Глава 14

 Погода радовала. Сегодня дул сильный ветер, поэтому, едва Сапфир пытался вылезти в окно, его задувало обратно. Я лишь улыбалась в такие моменты, с наслаждением наблюдая за его попытками.

– Ты разве не слышал о знаменитом Северном ветре Шейхина? У нас тепло, но иногда в сторону моря дует такой ветер, что сносит с ног. Сегодня лучше не выходить из дома, – произнесла я. – Обычно это продолжается не более двух-трёх дней, а после наступает штиль. Тогда и полетаешь.

Говорят, этот ветер имеет магическую подоплёку, потому что противоречит природе. Даже есть несколько легенд на его счёт. Одна из них гласит, что когда-то жили две сестры – сильные магички. Близняшки, обе невероятной красоты. И вот однажды влюбились они во Владыку моря – прекрасного русала, повелевавшего водными просторами. Да так влюбились, что каждая захотела за него выйти замуж…

А русал ушлый оказался. Он возьми и скажи, что готов взять обеих девушек в жёны. Одновременно. Сёстры переглянулись и… как задули русала обратно в море, да таким сильным ветром, что тот больше не смог выйти на сушу. Ветер остался, а русал – нет.

Вывод: нечего делать приличным девушкам непристойные предложения.

– Смейся, смейся, посмотрим, как ты на помолвку пойдёшь.

При упоминании помолвки настроение резко поползло вниз, а тревога – вверх. Вчерашний разговор с королём не выходил из моей головы. Как быть: признаться ему во всём или заключить помолвку, а там уж как получится?

Признаваться откровенно страшно. Эмиль никогда не говорил о своих чувствах напрямую, да и были ли они? Быть может, я для него такая же наивная милая девочка, как когда-то Асель? Что, если ему важна только магия, обретаемая после свадьбы, для управления собственным проклятием? Он говорил, что хочет крепкий брак, но не упоминал, что именно со мной.

С принцессой Лайоры – да, но вот с обычной сиротой из трущоб…

Вряд ли. Тряхнув головой, я отогнала любые сомнения. Сегодня у меня помолвка. Я никому не могу доверять – этому меня учил Шах. Поэтому надеяться должна только на себя. Так и будет впредь.

Поднявшись, я взглянула в зеркало. Сегодня выбрала платье цвета пыльной розы с длинным шлейфом. Рукава в три четверти прикрывали татуировку, при этом сами ладони оставались без перчаток, чтобы мы с Эмилем смогли повязать на запястьях помолвочные нити.

Эда вошла с лёгким стуком и улыбнулась.

– Какая же вы сегодня красавица, ваше высочество! Ой, то есть я хотела сказать вы всегда красивы, но сегодня – по-особенному!

– Спасибо, – немного нервно отозвалась я и отправилась вслед за горничной.

От ветра защищал купол, возведённый точно по дороге к месту помолвки. Меня не покидало чувство дежавю. Всё тот же сад, всё та же ротонда. Только на этот раз Эмиль Великолепный ожидал у алтаря, хмуря брови и молчаливо глядя в одну точку, будто не замечая ничего вокруг. Священнослужитель проверял готовность к ритуалу, а её величество с герцогом Манладским стояли снаружи и о чём-то тихо переговаривались. Они меня заприметили первыми.

И только в этот момент отмер его величество. Эмиль обернулся и на мгновение я заметила, как в его глазах зажигается огонёк – яркий, манящий, заставляющий поспешить к нему навстречу. Я сделала шаг, но вновь попалась всё на том же – разница в высоте ступенек! Ойкнув, я полетела вперёд.

– Держу! – привычно выдохнул Эмиль и подхватил меня, прижав к себе и улыбаясь. – Надеюсь, когда-нибудь вы привыкнете к дворцу.

– Надеюсь. Иначе вам всю жизнь придётся быть подле и оберегать меня, – нервно пошутила я.

Эмиль смотрел серьёзно.

– План был именно таков, – произнёс король, неотрывно глядя мне в глаза.

– Кхм, – отвлекла нас королева, – поторопимся. Ветер не утихает.

