Глава 12

Очередной неприятный вопрос от Его Высочества.

Ответ давно готов.

Я спокойно улыбнулась:

— Озарение. Полагаю, вам известно, что к пятнадцати годам мой дар так и не пробудился, и меня официально признали немагом, что было чистейшей правдой. Мои знания пришли вместе с магией меньше месяца назад.

Между прочим, ни словом не соврала. Всего лишь опустила некоторые детали. Ссылаться на озарение единственный выход, потому что «дополнить» биографию Милимаи обучением у странствующего монаха или иностранного лекаря, невесть как заблудившегося на просторах королевства просто невозможно, слишком легко найти опровержение. А чудо на то и чудо, что оно просто случается без всякой логики и смысла.

Иола покосилась на брата.

Жест, который он сделал, я не поняла, зато Иола прищурилась. Кажется, я теряю союзника. Принцессу можно понять. С её точки зрения, Ирсен или я должны были предупредить её о подобном. Полагаю, её зацепило не столько «озарение», сколько собственная неосведомлённость. Что-то мне подсказывает, что принц пытается внести раскол и настроить старшую принцессу против Кары и Ирсена.

— Графиня Льёр, поясните подробнее, — попросила Иола.

Что именно?

— Ваше Высочество, я была отправлена в загородную усадьбу и часто проводила время на природе, — то, что я собирала ягоды или пыталась рыбачить пока опустим, — В один из дней для мне я всё изменилось в считанные мгновения. У меня прорезался дар. В буквальном смысле. Позволите показать?

Я медленно выпустила скальпель и также медленно втянула.

И вновь перешёптывания.

— Это же невозможно, — услышала я чей-то достаточно громкий комментарий.

— Вместе с магией пришло понимание, как её можно использовать. Можно сказать, я полностью переродилась.

Мой ответ можно считать безумным, но у меня есть величайший козырь — со мной единорог. Хотя полностью полагаться на Сахарка нельзя в том смысле, что враг знает о нём.

— Графиня, зачем вы играете словами и вводите нас в заблуждение? — ухмыльнулся принц.

Я напряглась.

Принц хлопнул в ладоши, и приказал:

— Пригласите свидетелей!

Но барон у Ирсена…

Церемониймейстер повторил приказ, двери распахнулись, и в зал вошли… Проклятие! В зал вошли двое. Жрец и няня. Няня тяжело ступала, медленно приближаясь к тронному возвышению. На её лице мешались решимость, страдание и нервозность, скорее всего, вызванная местом и окружением.

Няня приблизилась к тронному возвышению и упала на колени. Почему-то смотреть на неё было больно, неприятно, она одновременно вызывала во мне жалость, сочувствие, чувство вины и раздражение. Она сказала, что хочет спокойно дожить своей век. Какого чёрта?

Зато Ирсен сможет вычислить предателя, ведь всего двое-или трое имели отношение к её отправке в монастырь, правильно?

Жрец поклонился низко, но с чувством достоинства.

Принц не разрешил няне встать, а лишь бросил короткое:

— Представься!

Няня вздрогнула. Даже с кафедры было видно, что няню потряхивает. Может, её заставили?

— В-ваше Всемилостивейшее Высочество…

— Говори смело.

Няня сглотнула, повернула голову в мою сторону и обожгла таким свирепым взглядом, что любые предположения, что она здесь против воли, отпали сами собой. Няня, что же ты творишь?

— Ваше Высочество, — няня подняла взгляд на тронное возвышение, — я слуга. Я была няней матери графини Льёр, последовала за своей госпожой в дом её мужа, когда госпожа вышла замуж. И была приставлена няней к дочери госпожи леди Милимаи. Я неотлучно была при маленькой госпоже с первого дня её жизни. Я знаю маленькую госпожу как никто! Маленькая госпожа не обладала магией, она была тихой, доброй, любила вышивать, дни напролёт проводила за рукоделием. Этим летом барон Дарс отправил маленькую госпожу в загородную усадьбу, и однажды это случилось. Госпожа вышла из дома и больше никогда не вернулась, — по щекам няни потекли слёзы. — Вместо неё пришла она! Та, которую вы называете графиней Льёр! Она призналась мне, что зона не моя девочка, она заняла место души моей маленькой госпожи! Ваше Высочество, умоляю! Спасите мою госпожу!

