Глава 24

Невеста твоей мечты, или Ведьму вызывали?

Барон ушел и в кабинете разом стал легче дышать.

— То есть в ад нашу Алкею уже не заберут? — все еще с переживанием в голосе спросил Стикс.

— Не заберут, — подтвердил Фелис.

Стикс гордо грудь выпятил.

— А всё кому спасибо нужно сказать? Коту ученому. Эх, если бы ни я!

В этот раз никто не осадил хвастливого котейку.

А я шагнула, подхватила его на руки и прижав к себе от всей души произнесла:

— Спасибо, Стикс. Потому что действительно, если бы не ты и твоя ученость, пропала бы я в преисподней.

Кот зарделся, растерялся, но тут же пришел в се и обнял меня за шею лапами мурча на ухо:

— А как я то рррад, мррр!

— И я! — кинулся ко мне Дакар.

Зашуршала веточками метелка, встревая между мной и котом.

Хмыкнул стараясь быть серьезным волчара, но тоже подошел.

— Очень рад за вас, моя рыбонька. И как ни жалко хвост, но в тоже ничего так себе.

— А я просто за всех рад, — отозвался добродушный вампир.

Костин подошел с серьезным видом и глядя мне в глаза произнес.

— Я не просто рад, я счастлив что вы живы, здоровы и никакой ад более вам не грозит.

— Все хорошо, что хорошо кончается, — громко и нараспев произнес ректор одарив нашу счастливую компанию улыбкой. — А наш барон то шустряк. Сила ко мне уже возвращается, я это чувствую. А это значит, — он повернулся к пентаграмме, чтобы сказать, что это значит, и охнул. Мы все повернулись и все охнули. Аделаиды-Лаары в кругу не было. Как не оказалось в кабинете и Заары.

Не нужно было быть котом ученым, чтобы понять, что бывшая верховная увела от расправы сестру.

— Думаю, мы с ней еще встретимся, — глубокомысленно заметил граф Костин.

— А мне что-то подсказывает, что навряд ли, — отозвался ректор. — Барон не простит Лааре кражу артефакта. И, пожалуй, место нашей Алкеи в аду займёт другая ведьма.

— А мне её жаль, — тихо сказала я.

Дракон покачал головой.

— Мне тоже. Ведь если бы ни она, то я бы никогда не встретил вас, Алкея.

— А я бы не познакомился с чудесным рыжим хвостом, — отозвался оборотень. — Очень сожалею, что он пропал.

— И я бы не стал помощником ведьмы, — протянул Дакар.

— А я бы так и не насмелился заговорить, — подметил Стикс. — И никто бы не узнал, что я кот ученый.

Мы все переглянулись.

— Ад слишком строго для Лаары, — тихо шепнула я. — Какой бы она плохой не была, но ад… Да и не сделала она ничего выходящего за рамки действий ведьмы. Самая что ни наесть настоящая чёрная. Очень показательная ведьма.

Фелис нахмурился.

— Вы все правда не держите на неё зла?

Я поставила котейку на пол и уверенно посмотрела в глаза Фелиса.

— Я уверена, что Заара не позволит ей сделать что-либо плохое. Так необходимо ли отправлять Лаару в преисподнюю?

Ректор покачал головой.

— Умение прощать и быть великодушным, хороший дар для будущей верховной ведьмы. Не многие способны на сострадание к врагу. Хотя буду честен, я тоже думаю, что Заара не позволит сестре причинить еще кому-либо вред. А значит стоит попросить у ада снисхождения для неё.

— А так можно было? — удивлению обнимающего меня Костина не было предела.

Фелис усмехнулся.

— Конечно можно было. Но понимаете ли, граф, в случае с Алкеей у меня совсем не было уверенности что канцелярия поддержит. Но теперь, когда все встало на свои места и барон Фон Диен нам вроде как даже немного обязан… Я могу попробовать обратиться к самому аду. Тьме изначальной.

Сказал это и замолчал.

