Часть 11. Леди решила пошутить

Винья не спала, конечно. Во время больших праздников в замке она не ложилась до рассвета. Сидела у себя в каморке и листала расходную книгу. И это было не дело, а лишь дань привычке — не спать. Хотя она устала. Неровный свет масляной лампы чётко выделил все морщины.

— Поднимемся в верхние кладовые? — попросила Иларис. — Пожалуйста.

— Сейчас? — удивилась экономка. — Что тебе неймётся, девочка?

— Я возьму пояс. И рубиновое кольцо. Хочу сейчас. Не сердись.

— Пояс Элине, себе кольцо? — Винья понятливо усмехнулась. — Да не нужно ей. Хотя когда и поносить семейный артефакт…

— Всё мне, Винья. И кольцо, и пояс.

— Да что ты? — экономка пристально посмотрела на неё. — И то и другое вместе зачем? Нет, я так и подумала, что кольцо захочешь поносить. А пояс?..

— Я ведь тоже никогда не надевала этот семейный артефакт.

— А, побаловаться хочешь сначала, — старуха засмеялась. — А не напугаешь его? Я-то не против баловства. Или?.. Что задумала? Но кольцо… Лучше уж роди ребенка. Это будет правильно. Уедешь, спрячешься. Милд тебя не оставит. Посердится, может. Но будет рада. Точно говорю.

— Потомки проклянут, — качнула головой Иларис. — Перепутаю им наследственные права. Нехорошо. Граф Несс не одобрил бы.

— Дела потомков — не твои дела. Ладно, пойдём, — Винья тяжело встала, опираясь об стол. — Возьмёшь свои игрушки, и да Пламя с тобой.

Иларис сказала недавно Элине, что амулетов в сокровищнице Несса нет. Не совсем так. Амулеты хранились не в сокровищнице. Эта шкатулка стояла в особой кладовой, и была под контролем у эссы Виньи, строгой экономки. Хотя она тоже не дотронется ни до чего без хозяйки. Старый обычай Несса — особые вещи отдавались под надзор женщине старой, преданной и к страстям уже не склонной. Это пока не про Иларис.

Они миновали нижние коридоры, полные слуг и стражи, и понялись по узкой каменной лестнице. Иларис закрыла за собой дверь и задвинула кованую задвижку. Просторная пустая комната, в которой нет других дверей… нет видимых постороннему глазу дверей. Иларис повернула крюк в стене, и углы комнаты начали неслышно раздвигаться. Неслышно, а потом раздался скрежет.

— Всё боюсь, что когда-нибудь тут что-то сломается и рухнет, и мы останемся в каменном мешке, — коротко хохотнула Винья. — Было бы что прятать. Чепуха за медные деньги.

Масляная лампа в её руках дрожала.

В секретную кладовку можно было пройти только через тайный коридор. Иларис, подобрав подол, первая протиснулась в узкий проход. Несколько ступеней — и вот окованная железными полосами дверь. Винья отдала лампу Иларис, выбрала из связки на поясе ключ и принялась отпирать.

— Когда-то здесь хранились богатства, — сообщила она мимоходом. — Когда граница была ближе. Твой прадед и воевал, и собирал немало…

В углу небольшой комнатушки, в стенной нише стояла шкатулка. Винья её открыла, покопалась, светя себе лампой, и достала длинную плоскую цепь с круглым висячим замочком.

Она развернула цепь, полюбовалась затейливым плетением.

— Вот пояс. Ах, красота какая. Давай надену. Тебе он будет просторен, можно надеть на платье, а потом платье аккуратно снять, а пояс носить хоть под сорочкой. Надевать тебе?

— Надевай. Узнаю хоть, как действует семейная ценность. Такой случай.

Винья опять попустила цепь между пальцев, поглаживая, потом опоясала ею Иларис и защёлкнула замочек.

— Ах ты ж. Как действует пояс невинности, спрашиваешь? Да просто. У мужчины онемеет и откажет все, чем он к тебе потянется. Здешних леди можно было убить, но не обесчестить. А про невинность уже потом придумали. Тут все на магии крови завязано, замок и земли. Поэтому всегда было важно, кто наследует. Поэтому один род уже столько веков сидит в Нессе. В других землях разве так? — старуха усмехнулась.

— Знаю я, Винья.

— Конечно, знаешь. Вот и поглядим, не пуглив ли твой лорд.

— Надеюсь на него.