«А на физический купол тратится слишком много энергии из накопителей. Это сплошное расточительство», – мысленно закончила я за неё. Мы с Эмилем действительно поторопились к ротонде. Священнослужитель улыбнулся, наполнил воду в чаше перед нами магией и, прочистив горло, начал нараспев читать:

– Да благословят боги сегодняшний день, когда два молодых сердца дают священное обещание перед людьми и магией связать свои судьбы. Связать и открыться друг другу, признаться в чувствах и намерениях. Для закрепления опустите руки в чашу и красные нити подтвердят ваши желания и свяжут судьбы…

– Постойте, – вмешался Эмиль и обернулся ко мне, – сначала я хотел бы узнать у невесты, есть ли у неё, в чём мне признаться? Чтобы мы вступили в новый статус наших отношений без тайн и недомолвок.

Я стушевалась. Он знает? Который раз намекает, что знает… Но что будет, если я признаюсь? А если умолчу? Какой тяжёлый выбор. Я начала нервно теребить шлейф платья, а Эмиль наклонился ко мне.

– Я приму любую правду.

Не любую. Зачем я ему нужна, если я вовсе не принцесса? Тем более, он тоже не спешит раскрывать мне тайны своей сущности.

– В чем мне покаяться, ваше величество? Вам рассказать, как я в детстве таскала пирожные с кухни? К чему этот допрос?

– Тогда продолжим, – бросил Эмиль священнослужителю, и в его голосе чувствовалось разочарование.

Это разочарование было страшнее, чем потенциальные угрозы. Эмиль опустил руку в чашу и вопросительно посмотрел на меня. Я замешкалась. Пора. Надо признаться и покончить с этим! С этой неопределённостью, ложью и… будь что будет. Эмиль король. Уж от Шаха он меня убережёт.

Я открыла рот и собиралась сказать, что я не та, за кого себя выдаю, когда позади нас раздался голос:

– Стойте!

Мы с Эмилем вновь обернулись к её вдовствующему величеству. Я уже говорила, что у меня какое-то чувство дежавю? Почему она вновь нас остановила? И если хотела остановить, то зачем вовсе позволила этому случиться?

Королева тяжело дышала, сжимая в руках записку, принесённую лакеем. Сам лакей, растерянный и немного испуганный, стоял рядом. Я сразу заподозрила нечто неладное, но никак не могла понять, в чём именно меня ждёт подвох?

– Опять? – жалобно простонал священнослужитель, но, поняв, что в такой тишине его голос прозвучал слишком громко, отступил на шаг и постарался слиться с колонной.

– В чём дело, матушка? – уточнил Эмиль со сталью в голосе.

– Ваше величество, мне неловко прерывать церемонию, но случилось нечто неожиданное.

– Не томите же, – нахмурился монарх, неотрывно глядя на мать.

Королева будто сама не верила в то, что собиралась огласить. Она вновь взглянула на записку и только после этого решилась:

– Мирабель Энладская, ваша первая невеста… здесь, во дворце.

Эмиль приподнял брови. Этому удивилась даже я, хотя уже знала, что королева разыскивает её.

– Как это возможно?

– Её привез граф Дамиас, который занимался поисками пропавшей принцессы. Я держала вас в курсе событий, ваше величество, однако теперь её приезд стал даже для меня неожиданностью.

Очень сомневаюсь. Скорее всего, граф спешил как раз к нашей помолвке, и королева с минуты на минуту ожидала известия. Надеялась, что он успеет. Хотя, если она была так уверена в том, что принцесса выжила, то должна была быть уверенной, что наша помолвка не состоится.

Это вызвало жгучую ревность. Мужчина, которого я вот-вот должна была назвать своим женихом, теперь будет обещан другой.

Но разве это плохо? Эмиль достоин лучшего. Он должен связать себя узами с настоящей невестой, чтобы увеличить свои силы. Тогда он сможет обращать своё проклятье вспять. Ему уже не понадобится Рог Ильдивы, это даст ему свободу.

Эмиль Великолепный… я не могу лишить тебя подобной возможности. Ведь я тебе дать этого не могу.

– Это действительно неожиданно, – наконец произнёс монарх и склонил голову набок, – но разве прибытие принцессы соседней страны – это повод прерывать мою помолвку?