В комнате заметно потемнело и стало трудно дышать. Фелис начал изменяться. Таким я его видела только в первый день нашей встречи. Пугающей нечистью. Темный весь, волосы длинные по самые пятки, лицо черное. Глаза, ввалившиеся глубоко, страшные, потусторонние, клыки до подбородка. А руки… Не руки — страшные, огромные, когтистые лапы.

Он посмотрел жуткими глазами сквозь ставший туманным воздух и спросил у невидимого собеседника.

— Значит ли еще что-то мое слово?

Ему ответили. Никто не слышал слов, но все ощутили холод пронесшийся по кабинету.

Граф порывисто шагнул и прижал меня к себе. Стикс обхватил мои ноги лапами и даже Дакар спрятался за кота шепнув замогильным голосом.

— Ад. Сам ад ему отвечает.

Все это время державшийся особняком волчара, после слов черта, кинулся к вампиру. Они обнялись словно братья не расстававшиеся всю жизнь. Метёлка сунулась мне в руку и затрепетала веточками.

По кабинету разнесся потусторонний голос Фелиса.

— Именем моим, и голосами всех нечистых, находящихся здесь, прошу за ведьму Лаару.

В кабинете стало невыносимо холодно.

И вдруг туманность разрезала черная дымка и из ней рявкнуло.

— Ваша наглось переходит все границы, — в комнате разгоняя полумрак появился барон Фон Диен. Как всегда, строгий и грозный.

— Ректор Фелис, я понимаю, что какое-то время вы с Лаарой были слишком близки, но остальные? Неужели прониклись сочувствием? С каких это пор самые-самые темные вдруг подобрели?

Он обвел нас серьёзным взглядом.

Мы уверенно смотрели на барона. Тот закатил глаза и выдохнул.

— Да, знаю я, что обязан вам. — Вздохнул. — Но прошу отметить. Это первое ваше и последнее давление на меня. — После чего протянул рук, вытащил из пустоты свою трость и взмахнул ею. — Именем ада, я принимаю ваше решение и обещаю не мстить, не преследовать, не насылать порчу и другие проклятия на ведьму Лаару.

После чего повернулся ко мне.

— Алкея, а вы почему еще здесь? Вы обязаны быть в аду!

Костин постарался меня прикрыть меня телом.

Фон Диен поморщился.

— Да что вы, право слово! Как дети. Граф Костин, успокойтесь, никто не пытается снова утащить вашу ведьму в преисподнюю. Поверьте, после вашего посещения, владыка меньше всего желает видеть в аду Алкею. Но и избежать её временного присутствия мы не можем. Она обязана быть на церемонии объявления её верховной ведьмой.

— Что? — разнеслось по кабинету.

Барон помахал возникшим в воздухе бланком, у носа дракона.

— Согласно приказу ада и подписано мною собственноручно, ведьма Алкея прошла серьезное испытание во время поиска Лаары. И преисподняя признала за ней право стать верховной ведьмой.

Он насмешливо смерил графа взглядом.

— Вы в курсе что это значит?

— Что я становлюсь ректором Ранжерона? — недоверчиво спросил Костин.

— Именно! — произнес барон. — У вас час до церемонии. Будьте добры, приведите себя в порядок. И да… — Он вздохнул. — Граф Костин, я бы очень просил, не появляться перед владыкой в драконьем образе. Он последнее время очень… гммм… нервный. Как бы церемонию не отложил при виде вашей истинной ипостаси.

— Обещаю, — расплылся в ехидной улыбке граф.

— Вот и чудесно — хлопнул в ладоши Фон Диен и провалился сквозь пол, перед этим бросив ректору. — Фелис объясните молодым, как необходимо выглядеть при приеме должности ректора и принятии статуса верховной ведьмы.

Туман и серость пропали вместе с бароном.

Ректор, уже снова вполне обычный, повернулся к нам и торжественно произнес.

— Всех прошу следовать за мной в мой дом. Там найдётся костюм для графа и для вас, наша милая леди Алкея.

Он взмахнул рукой открывая портал прямо посреди кабинета.

Все двинулись к ему. И только я уверенно осталась на месте.

— Идемте же, Алкея, — потянул меня Костин.

