Глава 3

Глава 3

А нечисть здесь не тихая

Я стояла смотря в собственное отражение и не веря своим глазам.

«Это все мне все чудится. Не стило пить бормотуху. Небось намешали чего!» — я оттянула нижнее веко всматриваясь в зеленый глаз. Ужас! Нет, ничего ужасного в самом глазу не было. Но еще вчера они были непонятного орехового цвета!

Мне как-то дурно стало. Пол под ногами покачнулся.

— А вот я говорил, нервы тут железные нужны… Ибо, не каждый такой метаморфозы в своей внешности выдержит.

Веко я отпустила и ощутила, как моё собственное отражение поползло вниз, а вместе с ним я припав спиной к стене и медленно по ней сползая. От услышанного. А вернее от того, что в зеркале я очень хорошо увидела говорившего.

— Стикс! — позвала срывающимся голосом, нездоровым взглядом косясь в сторону задумчиво облокотившего о косяк окна кота. — Кисонька, — голос изменился превратившись в испуганный сип. На пол я приземлилась уже с размаху, болезненно приложившись о паркет кобчиком.

Кот вздохнул, погладил усы задумчиво.

— Че, совсем дурно, да? Я тебе сейчас мяты заварю…

«Всё, стоп! Это точно бред».

Я, ползком, направилась к мягкому темненькому диванчику у камина.

«Мне нужно поспать. У меня явные глюки. Говорящий кот! Тот самый, которого я вырастила с пеленок… Вот такого, с ладонь, на улице подобрала. И все эти годы он был нормальным котом — рыжим, чуть нагловатым, ворующим мясо со стола и выталкивающим меня по ночам с кровати, жрущим цветы из ваз, любящий покричать из окна и тут…»

— Нужно выспаться, и потом узнать, что за дрянь я пила. А увижу еще раз того продавца, что мне говорил, что это лучшее вино, руки ему оторвать, и язык заодно, — сказала обращаясь к самой себе.

— Не поможет, — уверенно провозгласил кот, устраиваясь рядом со мной на диване. На задние лапы уселся, в передних у него была кружка источающая аромат мяты. Я снова села. Икнула громко. Стикс сочувственно мне в лицо заглянул. И сунул в мои дрожащие руки кружку.

— Совсем плоха… Пей. Глаза-то, смотри, бешенные. Того и гляди… Пш-ш! — подпрыгнул распушив хвост и выгнув спину, когда я с размаху попыталась ударить «видение» той самой кружкой, чуть не ошпарив себя и кота горячим содержимым.

— Изыди! — сама своего голоса испугалась.

— А ведь мне говорили, у ведьм психика стойкая, — выглядывая из-за стола, обиженно пожаловался кот. И язык показал. Уж не известно, может я была плохонькой ведьмой… Ах, ну да, «шарлатанкой», но психика у меня была точно не железная и она, моя психика, решила в подобной ситуации попросту отключиться.

А потом меня разбудил истошный крик!

— Леди Алкея, у нас посетители! Посетители!

Я вскочила, мимолетно бросила взгляд на сидящего на подоконнике кота. Вполне обычный кот. Рыжий. Морда наглая.

Карина стояла у двери.

— Быстрее, леди Алкея!

— Да что торопиться. Ну посетители, — зыкнула я недовольно на девушку. — Сейчас примем. Все успеем.

— Не успеем! — Как — то до странности напряженно проговорила девушка громким шёпотом. — Там много посетителей!

Я на неё с подозрением посмотрела.

«Что значит много? Двое? Трое? Для нас трое за день это действительно, много. Пожалуй, правда, потороплюсь».

— Очень много, — округлила глаза Карина, чем меня несказанно удивила.

«Четверо?»

Я прошла к двери и чуть приоткрыв недоверчиво выглянула в щелочку.

И тут же дверь закрыла. Бегом устремилась к шкафу, была остановлена помошницей.

— Куда вы? Мне же новый плащ отдали. Я его отутюжила. Вовремя вы его взяли! Возьмите.

Протянула мне плащ. Я торопливо его накинула, быстро окинула взглядом приемный кобинет. Все в порядке, свечи, атрибуты, черепа, карты.

Подошла к зеркалу и глянула на себя. Ничего из того, что привиделось мне намедни не было. Глаза обычные мои, и кожа чуть тускловатая, волосы растрепаны.

«Надо же, почудится всякое с похмелья»

Поправила прическу. И уселась полная ожидания.

А ожидать было кого.

Потому как к полному моему удивлению, вся приёмная была забита людьми, даже дверь входная открыта и за ней тоже люди. И это все ко мне?