— Вот ключик, — Винья повертела в пальцах маленький ключ. — Держи у себя. Но сама замок не расстегнешь. Если не справится твой лорд, меня позовёшь.

— Тебя? Вот ещё, — Иларис фыркнула. — Значит, можно дать ему ключ, и тогда?..

— До тебя ему всё равно нельзя дотрагиваться. Только до замка. Исхитрится как-нибудь, если захочет. А тебе до лорда дотрагиваться можно, — продолжала Винья, хитро поглядывая. — До чего хочешь. Целовать его можно. Только чтобы он руки за спиной держал. Поняла? — Винья, кажется, откровенно забавлялась. — Только протянет, так и пожалеет. Да куда тебе. Небось, на мужа и глаза поднять стеснялась? Вот и попробуй быть смелее. А зачем ты так с лордом Конрадом?

— Он заслужил, чтобы было не совсем просто… — загадочно пояснила Иларис.

— Я бы на это посмотрела. Курица убегает от петуха и думает: я де сначала разомнусь! Твоя мать носила пояс перед свадьбой, — добавила она уже другим тоном, — но её это не забавляло. Она жалела, что её невинность не тому достанется. Так что разговоров про твою незаконнорождённость даже не слушай. Ложь это, пустая болтовня.

— Я знаю. Отец проверял меня обрядом, — Иларис коротко вздохнула, на мгновение крепко сжав губы. — Он не сомневался, но не любил ни меня, ни маму. Зато любил много кого.

— Оставь. Это всё не твои дела, — Винья тоже нахмурилась. — Кольцо вот. Дай левую руку, — она выудила из шкатулки перстень с камнем и надела Иларис на палец. — Ишь ты, как раз, как на тебя кольцо. Оно защитит от нежеланных детей. От незаконных детей. Леди из Несса не забеременеет от кого попало, так что может блудить в своё удовольствие. Если её лорд совсем осел, конечно. Или ушел на войну. Ну вот, готово, можешь развлекаться.

— Ты сердишься, Винья? — заподозрила Иларис.

— Нет, — та затрясла головой. — Но считаю, что тебе лучше родить. А потом сбежать. Твоему лорду Элина ни за чем не сдалась, разве не видно? Он будет на твоей стороне. Ну все, довольно. Я устала. Тяжело здесь дышится. Проводишь меня до спальни?

— Конечно, — Иларис сама закрыла шкатулку и забрала у экономки ключи. — Пойдём. Отдохни как следует.

— Ты слышишь меня? — Винья сжала руку Иларис своими сухими и тонкими, но сильными пальцами. — Он и не шевельнулся до сих пор, чтобы повоевать за твою сестру. Не встречается с ней взглядом. А турнир выиграл, чтобы превознести тебя. Зачем он явился, как думаешь?

— Я спрошу у него, так и быть, — Иларис улыбнулась.

— Ну-ну. Спроси.

Иларис проводила Винью до её покоев, помогла раздеться, укрыла одеялом и чмокнула в щёку.

— Спокойной тебе ночи.

— А тебе беспокойной! — буркнула та. — Спокойные ночи в твоем возрасте, что за напасть!

Винья оседлала этого конька и теперь то и дело будет подтрунивать.

Спускаясь, Иларис прошла мимо зала. Оттуда по-прежнему доносилась музыка. Колдун стоял у входа, кивнул ей — всё в порядке. Теперь можно подняться по лестнице и выйти балкон.

Такая приятная, тёплая ночь — удивительно. Скоро уже бал будет закончен, дядя позовёт Элину на последний танец, потом скажет гостям короткую речь…

Столы накроют ещё раз — почему-то бал способствует тому, что у всех и посреди ночи хороший аппетит.

Иларис оперлась о перила и посмотрела вверх, на ночное небо, затянутое клочьями облаков. И услышала:

— Какая встреча, миледи. Я как знал, что вам не отвертеться сегодня от свидания.

— Милорд? — она обернулась. — Опять вы? Что вы здесь делаете?

— Опять я? — рассмеялся Бир. — Как вы мне обрадовались.

— Так что вы здесь делаете?

— То же, что и вы — разглядываю небеса. Хоть они теперь и не голубые, но куда ещё тут прикажете смотреть? Теперь буду смотреть на вас, это приятнее. Пожалуюсь на несправедливость и попрошу сдержать обещание.

— Несправедливость? Обещание?..

— Свидание, — напомнил он, — назначьте. Не забывайте, вы должны мне три.

