Глава 4

— Девочки, какие же они все-таки красивые, эти снежные. А какие у них грифоны… Белые-белые… Восхитительные. Даже не знаю, кто лучше: хозяева или их звери, — восторженно протянула Илетта, опасно перегибаясь через подоконник и чуть ли не соскальзывая вниз.

— Надеешься поскорее упасть к ногам даймов? — хмыкнула Тина, на всякий случай придерживая чересчур увлекшуюся целительницу за пояс.

— Нет, к ногам красиво упасть не получится, — поморщилась Летта. — Особенно с такой высоты. Представляю, что там от меня останется. Все будет очень живописно, но совершенно не эстетично. А вот на руки…

Она мечтательно прикрыла глаза — лишь на мгновение, чтобы не пропустить того, что происходит снаружи — и тут же снова затараторила:

— Вы только посмотрите, какие у них руки. А плечи? Заметили? Даже у наших боевиков не такие широкие. Зато талии узкие, и задниц…

— Летка… — возмущенно выпалила Яна, перебивая не на шутку разошедшуюся подругу.

— Что «Летка»? — ничуть не смутилась та. — Не веришь, сама взгляни.

И немного отстранилась, уступая место Арьяне.

Я только вздохнула, косясь на столпившихся у окна девчонок.

Все два дня до приезда даймов в академии творилось Шакс знает что. Адепты с горящими от возбуждения глазами обсуждали новость, строили предположения, даже заключали пари, гадая, что привело снежных к нам, в Грэнси. Учеба, итоговые контрольные и проверочные, скорые экзамены, даже зимний бал — все на время забылось, потеряло значение. Благо, наставники проявили снисходительность и понимание, даже задавали в эти дни меньше обычного. Похоже, они и сами, не меньше учеников, предвкушали грядущий визит демонов.

У парадного входа в академию гостей ждал ректор и старшие наставники. Торжественный прием в честь прибытия снежных назначили на вечер, и сейчас адептам оставалось лишь наблюдать за церемонией встречи из общежития. Окна нашей с Тиной спальни как раз выходили на площадь перед учебным корпусом, поэтому неудивительно, что комнату с утра оккупировали изнемогающие от любопытства девушки — знакомые, полузнакомые и незнакомые вовсе. И даже привычный страх перед моими предками никого из них сегодня не остановил.

— Керри, ну что же ты? Иди к нам, скорее, — позвала Тина. — Такое зрелище пропускаешь.

Глаза ее сияли, щеки разрумянились. Надо же, даже нашу сдержанную прорицательницу, и ту проняло.

— Некогда мне, — сухо отозвалась я. — Нужно к контрольной по рунам готовиться. Я ее, между прочим, еще не писала. Да и зачем мне смотреть на демонов? Что я там не видела?

Последняя фраза предназначалась не Тине, а прадеду и тетушкам — невидимым, но вездесущим. Они согласились на мои условия и даже пообещали не набрасываться с ходу на снежных, обвиняя их во всех смертных грехах. Но взамен взяли с меня слово держаться от даймов подальше. В этом они с ректором проявили редкое единодушие.

Тина бросила на меня сочувственный взгляд, покачала головой, но ничего не сказала — молча отвернулась к окну. А я уставилась в учебник, делая вид, что кроме него меня ничего больше не интересует.

Так… Руна Эйв, огненная. Руна защиты, вернее обороны. Чертится резкой, прямой линией снизу-вверх, а потом…

— А где рога? — ворвался в мое сосредоточенное бормотание звонкий голос одной из первокурсниц — худенькой девочки с широко распахнутыми серыми глазами.

— Да… И хвосты? — поддержала ее соседка. — Где хвосты? Они же демоны. А выглядят совсем как мы. Странно.

— Высшие демоны похожи на людей, — пояснять, разумеется, взялась Янка. Кто бы сомневался? — Рога, хвост, клыки и когти у них, в отличие от низших, появляются только в боевой форме.

— А волосы почему темные? Всем известно, что даймы светловолосые.

— Потому что никто из них не вошел пока в полную силу. — Яна была само терпение.

