Глава восемнадцатая. А так — можно?

— Что. Ты. Делаешь?

Невозможный мужчина! От его действий хотелось то ли закипеть… то ли растаять.

Но сейчас я сидела совершенно разобранная, растрепанная, взбудораженная и растерянная одновременно. Сердце колотилось, по спине гуляли мурашки, а ладони стали влажными от волнения — я с силой скомкала юбку и прикусила губу. И в таком состоянии я могла только смотреть сбоку на полуголого стража, который даже с такого полубока притягивал взгляд.

Широкие мышцы спины, впадины на пояснице, косые мышцы живота и крепкие плечи — в привычном облачении стража не разглядишь и десятой доли этой красоты.

Однако он страж тьмы, связан с темной магией и что-то есть в нем самом такое же пугающее. На мгновение мне показалось, что по его спине пробежала тень.

Я уже представила, что сейчас он повернется, что в его хриплом чувственном голосе послышится просьба: “Помоги мне, Рокс… Ты же можешь”. И если он снова медленно настигнет, захватит в объятия и поймает мои губы… Я уже не уверена, что смогу отказаться. Но и не думаю, что в силах помочь! Хоть в чем-то.

— Я? Переодеваюсь, — пожал плечами Эйнор.

Он дошел до сундука, на котором была аккуратно сложена его черная одежда.

Быстро и ловко он натянул шелковистую рубашку, куртку со всеми застежками, сменил штаны на кожаные черные. Впрочем, и купленную одежду взял с собой, как и медальон с зельем.

И ушел. Вот так! Невероятная наглость!

Кажется, внизу стукнула дверь.

Я сидела на постели вот теперь полностью обескураженная.

Нет, я, конечно, сама отказалась от безумной затеи. Как долго я смогу исполнять роль его невесты?! Как скоро меня раскроют? И что дальше — если эти стражи всем скопом решат, что я нарушила неприкосновенность их тайн. Да меня в этом замке Лора снова сживет со свету…

Я дернула проклятый браслет и застыла. Ведь он обещал от него избавить!

Подарочек на память? Вот спасибо!

Сорвавшись с измятой постели, я бросилась вниз, с грохотом пронеслась по ступенькам, в очередной раз чуть не свернув себе шею. С трудом ухватилась за перила, но все же проскользила по паре ступенек. И замерла внизу, когда поняла, что негодяй-Эйнор сидит за низким столиком, как ни в чем не бывало, и пьет кофе.

Ух, жаль, мои родители не портовые служащие, а то сейчас такой момент выдать все фольклорные знания и достижения устного народного творчества.

— Уже собралась? — удивился он и сделал глоток. — Ты быстро. У вас тут такой вкусный кофе варят. Расскажите секрет?

Мои глаза должны были сейчас метать молнии. Он издевается!

Гвен попеременно то краснела, то бледнела, когда смотрела на стража, но слово, видимо, вымолвить боялась.

— Я думала, ты… — выдохнула я наконец, но оборвала себя.

— Ушел без тебя? Что ты. Без тебя теперь никуда, — многозначительно произнес он, дуя на чашку.

Гвен вопросительно посмотрела на меня. Глаза за стеклами очков стали еще больше: еще немного — и сравняются с размерами самих очков. Я не сразу сообразила, в чем дело. Ну, конечно. Поднимался сюда совсем другой Эйнор, обычный мужчина, а выходил… страж тьмы!

Количество незаданных вопросов в глазах Гвен щелкало и увеличивалось.

— Я, пожалуй, тоже. Выпью. Кофе, — прорычала я и пошла за чашкой.

Связала же меня неладная с этим невыносимым типом. Какое там влюбиться! Бежать от такого, как от огня. Поцеловать ему, видите ли, захотелось. Перехочется!

Повернувшись спиной, я занялась кипятком и при этом пыталась остыть сама. Ну и негодяй этот страж тьмы, если считает, что имеет право так играть чувствами. Или это его месть за мой обман, считает, что так мы будем квиты?

Еще днем я успела собрать остатки зелья, чтобы оставить и для себя. Знала, что может пригодиться, но не была уверена. Теперь же придется подчиниться стражу и сыграть роль, на которую сама когда-то согласилась. Но на этом всё.