— А несправедливость в чём?

— Вы ещё спрашиваете! — он расхохотался.

Иларис быстро обернулась — нет ли ещё кого на балконе. Не было.

— Я поручил стражникам в конце коридора не пускать сюда никого, — любезно сообщил Бир, словно прочитав её мысли. — Насчет вас и ваших ближних я, конечно, не могу приказывать, но насчёт гостей…

— Что вы сказали? — Иларис подумала, что ослышалась. — Вы раздаёте приказы моей страже?!

— Я сослался на лорда сенешаля. Простите меня за это? Уверен был, что вы придёте. Считайте, что почувствовал, — он то ли шутил, то ли потешался над ней, она слышала что-то такое в его голосе.

И его взгляд, кажется, был тёплым и зовущим… о, ерунда какая! Что можно рассмотреть в темноте?

— Я удивлена, что они вас послушались, — пояснила она, кашлянув. — Это никуда не годится, согласитесь?

— Не наказывайте парней, — попросил он серьезно. — Я ведь мог бы и не признаться вам, верно? Просто я привык распоряжаться, мне подчиняются. Жизнь такова, что или ты командуешь, или тобой. Но мы о несправедливости говорили.

— Ах да. Продолжайте, — Иларис решила, что всё равно поговорит с капитаном стражи.

— Несправедливо, что я, сделав вас вчера королевой праздника, не получил поцелуй своей леди. Там, на площади. У нас в Руате так положено.

— Здесь не Руат.

— Вторая несправедливость в том, что я не получил никакой благодарности за самое что ни есть учтивое обращение с моей леди этой ночью, — на его губах мелькнула быстрая улыбка. — Опять же, мои мечты не идут дальше поцелуя. Стать моей женой, кажется, вы отказались, но поцелуй… Леди, я настаиваю.

Конечно, он настаивал, ничем не рискуя — Иларис не искрила негодованием, а, скорее, слушала с интересом.

— Да вы редкий нахал, лорд Бир, — сообщила она.

— Конечно, — тут же согласился он. — Будь иначе, меня б здесь и не было. Так что, леди?

— В том, что случилось ночью, нет ни моей, ни вашей вины. Я попрошу колдуна объяснить вам. К нам применили заклятье. У меня была заговоренная нить на одежде, у вас в полог кровати воткнули иглу. И это сделали, чтобы скомпрометировать вас и вынудить покинуть Несс. А я подвернулась случайно.

— Скомпрометировать меня?! О Пламя Ясное! — и он расхохотался. — Вы не шутите, леди Иларис?

— Исключить из числа женихов моей сестры, — пояснила она, усомнившись, всё ли он понял. — Чтобы вы не мешали.

— Дайте угадаю. Это происки той почтенной леди, матушки лорда Фари?

— Как вы догадались?

— Ну а кто ещё? — он продолжал смеяться. — Она так на меня смотрела в первый день, что сомневаться не приходится. Умей она подчинять, я бежал бы из Несса впереди своего коня.

— Вы, оказывается, так наблюдательны, лорд Конрад, — Иларис отчего-то рассердилась.

— Нет, конечно, — он сразу стал серьезным, — меня ведь провели так же, как и вас, правильно? Но я не в обиде. Наоборот, я признателен этой леди. Мне даже хочется сделать ей подарок. Я подумаю…

— Уверяю, то, что я сразу не прогнала её из Несса, уже подарок и выражение признательности! — бросила она неосторожно.

— О, так вы тоже ей признательны?! — Бир заулыбался. — Счастлив это слышать.

С ним нескучно было разговаривать. Но надо не расслабляться! Впрочем, это уже можно было понять.

— Можете так и считать, — с улыбкой разрешила Иларис.

— Видимо, поцелуй придется отложить на завтра? — предположил Бир с сожалением. — Я, наверное, признаюсь. Знаете, когда вы вчера спали в моих объятиях, я всё-таки поцеловал вас. Пару раз. Очень осторожно. Но ведь невозможно было сдержаться. Я всё-таки не покойник, да, леди Иларис? Во меня простите?

— Пожалуй, — кивнула она.

— О, я рад, — кажется, он немного удивился. — Мне даже захотелось рискнуть и все-таки поцеловать вас прямо сейчас…

Он хотел взять её за руку, но она руку отдернула.

— Я сама поцелую вас сейчас. Причём обещаю не скромничать. Но только если вы искренне ответите на один вопрос. Дадите мне слово.