Если так пойдет, то, мы, пожалуй, в город переберемся. Только вот как-то странно это. Откуда все эти люди? От мысли этой, неспокойно на душе стало. Но я тут же отмахнулась от навязчивого дурного предчувствия. И громко, голосом «истинной черной ведьмы» пророкотала.

— Входите!

Первый посетитель вошел.

Импозантный дядечка. В хорошем дорогом костюме. В шляпе, которую снял едва переступил порог и с тростью в руке. Лицо породистого лорда с пронзительно темными глазами на гладко выбритом лице с высокими скулами. Волосы зачесаны назад и собраны в хвост.

Ого! Какая важная особа! Предчувствие заворочалось, заныло. Я его в дальний угол души отправила, и оно оттуда жалобно, но настырно заворчало.

Посетитель прошел уверенной походкой, вальяжно развалился в кресле напротив меня. Устроил ногу на ногу, оставил к столу трость и сложил руки на подлокотники.

— Барон Клир фон Диен.

О, как высокопарно! Хотя, судя по виду, он и впрямь был не меньше чем барон.

Я чуть помедлила, прежде чем проговорить:

— Что вас привело ко мне?.. Мм-м… Барон…Эмм-м… Клир фон… Диен?

Он ко мне очень пристально пригляделся, будто решая стоит ли «ведьму» посвящать в свои дела. Чуть склонился через стол и проговорил громким шепотом.

— Вы обещаете полную конфиденциальность?

Я автоматически тоже склонилась ближе к фон Диену.

— Совершеннейшую! — пообещала чистосердечно.

Он свободно выдохнул. Откинулся на спинку кресла, выражение лица стало непроницаемым. Барон пожевал губами и очень напряженно начал:

— Одна особь… — поморщился.

Я, молчала, ожидала продолжения. Но вдруг взгляд мой привлек шар хрустальный, «магический». Огонек, почудившийся в глубине, стал разгораться и даже будто ожил.

Что за чертовщина?

— … изрядно портит мне жизнь… — продолжал фон Диен, в то время, когда я, с внезапным интересом смотрела не на него, а в шар. А там произошло необъяснимое. Огонек разгорелся на все замкнутое пространство шара, а потом вспыхнул ярким синим огнем.

У меня руки сами за картами потянулись. Против воли быстро раскидали и … Что за?.. Чертовщина!

— Меня шантажируют, — выдавил барон. А я совершенно неожиданно выпалила:

— Это женщина. Она знает о вас нечто важное?

Мужчина кивнул.

«Ого! Неужели в точку?»

Сумасшествие какое-то! Мне начало казаться, будто карты на столе шепчутся, а я невольный свидетель их тайного разговора.

— Даже не так, — повторила за подслушанным у карт. — У неё на руках некие документы, очень вас дискредитирующие.

— Очень, — подтвердил барон и нервно руки сцепил.

Я голову подняла, в глаза мужчине взглянула. Вид у него странный был. Вроде, вот он, сидит напротив меня статный красавец, породистый и вальяжный, я бы от такого в мужья не отказалась. Или отказалась? В голове зашумело. А я, буквально увидела, как под идеальной кожей барона заходили валуны внутренней страшной сути. У меня сердце гулко стукнуло и ладони похолодели. Фон Диен пронзал меня взглядом ставших исключительно черных глаз.

Я, дрожащими пальцами, быстро собрала карты в стопку. Головой тряхнула, пытаясь скинуть наваждение. И снова на посетителя взглянула. Ничего не изменилось, барон все так же смотрел на меня леденящим кровью взглядом. Черные глаза зловеще поблескивали.

— Я, конечно, не хочу кардинальных мер… — голос у него изменился, что-то жутковатое в нем послышалось. — Но поймите, у меня положение. И занимаемая мною должность…

У меня послышался шум в ушах.

«Он меня что, гипнотизирует?» — подумала с сомнением. И постаралась взгляд отвести, переключилась на шар, в котором продолжало происходить нечто удивительное и совершенно необъяснимое.

— Вы желаете избавиться от неё… — проговорила, вяло слушающимся языком, а у самой ком в горле встал от того, как по стеклу шара расплылось багряно-кровавое пятно.

— Да, — прохрипел фон Диен. — Но для начала, вам нужно найти её. Сам я не могу. Мало того, ничто не должно намекать на мое причастие к делу. Потому я обратился к вам… Мне нужно нетривиальное решение, — он, отросшими кривыми когтями, по подлокотнику постучал. — Вы же понимаете, в моей сфере деятельности, мы все на виду. Мне бы, конечно, очень не хотелось принимать кардинальных мер, — кашлянул, сверкнув на меня глазищами. — Она должна сама… — помолчал давая мне понять намек. — Чтобы ни у кого и сомнений не было. Чтобы мое имя, не дай нечистые, нигде не фигурировало, — и расплылся в жуткой улыбке. Хотя, скорее, это можно было назвать оскалом. Зубы ровные, но не человеческие.