Его слова удивили не только меня, но и королеву. Мы обе с опаской взглянули на короля. И ответить решилась я:

– Наша помолвка бы в любом случае не состоялась, ведь если принцесса Мирабель жива, то вы всё ещё связаны с ней обещаниями, ваше величество, – оказывается, произносить подобное больнее, чем я думала.

– Ещё не доказано, что она – настоящая, – уверенно заявил он. – И один из способов проверить – это наш помолвочный ритуал…

– Ваше величество! Не хотите же вы обидеть принцессу Вайлет, используя ритуал с ней лишь для подтверждения личности вашей бывшей невесты? – ловко вывернула вдовствующая королева.

Не зря она славилась своим умом, далеко не зря! Вот так изящно поставить Эмиля перед выбором и заставить замолчать меня, при этом сделав вид, что заботится обо мне – не каждая сможет. Вот и Эмиль не нашёлся, что ответить. Поджал губы, бросил взгляд на чашу, где тонула уже наша вторая потенциальная помолвочная нить, и вздохнул.

– Ваше высочество, – обратился он ко мне, – мне жаль, что приходится прерывать помолвку, но встреча с бывшей, – последнее слово он выделил, – невестой действительно необходима. Нашу помолвку мы может провести, когда стихнет Северный ветер. И поговорить с вами, – на последнем он сделал особый акцент, взяв мою руку и крепко сжав пальцы. – Сейчас мне следует заняться неотложными делами. Я прошу вас тоже прибыть в тронный зал для встречи с её высочеством Мирабель. Я буду признателен, если вы будете рядом.

– Эмиль, это вовсе не обязательно… – попыталась его отговорить мать, но быстро затихла под хмурым взглядом короля.

– Я, – начала растерянно и помотала головой, – думаю, мне не следует присутствовать на приёме. У меня… разболелась голова.

Если бы я была настоящей невестой, я бы, разумеется, отправилась вслед за Эмилем в тронный зал, не спасовала бы перед трудностями, заявила всем и каждому, что такого потрясающего мужчину отдавать никому не планирую. Вот только я фальшивка. И мне следует серьёзно подумать над тем, что я собираюсь делать.

Нужно признаться. После приёма и признаюсь. И будь что будет.

– Полагаю, целителя к вам отправлять бессмысленно? – разгадал мою трусость Эмиль и кивнул. – Я принимаю ваш отказ. Тогда отдохните, но к ужину… я буду вас ждать.

Последнее звучало почти как мольба.

Эмиль… я не та, за кого ты меня принимаешь! И пусть мои чувства к тебе были искренними, они не способны подарить тебе то, чего ты заслуживаешь.

– Вайлет, – позвал Эмиль и наклонился ко мне, – прибытие Мирабель ничего не значит. Мои обещания вам незыблемы.

Его обещания – тёплые и нежные – резали ножом сердце. Неужели этот мужчина достанется другой? Той, что по праву рождения имеет право претендовать на статус его жены.

– Спасибо, – ответила я, – но и ваши обещания принцессе Мирабель, данные восемнадцать лет назад, тоже.

Эмиль поджал губы. Было видно, что он хочет с этим поспорить, но не собирался бросать слова на ветер. Этот мужчина сначала делает, а потом говорит, поэтому просто отвёл взгляд.

Я присела в реверансе. Эмиль подхватил матушку под руку и повёл по укрытому от ветра коридору. А ко мне медленно приблизился Хэсан Эзеркот. Прямой, колючий взгляд сегодня был особенно тяжёлым. Герцог протянул мне мышь.

– Она ваша. В любой момент можете запустить её вновь, напитав магией.

– Предлагаете сражаться ею с принцессой? – весело спросила я, но на мышь посмотрела с настороженностью. – Не очень хочется подобного дара.

Я поморщилась. В душе был такой штиль, что я не представляла, как мне жить дальше. Хэсан настоял, буквально всучив мне артефакт.

– Это не моя воля, а его величества. Позвольте проводить вас, леди… Вайлет? – заложив руки за спину, предложил герцог.

Ветер за куполом бушевал. Было в его грозности некое очарование. Кроны деревьев не просто трепыхались, они заламывались, вот-вот рискуя оборваться – к счастью, в городе не было высоких деревьев именно по причине Северных ветров. На Башне и вовсе стояло такое количество заклинаний для сохранения её высоты, что я боялась даже представить.