— А пары у них уже есть? — не унималась сероглазка.

— Вот-вот, — задумчиво поддержала ее Летта. — И в связи с этим у меня все тот же вопрос: они девственники или уже нет?

— Летка… — простонала Яна.

— Ну, любопытно же, — пожала плечами целительница.

— Лично мне другое интересно, — неожиданно произнесла молчавшая до этого Майнола. — Кто из этой десятки внизу принцы? И почему даймы так поспешно, буквально накануне вечером, включили наследников в свою делегацию?

— Принцы? — пронеслось по комнате потрясенным эхом, и я сердито захлопнула учебник.

Ну вот как прикажете заниматься в такой обстановке?

— Не принцы, а принц, — не сдержавшись, поправила Арьяна. — У повелителя Эратхама один сын. Остальные…

— Не занудствуй, Янка, — весело перебила Летта. — Это и так давным-давно известно. Верно? — обратилась она к окружившим ее девчонкам.

Те согласно закивали.

Действительно, о привычке даймов прятать наследника престола среди сверстников знали во всех, без исключения, королевствах. Говорят, они принесли этот странный обычай с собой из миров хаоса.

Когда у повелителя снежных рождался сын, жрецы Шакса, с помощью особого артефакта, выбирали двух малышей, появившихся на свет в тот же день и час, что и принц, а потом проводили ритуал, который соединял детей навсегда. С этого момента троица была неразлучна. Повелитель ко всем мальчикам относился одинаково, не выделяя ни одного из них, и никто в мире не мог точно сказать, кто из трех побратимов его сын. Считалось, что дети и сами этого не знают, но мне в подобное с трудом верилось.

После магической инициации, которая у даймов завершалась в момент полного раскрытия и обретения силы, у принца появлялась метка рода, и он официально принимал титул наследника. Его названные братья, какой бы социальный статус они ни имели при рождении, получали титулы, звания, земли и занимали место у трона — по правую и левую руку от будущего повелителя. До тех же пор всех троих частенько называли принцами, не делая между ними различий. Что, в общем, логично. Новым властителем Эратхама мог оказаться любой из них.

— Вот видишь, Ян, даже они в курсе, — Летта кивнула на сероглазку и ее компанию. — Так что давай отложим твою лекцию и послушаем лучше Майнолу. Май, почему ты решила, что принцы тоже приезжают? Ректор об этом ни словом не обмолвился.

Арьяна обиженно надулась… на пару секунд, а потом любопытство взяло верх, и она, сменив гнев на милость, тоже подалась к Майке:

— Это точно? Ты не ошиблась?

— Я никогда не ошибаюсь, — величественно выпрямилась Майнола. Она великолепно умела отыгрывать аристократку, когда требовалось. — У меня всегда проверенная информация. Из самых надежных источников.

О том, что из себя представляют эти самые источники, дочь главного королевского казначея распространяться не стала. Слишком много сейчас в комнате было посторонних. А мы и так прекрасно помнили о Майкином таланте артефактора, видели, какие потрясающие подслушивающие амулеты она научилась делать, и не сомневались, что часть из них подруга предусмотрительно «забыла» дома.

— Мне стало известно, совершенно случайно, разумеется, что снежные вчера вечером срочно изменили состав делегации, включив в нее принцев… То есть принца и его побратимов, — исправилась Майнола, покосившись на Яну. — О чем и уведомили департамент иностранных дел. Причем, в очень категоричной форме. Дескать, так надо, и точка. Пока об этом мало кто знает, и официально еще не успели объявить, но, уверена, вечером, на приеме, Бегемот обязательно все расскажет, и тогда…

Майка многозначительно замолчала.

— Ой, что тогда начнется… — немедленно подхватила Летта и тут же снова свесилась из окна. — Принимаю пари, — раздался, практически снаружи, ее звонкий, радостный голос. — Тот или этот… А, может, вон тот, что справа? Как думаете? Или все-таки слева?

Девчонки переглянулись и следом за Илеттой полезли на подоконник. Причем, все разом.

— Отойди.

— Нет, ты отойди.

— Ой, это, наверное, вон тот, хорошенький.