— Нет, — заупрямилась я. — Вы может забыли. Но мы так и не нашли мою помощницу Карину. А без неё я никуда не пойду.

Фелис повернулся смотря на меня и улыбнувшись выдохнул. закатил глаза.

— Все в порядке с вашей помощницей. Я вас уверяю. И вы в этом убедитесь, как только попадёте в мой дом.

Протянул мне руку.

— Идемте, нас ждут.

Голос у него был такой, что я поверила и позволила увести себя в портал.

***

В запланированный срок мы были в аду. А вернее в центральном зале канцелярии.

Огромный с высокими колоннами, уходящими в сводчатый купол, с высокой трибуной оббитой черной парчой. Черепа с горящими глазами заменяли фонари на стенах, где висели картины адских пыток.

Вся площадь зала была забита чертями и прочей нечистью.

Я, с суеверным страхом, сделала первые шаги по кроваво-красной ковровой дорожке. Платье на мне было черное, длинное, с глубоким декольте. Волосы распущенны. Настоящая черная ведьма.

За руку меня держал Дакара. Позади вышагивал Стикс поддерживая длинный подол черного как ночь платья.

Фелис и граф остались позади, сказав мне одобрительное.

— Идите, Алкея, это ваш триумф.

Карина с бесом остались стоять с ними. Оборотень и вампир слиняли еще из замка, едва Фелис открыл портал в ад, сказав, что им рановато в преисподнюю, а лицезреть мрачные красоты нижнего мира нет никакого желания.

Под звуки оркестра я прошла к ступеням и медленно поднялась к ожидающему меня на трибуне владыке. Остановилась не дойдя одну степень, присела в книксене склонив голову. Так и застыла.

— Рад видеть вас в полном здравии, Алкея Вей, — нарочито неторопливо протянул владыка.

Я молчала не в силах сказать ни слова. Где-то за псиной ерзал Стикс пытаясь рассмотреть владыку ада.

— У вас прекрасные помощники, — не сдержался от ерничества тот.

— Именно благодаря им, я сейчас стою перед вами, — наконец у меня начал ворочаться язык.

— Темные силы зачтут это им, — произнес владыка и протянул мне руку позволяя наконец выпрямиться. Вовремя, потому что ног то у меня от волнения и неудобной позы уже дрожать начинали.

Рука у владыки была холодная, жесткая. Он помог мне взойти на трибуну и повернуться к ожидающей церемонии нечисти.

Склонился ко мне и тихо-тихо прошептал.

— И все-таки любопытно как же ад так выбирает. Ведь никогда не ошибается. Вы стояли на грани, а теперь над всем находящимися здесь. Просто удивительно как иногда меняются роли. И ведь если бы не вы, преисподняя потеряла бы ценнейший артефакт. Вы спасли не только канцлера, но и меня. Ад знал кого выбрал ведьмой в академию. И я запомню то, что вы сделали для всех нас.

Я растерянно повернулась и наткнулась на улыбку. Темный владыка мне улыбался. Черные глаза смотрели пристально. И я невольно поежилась. Уж не вздумал ли Дакар испытать на мне очередное заклинание?

Владыка чуть склонился, притягивая мою руку к своему лицу. Едва-едва коснулся моих пальчиков губами.

— Вы всегда можете обратиться ко мне, — это было сказано настолько тихо и таким тоном, что я покосилась на Дакара. Тот только лапками развел.

А владыка уже повернулся к толпе.

— Начнем, — произнес, разом став серьезным. Музыка тут же смолкла.

Владыка окинул подданных взглядом.

Жестом, не смотря на меня приказал встать на колени.

Я встала. Опустила голову, готовая принять величайший статус для ведьмы.

— Велением ада, — пронесся по залу громкий тягучий голос владыки. — За заслуги перед темными и нечистыми, Алкее Вей засчитывается прохождение великого испытания. Она показала себя истинной черной ведьмой, чем завоевала уважение и расположение преисподней. Да будет она и далее идти рука об руку с тьмой и повелевать силой данной ей самой преисподней. С этого дня Алкея Вей провозглашена Верховной ведьмой! Именем ада, да будет так!

