Глава 11

Мия

Мне претила сама мысль делать всё то, что требовал Гран.

Меня распирала ярость, и я кусала губы, раздумывая, как бы мне предупредить пленного…

Подошла к камере новенького, остановилась и перевела дыхание, как будто хотела открыть дверь и войти, но вдруг, засомневалась.

У меня был сканер-ключ. Я могла спокойно открыть эту дверь хоть с внешней стороны, хоть с внутренней. Кто-то подумает, что это шанс. Шанс помочь бежать пленнику и самой тоже. Но всё не так.

У входа круглыми сутками дежурит охрана, состоящая из двух амбалов, вооружённых до зубов. Дроны, ведущие съёмку в коридорах и статичная камера внутри комнаты – не укрыться.

А ещё, едва пленный сделает шаг из своей новой камеры, он получит убойную дозу анксиолитика, который вырубит его на несколько часов, а пробудившись, он будет ощущать дичайшую боль во всём теле.

Этим препаратом его накачали, когда переносили сюда. Уверена, он до сих пор в отключке.

Только Хан и сам Гран могли отключить систему блокираторов. Ни у кого другого не было такой возможности.

Я пришла сюда под предлогом проверить состояние «больного», а на самом деле хотела помочь мужчине, чтобы его пробуждение не сопровождала невыносимая боль.

У меня задрожали руки, когда я потянулась ключом к сканеру.

Пронзительный писк двери почти заставил меня вздрогнуть, но я нашла в себе силы войти внутрь.

Бегло осмотрела комнату.

Серые бетонные стены. Такой же унылый потолок. Холодный пол.

Зато есть отдельный санузел, правда, без дверей. Есть вода и не только холодная, но и горячая.

Ещё тут была вытяжка. Хоть можно нормально дышать, не отвлекаясь на неприятные запахи и откровенную вонь.

В углу – небольшой угол со снарядами для тренировок.

И маленькое, с две мои ладони оконце, которое едва пропускало солнечные лучи и казалось, являлось насмешкой, дразня и, как бы намекая, что тебе, пленный, свободы больше не видать. Никогда.

Приблизилась к мужчине.

Он лежал на кровати, застеленной некрасивым застиранным серым бельём.

Гран не тратился на удобства своих рабов.

Внимательно посмотрела на мужчину.

Его сильная грудь спокойно поднималась и опадала в такт с дыханием. Руки лежали вдоль тела. Одна нога чуть согнута в колене и отведена в сторону.

Набедренная повязка сместилась с узких бёдер на талию, открыв взгляду всё его мужское естество, которое поразило моё воображение, и фантазия воспользовалась возможностью и разыгралась не на шутку.

Мне вдруг до боли в пальцах захотелось прикоснуться к его мужскому достоинству и ощутить в руках налитую твёрдость и силу.

«О чём я думаю!» – одёрнула себя. – «Так, ладно… Я только проверю его состояние и тут же уйду…»

Подошла к изножью кровати и коснулась мужских ног.

На мгновение я залюбовалась его ступнями. Длинные, узкие, с идеальными пальцами и отшлифованными до блеска ногтями.

Пробежалась взглядом по его телу и ощутила, как краска смущения заливает моё лицо.

Хорошо, что он сейчас спит и не видит меня.

Мужчина был невероятно хорошо сложен, сплошные мышцы и сухожилия.

Глядеть на него было одно удовольствие.

Не удержалась и прикоснулась к его ногам. Провела ладонью от щиколоток к бёдрам.

Волоски на его теле встали дыбом от моих прикосновений. А его орган пришёл вдруг в движение.

Сглотнула и отдёрнула руку от его тела и чтобы не смотреть на наливающийся силой орган, переключила своё внимание на очень мускулистый, идеальный живот, от вида которого, у меня потекли слюнки.

И снова не удержалась, провела по животу ладошкой… И вдруг, со спины зазмеились стебли и коснулись меня, вызвав во мне бурю. Отдёрнула руку и прижала к груди, поражённо глядя на это чудо и до сих пор не веря, что всё-таки, этот мужчина такой же как и я!

Мой тёрн дёрнулся, словно его окатили ледяной водой, и поспешил к незнакомцу.