— Или тот, мрачный.

— Да, вид у него строгий, королевский.

— Не строгий, а мрачный и злой. И волосы какие-то странные.

— Не толкайся.

— Нечего было так объедаться. Все окно собой заслоняешь.

— Дайте же мне взглянуть.

— Самой ничего не видно.

Девушки радостно щебетали, уже почти болтая ногами в воздухе.

Рама угрожающе скрипела.

А я снова гадала, кто же так основательно сглазил меня в детстве?

Вот скажите, какой Шакс принес принцев именно в Грэнси, тем самым придав делегации снежных чуть ли не правительственный статус? Мне ведь Бегемот с предками теперь вообще спокойно жить не дадут.

Торжественная встреча явно затянулась. Прошло десять минут, а девчонки по-прежнему разноцветной гроздью свешивались из распахнутого окна — очень рискованно, но весьма живописно, а кое-кто даже кокетливо, — возбужденно обсуждали прибывших и азартно гадали, кто же из них принц с побратимами. Хорошо, что предусмотрительная Арьяна заранее, еще утром, оплела окна согревающим заклятием, иначе все мы давно окоченели бы. И воодушевленные новостью девушки, которые скорее погибли бы, чем закрыли рамы, и я, страдающая совершенно безвинно. Что вдвойне обидно.

Ну вот о чем таком важном и срочном беседуют там, перед центральным входом, ректор и снежные, и почему нельзя поговорить в помещении? Обмениваются приветствиями и пышными речами? Засыпают друг друга учтивыми комплиментами? Или его высочество перечисляет условия, на которых готов остаться в Грэнси? Например, требует особые апартаменты, личных кухонных духов и самых прекрасных адепток в услужение…

Ой, что-то у меня воображение разыгралось, и совсем некстати, между прочим. Мне бы о рунах думать, а не о даймах. Тем более, меня к ним и на полет файербола не допустят. Ни при каких условиях.

Время шло, стрекотание девчонок мешало сосредоточиться, в голову лезли странные идеи… Когда перед мысленным взором ни с того ни с сего вдруг возник нагло ухмылявшийся высший в набедренной шкуре, мое терпение лопнуло. Я в очередной раз закрыла книгу, тихо встала и направилась к двери.

— Керри, ты куда? — догнал меня настойчивый голос Тины.

Надо же, а ведь я была уверена, что в восторженном ажиотаже, царившем в комнате, никто и не заметит моего исчезновения.

— Я вспомнила… Мне в библиотеку надо. Очень надо… Скоро вернусь, — выпалила скороговоркой.

И пока подруги не переключились с даймов на меня и не начали интересоваться, что мне понадобилось срочно и совершенно внезапно во владениях госпожи Рэх, надела сапожки, теплую накидку и удрала в коридор.

Через учебный корпус я сейчас идти не рискнула — не дай Фаернис столкнусь с гостями, поэтому пришлось обходить. Быстро спустилась по ступенькам, выскользнула из общежития, завернула за угол и через парк побежала к служебному входу в библиотеку.

Там уж точно никого нет — вот и отсижусь пока.

В парке было тихо и безлюдно, как я и ожидала, а вот погода портилась буквально на глазах. Небо заволокло серыми тучами, такими низкими и тяжелыми, что показалось, будто наступили сумерки. Пошел снег, с каждой минутой становясь все сильнее, и ветер поднялся какой-то неприятный. Стылый.

А ведь еще полчаса назад светило солнце, и мороз почти не чувствовался. Неужели это даймы привезли из своего Эратхама нам такой своеобразный «подарок»? Не случайно их называют повелителями льда. Ох, не случайно…

Ежась от пронизывающего ветра, натянула капюшон пониже, почти на глаза. На дорожку перед собой я почти не смотрела, чтобы уберечь лицо от летящего в него снега, поэтому то, что случилось дальше, стало для меня полной неожиданностью.

Впереди внезапно выросла чья-то фигура — словно соткалась из снега, и я, не успев остановиться, уткнулась носом в широкую, твердую грудь.