– Благодарю, – кивнула я герцогу.

Улыбнувшись разочарованному священнослужителю, я отправилась следом за его светлостью. Сад был пуст – никто не прогуливался, все сидели по комнатам. Это самые пустынные дни Шейхина. Когда мы уже подошли к моим покоям, герцог заговорил:

– Позвольте дружеский совет…

– Не стоит, ваша светлость, – оборвала я и отступила. Не хотела нравоучений от того, кто долгое время сам не мог признаться в чувствах. Тем более, я уловила странную паузу перед своим именем. – Мы с вами не друзья.

– А жаль, – хмыкнул он. – С умными женщинами лучше дружить, неизвестно, когда они подсыплют тебе яда.

Его голос звучал ровно, но в глазах читалась насмешка. Почему он тоже ведёт себя так, словно видит меня насквозь? Его светлость поклонился и ретировался, а я ещё некоторое время стояла на месте, смотря ему вслед.

Жизнь умела преподносить сюрпризы, и я совершенно не знала, как на них реагировать. Закрыв дверь, я обернулась к жучку.

– Ты уже видел принцессу Мирабель?

Оказывается, ответ был для меня важнее, чем я могла подумать. Неужели я успела вообразить себя невестой Эмиля Великолепного? Как глупо с моей стороны. Я лишь временная замена. Кукла, идеально исполнившая роль в спектакле. Но не стоит забывать, кто был настоящей примой. И она уже вышла на сцену.

– Нет, я не могу расстаться с рубином, – ответило насекомое, продолжая любовно прижимать к себе украшение. – Подожди… что значит видел? Ты хочешь сказать, она во дворце?

– Моя помолвка не состоялась, – вздохнула и обняла себя руками. – Потому что во дворец прибыла принцесса Мирабель.

– Тогда почему мы ещё здесь? Пойдём смотреть на неё!

В дверь постучали. Встрепенувшись, я отправилась открывать, уже особо ничего не ожидая от своей везучести: за дверью мог обнаружиться кто угодно, в том числе тренер Дильяс. Вот вообще не удивлюсь, если меня сейчас потащат сражаться на шпагах! Впрочем, мне и вчерашней тренировки с Эмилем хватило.

Открыв дверь, я даже не удивилась, увидев Асель.

– Почему ты здесь? Неужели не хочешь увидеть соперницу?

– Ты о Мирабель Энладской? – я подошла ближе. – Зачем, если исход всё равно понятен.

– Что?! – изумилась девушка и вошла в комнату, плотно закрыв за собой дверь. Развернувшись ко мне, упёрла руки в бока. – Что за апатия? Ты знаешь, что когда ты прибыла во дворец, я была полна решимости выйти замуж за Эмиля! И без боя бы не сдалась.

– Хочешь, чтобы и мне на голову упал кальян? – пошутила я, и Асель закатила глаза.

– Ещё немного, и я вновь начну верить, что это была ты. Я к тебе уже привыкла. Не хочу другой королевы. Так и ты борись за этот статус! И вообще… идём, у меня есть идея.

– Я с вами, – тут же заявил Сапфир, бережно уложив рубин обратно в тайник.

Если у кого-то возникают идеи, они всегда плохо заканчиваются для меня. Однако я всё равно поддалась на провокацию Асель и отправилась за ней. Просто потому, что мне очень любопытно было посмотреть на энладскую принцессу. Какая она? Красивая? Умная? Нежная?

– Сюда, – потянула меня в сторону Асель, и мы углубились в коридор на втором этаже.

Девушка открыла узкую дверь специальным ключом. Я удивлённо на неё воззрилась.

– Сделала лет пять назад… Даже не спрашивай, зачем.

Не спросила, но на ус намотала – надо бы сказать Эмилю, чтобы поменял замки. Мы оказались в небольшой комнате-ложе. Здесь имелась решётка, через которую открывался вид на тронный зал.

Сейчас в тронном зале было немного людей, но советников я заметила. Помимо них присутствовали королева в сопровождении немногочисленной свиты, герцог Манладский и, разумеется, сам король. Правитель восседал на троне и с интересом смотрел на ту, что стояла перед ним, у возвышения. Рядом с девушкой, видимо, застыл граф, который занимался поисками пропавшей принцессы, но я не уделила должного внимания ни его внешности, ни его речи, полностью сосредоточившись на принцессе. Я жадно поглощала её взглядом.