Гибкие стебли отделились от тела мужчины и потянулись ко мне. Я осторожно коснулась пальцами тёплых и шёлковых огненных листьев…

Мой тёрн тут же сполз с моих пальцев и сплёлся с его цветком.

Быстро обернулась, убеждаясь, что дронов в комнате нет. Только одна камера, но так как я стояла спиной к ней, то было не видно, что происходит. Казалось, я просто глажу мужчине живот… Или чуть ниже.

В моей голове царил хаос.

Закусила губу и приказала своему тёрну помочь мужчине. Всё-таки именно для этого я сюда пришла.

И что удивительно, его цветок с удовольствием принял мою помощь, но только в виде силы. Сам он меня к телу хозяина не пустил.

Когда у меня начала кружиться голова, поняла, что хватит. Мой тёрн уполз, оставив мужской цветок, разочаровано подрагивать лепестками.

Я во все глаза смотрела, как тёрн красивым узором разросся по торсу мужчины, точно подвижный рисунок, а потом просто скрылся под кожей.

Я прерывисто дышала и понимала, что найду любую возможность, но помогу ему. Помогу нам.

Он такой, как я! Мы одной расы!

Моё внимание переключилось на его лицо. Его удивительно прекрасное лицо. Длинные, густые ресницы бросали тени на резкие и острые скулы. Гордый нос, который я не выдержала и потрогала – провела кончиком пальца, а потом чуть потеребила за кончик… От каждого прикосновения к нему, мои пальцы трепетно покалывало.

А его губы были произведением искусства.

Каково это – быть с таким мужчиной, как он? Он защищает? Или, наоборот, уничтожает? Кем он был в жизни перед пленением?

Мои пальцы переместились на его губы. Они оказались мягкими.

Я никого и никогда не желала поцеловать.

Интересно, что испытала бы я, поцелуй меня мужчина, который нравится?

Желание возникло в то же мгновение и превратилось в нестерпимое искушение. Хочу. И всё на этом.

Ведь ничего такого…

Я просто дотронусь до его губ своими губами… А он ни за что не узнает о моей шалости.

Я склонилась и застыла над губами мужчины.

В груди возникло сомнение и неуверенность, но любопытство оказалось гораздо сильнее благоразумия.

Положила руки по бокам от его головы и прижалась губами к его губам.

Просто прикосновение к его губам. Не более. Но даже этого мне хватило, чтобы испытать восторг. И в то же время мне этого оказалось очень мало.

Бурная смесь эмоций меня просто опьяняла.

Вгляделась в лицо мужчины и вздохнула.

Мама как-то читала нам сказку о Спящей красавице. От поцелуя принца она пробудилась, и злые чары разрушились, не в силах противостоять чистоте, любви и вере.

Погладила его лицо и именно сейчас за долгое время я пожалела, что не могу говорить.

Я бы сказала ему, что очень рада встретить такого же человека, как я сама. Сказала бы, что с самого детства мечтала о звёздах, о других мирах и верила, что однажды увижу вселенную и иные планеты своими глазами.

А ещё попросила бы его рассказать о нас, о наших цветках, о даре… У меня так много вопросов.

А потом я бы спела ему песню…

У меня был красивый голос… Так мама с папой говорили.

Глаза мужчины закрыты.

Положила руку ему на грудь. Сердце билось ровно.

Грустно улыбнулась и, не удержавшись, поцеловала его снова. Правда, в этот раз я прижалась сильнее.

А потом и вовсе забралась на кровать и положила голову к нему на грудь.

Ощущение сильного тела под собой, понравилось мне ещё больше.

Рисовала пальчиком узоры на его груди, слушала мерный стук сердца и мысленно пела песню. Я даже слышала звуки музыки, и мне так хорошо было в этот момент. Так спокойно и надёжно, что уйти не было никаких сил.

А уходить надо. Он вот-вот очнётся…

И едва моя мысленная песня закончилась, и я собиралась последний раз его поцеловать и уйти, веки мужчины поднялись, и он впился в меня суровым взглядом зелёных глаз.

