Глава 35

Меня буквально разрывает изнутри от этой внутренней борьбы. С каждым днём, когда мы так близко подобрались с сыном к моменту мести, носить в себе груз своих планов становится всё невыносимее. Я постоянно ловлю себя на мысли, что мне необходимо мнение со стороны. Но не просто чьё попало, а взгляд человека, который сам прошёл через огонь, воду и медные трубы в бизнесе. Мне нужен совет предпринимателя, того, кто мыслит стратегически и понимает язык рисков и возможностей. Я знаю, Макар умный мужик, и я убедилась в этом уже не раз. Да и Ядвига, чьё мнение я всегда ценю, прямо советовала мне поговорить с ним о моих деловых планах. Она говорила: «Макар видит на три шага вперёд, он тебе расставит всё по полочкам. Не бойся довериться ему». Но каждый раз, собираясь с духом, я отступала. Возможно, меня останавливали воспоминания нашего общего прошлого. В те моменты я видела в нём не только предпринимателя, но и мужчину, с которым в своё время так болезненно рассталась. Кроме того, после того как поступил со мной мой муж, я боюсь вообще кому-либо доверять. После его предательства во мне поселился глубочайший, почти инстинктивный страх открыться кому бы то ни было. Хотя, если включить холодный рассудок, что по-настоящему меня останавливает? Мы с Макаром не связаны ни деловыми соглашениями, ни личными обязательствами. Мы друг другу ничем не обязаны. Так чего же мне, в сущности, опасаться? Что он позвонит Константину и выложит ему все мои карты? Нет, эта мысль сразу же кажется абсурдной. Для него слово и честь всегда были на первом месте. И это не бравада. Кроме того, я всё-таки постоянно волнуюсь, чтобы Слава где-то не допустил ошибок в документах. А пропустить что-то на эмоциях или в усталости вполне несложно. Я вообще поражаюсь, как он так долго выдерживает весь этот спектакль. – Ты можешь доверять мне. Я никогда тебя не обманывал, правда? – даже не знаю, что ответить. Макар ведь, и правда, никогда не обманывал меня. Даже расставался со мной как самый честный джентльмен, заранее предупредив, что чувства остыли. – Да, это так. Хорошо, я расскажу. Только не сейчас, – соглашаюсь на свои признания, но понимаю, что больница не самое лучшее место. Кроме того, мне сначала надо всё обсудить с сыном. Может быть, он будет категорически против помощи неизвестного ему человека. А это всё-таки не только моя месть. Мы работаем в тандеме. – Погоди, с врачом поговорю, рекомендации получу и поедем домой. Побуду у тебя сиделкой. – Нет, не надо, Макар! Я справлюсь. – Ага, вижу я, как ты справляешься! – кивает в сторону лица, и я понимаю, о чём он хочет мне сказать. – Ерунда всё это. Ты просто не хочешь со мной расставаться. Вот и придумываешь всякие причины, чтобы сидеть рядом! – мы с ним словно подростки, вернувшиеся в своё прошлое, подначиваем друг друга, забыв о моих соседках по палате. Поворачиваю голову в их сторону и замечаю: девушка смотрит на Макара как заворожённая. А я сразу вспоминаю дамочку, что приезжала выяснять со мной отношения. Надо будет, кстати, сказать о ней Макару. Хотя, он, когда искал меня, видел всё с камер видеонаблюдения. От понимания, что Макар нравится женщинам сердце неожиданно неприятно ёкает, но я стараюсь не думать об этом. Да и какое я имею право даже пусть на неожиданную ревность, если у нас только деловые отношения? Ну и как максимум ещё можно добавить – дружеские. Да, Макар проявляет по отношению ко мне большую заботу, но я не верю, что это что-то большее, чем… Нет, Кира, нужно прекратить размышлять на такие странные темы. Никогда невозможно войти в одну реку дважды. Я не раз слышала такое выражение и считаю, что так и есть. Не зря же оно придумано, правда? Макар уходит, и его нет около пятнадцати минут. – Доктор не позволил так быстро выписать, – замечаю, что Макар сник. Водит задумчиво рукой по подбородку, глядя на меня и словно решая проблему вселенского масштаба. – Ладно, пусть будет так. Но чтобы ты здесь лежала – я против. Собирайся, увезу тебя в другую клинику. В этом месте тебе нечего делать. Как я понимаю, присмотр здесь… не самый лучший. А мне нужно быть спокойным и уверенным в том, что ты будешь лежать в нормальных условиях. Макар не ждёт согласия, он сам берёт мои немногочисленные вещи и помогает встать. – Ох, – чувствую, как снова кружится голова. – Что случилось, Кира? – подхватывает меня сразу же за талию. Я чувствую в его голосе сейчас столько заботы, столько нежности. – Голова закружилась… – Ну вот, я же тебе говорил! Нет, только под мой тщательный контроль! Ты вот как я вышел на пару минут, уже снова собралась второй раз лицом бороздить пол. Тебе одного раза мало? Хочешь второй стороной лица приложиться? Макар без спроса подхватывает меня на руки и уверенно идёт на выход из палаты. – Зачем столько сложностей, Макар? Я и здесь могу спокойно полежать. Ничего бы со мной не случилось. – Я отвезу тебя в частную клинику, будешь лежать там. Сказал же: этому месту я не доверяю. – Почему? – Потому что, когда я зашёл к заведующему отделением, он даже фамилию твою не вспомнил. Я не могу позволить, чтобы моя… знакомая лежала в таких условиях. – Почему? – опять задаю очередные глупые вопросы. – Ну потому что… ты мне нужна. У тебя ещё куча незаконченных дел в моём склепе. Раз начала, значит, и заканчивай. – А, ну да, ясно. В склепе, значит. Макар, я обязательно всё доделаю. Там совсем немного осталось. Ремонт, значит, единственное, что его волнует… – Не сомневаюсь! Только прежде тебе нужно выздороветь. Привести себя в порядок и отдохнуть. – Ну да. Сейчас я выгляжу ужасно, – стараюсь отвернуть лицо. Я пока пялилась на Макара и наслаждалась запахом его парфюма, совсем забыла, насколько я красотка. Снова вспоминаю про звезду Ирину и её поведение, и сама не понимаю, почему сникаю. Я прекрасно осознаю, что «никто» так, как вела себя Ирина, просто так вести не будет. Да и Макар сам не позволит. А это означает, что у них отношения. Нет, я не строила планы на него, но всё равно колкая ревность даже через мои жесточайшие запреты и установки лезет в голову и хозяйничает там. Я сопротивляюсь, борюсь с ней, заставляю её замолчать и прекратить заявлять свои права. Но она сильнее меня, особенно сегодня, когда я понимаю, что по сравнению с ухоженностью и безупречностью той наглячки я значительно проигрываю теперь. Да, я знаю, что фингал под глазом и ушиб на лице сойдут. Заживут синяки, спадёт эта опухоль. Но это знание не приносит облегчения, потому что есть факт, который уже не изменить: Макар видел меня именно такой. Он видел меня некрасивой. Видел это опухшее лицо, мою беззащитность, отсутствие косметики, укладки и красивой одежды. Перед ним я предстала сегодня в халате огромного размера и больничных тапках. Даже медсестра заявила, что я похожа на алкашку, которой расквасили физиономию. Куда мне соревноваться с той, что вечно в «ресурсе»? Но, если честно, и соревноваться-то не хочется. Я же не марафон бегу, я жизнь живу. Да и за мужика я никогда бороться не стану. – Кира, о чём ты так усердно думаешь? – Макар осторожно ставит меня на землю у своей машины, и я чувствую, как горят мои щёки под его взглядом.