Охнула… Попятилась… Неловко взмахнула руками… И книга, которую я прижимала к себе, выскользнув из пальцев, полетела в сторону.

— Шакс побери, — прошипела я недовольно, вскинула голову и увидела прямо перед собой искрящиеся смехом голубые глаза.

Мужчина. Молодой. Симпатичный. И совершенно мне незнакомый, между прочим.

— Побрал? — с любопытством поинтересовался он и подхватил меня под локоть, поддерживая.

— Побрал, — согласилась я, обреченно озираясь и пытаясь вычислить, в какой из сугробов отлетела «Рунология».

— Интересный обычай — проводить ритуал в парке в самый разгар метели и жертвовать Шаксу книги. Оригинальный и необычный, — раздалось у самого уха. Незнакомец и не думал меня отпускать, даже, кажется, сжал локоть еще сильнее. — Но, боюсь, темный бог вашего усердия не оценит. Насколько мне известно, он совершенно равнодушен к такого рода подношениям, тем более, к учебникам. Если это, конечно, не описание особо изощренных казней и пыток.

Надо мной явно подтрунивали, только вот мне сейчас было не до шуток. Как теперь искать книгу, если я даже не заметила, куда она упала, а следы почти мгновенно замело? Все вокруг перекапывать?

— Это ведь учебник? Верно? — продолжал допытываться мужчина.

— Да, — подтвердила мрачно и, вывернувшись из захвата, чуть отодвинулась. — Причем, библиотечный. И вы выбили его у меня из рук.

Насчет «выбили» я, конечно, погорячилась — сама его упустила. Но настроение портилось с каждой секундой все больше и больше, и ужасно хотелось хоть кого-нибудь в этом обвинить. Для поднятия боевого духа и морального удовлетворения.

— Прошу прощения, — произнес незнакомец, мгновенно становясь серьезным. Даже не стал спорить — на что я, признаться, втайне очень рассчитывала. — Сейчас все исправлю.

Плавно поднял руку — словно собирал в ладонь падающие с неба крупные густые хлопья, — а потом, перевернув, резко опустил ее вниз. И метель стихла. Улегся ветер, снег стал редким и уже не колючим, как за мгновение до этого, а невесомым, пушистым, и сквозь поредевшие тучи потянулись первые солнечные лучи.

Я пораженно замерла — такой уровень владения стихией мне еще не доводилось видеть. Кто же он такой? Старшекурсник? Нет, я всех их знаю. Бывший выпускник? Маг, присланный департаментом иностранных дел для сопровождения снежных? Скорее всего… И дар у него подходящий. Но тогда, почему он здесь, в парке, а не рядом со своими подопечными?

Отступила еще на шаг, всматриваясь в лицо незнакомца, в которого мгновение назад умудрилась врезаться. Темные волосы, резкие, немного хищные черты, уверенный взгляд. Кого-то он мне напоминал — смутно, неуловимо. Но кого, я так и не поняла.

Мужчина тем временем снова вытянул руку, только на этот раз не вверх, а прямо перед собой, произнес коротко и властно:

— Гаратх ш-ша.

Сугроб справа от нас заискрился, дрогнул, осыпаясь белоснежным водопадом, и оттуда вылетела «Рунология», чтобы через мгновение опуститься на раскрытую мужскую ладонь.

— Вот и все. Забирайте вашу пропажу.

Я потянулась за учебником, но незнакомец не торопился его выпускать. Наклонился ко мне, произнес мурлыкающе:

— Могу я узнать имя прекрасной незнакомки, с которой свела меня судьба?

И улыбнулся. Так обаятельно и обезоруживающе, что не ответить ему улыбкой было невозможно. И злиться на него дальше — тоже.

— Керрис, — представилась сдержанно.

— А я…

— Брейт, — неожиданно раздалось за моей спиной, — Вот ты где. Смотри-ка, мы его по всей академии ищем, а он тут с девушками знакомится. Как всегда, не теряет времени даром. До грифонов-то успел дойти? Проверил, как их разместили?

И голос такой уверенный, веселый, нахальный, а главное, до боли знакомый.

Нет, этого не может быть. Просто не может, и все.

