Глава 25

В тот вечер встреча и все, за этим последовало, вполне укладывалось в план Наташи. Павел реагировал именно так, как она и рассчитывала. И Наташа думала, что небольшая буря в стакане, которая сегодня разразилась, пронесется мимо.

Но потом Павел неожиданно повел себя. Обычно после этого он отправлял ее в ванную, где они... в общем, все продолжалось.

А сейчас он сразу ушел в кухню и заявил, что им нужно поговорить.

Хорошо. Она готова была поговорить, хотя это несколько настораживало. Идя за ним следом кухню, Наташа подумала - жаль, что ей не пришло в голову что-нибудь приготовить. Но и это не страшно.

- Ты не голоден?

- Хах! - хмыкнул тот не оборачиваясь. - Как ты думаешь, хочу ли я жрать, если целый день на работе торчал?!

- Ммм, - протянула она, отмечая про себя, что он явно не в настроении, но бодро сказала: - Я сейчас закажу доставку.

- Не надо, - он уже дошел до стола и развернулся. - Сядь.

Однако... Она села за стол.

- Тебе надо уехать, - резко бросил он и отошел к окну.

- Что? - Наташа подалась вперед, ей показалась, что она ослышалась.

А потом дошло. Чеееерт, как она разозлилась. Значит, поимел ее, а теперь хочет выставить?

- Это на время, Наташа, - мужчина обернулся и присел на подоконник. - На время, пока тут все утихнет. Потом я верну тебя.

Вернет? Дурой Наташа не была. Сейчас она слушала его и не верила ни одному слову. Если она согласится уехать, больше не вернется. Она выпрямилась и спросила:

- Когда?

- В идеале сегодня. Но есть кое-какие дела, значит, завтра.

- Я спрашиваю, когда вы вернете меня, Павел Всеволодович? После развода?

- Ты понимаешь, - он заерзал на подоконнике, потер левую бровь и уставился в левый угол. - Я пока не знаю точно. Придется подождать.

А ей вспомнилось, что говорил Иевлев:

«Когда по вашей милости Павел Торопов полетит со своего места, вместе с ним полетит много голов. А это большие злые дяди, Наталья Константиновна. Никто не любит терять деньги и бизнес, и если вы думаете, что сможете сухой выйти из воды, то вы наивны».

И нет, наивной она не была. Но допустить, чтобы ее как использованную салфетку вышвырнули, не могла.

- Да, и еще, - продолжал Павел.

Он теперь встал и ходил взад и вперед по кухне.

- Те акции, что у тебя в доверительном управлении. Нужно переписать доверенность, - сказал он и повернулся к ней. - Это надо сделать завтра.

- Нет, - сказала Наташа.

- Что - нет? Не поняла? Слушай внимательно, я повторяю...

- Я ничего не стану переподписывать, - проговорила Наташа. - Эти акции принадлежат мне.

Он зло расхохотался:

- Как ты сказала?! Ты что думаешь, я буду продлевать тебе срок доверенности?!

- Думаю, да.

- Да ты охренела, Наташенька. Я не стану этого делать.

- Вам же не нужна огласка? Значит, вы все сделаете, - теперь она встала и смотрела на него. - И снимете мне квартиру. Но это уже завтра.

- Да ты!..

Она уже не слушала, пошла из кухни прочь.

***

Павел просто НЕ ВЫДЕРЖАЛ. Хлопнул дверью и ушел из дома.

Некоторое время он сидел в машине, матерился в голос.

Бл***! Как все повернулось! В клещи его взяли, в клещи! Глава города нехорошо проходился по нем, как кот с мышью играл. Павел понимал, что у главы на него что-то есть. Иначе с чего такие намеки?

Копают под него. Не зря Малахов как падальщик кругами ходит. Получается, он на волосок. Он рычал, стукая кулаками по рулю и потом снова сидел, уткнувшись носом в ладони.