«Что за чертовщина творится?»

Я поднялась и направилась к шкафу. Как-то вдруг страшно стало находиться в одной комнате с бароном.

— Вы знаете, я не занимаюсь… — начала очень деликатно, самым вежливым голосом.

— Вам придется! — сухо перебил пугающий посетитель. — Согласно контракту, вы не имеете права отказывать. Вам придется заплатить большую… Очень большую неустойку.

Я на месте застыла.

«Какой контракт? Я ничего не подписывала! Вы что-то путаете».

Нахмурилась и рот открыла, чтобы все это вывалить на барона. Повернулась к нему и… Рот захлопнула. Барона Фон Диена не было. Зато была ровная стопочка купюр на столе, от вида которых у меня мороз по коже пошел. Сердце сжалось. А предчувствие из самого дальнего уголка души мрачно расхохоталось.

Я к столу осторожно подошла, взяла купюры в руки. Да перевернут меня нечистые! Я столько денег за все время работы не получала. Пересчитала и замерла, вместо последней купюры ровный прямоугольник бумаги с надписью:

«Задаток. Буду завтра, за первым отчетом, по моему делу».

И размашистая подпись с завитками.

У меня руки задрожали. Ноги перестали держать. Я плюхнулась в кресло и в задумчивости уставилась в шар. Тот потемнел, и в следующее мгновение из него на меня глянул барон. Вот только лицо его заметно изменилось. Вместо человека, смотрела из глубины шара, жуткого вида образина с мерцающим черным взглядом, мертвецки бледной кожей и…

«Да он мертвяк! Как есть упырь! Бог мой, куда я влезла?» — в ужасе прошептала про себя, а в кабинет уже входила торопливой походкой дама с собачкой.

Я внимательно на неё посмотрела, точно понимая, что работать сегодня уже не в состоянии.

Дама поправила высокий, туго затянутый в едва ли не лопавшуюся материю платья бюст, и громко простучала каблучками. Села напротив меня держа спину ровно будто на королевском приеме.

— Вы знаете… — начала я, возведя глаза к потолку. — Звезды сегодня в полном мраке… Ничего не видно. Давайте, запишем вас на завтра.

Сегодня мне точно нужно отойти от дел и решить, что делать с бароном. А вернее, куда от него прятаться. Потому как, решить его проблему я точно не смогу. А судя по задатку, разбираться со мной он будет серьезно.

Дама смерила меня взглядом странных… Да, снова странных, отчего-то показавшихся звериными, глаз. И проговорила чуть надменно.

— Мне вас посоветовали, как ооо-очень хорошего специалиста.

Снова посоветовали? Кто посоветовал? Что, вообще, творится?

— Я и не спорю, я прекрасный специалист, — постаралась улыбнуться, вышло вымучено. — Но понимаете…

— Ничего не хочу слышать, — нахмурилась посетительница. — Либо вы решаете мою проблему, либо я пожалуюсь вашему руководству.

И вот тут, я не выдержала.

— Руководству? Моему? Идите, жалуйтесь! Я вам уже сказала, сегодня не ваш день, если хотите, приходите завтра. Сегодня я не стану с вами работать. И, вообще, ни с кем не стану. Карина!

Резко поднялась.

В комнату вбежала растерянная помощница.

— Всех распусти. Я сегодня не принимаю. Затмение. Ничего не видно.

— Значит вы так! — Вскочила посетительница. — Ну ладно!

Развернулась и, яростно простучав каблучками, покинула обитель «темной ведьмы».

А я, обреченно, плюхнулась на стул.

— Не переживайте так, — сочувственно пролепетала помощница. — Бывают плохие дни. Я сейчас всех запишу на завтра и послезавтра и распределю на неделю. Где видано по столько народу принимать. Это какие силы нужны?

Сказала и выскочила.

Как же я была благодарна, что высшее послали мне такую помощницу.

Через полчаса она заглянула в кабинет.

— Назначила очередь, всех расписала по времени и дням.

Посмотрев на мой вид покачала головой.

— Вам бы прогуляться, свежим воздухом подышать.

«Свежий воздух! Точно, мне нужен свежий воздух. Со мной что-то не так. Пойду, подышу, может полегчает и всякое видеться перестанет».

Я вытряхнулась из ведьмовского наряда и покинула кабинет.

Едва вышла в прихожую как налетела на… Лорда-дракона собственной персоной.