Порывисто обернулась, надеясь, что все-таки обозналась, перепутала. Фаернис-заступница! Пусть это окажется ошибкой. Пусть…

Увы, богиня-покровительница осталась глуха к моим мольбам.

— Демон по вызову, — вырвалось прежде, чем я осознала, что говорю.

Прошлась взглядом по мгновенно окаменевшему хмурому лицу, сведенным бровям, напряженно сжатым губам и с удивительно отчетливостью поняла, что права была няня Олли: молчание точно золото.

В воздухе разлилась тишина. Гулкая. Почти зловещая.

Секунда…

Другая…

И тут стоявший рядом с моим демоном… Огонь Первозданный! Что за нелепые мысли лезут в голову? С какой стати этот синеглазый наглец вдруг стал моим? Нет уж, мне такого подарка судьбы и даром не надо. Так вот… стоявший с этим чужим, совершенно посторонним мне демоном молодой мужчина — такой же высокий, статный, темноволосый, с лукавой искоркой в серых глазах — невнятно хмыкнул, явно пытаясь сохранить серьезное выражение лица, а потом, не сдержавшись, расхохотался. Громко, открыто.

— Как-как она сказала? — еле выговорил он, давясь от смеха, — Демон по вызову? Ты? Оригинально…

Мой недавний собеседник — Брейт, кажется… да, точно, Брейт — отреагировал иначе. Снова схватил меня за локоть, жестом собственника притянул к себе, спросил настороженно:

— Дан, вы что, знакомы?

— Встречались… — дернув уголком губ, процедил тот.

— К несчастью, — не менее «любезно» добавила я.

Синеглазый скривился, а потом его взгляд скользнул вниз, остановился на мужской ладони, сжимавшей мою руку, и угрожающе потемнел.

— Отпусти, — велел он, умудрившись вложить в одно короткое слово столько требовательной властности, что даже мне невольно захотелось отпустить… Прямо сейчас. Немедленно. Хоть что-нибудь. Книгу вот, например.

Кто же такой, этот Дан, Шакс его побери? Подтянутый, сосредоточенный, строгий, в темном, почти форменном плаще, на того, ночного, цинично-насмешливого демона он сейчас меньше всего походил. И демон бы в Грэнси так спокойно не разгуливал. Но что тогда он делал в пентаграмме? Как вообще туда попал?

— Вот как? — недоверчиво протянул Брейт. — Ясно. Значит, это и есть та, кого мы ищем? Твоя… хм… должница?

— Да. — со странной интонацией подтвердил синеглазый. — Она и есть… Моя…

— Жаль.

Брейт медленно, словно нехотя, разжал пальцы, освобождая мою руку.

Странный диалог, полный пауз и скрытых намеков, мне категорически не понравился. Да что там не понравился — если честно, просто вывел из себя.

— Не знаю, кто вы, но учтите, я вам ничего не должна. И я не ваша, — выпалила, вздернув подбородок. Пусть этот бесцеремонный… да кем бы он ни оказался… пусть не думает, что я его боюсь. — Мне была нужна всего лишь саламандра, и пентаграмму я чертила именно для нее. Правильную, четкую, без единой ошибки, между прочим. Кто же мог предположить, что на вызов… то есть на призыв, — мгновенно исправилась я, заметив, что лицо Дана снова начало мрачнеть, — что на призыв вместо низшего элементаля откликнется какой-то сомнительный тип. Сходу, даже не представившись, запишет меня в должники, начнет угрожать и требовать плату.

— Почему сомнительный? — недоуменно переспросил Брейт.

— А какой же еще? Как вы назовете того, кто совершенно неожиданно, без приглашения заявится к вам посреди ночи в красной набедренной повязке на голое тело? М-м-м? Сомнительный — это еще мягко сказано.

— В набедренной повязке? — снова хохотнул молчавший до этого сероглазый. Надо же, какой весельчак выискался. — Еще и красной? Да вы шутница, девушка.