Приняв эту мысль за непреложную истину, я повернулась к остальным с максимально спокойным лицом и горячим напитком в руках. И даже улыбнулась Эйнору так мило, как только умела.

— Вы уходите? — высоким голосом спросила Гвен, нервно стуча пальцами по костяшкам. — Уже?..

— Дорогая Гвен, — вмешался Эйнор таким теплым медовым голосом, словно надеялся убрать всю паническую тревогу у моей напарницы. Та вздрогнула, но к нему повернулась: — Я очень прошу прощения у вас за беспокойство. Пришлю чек от Ордена за все ваши издержки. Но мы, как и вы, по-прежнему должны хранить молчание обо всем, что тут происходит.

— Я потом все расскажу, — пообещала я таким же медовым голосом.

По непробиваемому взгляду Эйнора сложно было понять, о чем тот думает. Вполне может быть о том, что едва ли я вообще вернусь в эту лавку. Учитывая, сколько знаю лишнего. Но я предпочитала пока об этом не думать.

На несколько мгновений повисла тишина. Только наши с Эйнорм взгляды сталкивались, наверное, с характерным металлическим лязгом. Издевается и не скрывает этого. Ему, небось, даже нравится, что я вынуждена подчиниться.

— Идем? — поднялся он первый.

— В самую ночь? — нахмурилась Гвен.

— Я бы тоже предпочла спать, — я схватила ее тонкую ладошку и сжала, будто бы этим можно было пообещать покой и безопасность. — Постараюсь скорее вернуться.

Гвен вздохнула и обхватила себя за плечи.

— А что нам делать с лавкой? — проговорила она шепотом.

— Работайте завтра в обычном режиме, — сказал страж. — И скажите, что Роксана ушла по делам — если кто спросит. Но она обязательно вот-вот вернется.

— А она вернется? — едва слышно просипела Гвен, обращаясь прямо к Эйнору.

Тот кивнул и посмотрел на меня долгим взглядом.

— Верну в целости и сохранности.

Вернет! Как же… Эйнор скрыл лицо под привычным одеянием стража.

Я поежилась, тоже кивнула и натянула уже порядком доставший капюшон.

Мы вышли через задний ход.

— Выглядишь так, как будто мечтаешь меня испепелить.

Эйнор торопливо вел меня куда-то темными улочками, и в какой-то момент было удобнее схватить его за руку, чем пытаться самой успевать за широким шагом.

Пару раз я оглядывалась по сторонам в поисках слежки, но никого не было видно. Вокруг привычно гудел город, особенно шумела набережная с прибывающими судами и моряками, что вырвались на свободу после корабельного плена.

На улице стало прохладно, задул влажный ветер. Мы прошли сквозь многолюдные улицы и свернули на очередную тропу, где не было фонарей. Вот уж действительно место для стража тьмы. Который этой тьмы, похоже, боиться — судя по тому, как напряглась рука под моими пальцами.

— Я думала, ты действительно ушел!

— Не пойму, обрадовалась ты этому или нет? — в голосе Эйнора слишком явно плясала насмешка, но мне было уже все равно.

— Сначала нет, потом да, потом снова нет.

— Что же заставило тебя едва не свернуть шею, падая с лестницы?

— Вообще-то ты обещал снять с меня браслет.

— Тяготит украденное?

— Не нужны мне ваши орденовские штуки! Подумаешь, старинные артефакты. Я видела их тысячу, — фыркнула я, — еще у себя в Элевисе!

Эйнор замолчал и какое-то время в тишине вел меня к порталу.

Так странно чувствовать себя чужой с человеком, который совсем недавно целовал меня на моей же постели. И целовал так жарко, что до сих пор от воспоминания по низу живота проходит горячая волна. Но мы по-прежнему друг другу никто, хоть я и собираюсь пройти с ним брачный обряд. Вынужденно.

— Что случилось на собрании? — разбила я тишину. — Что ты узнал?

Страж словно язык проглотил.

И куда только делся весь его кураж?!

— Эйнор. Если я должна выйти за тебя замуж, я имею право что-то знать!