Светлые вьющиеся волосы обхватывали тонкий девичий стан, а зелёное платье идеально подчёркивало яркие глаза цвета свежей травы. Сама принцесса слегка улыбалась, глядя на короля. Где-то в отдалённом уголке сознания я отметила, что мы с ней удивительно похожи – со мной настоящей.

– Ваше величество, как я рада вас видеть! Не представляете, какая честь для меня познакомиться с вами. Я ведь выросла не в Энладе, совершенно не помня своего прошлого, поэтому моим истинным домом стал Шейхин. Я восхищаюсь этой страной и всегда восхищалась вами.

Я могла бы присоединиться к словам девушки, ведь чувствовала то же самое.

– Как граф вас нашёл? – спросил король, не особо впечатлившись речами найденной невесты.

– Об этом лучше спросить у него, – стрельнула взглядом на мужчину девушка. – Однако я могу поведать вам свою историю. Разумеется, только то, что помню. А помню я себя племянницей одного влиятельного человека в моём городе. Он… приютил меня и обогрел. Сначала я знала его как Шаха, но после узнала и как отца. Он кормил меня, заботился обо мне и всячески поддерживал.

Я слушала её и никак не могла уложить в голове то, что она говорила. Её рассказ удивительно гладко ложился на мою собственную судьбу, поэтому я с трудом верила своим ушам. Разве такое возможно? Я ведь никогда не видела её в доме Шаха! И тем более не могу поверить, что он когда-нибудь относился к кому-то, как к родной дочери. Он был удивительно эгоистичным человеком, даже своих настоящих детей никогда не привечал, а они у него были – от многочисленных любовниц.

Неужели перед нами самозванка? Я испугалась собственных мыслей. Если я объявлю об этом, кто мне поверит? Как я смогу предоставить доказательства?

«Я никогда не видела её в доме Шаха, где выросла сама», – не могу ведь я так сказать? Я ведь принцесса Вайлет Лайорская, как все думают. И мы обе самозванки.

Как же всё запуталась. Жучок с интересом посмотрел на меня. Он догадывался, о чём я думала.

Принцесса тем временем продолжила:

– Названный отец тоже не знал, кем я являюсь на самом деле, пока граф не нашёл меня. Тогда он рассказал, что я не просто девушка-сирота, я – принцесса Энлады, потерянная когда-то в детстве. Это стало таким шоком… признаюсь, я справилась с ним не сразу, но мне вновь помог Шах – он направил меня и помог смириться с действительностью, принять свою новую судьбу.

О, конечно-конечно, именно так Шах и поступает… ради своей выгоды, разумеется. Как удачно у него нашлась принцесса! И как удачно, что она так тепло о нём отзывается. Удобно, правда? Возвести на престол свою названную дочь, наверняка связанную с ним клятвой, и жить себе припеваючи, не боясь гнева короля.

Вот только что же мне делать с моей правдой? Как быть?

– Мы весьма рады, что вы нашлись, принцесса, – подала голос королева. – Более того, я уже отправила известие вашим родителям. Уже завтра утром они прибудут во дворец.

Обычно такие высокопоставленные гости прибывают не вот так внезапно, а как минимум с уведомлением за месяц. Должно случиться нечто из ряда вон выходящее, чтобы подобное произошло, и оно случилось.

Интересно, а Энфрей прибудет с ними? Может, пока не раскрывать Эмилю карты и подождать? Если приедут настоящие король с королевой, то они наверняка поймут, что дочь – фальшивка. Есть артефакты, способные признать родство крови – именно с помощью них признаются бастарды. А ещё благодаря таким артефактам отпала необходимость в обязательной девственности невесты. Ведь раньше только девственность невесты гарантировала, что наследник точно будет от мужа, а с увеличенным сроком жизни для магов такое условие стало несколько затруднительным для магинь. Всё-таки против природы не пойдёшь.

Поэтому королева и надеялась, устраивая Путь невесты, что я уже не чиста, ведь это было вовсе не обязательным… если не брать в расчёт древнюю традицию, которой решила следовать Энриетта.

