, - напоминаю я.

— Старик… он все замял. Если бы где-то осталась информация - думаете, ее бы не раскопали?

— Я ничего не думаю, кроме того, что ты вот-вот станешь окончательно бесполезен.

Лори сглатывает и в поисках поддержки переводит взгляд на Ш’Ирена. Как будто на этой маленькой вечеринке они каким-то образом успели стать союзниками. Вместо ответа племянник скрещивает руки на груди и выразительно поднимает бровь, мол: «Если этот сумасшедший будет тебя убивать - я и пальцем не пошевелю».

Мой бывший помощник сдается - громко выдыхает и приглаживает растрепанные волосы, чтобы хоть как-то привести себя в порядок.

— Я… случайно подслушал один разговор.

— Где? - резко спрашиваю я, но Лори не спешит отвечать. Ш’Ирену приходится снова его встряхнуть. И я снова повторяю свой вопрос: - Где, Лори?

— В клубе «Сантис»! - орет он, трусливо вжимаясь в спинку кресла почти всем телом.

Мне это ни о чем не говорит, а вот по лицу племянника пробегает тень понимания вперемешку с отвращением.

— Это клуб для любителей… гммм… - Он подбирает уместное слово и произносит его за секунду до того, как я и сам начинаю догадываться. - В общем, это клуб ценителей крепкой мужской дружбы.

— Твою мать, - вырывается у меня.

Нет, я всегда был человеком широких правил, а уж кто с кем и как спит - это личное дело каждого, лишь бы не бегали с плакатами за права их ущемленных гениталий. Но почему-то старик Лакс, тусующийся в таком месте, вызывает еще больше омерзения. Хотя это уже и так предел, до которого раньше не удавалось добраться никому.

А потом я вспоминаю информацию, которую по просьбе Ш’Ирена передала Марго. О том, что старый гад имеет «неуставные» отношения со своим смазливым помощником.

— Я же говорил, - как будто слышит мои мысли племянник. - Бес в ребро, все дела.

— Так что ты слышал и от кого? - снова переключаю внимание на Лори. - Четко, по фактам.

— Лакс там зависал, - сбивчиво тараторит мой бывший помощник. - Со своим помощником. Уже надрался в сопли и наверняка чем-то закинулся. Его развезло. Ну и он начал болтать, что Маргарита Шереметьева ему как кость в горле. Что однажды он уже замазал скандал, который она устроила потому, что он хотел… ну… помять ей… булки.

— Спокойно, - рука Ш’Ирена тяжело опускается на мое плечо.

Видимо, у меня действительно устрашающий вид, потому что Лори, окончательно сбросив напускную маску храбрости, начинает лепетать и пускать слюни:

— Клянусь, я больше ничего не знаю! Я слышал только это! Больше ничего!

Прежде чем ответить, я снова встряхиваю этот никчемный мешок с дерьмом и заглядываю в его мокрые от страха глаза.

— Похоже на правду, - выношу свой вердикт.

— Я клянусь! - орет он, и приходится снова вдавить его в кресло, чтобы трус перестал вести себя так, будто ему выносят смертный приговор. - Больше ничего не знаю!

— Ты же не самоубийца, чтобы врать нам сейчас? - елейным тоном интересуется Ш’Ирен - и Лори энергично качает головой. - Хорошо, потому что это в твоих интересах.

Я отступаю и жестком даю понять, что Лори может убираться. Но все равно окрикиваю его в пороге, да так резко, что он замирает как вкопанный, с трудом поворачиваясь лицом к нам.

— Прежде чем ты выйдешь отсюда - пара уточнений. - Мне нравится, как нервно и часто дергается его кадык. - У тебя есть двадцать четыре часа, чтобы убраться из города. Навсегда. Если не хочешь, чтобы мы устроили тебе красивый зеленый холмик, лучше позаботься о том, чтобы твое новое место проживания было очень, очень далеко.

— И забудь о том, что сегодня было, - добавляет племянник. - А чтобы ты понял, что мы не шутим, я позабочусь о том, чтобы вступительную часть всего, что ты сейчас наболтал, увидели все серьезные люди города.

Лори пулей выносится в дверь - и это лучшее доказательство того, что остаток своей жизни он проведет где-то на другом конце земного шара.

Я нервно сую руки в карманы, пытаясь справиться с вновь подступившей яростью. Моего бывшего помощника уже нет - вымещать зло не на ком, а нутро требует плюнуть на все, добраться до Лакса и свернуть ему шею. Но сначала как следует помучить. Так, чтобы старик сам умолял его прикончить.

— Марго нельзя подставлять под удар, - говорю самое важное из всего, что точно знаю прямо сейчас. - Я не хочу, чтобы в прессу попали даже ее инициалы.

— Это будет проблематично, - резонно замечает Лори. - Если старик подтер все доказательства - нам никто не поверит без единого живого свидетеля.

— Марго не должна пройти через все это еще раз.

Я вспоминаю, как она принесла мне доказательства, изобличающие его «тайные страсти», и сколько надежды было в ее лице, когда она просила воспользоваться шансом уничтожить Лакса. Она ведь знала, что он за человек. И знала, что, если бы рассказала мне правду - я бы избавил мир от этой мрази. Но не сделала этого. Значит, я должен уважать ее желание, даже если пока не представляю, как смогу сегодня навсегда отпустить ее из своей жизни.

— Если была… она, - Ш’Ирен нарочно избегает упоминать ее имя, - значит, были и другие. Лакс не всемогущий и не мог спрятать все следы.

— Точно не мог, - мычу себе под нос, а в голове крутится только одна мысль: «Я его убью, я его точно убью…»

— Я займусь этим. - Племянник отходит в сторону, торопливо собирает свои вещи и выключает камеру. - Давай подброшу тебя до приюта.

— Лучше в офис, - отвечаю я и нехотя добавляю: - Мы с Марго… В общем, она хочет закончить наш «брак» и освободиться от меня. Так что…

Язык не поворачивается сказать что-то в духе «Теперь она твоя, пацан» или «Сделай ее счастливой». Не люблю я врать, даже если оно звучит пафосно и киношно.

— Типа, отдаешь ее мне? - хмыкает Ш’Ирен - и в его голосе появляются уже знакомые мне нотки раздражения. - Ты, блин, так ничему и не научился. Хватит решать за людей, К’Рэйл. Разведетесь вы или нет - только Марго решать, с кем она хочет быть. Можешь хоть обделаться от желания быть хорошим, но это уже не твое дело. А если я хоть немного ее знаю, то она была бы со мной по-настоящему уже давно. Если бы хотела. А с тобой не прожила бы под одной крышей и минуты, и плевать ей было бы на брак и прочую лабуду. Так что, дядя, не знаю, проиграешь ли ты, но я точно не выиграю.

Все-таки я воспитал отличного пацана.

То есть, уже мужчину.