Все из-за девчонки, из-за малолетней сучки! Хитрая тварь. И вот эту тварь он пригрел рядом с собой. Дело ей хотел доверить.

Павел зашелся злым хохотом.

Человеком ее считал. А она ему?

«Вам же не нужна огласка? Значит, вы все сделаете».

Переобулась в воздухе.

Куда что делось?!

Была нежненькая, беззащитная, котеночек... «Я так давно люблю вас, Павел Всеволодович». Лживая тварь! Вспоминал, как она собралась, сидела с сумочками, слезки роняла.

«Я же вижу, у тебя из-за неприятности. И я... Мне лучше уехать...».

Да если б он знал тогда!

Секунды лишней не стал бы ее задерживать.

Сейчас от злости, дикой досады и обиды он был в таком состоянии, что проткни его ножом, кровь не потечет. Павел просто не мог оставаться с этим один, это распирало его, нужно было выговориться. И да, черт бы его побрал, он готов был звонить бывшей жене. Но Маша внесла его в черный список.

Сидел еще час, пока успокоился.

Потом поднялся в квартиру и рухнул спать на диван. Как был. Голодный.

А завтра еще предстояло решать вопросы.

***

Завтра у Марии тоже были срочные вопросы.

И тут она была однозначно согласна с Иевлевым. Если оставить все как есть, дерьмо полетит на вентилятор. Да, ее запачкает. Но черт с ней, она все выдержит, но нельзя допустить, чтобы брызгами зацепило Колю и Милку. И вот ради детей Мария готова на многое.

Например, накрасить губы, одеться понаряднее, и напроситься на прием к главе города. По личному вопросу. Евгений Борисович и раньше был с ней подчеркнуто галантен, а сейчас и вовсе, как ее увидел, с места привстал.

- Отлично выглядите. Мария Александровна. Просто цветете.

- Благодарю за комплимент, - Маша улыбнулась шире и тут же добавила: - Я к вам с личной просьбой.

- Ммм? - глава с каким-то особенным интересом оглядел ее и сказал: - Чем могу помочь?

Она не собиралась ходить вокруг да около, выдала прямо в лоб:

- Я слышала, к вам попал наш свадебный альбом.

Мужчина кашлянул, сцепил руки в замок, постукивая большими пальцами и глядя в окно, потом усмехнулся и полез в ящик стола. Достал оттуда сшив и перебросил ей.

- Держите. Кому другому бы не отдал.

- Спасибо вам, Евгений Борисович, очень выручили. А то вы же понимаете, на мне вся подготовка.

- Угу, - протянул тот и тут же спросил: - Это правда, что вы уезжаете?

- О, - Маша состроила загадочное лицо и блеснула глазами. - Это пока секрет.

Тот странно кашлянул и покивал:

- Ну да, в вашем положении, конечно.

В каком еще положении? О чем он? Маша ничего не поняла, но сделала вид, что так и надо.

***

Оттуда она поехала прямо к Павлу на работу.

Вошла в кабинет, бросила ему злосчастный сшив на стол и сказала:

- Держи. Отправь уже это дерьмо в архив. И сделай так, чтобы оно больше нигде не всплыло.

И пошла к дверям. Он бросился следом:

- Маша, постой!

Она не стала слушать, что он там пытался ей сказать, просто вышла.

***

Все это время Владимир ждал ее в машине. Маша видела, что он нервничал, хоть и старался не показывать этого. Ему тяжело дался сегодняшний день, Иевлев был против того, чтобы Маша совалась в это дело. Но ей нужно было самой, и он дал ей это.

Потому, когда все закончилось, Маша сама предложила:

- Давай уедем? На недельку, только вдвоем? Сто лет не была в отпуске.

Надо было видеть, какая у него улыбка проскочила волчья.

Недельку? Из отпуска они вернулись через неполный месяц.

Как раз к общему собранию акционеров.

***

Но это было потом.

А в тот момент...