Глава 1

— Свадьбы не будет! — со спины раздается тяжелый бас, и я вздрагивая оборачиваюсь назад. Свадебный букет от неожиданности падает из моих рук прямо на пол. Плохая примета.

— Я что-то не помню, чтобы тебя приглашали на церемонию! — мой жених, нахмурив лоб со злостью отвечает мужчине.

— Пасть закрой! Я с тобой разговоры вести не буду. С тобой поговорят братья Эммы, которой ты сделал ребенка, шакал!

Собравшиеся гости непонимающе смотрят на нас. Сотрудница ЗАГСА недовольно сверлит мужчину глазами.

Но тот лишь ухмыляется в ответ, не сводя с меня своего нахального взгляда.

— Невесту я забираю себе, — нагло заявляет мужчина и подхватив меня на руки быстро выносит из зала. От неожиданности я даже пискнуть не успеваю.

Гости наконец отмирают и пускаются в погоню за наглецом, вот только не успевают сделать и пары шагов как черный автомобиль увозит меня в неизвестном направлении. Теперь мне придется расплатиться собственным телом за грехи моего жениха…

* * *

Церемониальный зал бракосочетания утопал в праздничном великолепии. Высокие потолки украшали изящные лепные розетки, а массивные хрустальные люстры бросали мягкие блики на мраморные колонны. Стены цвета слоновой кости были декорированы золотыми узорами, создавая атмосферу торжественности и величия. У входа красовались огромные букеты из белых роз и лилий, их аромат смешивался с легким запахом дорогих духов гостей.

Я стояла на возвышении, словно принцесса из сказки, в своем белоснежном платье из французского шелка. Подол украшали тысячи мелких жемчужин, которые переливались при каждом моем движении. Фата из тончайшего тюля ниспадала до пола, а в руках я держала букет из белых пионов и кремовых роз — каждый цветок был выбран лично мною.

Сердце мое билось от волнения и предвкушения. Сегодня я становилась женой Тимура — мужчины, которого любила уже три года. Его карие глаза смотрели на меня с такой нежностью, что я чувствовала себя самой счастливой женщиной на земле. Гости — наши родственники и друзья — с улыбками наблюдали за церемонией. Мама смахивала счастливые слезы, а подружки шептались, восхищаясь моим платьем.

Неожиданно двери зала открылись и по помещению пробежал легкий ветерок. Я не обратила на это особого внимания поглощенная величием торжества. Сегодня я стану женой любимого мужчины. Ни о чем другом я не могла думать в этот момент.

— Свадьбы не будет! — тяжелый мужской бас прогремел по залу как удар грома среди ясного неба. Звук был настолько неожиданным и угрожающим, что я вздрогнула всем телом. Обернувшись, я увидела силуэт огромного мужчины в дверном проеме, и мир вокруг меня словно замер.

Свадебный букет невольно выскользнул из моих ослабевших от шока рук, и белые лепестки пионов рассыпались по мраморному полу. Но я даже не взглянула на них — все мое внимание было приковано к незваному гостю.

Мужчина был огромен — не меньше двух метров ростом, с широченными плечами, которые едва помещались в дверной проем. Его черный костюм сидел безупречно, подчеркивая мощное телосложение. Темные волосы были аккуратно зачесаны назад, а на лице — резкие, словно высеченные из камня черты. Но больше всего меня поразили его глаза — холодные, стальные, в которых плескалась ничем не прикрытая ненависть.

Я судорожно пыталась вспомнить, где могла его видеть. Лицо казалось смутно знакомым, но память отказывалась выдавать нужную информацию. Страх сковал мое горло, и я не могла произнести ни звука.

Мой жених Тимур застыл рядом со мной, как статуя. Я видела, как побелели его костяшки, сжатые в кулаки, как дрогнули уголки рта. Но затем он словно взял себя в руки, медленно повернулся к незваному гостю и произнес с наигранной усмешкой:

— Я что-то не помню, чтобы тебя приглашали на свадьбу, Дамир.

Мое сердце невольно екнуло — значит, они знакомы! Но откуда? И почему Тимур никогда мне о нем не рассказывал?

Дамир сделал несколько шагов вперед, и я почувствовала исходящую от него угрозу. Его губы растянулись в хищной улыбке.

— Пасть закрой! Я с тобой разговоры вести не буду, — прорычал он так, что у меня мурашки побежали по коже.

Собравшиеся гости начали переглядываться с недоумением и тревогой. Кто-то из дальних рядов встал с места, пытаясь лучше разглядеть происходящее. Детский плач одного из малышей разрезал напряженную тишину.

Сотрудница ЗАГСа — пожилая женщина в строгом сером костюме — недовольно поджала губы и, сверля мужчину суровым взглядом, произнесла официальным тоном:

— Посторонних прошу покинуть зал! Не мешайте проводить церемонию! У нас расписание, и другие пары ждут своей очереди!

