17 Сандра

Отец, бывало, тоже дарил маме подарки. Это не было чем-то необычным – в моей жизни деньги были всегда. Да и нам с Ванессой тоже перепадало внимание отца.

Но почему же сейчас, глядя на сверток в руках мужа, я испытываю небывалое предвкушение?

По взгляду Чезаре сложно понять, что там, и мое любопытство мгновенно расцветает, толкая меня вперед.

– Я могу посмотреть, что там?

– В спальне, принцесса.

Его ответ провоцирует мое смущение с новой силой. Никак не могу привыкнуть, что теперь на меня может кто-то смотреть вот так – жадно, с желанием, от которого подкашиваются ноги.

Не кто-то, Сандра. Твой муж.

Киваю и, повернувшись к лестнице, медленно поднимаюсь. Не слышу шагов, но чувствую – Романо идет вслед за мной. И то, что мы вот так поднимаемся в нашу спальню, будоражит, заставляя кровь быстрее бежать по венам.

У самой двери я ускоряюсь, а зайдя в комнату, прохожу на середину, стараясь сохранить дистанцию. Впрочем, все это бесполезно – Чезаре без сомнений подходит ко мне так близко, что меня буквально сносит его энергетикой.

Он медленно, пристально глядя мне в глаза, разворачивает пакет и достает небольшую коробочку. А затем открывает ее.

Опускаю взгляд и тихо охаю.

– Это… волшебно, – шепчу, с восторгом разглядывая комплект из бриллиантового колье и сережек. Они не выглядят вычурно или вызывающе – ровно так, как если бы я выбирала себе сама.

Моя мама, напротив, любит броские украшения, и я часто спорила с ней по этому поводу. И тем больше я удивлена, что Чезаре так тонко почувствовал, что именно мне подойдет.

– Спасибо, – говорю, поднимая взгляд на мужа. – Очень красиво.

– Примеришь? – тихо спрашивает он. Медленно киваю, завороженно глядя в его темные, полные желания глаза. Чезаре отступает к столику, кладет на него коробку, а затем, достав колье, подходит ко мне. Я забираю волосы наверх, чтобы ему было удобнее.

Едва украшение прикасается к моей шее, я вздрагиваю. Романо действует мягко, то и дело проводя пальцам по моей коже – будто невзначай, но я остро ощущаю, что каждое прикосновение идеально выверено.

Он подводит меня к зеркалу, стоящему в углу, и тихо произносит, глядя мне в глаза через него:

– Ты прекрасна, Сандра.

Прикасаюсь пальцами к колье – камни переливаются, ослепляя и восхищая. Но куда больше меня цепляет взгляд Чезаре. Он что-то провоцирует во мне, зарождает томление, желание прикоснуться к нему и поцеловать.

– Хочу тебя только в нем, – тихо добавляет муж и начинает медленно стягивать вниз бретели моего платья.

Я испуганно охаю, пытаюсь придержать то руками. Чезаре тут же тормозит.

– Я остановлюсь в любой момент, принцесса. Тебе нечего бояться. Помни об этом.

Мы смотрим друг на друга через зеркало, и это придает пикантности происходящему. Я безвольно опускаю руки, позволяя мужу раздеть себя.

Вот так, наблюдая со стороны, я проживаю каждый момент еще более глубоко и ярко. Чезаре расстегивает потайную молнию, и платье окончательно сползает, собираясь у моих ног. Я остаюсь в колье и белье, довольно скромном, но для меня и это уже достаточно откровенно.

Пальцы мужа легко проходятся по моим плечам, успокаивающе поглаживают, рисуют непонятные узоры, а я завороженно смотрю в его глаза, в которых сейчас бушует настоящий шторм.

Там нет тьмы, что так пугала меня, но там есть жажда и мужская потребность во мне.

Волнуюсь ли я? Невероятно. Но вместе с тем я испытываю острое любопытство.

А еще возбуждение.

Я хочу узнать, как далеко мы можем зайти, и что я почувствую рядом с мужем.

В момент, когда Чезаре медленно стягивает лямки бюстгальтера, я уже плыву – плохо соображаю, полностью отдавшись моменту. Часть меня боится и нервничает, но другая я уверена – муж не обидит. Он не возьмет меня силой.

На мне остаются одни только трусики, и одна его ладонь накрывает мою грудь, чуть сжимая ту. Эта незатейливая ласка отзывается приятной тяжестью внизу живота. Между ног становится влажно, и я с удивлением понимаю, что не хочу прекращать то, что сейчас между нами, хотя и боюсь переходить грань.

– Не думай ни о чем, – шепчет Чезаре, накрывая рукой вторую грудь, нежно массирует обе, находит пальцами соски и чуть сжимает те, провоцируя мурашки у меня по всему телу. – Ты прекрасна, моя принцесса, – жарко произносит он, оставляет поцелуй на моей шее, затем еще один. Потом, отпустив грудь, поворачивает мою голову и целует.

Жарко. Горячо. И глубоко.

Чезаре сразу напористо проникает языком в мой рот, давая понять, кто здесь хозяин. Едва он дает мне вдохнуть, как подхватывает на руки и, резко развернувшись, укладывает меня на постель.

Я вскрикиваю от неожиданности, пытаюсь отползти, но муж не позволяет, удерживая за бедра.

– Тише, Сандра, – шепчет он, глядя на меня порочным темным взглядом. – Я только поцелую.

– Поцелуешь?

Сейчас я откровенно плохо соображаю – все ресурсы организма направлены на мои чувственные ощущения. Я не думала, что можно от одних только прикосновений и поцелуев испытывать такое!