Я чуть не взвизгнула от столь резкого появление его особы в моем доме.

«Быстро же он меня нашел», — желание попасть на свежий воздух усилилось, и по возможности, хорошо бы подальше отсюда.

Однако, моему желанию явно ни суждено было сбыться. Позади крупной фигуры дракона мельтешили двое ребят из местной стражи. Я часто видела их патрулирующих улицы.

— Вы вечно куда то бежите! — прошипел дракон сквозь стиснутые зубы.

— Обычно я хожу, — брякнула я. — Это, видимо, вы на меня так действуете.

Сказала и собралась выскользнуть по своим делам. То есть, дышать свежим воздухом, подальше от собственного дома, может даже в другом городе.

Не тут то было.

Мужчина ухватил меня за локоть.

— Не нужно спешить, Алкея! У меня к вам разговор, по поводу вашего контракта, — хрипнул с неприкрытой злобой. Я взгляд подняла и наткнулась на совершенно холодные, полные презрения драконьи глаза.

— Какого контракта? — заикаться начала.

«Они что все, с ума сошли? Это какое-то массовое сумасшествие? Передается воздушно-капельным путем? Караул. Как бы меня не зацепило.»

— Не стройте из себя невинность, — наклонился дракон и гаркнул мне в ухо, так, что в голове зазвенело. И без всякого уважения поволок «темную ведьму» в кабинет, под удивленный взгляд Карины.

Хамовато втолкнул меня в скромную обитель. Я пролетела еще пару шагов по инерции, остановилась посреди комнаты. Выпрямилась Попыталась пригладить растрепавшиеся волосы.

— Да что вы себе позволяете? — повернулась к мужчине и слова застряли в горле. На меня смотрел… Все то же дракон, только выглядел он… Как злой дракон. Очень злой дракон. Мраморное лицо, с колким холодным взглядом и надменным выражением. И оно, то есть лицо, было очень-очень злым. Вот прям перекашивало его.

Мое нехорошее предчувствие уверенно выглянуло из самого темного уголка души. А я, им ведомая, начала к стене отступать.

Дракон приближался, с самым хищным выражением глаз.

— Каких нечистых, — голосом, которым обычно приговаривают к казни, прошипел он. — Извольте мне объяснить, вы, самая обычная шарлатанка, подписываете контракт на должность штатной темной ведьмы элитной Академии Ранжерона?

Я растерянно глазами хлопнула.

«Какой контракт? Когда я успела? Я ничего не подписывала!» — И продолжала пятиться к стене. Пока спиной не уперлась. Все, дальше некуда. Теперь надежда только на оставшихся за дверью стражников. Они же не позволят убить меня прямо в собственном доме!

— Ты кто такая? Ты… — дракон остановился в опасной близи от меня, смотря сверху вниз.

«Что значит «ты»? Где уважение?»

У меня голос от обиды прорезался.

— А чего это вы мне тыкаете?

У него глаза стали узкими, зрачок затянул весь глаз став черным-черным.

— Да я, тебя, вообще… — не договорил.

Стражники все же вошли, привлеченные шумом.

Я сразу ощутила облегчение. Но вместо того, чтобы усмирить распоясавшегося дракона, один из стражей заискивающе поинтересовался.

— Вам нужна помощь, лорд Костин?

У меня челюсть отвисла. Это они ему собрались помогать? А как же я? Это меня защищать надо! Это мне угрожают!

А «лорд» на меня смотря, нагло улыбнулся.

— Если завтра контракт не будет аннулирован, я с вас… — он меня с ног до головы смерил убийственным взглядом. — Я из вас, — поправился, — набивное чучело сделаю и поставлю на входе в Академию, чтобы другим шарлатанкам не повадно было.

Развернулся и яростным шагом покинул мой кабинет. Я судорожно выдохнула. Стражники на меня сочувственно посмотрели.

— Этот сделает, — вздохнул один.

— Вы же стража? Почему вы его не утихомирили? — чуть не плача выдохнула я, сползая по стенке. — Вы должны были меня защищать?

— От него? — дрогнувшим шепотом поинтересовался второй и на напарника с ужасом посмотрел, потом вместе уставились на меня. И с трепетом в голосе первый поинтересовался. — Вы что, не знаете кто это?

Мне, которой и без того нехорошо было, стало совсем дурно.

— Кто это? — спросила с нарастающим ужасом.

— Глава темных драконов и декан факультета оборотничества самой темной Академии Ранжерона — граф Костин Марел!

У меня голова закружилась и кабинет начал расплываться во взоре.

Первый стражник кинулся ко мне, подхватил, поднимая.

Второй только вздохнул тяжко.

— Сочувствую.