Глава 34

Мне сложно передать те эмоции, которые застыли на его физиономии… Макар растерян. Глаза бегают по моему лицу и не могу остановиться. Понимаю, что он, увидев меня такой «разукрашенной», с опухшей на наполовину физиономией, совершенно точно не знает, как реагировать и что мне сказать. Все обычные слова типа: «Как ты?» или «Что случилось?» сейчас не очень уместны. – Кто это… Тебя… Так разукрасил…? – Кто? – не сразу понимаю, о чём он говорит, и на всякий случай уточняю. – Кира, я задал вопрос. – А! Разукрасил… Это пол. – Кто? Какой Пол? Я его знаю? И что за имя такое? Не наше. Он, что ли, американец? – Не поняла… – Ну ты говоришь – Пол! Мужика зовут Пол? – А! – не могу сдержать нервной улыбки. – Это не Пол, это твой мраморный пол! Макар, сначала теряется, но потом, поняв, что я говорю не о мужчине, а о настиле внутри помещения, по которому ходят люди, расслабляется и уже позволяет себе улыбнуться мне в ответ. Сначала это просто улыбка. Потом она становится всё шире, а дальше и вовсе мой бывший не сдерживается и начинает хохотать. – Прости… – пытается прикрывать губы ладошкой. – Просто я чего только уже не передумал! Уф, – говорит он, наконец-то прекращая хохотать. – Можно выдохнуть, раз с тобой всё в порядке. Вроде бы и разозлиться на него нужно из-за того, что он ржёт надо мной, но у меня не получается. Я ведь сама над собой также хохотала совсем недавно. – А что, волновался за меня? – Я приподнимаюсь на локте, стараясь не морщиться от боли, и подлавливаю его взгляд. – Естественно, волновался, – Макар говорит это так просто, как о чём-то само собой разумеющемся. – Ты исчезла так внезапно. А я уже привык к тому, что зайдя домой ты там. Приехал, а в доме тишина. Ты же обещала, что дождёшься меня. Сначала думал, что всё-таки обиделась по поводу наших с тобой перепалок об интерьере. Но я был готов уступить в твоей идее, Кира. Лишь бы тебе было хорошо, – теперь его лицо снова становится серьёзным. В его голосе такая искренняя, неподдельная забота, что у меня неожиданно становится приятно на сердце. – А вот ещё! Я никогда не боялась работы! И когда хоть я сбегала? – Именно! Точно так же я потом подумал следом. Ты не из тех, кто сдаётся. Скорее будешь стоять насмерть, но докажешь свою правоту. Посмотрел: от тебя пропущенные. Начал звонить ответно, но номер недоступен. Раз двадцать позвонил. Набрал подружке твоей дорогой. Ядвига тоже не знала, где ты. Ну я и напрягся. Это показалось не очень нормальным. Начал думать… Макар говорит всё это быстро, сумбурно, словно заново переживая эти переживания. – На уши весь город поднял. Пересмотрел видео, которое фиксирует все передвижения в посёлке… – Прямо детектив, – не могу удержаться от колкости. – Да, я такой. Когда Макар говорит всё это, он ведёт себя крайне нервно. И в основном на меня больше не смотрит. Повернёт лицо, отвернёт. Снова повернёт, снова отвернёт. Кажется, что его что-то всё-таки смущает, когда он говорит со мной. – Что с тобой? – Ничего… Врёт! Отходит к окну и смотрит на больничный двор. Сначала спина его напряжена, но потом вдруг его плечи начинают дрожать. – Прости! – Поворачивается ко мне снова и начинает хохотать. Сначала тихо, потом всё громче, а следом уже не может сдерживаться. – Кира, но я, правда, всё что угодно мог подумать, даже самое страшное, но чтобы увидеть тебя с фингалом и опухший физиономией… Нет, такого я точно не ожидал. – Весело тебе? Ну я так и знала! Я была уверена, что ты будешь ржать надо мной! – вырывается у меня, и голос дрожит от обиды. – Ага! Весело! Но думаю, лучше смеяться, чем плакать. И да, я предпочитаю тебя видеть с фингалом под глазом, нежели где-нибудь в морге! – смахивает выступившие слёзы. – Поехали домой! – К тебе? – Ну да. – Не, я к Ядвиге. – Никакой Ядвиги! Теперь я тебе не отпущу! Пока не поправишься, будешь сидеть возле меня на закрытой территории! Да и что, ты собираешься с такой физиономией ездить по городу? Ты вообще-то она меня работаешь! Выходной или отпуск я тебе не давал! – Я имею право уйти на больничный! – сопротивляюсь. – Так я же против? Ну вот и болей у меня в доме. На здоровье! А когда чуть-чуть оклемаешься и придёшь в полную боевую форму, можешь приготовить мне свои великолепные блины или картофельную запеканку. А я в благодарность даже больничный тебе оплачу! – не понимаю, он издевается надо мной или серьёзно? – Нет, я к себе, – настаиваю. Конечно, сейчас, при условии, что у меня периодически кружится голова, как только я встаю с постели, я бы не отказалась, чтобы кто-то был рядом, но вряд ли Макар согласится выступать для меня в качестве сиделки. Но даже не это главное! На самом деле, я не знаю, как сказать Макару, что мне нужно довольно часто созваниваться с моим сыном. Я не хочу, чтобы он слышал наши разговоры, потому что у него появится довольно много вопросов. Я уверена в этом! В случае если я перееду к Макару, вряд ли я смогу заниматься так фривольно своими сторонними делами. – Макар… Понимаешь, у меня ещё есть свои дела, которым я занимаюсь в свободное от твоего ремонта время… – Ну и занимайся у меня. В чём проблема? – Хмурится. Напрягается. Вижу, что ему очень не нравится моё непонятное поведение. – Мне нужен компьютер. Без него никак. – А у тебя что, нет ноутбука? – Нет. – Купить? – Нет! – Тогда бери мой. Пароль скажу, никаких проблем. Комп стоит в кабинете. – Нет, мне так неудобно. – Кир… – А? – но глаз на него не поднимаю. Расправляю на одеяле складки, считаю на подоконнике цветы, останавливаю взгляд на застывшей мухе. – Такое ощущение, что ты что-то мутишь за моей спиной. – Нет, не за твоей. Ты здесь ни при чём. – А за чьей? – подходит, садится на кровать, берёт мой подбородок аккуратно в свои большие руки и заставляет посмотреть на него. – Кира, колись, что ты затеяла? – Я не могу сказать. Не злись, Макар. – У тебя проблемы? – отрицательно кручу головой. – Тогда что? Ты можешь доверять мне. А если вдруг тебе нужна помощь, я всегда рад тебе помочь. Погоди… кажется, я догадываюсь. Это как-то связано с твоим мужем?