Чезаре ухмыляется и медленно стаскивает с меня трусики, после чего демонстративно откидывает те в сторону.

Он наклоняется, по-прежнему удерживая мой взгляд, пока я, приподнявшись на локтях, настороженно слежу за ним.

Его губы прикасаются к моему животу, и это очень приятно. Закусываю губу, чтобы не выдать себя лишними звуками.

Муж скользит губами ниже, одновременно слегка раздвигая мои ноги.

Первое прикосновение его пальцев к моей промежности ощущается так остро, что я вздрагиваю и не могу сдержать стона.

Романо довольно фыркает, а пока я пытаюсь научиться снова дышать, шире раздвигает мои ноги и прижимается языком уже к особенно чувствительному узелку плоти.

Бессильно откидываюсь на постель, растворяясь в тех ощущениях, что дарит мне язык мужа. Он так четко и уверенно меня целует, ласкает, иногда даже прикусывает, что по моему телу то и дело словно проходят маленькие разряды удовольствия.

И одновременно с этим что-то сильное, тягучее все туже скручивается внизу живота. Мне не хватает совсем чуть-чуть, но я не понимаю, чего именно. Словно маленькая деталь ускользает от меня, не вставая в пазл. Однако стоит Чезаре проникнуть в мое тело одним пальцем, надавить внутри на какую-то точку, как эта самая пружина во мне резко распрямляется, принося невероятное освобождение, от которого кружится голова.

Муж продолжает ласкать меня пальцами, продлевая мое удовольствие, а сам приподнимается, и, накрыв меня своим телом, горячо целует в губы.

Так, словно присваивает и клеймит. А я не могу сопротивляться в этот момент. Да и, откровенно говоря, не хочу.

Я вся раскрыта перед ним. Кажется, он подарил мне целую вселенную в этот момент.

Чувствую, как в живот мне упирается его каменный член. Поддавшись порыву, я накрываю его ладонью прямо через брюки.

Муж сдержанно шипит, толкается мне в руку, а затем, чуть отстранившись, быстро расстегивает ремень брюк, приспускает те и достает член из трусов.

Я ошарашенно смотрю на него, затем на Чезаре, который, похоже, ждет от меня чего-то.

В памяти всплывают слова Аделины про любовниц, и я, собрав всю свою смелость, осторожно прикасаюсь к мужскому желанию впервые. Он просто огромный, хотя в школе на уроках анатомии нам озвучивали средние размеры мужского члена. Но у Чезаре… Как он вообще во мне поместится?!

– Смелее, принцесса, – хрипло просит муж. – Сожми. Вот так.

Муж упирается в постель одной рукой возле моей головы, сдавленно шипит – сейчас он так дико напряжен, что я банально боюсь сделать что-то не так.

Выругавшись, Романо откидывается на спину и возвращает мою руку на его член, а второй накрывает сверху и помогает двигаться правильно.

Я завороженно смотрю на него, на член, который, кажется, становится еще тверже, и ловлю себя на том, что мне нравится. Нравится его трогать, нравится ощущать его жар. Нравится, как муж смотрит на меня из-под темных ресниц голодным взглядом.

Мне все это нравится…

И кажется, я хочу поцелуев. Опять.

Чувствую себя абсолютной неумехой, но помощь мужа придает мне смелости, и я уже стараюсь сделать ему приятное сама. Чезаре убирает свою руку, позволяя мне справляться без его помощи.

Но когда он резко притягивает меня к себе для поцелуя, я упускаю момент, как на мою руку изливается горячее семя.

По инерции двигаю рукой еще несколько раз и слышу благодарный вздох. Муж утыкается лбом мне в шею, тяжело дышит, словно пробежал длинный марафон.

– Моя принцесса, – едва различаю его шепот. – Моя.

Это вызывает у меня тихий прилив счастья. Робкая надежда, что для нашего брака не все потеряно, становится крепче и, приосанившись, расправляет плечи.

Спустя пару минут Чезаре все же отстраняется и, найдя салфетки, приводит в порядок нас обоих. Затем его взгляд скользит по моему лицу, сползает ниже, на грудь, которая тут же реагирует на подобное внимание, от чего соски заостряются. Желание, чтобы муж снова потрогал меня здесь, резко вспыхивает во мне, расцветая румянцем на щеках.

Чезаре будто слышит эту мою потребность – мягко прикасается пальцами, вызывая приятное покалывание, затем чуть сжимает, перекатывает между пальцами сначала один сосок, после уделяет внимание другому.

Наклонившись, Романо накрывает ртом поочередно каждый. Посасывая и чуть ощутимо прикусывая, провоцируя во мне новый виток возбуждения.

Мышцы внутри приятно сжимаются от его ласки.

Чувствую вновь пальцы между ног и испуганно сжимаю ноги.

Чезаре отрывается от моей груди и жадно смотрит.

– Что такое, принцесса? Не хочешь еще раз кончить?

Я вспыхиваю от его слов, словно спичка. Такая откровенность для меня в новинку, но одновременно с этим она такая пикантная, что я хочу, чтобы он продолжал.

– Хочешь мой язык, Сандра?

– Я… – в горле пересыхает, и у меня не выходит даже двух слов связать. Но, похоже, Романо отлично это понимает – на его лице появляется довольная ухмылка. Он наклоняется к моей груди, проводит языком по одной, обводит им сосок, обдает горячим дыханием.

– Просто скажи это, принцесса. Скажи, что хочешь кончить.

– Хочу, – срывается с моих губ, пока я, прикрыв глаза, сдаюсь во власть своего мужа.