— Да будет так! — грянуло разноголосым хором. — Будет благословлена тьмой новая Верховная ведьма!

— Да будет так!

Среди общих голосом слышались вопли Стикса и Дакара.

Я чуть приподняла голову и встретилась со в взглядом Костина в толпе. Он улыбался. Тепло и поддерживающе, с гордостью смотря на меня. Ректор тоже улыбался, Карина махала мне радостно руками, Серж её поддерживал, метелка радостно летела над толпой шурша веточками.

— Голову, — раздалось рядом. Я непонимающе её повернула смотря на владыку. — Преклони голову, — тихо подсказал он. Я заметила в его руках венок из черных лилий. Торопливо голову наклонила. Руки владыки осторожно коснулись моих волос опуская на них венец. И едва владыка отступил, как я ощутила тепло, оно потянулась от венца, проникло в меня и разлилось по телу. В глазах на секунду потемнело, меня словно накрыло темной простыней. И тут же отпустило. Я подняла голову смотря на находящихся внизу.

Аура. У каждого их толпы была своя аура, которую теперь я видела отчетливо.4e821a

Черная-черная и в тоже время родная и близкая. Аура разом всех чертей. А среди них сиреневая радужная это Карина, открытая и добрая. Рядом серая — Фелис. Черная-черная откидывающая тень а треть зала, с крыльями — граф Костин Марел. Золотисто зеленая парящая над всеми — моя метелка.

Я оглянулась желая увидеть Стикса, хотя для себя и представляла какая аура у него.

Не ошиблась. Золотая. Блестящая словно медаль лучшего адепта академии. Она неторопливо переливалась вальяжно раскинувшись вокруг кота.

Я поднялась с колен. Посмотрела на владыку.

— Не торопитесь, это еще не все, — усмехнулся он. — Церемония не окончена.

— Не окончена?

— А как же? — он приподнял брови. — Вместе с получением статуса Верховной, обычно происходит и провозглашение нового ректора. Того, с кем верховную связал ад.

Я повернулась ища взглядом графа. Он стоял все так же не сводя с меня глаз.

— Что же вы молчите, — на ухо мне сказал владыка. — Назовите наконец имя нового ректора. Он этого ждет.

— Как это правильно сделать? — испуганно спросила я.

— Как вам велит ад. Вслушайтесь он подскажет. Вы ведь теперь верховная ведьма.

Я выпрямилась в струнку подбирая слова. Я верховная, необходимо все сделать с честью и так чтобы Костин запомнил этот день, как день когда его мечта осуществилась. Он более всего желал стать ректором самой-самой академии. И этот день пришел.

Я сделал шаг к краю трибуны и звонким от напряжения голосом провозгласила.

— Именем ада и тьмы изначальной, я готова объявить о новом назначении ректора в академию Ранжерон. Граф Костин Марел.

Черти расступлюсь, создавая коридор к графу.

Я протянула руку приглашая его.

Костин шел медленно. Своей обычной, надменно-царственной походкой.

— Веселенькие времена ждут академию, — снова на ухо шепнул владыка. — Черный дракон во главе ректората, — сказал и смолк, граф уже поднимался по ступеням.

Я успела про сея отметить, что владыка заметно занервничал и отступил подальше.

Граф прошел, встал рядом со мной.

Мне в спину кто-то чем-то ткнул. Оглянулась. Владыка протягивал еще один венец, тоже черный, но уже из пионов. Впервые видела черные пионы. Судя по всему, владыка не желал приближаться к дракону.

Я взяла венец.

Граф встал на одно колено и преклонил голову.

Я медленно опустила венец.

— Граф Костин Марел именем ада, назначаю вас ректором самой-самой темной академии. И да прибудет с вами тьма.

За грохотом оваций я не слышала ответил ли он мне.

А когда они стихли, Костин не вставая с колена, поднял голову и четко, на весь зал, произнес.

— Алкея Вей, перед лицом темных и нечистых, в одной из священных обителей ада, я прошу вас стать моей женой.