Он только провел меня вперед через лужу на дороге и подал руку, чтобы я перебралась. Касаться его ладони было приятно. Я вспомнила, как совсем недавно на том ритуале он несколько раз брал за руку — твердо, уверенно, даже жестко.

Пришлось снова напомнить себе, что это лишь формальность.

— Хорошо, можешь молчать, — продолжала я. — Я ведь тебе так, для галочки. Есть невеста — ты молодец, нет невесты — страж тьмы не удался. Так?

— Что-то вроде того, — глухо проговорил наконец Эйнор.

— Угу.

Мое молчание стало выразительным, мы прошли еще одну улицу и приблизились к заброшенному дому Бергов, когда Эйнор все же сказал:

— Зачем тебе это — что-то знать?

— Я тоже втянута в неприятности!

Вокруг не было ни души, только тускло мерцали в ночи фонари. И это навевало какое-то мистическое настроение. Я поежилась от мурашек.

— Позволь уточнить, кто именно тебя в эти неприятности втянул?

Он остановился напротив, и я видела только нижнюю часть лица.

— Эйда, — буркнула я.

— А… то есть думать своей головой тебя родители не учили?

— Ой только не надо говорить мне, как жить, — я снова начала закипать и вскинула голову, думая стянуть дурацкий капюшон и посмотреть Эйнору в глаза.

Он едва заметно пожал плечами, но вдруг шагнул ближе.

— Каждое действие имеет последствие. Привыкай.

— Тебя это тоже касается, вообще-то. И ты не имеешь право целовать меня, когда вздумается, чтобы потом смеяться и наблюдать, как бегу за тобой!

Рассердившись окончательно, я мотнула головой и освободилась от тяжелой черной ткани. Эйнор стремительно подошел ближе, будто сияние моих светлых волос в ночи привлекло бы сразу внимание всех врагов. Но вокруг никого!

— А как я имею право тебя целовать?

Страж притянул меня к себе за талию так решительно, что я едва не наступила ему на ногу.

Внутри всё ухнуло в пропасть. Ну какого демона!

— Даже не думай…

— Да я и не думаю, — по коже ударил его низкий голос, и его губы нашли мои.

Проклятый страж! В который раз поймал меня на растерянности. И вызвал целый сноп эмоций — точно искры высек. Я не ждала такого. Он же сам…

Мысли окончательно спутались, пока Эйнор целовал и прижимал к себе. Я попыталась вырваться, наступила ему на ногу уже нарочно, но он только приподнял меня, прижав еще теснее. Поцелуй обжигал и сводил с ума. Что-то во мне отзывалось так горячо, предательски, что я не могла устоять. Может, это магия! И меня околдуют, как когда-то Эйду!

Я ответила на поцелуй на одно крохотное мгновение, а оно превратилось в бесконечность. Я сама прижалась к нему губами, прикусила нижнюю, чувствуя легкую грубость небритой кожи, горячий вздох, безумно притягательный запах. Высвободившись, потянулась выше и обхватила руками его крепкую шею. Последний раз коснулась его губ, горячих, как пламя, в этих зыбких сумерках. Отстранилась и замерла.

Снова видела его живые глаза перед собой. Под темными ресницами отражалось звездное небо и плескался огонь. Представить только, что я сама целую стража тьмы, как бесстыдная сумасшедшая девчонка!

Целую того, кто сражается с демонами… и не только со своими.

Мои руки на его плечах дрогнули, но я не отводила взгляд.

— А вот так — можно? — прошептал он, с силой сжав мою спину.

Его ладони могли едва ли не обхватить ее целиком. Они проскользнули от позвоночника к ребрам, обхватили всецело по бокам, вызывая волну мурашек.

— Так тоже нельзя, — тоже шепотом возразила я, продолжая висеть на его шее и упираясь в землю самыми носками мягких туфель.

— Жаль… — вздохнул Эйнор, находясь от меня на таком расстоянии, что еще малейшее движение, и мы снова столкнемся в неотвратимом соприкосновении.

Но сейчас оба упрямо замерли на своих местах.

А я ведь буквально только вспоминала про Эйду. От собственной испорченности стало зябко, и я быстро отстранилась.