Няня всхлипнула, протянула к принцу трясущиеся руки…

Я сосредоточилась лишь на одном — не дать эмоциям отразиться на лице. Внешне я должна оставаться бесстрастной, хотя мне очень хочется подойти к няне, встряхнуть и спросить, соображает она, что творит или нет.

То есть… По-человечески я могу её понять. Мили для неё любимое дитя, сосредоточие мира, единственная отрада и смысл жизни. Принять её уход няня просто не могла, и ей стало легче обвинить меня в том, что я захватила чужое тело, чем принять правду. К тому же… А есть хоть одна причина, почему няня должна мне поверить? Я утверждаю, что настоящая Мили захотела уйти. Няня может быть уверена, что я воровка и захватчица, и что душа настоящей Мили никуда не ушла, а ждёт помощи. В легендах ведь не только о бездушных рассказывается, но и об одержимых.

Вторя моим мыслям, выступил сопровождавший няню жрец:

— Ваше Высочество, эта женщина пришла в монастырь в поисках душевного спокойствия и многое мне рассказывала. Она боится, что душа её молодой госпожи оказалась подавлена. Говоря прямо, есть подозрение, что графиня Льёр одержима демоном.

Эм… А не слишком круто?

Кара подалась вперёд:

— Ключник Батиты, вы говорите о графине Льёр, невесте герцога Варильского. Я понимаю чувства, но я надеюсь, что каждое ваше слово взвешено и обдумано.

Жрец спокойно поклонился Каре:

— Ваше Высочество, это безусловно так. Каждое слово должно быть взвешено и обдумано. Я готов ошибиться и понести за свою ошибку заслуженное наказание, но я убеждён, что дело должно быть расследовано незамедлительно. Я молюсь, чтобы подозрения остались напрасным наветом, но ради безопасности всего мира мы должны готовиться к худшему.

— Ключник, у вас есть что-то, кроме подозрений? — помог жрецу принц.

— Несколько странных совпадений. Факт первый. Так называемое «озарение» произошло, когда герцог Варильский возвращался в столицу после посещения Обсидиановой Пещеры и был неподалёку от загородной усадьбы, где в то время и находилась леди Милимая.

Что?!

А Ирсена зачем приплели?! И откуда знают, что он был в Обсидиановой Пещере?! О паломничестве Ирсена может знать принц, могут знать жрецы главного храма. Но откуда эта информация у монастырского жреца?

Видимо, всё ещё хуже, чем я думала.

— Дальше.

— Факт второй, — продолжил жрец. — Герцог Варильский получил власть над низшими демонами, переродившимися в котов, и несколько из них следуют за графиней Льёр. Факт третий. В доме барона Дарса был вызван демон. В вызове обвинён барон, однако, поскольку судебного решения ещё не было, мы не можем назвать его виновным, зато мы точно можем утверждать, что герцог имел к этому случаю непосредственное отношение, поскольку именно его подчинённые арестовали барона Дарса.

Стоп, стоп!

Они уже не меня обвиняют, они на Ирсена переключились? Притормозите, я не успеваю. Ёжики святые, что у них в мозгах?! Хотя понятно что — политика.

Не знаю, что будет дальше, но один плюс в ситуации несомненно есть. Принц отбросил притворство, и сомнений, что он один из заговорщиков не осталось. Лишь бы не было слишком поздно.

— Ваше Высочество, говоря прямо, я подозреваю, что графиня Льёр одержима демоном, призванным герцогом Варильским. Леди должна быть незамедлительно спасена.

У меня мороз прошёл по коже.

Если я правильно поняла, жрец собирается изгнать из тела Мили мою душу.