— О, да, — зловеще оскалился Дан. — Ты даже не представляешь, какая. Затейница просто. Сначала выдернула меня посреди ночи из постели Микаэны, потом обозвала «добрым, сострадательным и великодушным», потребовала огласить мои расценки, напоследок связала ритуалом и вышвырнула на девятый уровень прямо в гнездо друффов. У которых сейчас как раз пик брачного периода. Обхохочешься, правда?

— Ну, знаете, — возмутилась я. — Никаким ритуалом я вас не связывала и вообще…

Договорить мне не дали.

— Не связывала, говоришь? — рыкнул Дан, злющий как… как демон, сжал кулаки и качнулся вперед.

Я охнула и, решив не искушать судьбу, поспешно юркнула за спину Брейта. Надеюсь, он меня спасет от своего не совсем адекватного приятеля. Или по крайней мере, задержит его, хоть ненадолго. Пока я буду убегать.

— Дан, прекрати, слышишь? — Брейт чуть сдвинулся, надежно заслонив меня. Схватил приятеля за плечи, встряхнул, повторил настойчиво: — Прекрати. Ты ее пугаешь. Понимаю, близость хайтэ кого угодно сделает нервным и… гм… раздражительным. Но постарайся держать себя в руках. Ты пугаешь Керрис, не видишь разве?

Хайтэ?

Незнакомое слово напрягло, заставило насторожиться и, вместе с тем, страшно заинтриговало.

Что такое хайтэ, я даже примерно не представляла. Почему на всех подряд оказывает столь разрушительное влияние, превращая в несдержанных, вспыльчивых, неадекватных типов — тем более. Это что еще за зараза? А, может, болезнь? Заклятый враг? Стихийное явление? Полнолуние? Вон оно как на оборотней действует… И словаря, как назло, под рукой нет, придется до библиотеки терпеть.

В любом случае, я была благодарна Брейту за помощь. За то, что спрятал меня, закрыв собой, за то, что продолжает защищать. Но отсиживаться «в тылу» и дальше показалось мне унизительным, а еще очень хотелось понять, что, в конце концов, происходит. И я вышла из-за широкой, надежной спины, смело глядя в лицо своей «проблеме».

Правда, далеко отходить не стала и магию призвала, на всякий случай. Вдруг внутренний огонь в этот раз все-таки откликнется? Ну, а если нет… Не отобьюсь — так хоть согреюсь.

— Керрис? — переспросил синеглазый, и уголок его губ приподнялся в предостерегающей усмешке. — Ты уже называешь ее по имени? Интересно, когда вы успели настолько сблизиться?

В голосе Дана зазвенели металлические нотки. Недобро. Угрожающе. Но на Брейта это, похоже, не произвело ни малейшего впечатления.

— Называю, — легко согласился он и даже позволил себе улыбнуться. — Потому что начал знакомство, как положено, с представления, а не с угроз. Как некоторые.

«Некоторые» поморщились, сбросили ладони приятеля со своих плеч, внимательно осмотрели нас с Брейтом, но… ничего не сказали.

А вот третий из мужчин, тот самый весельчак, молчать не стал. Сделал шаг и склонил голову.

— Разрешите представиться: Террелл.

— Брейтон, — подхватил Брейт, чуть разворачиваясь, но при этом умудряясь не упускать моего противника из вида. — Впрочем, вы уже знаете, — он ободряюще подмигнул и продолжил: — А нашего друга зовут…

— Я сам, — твердо перебил Дан. И отчеканил, веско, яростно, вкладывая в свои слова какой-то непонятный мне пока смысл: — Дамиан. Мое имя Дамиан.

— Керрис, — зачарованно выговорила я, не в силах оторвать от него взгляда. И вдруг показалось, что в этом парке, кроме нас, никого больше нет.

Миг…

Другой…

Тишина…

Стук наших сердец, совпадающих каждым ударом…

И темно-синие глаза напротив. Бездонные. Пытливые. Точно чего-то требующие.

— Вот и познакомились, — весело произнес Брейт, и почти осязаемое безмолвие, окружавшее нас, разлетелось звонкими осколками. — Теперь можно побеседовать. Спокойно.

Он покосился на Дана, хмыкнул и исправился:

— Более-менее спокойно… Надеюсь, нам это удастся.