— Значит, небескорыстно, — в его взгляде мелькнуло разочарование.

Вот ещё. Играть в задетые чувства с его стороны смешно. Впрочем, ей показалось, конечно.

— Конечно, небескорыстно, — охотно согласилась она. — Вы не поняли, с кем связались? С главной купчихой графства, у которой не голова, а расходная книга. Так вы отказываетесь?

— Спрашивайте, — разрешил он.

— Зачем вы явились в Несс, если не собираетесь жениться на моей сестре? Или собираетесь?

Он какое-то время молчал, и она уже пожалела о своём вопросе. Точнее, о том, что задала его сейчас.

— Я приехал в Несс ради вас, леди Иларис, — сказал Бир. — Чтобы познакомиться с вами. Клянусь честью дворянина. Я не мечтаю получить руку вашей сестры. К тому же у меня точно нет шансов. Я здесь ради вас.

— Но почему?!

Она такого ответа всё же не ожидала. Думала, он отшутится. Опять сошлётся на короля.

— Могу я попросить вас не раскрывать мой секрет остальным? Позвольте мне, как и пожелал король, провести здесь месяц как жених леди Элины?

— Но почему?! — повторила она.

— А это уже второй вопрос. Причем несущественный.

— Существенный!

— Но второй, — Бир мягко улыбнулся. — Вы ведь выполните обещание? Или снова захотите увильнуть? — и придвинулся к ней, давая понять, что увильнуть не получится.

— Выполню, — Иларис улыбнулась. — Но вы должны убрать руки за спину.

— Что я должен?.. — он не понял.

— Уберите руки за спину, — повторила Иларис. — Не дотрагивайтесь до меня. Только я до вас.

— Очень интересно… — он сделал, как она хотела. — Хорошо. Как скажете, моя леди.

Он ждал. Сдерживал своё нетерпение. И они как-то незаметно оказались так близко — только ладонь просунуть. Иларис опять чуть-чуть отстранилась — на всякий случай. Этот пояс, её затея, был дурацкой и неудобной вещью, он мешал, придётся помнить о нём каждую минуту…

Ей можно до дотрагиваться до Бира. Это ему до неё — нельзя.

— Держите руки за спиной, — напомнила она тихо, обнимая его за шею. — Нельзя ко мне прикасаться…

Это было приключение. Веселое. Увлекательное. И непозволительно-грешное.

Иларис мягко и осторожно коснулась губами его губ. Он не остался безучастным, тут же ответил, и в его поцелуе была страсть и никакой осторожности, она охотно вдохнула эту страсть, которая сладкой горячей струей растеклась по её жилам, и сердце в груди забилось быстро, захотелось закрыть глаза и не останавливаться никогда…

Она не торопилась, позволила себе щедро напиться сладости этого поцелуя. Первая провела языком по его губам, он воспринял это как разрешение и впился в неё с удвоенным пылом — продолжая стойко держать руки за спиной, как она и просила. Но остановиться было трудно. Чтобы остановиться, начинать следовало иначе. Приправить всё девичьим целомудрием и светской сдержанностью. Ни того и ни другого не было и в помине. Они оба давно уже постигли любовную науку и умели не только начать, но и продолжить, и дойти до конца…

Кажется, Бир уже рассчитывал, что они и пойдут до конца — когда она отстранилась и даже слегка оттолкнула его, он посмотрел с изумлением.

— Довольно, милорд, — сказала Иларис. — Завтра я пришлю вам весточку про наше свидание, а сейчас пора спать.

— Миледи? Что вы сказали?..

— Я была должна вам поцелуй. Я расплатилась, лорд Бир. Теперь — доброй ночи.

— Хорошо, леди Иларис, — он перевёл дух, — должен сказать, я впечатлён.

— Я тоже, лорд Бир. А теперь уходите. Вернитесь в зал. Нам не следует делать это вместе.

Он смотрел на неё, явно желая возразить. Но нет, кивнул.

— Доброй ночи, леди Иларис. Если решите мне присниться, буду рад.

— Хорошо, я подумаю, милорд, — она вежливо кивнула и отвернулась.

Взгляд её упал на небеса, частично закрытые облаками, в просвет между которыми как раз выглянула луна. И пусть Иларис ещё была во власти любовной неги, из которой категорически требовалось вынырнуть, в душе тут же больно царапнуло — как рассерженная кошка цапнула лапой.