Но Дамир лишь ухмыльнулся в ответ, не сводя с меня своего пронизывающего взгляда. В его улыбке не было и капли веселья — только холодная решимость и что-то хищное, от чего мне стало не по себе.

За широкой спиной Дамира внезапно появились еще трое мужчин, и мое сердце упало куда-то в пятки. Все они были одного роста — высокие, мускулистые, с мрачными лицами, на которых было написано, что шутить они не любят. В этих темных костюмах они выглядели устрашающе. И я не понимала, почему они ворвались на свадьбу к нам.

Амбалы решительно зашагали в сторону Тимура, и тот в панике начал пятиться назад. Я видела, как расширились его глаза, как задрожали руки. Мой прекрасный, уверенный в себе жених превращался в запуганного мальчишку на моих глазах.

— Я не виноват! — прикрываясь рукой, словно от удара, залепетал Тимур, когда один из мужчин схватил его за воротник дорогого костюма.

Слова его звучали так жалобно и виновато, что у меня внутри все похолодело.

— Скажешь, ребенок Эммы не от тебя? — зло прошипел Дамир, и его голос был полон такой ярости, что я невольно отступила на шаг. — Ты сейчас поедешь с моими братьями и поступишь как честный человек — женишься на матери своего ребенка!

— Ребенок? — наконец обрела я дар речи, и мой голос прозвучал как писк напуганного котенка. Я повернулась к Тимуру, и мир словно поплыл перед глазами. — Тимур, о каком ребенке он говорит?

Мой жених виновато потупил взгляд, уставившись на свои начищенные до блеска туфли.

С ужасом я поняла, что претензии этого Дамира к Тимуру не беспочвенны. Все встало на свои места — его странные отлучки в последнее время, таинственные звонки, которые он не отвечал при мне, его нервозность в последние недели перед свадьбой.

Господи, как же я была слепа!

Амбалы безжалостно потащили Тимура к выходу. Он даже не попытался сопротивляться, только жалобно оглядывался на меня, словно ожидая, что я заступлюсь за него. Но я стояла как вкопанная, не в силах пошевелиться от шока и предательства.

— Но как же наша свадьба? — едва не плача, прошептала я, наконец осознав, что все это не розыгрыш и не кошмарный сон.

Три года отношений, месяцы подготовки к свадьбе, мечты о совместном будущем — все рухнуло в одну секунду. Платье, которое я так тщательно выбирала, теперь казалось саваном моих надежд.

Дамир окинул меня цепким взглядом, в котором было столько откровенной похоти, что я почувствовала себя голой. Его глаза медленно скользили по моей фигуре — от лица к декольте, от талии к бедрам. Мне стало противно и страшно одновременно.

— Я же сказал, свадьбы не будет! — усмехнулся он, обнажив белые зубы.

Он подошел ко мне так близко, что я почувствовала его дыхание — горячее, с запахом дорогого виски и сигарет. Его огромная рука схватила мою запястье так крепко, что я невольно вскрикнула от боли.

— Эй, вы что творите? — истерически закричала моя мама, вскакивая с места.

Ее лицо исказилось от ужаса, когда она увидела, что происходит с ее единственной дочерью. Папы не было рядом — он умер два года назад, и мама так надеялась, что Тимур станет мне надежной опорой. А наделе, все вышла с точностью наоборот.

— Невесту я забираю в качестве компенсации, — нагло заявил Дамир, и в его голосе слышалось торжество победителя.

Не дожидаясь ответа, он одним движением подхватил меня на руки, словно я ничего не весила. Я попыталась вырваться, колотила кулаками по его груди, но это было все равно что пытаться пробить каменную стену.

— Отпустите меня! Помогите! — кричала я, но он быстро нес меня к выходу.

Гости наконец очнулись от шока и пустились в погоню за похитителем. Я слышала топот множества ног, крики, чьи-то рыдания. Моя двоюродная сестра Алина кричала что-то про полицию, а дядя Петр пытался догнать нас, хромая на больную ногу.

Но не успели они сделать и пары шагов, как у входа в ЗАГС материализовался огромный черный внедорожник с тонированными стеклами. Дверь распахнулась, и Дамир буквально швырнул меня на заднее сиденье, а потом быстро запрыгнул сам.

Двигатель взревел, и машина с визгом шин сорвалась с места, оставив за собой облако пыли. Я видела через заднее стекло, как гости выбегали на улицу, размахивая руками, как моя мама что-то с ужасом кричала нам вслед. Этот крик разрывал мое сердце на части.

Мама бежала за машиной, но споткнулась о свое длинное праздничное платье и упала прямо на асфальт. Последнее, что я видела, прежде чем внедорожник свернул за угол, — это то как моя родная мама лежала на мостовой без сознания, а вокруг нее суетились перепуганные гости.

Слезы застилали мне глаза, а в груди поселилась такая боль, словно кто-то вырвал из нее сердце. Мой самый счастливый день превратился в самый страшный кошмар, и я понятия не имела, что ждет меня дальше.