– Родители? – голос девушки дрогнул. Я улыбнулась. Ты ещё попадёшься, самозванка! – Ох, ваше величество, как я вам благодарна! Мне не терпится познакомиться с мамой и папой. Я так счастлива!

– Какие приторные речи, – поморщилась Асель. – Мне эта королева точно не по нраву. Так что будем продвигать тебя.

С этими словами Асель подмигнула, нажала на какой-то рычажок и решётка перед нами отъехала, а нас увидели все присутствующие. Но будто этого было мало! Эмиль поднялся с места и вызывающе улыбнулся. Кажется, кто-то решил продемонстрировать всем свой выбор…

Эмиль поднялся по лестнице и протянул мне руку. Я оглянулась на застывшую в тени Асель и… вложила свою в его ладонь. Эмиль тут же приобнял меня за талию и наклонился к уху:

– Рад, что ты все-таки решила явиться, правда, не ожидал от тебя такого неординарного способа.

– Я умею удивлять, – проскрипела я и вновь оглянулась на Асель.

Пока мы спускались, Эмиль шепнул:

– Как тебе её высочество?

– Вы хотите настоящего мнения или лишь стремитесь вызвать мою ревность?

Мой голос звучал недовольно. И от моего недовольства Эмиль весь светился. Ему нравились мои эмоции. Они словно были подтверждением моих чувств. Это бы наверняка вызвало у меня смущение, если бы я не была так зла. Эта принцесса – самозванка!

Причём я тоже, но это меня так не злило. Как говорится, в чужом магическом плетении нестыковку замечаешь, а в своём – дыры не видишь.

– Вашу ревность, разумеется. Мне совершенно не интересно, как вы характеризуете её высочество, но не потому что мне не интересно ваше мнение, а потому что мне не интересна сама принцесса.

– Я уже только хотела сказать, что наконец-то нашла в вас недостаток – самодовольство, как вы вновь заставили меня поверить в свою идеальность. Осторожнее, ваше величество, такими темпами я не смогу вас забыть, когда вы расторгнете нашу помолвку.

От такого заявления Эмиль даже остановился и внимательно посмотрел на меня. Мы уже стояли в центре залы под заинтересованными взглядами придворных, недовольным – королевы, насмешливым – Хэсана и злым – новоиспечённой лже-принцессы.

– Кто вам сказал, что я собираюсь расторгать договор?

– О чём вы говорите? – прервала наше приватное общение королева. – Уединяться у всех на виду – моветон. Мы требуем ответа, ваше величество.

Голос королевы звучал не вызывающе, а насмешливо. Он призывал разрядить обстановку. Но я всё равно чувствовала напряжение окружающих. Советники уже наверняка подсчитывали, с кем союз более выгоден – с Энладой или с Лайорой? И, боюсь, сравнение будет не в мою пользу. Вряд ли им интересны личные качества принцессы, лишь то, что может принести этот союз.

– Приглашаю вас, ваше высочество, – обратился Эмиль к принцессе Энлады, – проследовать в столовую. Там уже накрыт ужин в вашу честь. Я рад, что мы смогли найти вас и вернуть вашим родителям.

Вернуть родителям… намёк был более чем понятен. Советники зашептались. Эмиль повёл меня на выход, в столовую, и я чувствовала на себе взгляды всех присутствующих. И не знала, как быть.

Ох, кого бы из нас Эмиль ни выбрал – он проиграет. Потому что ни одна не является настоящей принцессой и ни одна не подарит долгожданного могущества.

В столовой был накрыт длинный стол. Эмиль усадил меня по правую руку от себя, а вот по левую уселась вторая самозванка – ей своё место уступила вдовствующая королева. При этом Энриетта смотрела на меня так, словно мысленно извинялась за то, что ей приходится это делать. Я её понимала. Она старается ради сына, но даже понятия не имеет, что перед ней – ещё одна фальшивка.

Эмиль подал знак к началу трапезы. Лже-Мирабель смотрела на меня пристально, словно пыталась в чём-то уличить. Что ей от меня надо? Может, поговорить с ней?

– Ваше высочество, – неожиданно обратилась ко мне девушка, – вы ведь из Лайоры? Расскажите немного о своей родине. Мне очень интересно послушать!

Если бы я знала хоть что-нибудь «интересное»…