Я испугалась. Признавшись в озарении, я подставилась. Хотя не уверена, имеет ли право жрец хоть что-то предпринять. Чтобы арестовать барона, Ирсену потребовалось получить весомые доказательства вины и приказ цароса о лишении барона неприкосновенности. Доказательства у принца есть, нет приказа. У меня есть шанс? Но ведь меня не арестовывать собираются, а спасать. Я посмотрела на Кару, но принцесса застыла в кресле, никак не показывая отношения к происходящему.

Может, пора Сахарка показать? Я тронула шаль. Из свёртка высунулся кот. А где единорожка?! Когда он успел исчезнуть, да так, что я не заметила? И что мне теперь делать?

— Если леди в опасности, то наш долг принять незамедлительные меры, чтобы спасти леди, — объявил принц.

Никто ему не возразил. Чёрт, что же делать? Я начала паниковать. Он действительно сможет изгнать неродную телу душу?

Жрец шагнул ко мне.

Внезапно воздух задрожал, будто раскалённый, и между длинным столом и тронным возвышением появился ещё один жрец.

Мужчина обозначил поклон, но спину не гнул и быстро выпрямился.

— Приветствуем вас, Верховный ключник Батиты.

— Ваши Высочества.

Верховный жрец перевёл взгляд на меня. Я догадалась шагнуть из-за кафедры и изобразить реверанс. Котик успешно спрыгнул на пол и спрятался.

— Графиня, было высказано подозрение, что вы одержимы демоном. Это серьёзно, и я не могу пройти мимо.

Я случайно посмотрела в сторону зрителей и встретилась взглядом с отцом Ирсена. Свёкр успокаивающе подмигнул.

— Благодарю вас, Верховный ключник Батиты. Я счастлива знать, что каждый получит помощь и защиту.

Жрец поднял руку, и в меня ударил луч света точь-в-точь такой, каким жрецы изгоняли призванного бароном демона.

Я вздрогнула, но испуг был напрасным. Я ничего не ощутила, кроме лёгкой щекотки. Луч бил точно в грудь и впитывался в тело. Через несколько минут моя кожа засветилась. Жрец погасил луч и опустил ладони.

— Ваши Высочества, только что мы удостоверились, что подозрения младшего ключника, к счастью, ложны. Графиня не одержима демоном.

Успокаиваться рано.

Няня повернулась к жрецу и спросила достаточно громко, чтобы её услышали и жрец, и аристократы:

— Верховный ключник, а кем моя маленькая госпожа одержима?

Жрец снова поднял руки. Полившийся свет был менее ярким, охватил меня на минуту и погас:

— Перед Батитой свидетельствую, в теле одна единственная человеческая душа.

— Убийца! — вскрикнула няня. — Она убила! Она заняла место моей маленькой госпожи.

Няня горько разрыдалась, совершенно не обращая внимания, что перед ней Верховный ключник, принцессы, принц. Я всё больше проникалась сожалением. И жаль, что я не смогла её обмануть. Всё было бы проще и легче для нас обеих. А ещё я обещала настоящей Мили позаботиться о няне, поэтому у меня нет выбора, кроме как:

— Ваши Высочества, я прошу быть снисходительными няне, её горе затмевает разум.

— Графиня, я лично позабочусь о ней, — пообещал Верховный жрец. — Я обещаю выяснить, почему женщина, пришедшая в монастырь в поисках душевного умиротворения, была ввергнута в пучину тревог. Что касается вас, графиня, то я не вижу ни одного признака насильственного изгнания души. Я склонен считать правдой добровольный уход. Чтобы установить истину, я приглашаю вас завтра посетить храм Батиты. Впрочем, вы ведь уже собирались посетить храм, чтобы рассказать о своей методике? Я буду ждать вас, графиня.

— Благодарю, Верховный ключник. Я обязательно буду.

Мужчина благостно улыбнулся мне, а затем поклонился принцессам и принцу:

— Ваши Высочества, с вашего позволения.

По знаку жреца гвардейцы увели няню и сопроводили к выходу прибывшего с ней жреца.

— Что же, — улыбнулась Кара, — полагаю, заседание можно считать закрытым?