* * *

Аррон

Боль отпускала. Ещё одна пытка позади. Сколько их было, и сколько их ещё будет…

А потом, что-то произошло странное.

Я ощутил всем своим существом тепло. Не то тепло, которое источают приборы и машины, а живое тепло. Родное. Уютное. Мягкое.

Мне снилось, будто ко мне пришла Мия и она рядом со мной свернулась клубком, будто котёнок и просто лежала, наслаждаясь тем, что я просто есть.

Но это лишь сон.

В реальности подобное невозможно.

Моя судьба – боль и одиночество, и я никому не позволю разделить эту ношу со мной. Таким как я нельзя иметь привязанностей и слабых мест.

Неожиданно мои размышления и чарующий сон сменился волшебством.

Заиграла незнакомая тихая музыка. Играла, где-то на грани слышимости, играла и будто звала меня за собой. Звала туда, где не было зла и скверны, ничего, что несло бы боль и горе. Это было что-то невероятно светлое и радостное, что на миг я испугался, будто своей яростной натурой испорчу, сломаю, не пойму…

Все мои воспоминания о заданиях, предательствах, пытках и боли мельтешили в памяти, но постепенно растворялись и становились незначимыми. Хотелось просто слушать эту музыку и этот тихий, очень нежный голос.

Голос будто обнимал меня, смывая малейшие следы боли, гнева, жажды мести. С каждым мгновением я чувствовал себя всё сильнее и сильнее, ощущал себя способным создать что-то великое.

А музыка и голос набирали силу, они звучали, и уже торжествующе вели за собой.

Мне казалось, будто сами Небеса простили меня.

Я прислушался к себе и с радостью осознал – ничего не болело! Так прекрасно я себя не чувствовал с беззаботного детства.

А потом голос стих. И исчезла музыка…

Вернулись все горькие воспоминания. Стало холодно и одиноко.

Глупец… Нельзя верить волшебным снам. Они хуже любой пытки, потому как манят счастьем, а при пробуждении, разбивают душу в крошку о горькую и тусклую реальность.

Разочарованный, я резко распахнул глаза.

И увидел рядом с собой Мию.

Её небесного цвета глаза испуганно-удивлённо расширились, рот приоткрылся в немом вскрике. Она чуть не подскочила, рывком сев на кровати, но я успел поймать её – ухватил за тонкие запястья.

– Не бойся, – сказал тихо, но уверенно.

Она слабо и неуверенно улыбнулась, медленно помотала головой.

Я почувствовал, что её руки расслабились и отпустил.

Мия не ушла. Она продолжила сидеть рядом.

Она не испугалась меня. И вдруг, просто протянула руку и погладила меня по щеке.

Я не понимал… Но тихо сказал:

– Ты очень красивая. Мия.

Вдруг в её глазах промелькнула тень грусти, и она отдёрнула руку, словно обожглась.

Она встала с кровати, посмотрела в сторону камеры, ведущей съёмку в реальном времени и закусила нижнюю губу.

Этот её невинный жест, вдруг всколыхнул все мои животные инстинкты и чувства, и я ощутил прилив жара в паху.

Опустил взгляд и ухмыльнулся – вернул набедренную повязку на место. Хотя всё равно было очевидно, что у меня стояк.

А Мия смотрела в сторону, и казалось, она о чём-то важном думала. Её взгляд был устремлён глубоко в себя.

– Мия, – позвал её.

Она встрепенулась, посмотрел мне в глаза и к моему удивлению, вдруг начала снимать с себя халат.

Я замер, не в силах поверить в свою удачу.

Неужели она желает провести со мной время?

Желание начало кружить голову. Я едва держал себя в руках, чтобы не помочь девушку гораздо быстрее избавиться от одежды.

Халат упал к её ногам, потом она пуговка за пуговкой расстегнула блузку, но, не распахивая её полы, посмотрела мне в глаза с какой-то странной надеждой, болью и тем хрупким доверием, которым смотрят глазами существа, оказавшиеся в беде. Так смотрят котята, брошенные в холод умирать…

Я нахмурился, не понимая…

Как вдруг она повернулась ко мне спиной… Мгновение… и ткань её блузки облаком полетела вниз… обнажая спину…