Опять эта луна. Опять ТА САМАЯ луна. Такая же, как вчера, впрочем. И Иларис не сдержала рваного вздоха, а навеянный поцелуем дурман рассеивался так же верно, как те облака на небе.

— Что случилось, леди Иларис? Что с вами? — лорд Бир, который уже собрался отойти, теперь с тревогой смотрел на неё.

— Всё хорошо, — Иларис отважно улыбнулась.

— Нет уж. Вы что-то заметили? Внизу? Что случилось?

— Ничего, лорд Бир, — она уже задышала нормально и мечтала сгладить неловкую ситуацию. — Мне показалось. Всё хорошо, поверьте.

— Нет уж, вы испугались. Что вы увидели?

Надо же, какой внимательный.

— Будете смеяться, — вдруг решила она признаться. — Я не люблю, когда луна такая полная. Такая большая. Боюсь её. Ненавижу. Но это мелочь. В этом нет ровным счётом ничего опасного, лишь мои чувства.

— Но почему? — он удивлялся и не верил. — Это правда, леди Иларис? Вас пугает полная луна?..

— Не пугает. Я неверно выразилась. Просто не люблю. Не беспокойтесь, прошу вас. Уходите.

— Вы морочите мне голову, леди Иларис, — вместо того, чтобы уйти, он, напротив, шагнул к ней.

Она не успела отпрянуть — его руки уже сомкнулись вокруг неё, обняли, прижали. Даже показалось, что она ощутила тепло тела мужчины через все слои их одежд. И шальная мысль успела мелькнуть, о том, что прижаться к нему и постоять так немного было бы хорошо. И…

Бир изумленно пробормотал что-то сквозь зубы, и его руки безвольно повисли вдоль тела.

— Я предупреждала, — со вздохом заметила Иларис. — Трогать меня нельзя. Не беспокойтесь, это быстро пройдёт.

— И что это значит?! — сверкнул он глазами.

— Родовой артефакт графов Несс. Он немного усложнит ваш подвиг, милорд.

— Родовой артефакт? Подвиг?! — он изумлённо уставился на неё.

— Пояс, который защищает женщину от мужских притязаний. Это немного неприятно, но не опасно. Его называют поясом невинности, милорд, — объяснила она любезно. — А подвиг… ну как же. Заслужить сто золотых. Должны же вы при этом проявить себя, милорд.

— Вот как, — он отвёл потемневший взгляд. — Вы уже знаете. Откуда?

— Это совершенно неважно, лорд Бир. Считайте, что это тоже маленькое колдовство пока ещё моего замка. А пояс снять довольно сложно, но верю, что вы сможете. Вы с самого начала внушаете мне доверие, лорд Бир. Хотите, я позову кого-нибудь, чтобы вас проводили?

— Иларис. Вы сердитесь? — он забыл назвать её леди.

— Не сержусь, — заверила она. — Даже более того, хочу участвовать в игре. Тоже ставлю пятьдесят золотых. Если у вас всё получится, они ваши, лорд Бир.

— Иларис!

— Я настаиваю. Мы должны быть на равных в этой игре. Иначе я буду чувствовать себя лошадью, на которую сделали ставки. Вы не испугались? Не отказываетесь от подвига?

— Не отказываюсь. Теперь тем более нет. Иларис, это была глупая шутка без намерения оскорбить. Не сердитесь на нас, прошу. На меня…

— Теперь тем более не сержусь. Знаю также, что это не ваша затея, но что с того? И мы ведь не станем рассказывать остальным, что условия немного изменились? Их это не касается, верно?

— Иларис. Я лишь хотел…

— Да, лорд Бир?

— Неважно.

— Тогда я оставлю вас, если позволите, — решила она. — Прикажу колдуну чуть позже проверить, всё ли у вас в порядке.

— Не стоит, — он мотнул головой. — Расскажите мне о действии этого вашего гм… артефакта. Как его снять?

— Не знаю, милорд, — она улыбнулась довольно.

Кажется, все получилось. Играть так играть.

— Если вы передумаете и откажетесь, я пойму. И не потребую с вас золота, конечно же, — добавила она.

— Откажусь? — он дернулся. — Даже не рассчитывайте на это, миледи. Доброй вам ночи.

— Доброй ночи, лорд Бир, — она по-свойски поцеловала его в щёку перед тем, как уйти.

Сдержанная и безукоризненная леди Шалль сошла с ума — подумаешь…