Глава 16

Когда мы шли с Тильей обратно в академию, я постоянно подгоняла ее, а она не могла понять, в чем дело.

— Все нормально, — отрывисто бросала я в ответ и шла еще быстрее.

Рассказывать подруге прямо сейчас все, что произошло, не казалось мне хорошей идеей. Я вообще не знала, что теперь делать с тем знанием, что неожиданно мне открылось.

Ранфер — кровавый маг. А может, и член Кровавого клана. Убийца.

Верила ли я в последнее утверждение? Не знаю. Скорее всего, нет. Но нельзя было отрицать тот факт, что мне просто не хотелось в него верить. А правда могла оказаться сколь угодно ужасной.

Перед мысленным взором одно за другим всплывали воспоминания, на которые прежде я старалась не обращать внимания. Но которые так или иначе возвращали меня к мрачной правде.

Во-первых, обе жертвы перед смертью виделись с Ранфером.

Во-вторых, когда в прошлый раз в парке на меня напал Кровавый оборотень, там же я встретила белого волка ректора. Что, если Ранфер уже тогда воздействовал на меня? Что, если тем самым маньяком и был он сам? А история про человека, что стоял за моей спиной, — лишь для отвода глаз? Ведь он мог внушить мне все, что угодно. Все, чтобы я поверила, что убийца — кто-то другой. Поэтому преступника и не нашли тогда на территории академии. Его просто не было.

И тогда получается, что единственный существующий маньяк — это Ранфер Крас.

Он с самого начала хитростью заманил меня в эту академию, так и не сказав в итоге для чего. Может, он просто любит рыжих? А может, ему нужна именно я. Избранная, которая способна встать на сторону людей и начать войну, принеся проигрыш его народу. Вот он и пытается либо повысить мою лояльность к оборотням, уложив меня к себе в постель, либо просто убить, вернув равновесие к прежним показателям.

Чем дольше я размышляла, тем страшнее становилось. Я не хотела думать о том, что Ранфер лгал мне. Не хотела считать его убийцей. Но факт оставался фактом: он кровавый оборотень. Колдун, который на моих глазах смог применить внушение к магу десятого уровня. К Рену, вожаку целой стаи. Который уж наверняка изучал и продолжает изучать дементикорию.

О чем это говорит? Только об одном. Ранфер не просто кровавый оборотень. Он достиг в запрещенном знании такого уровня, что теперь его почти невозможно обнаружить. Он — мастер.

А что, если он применял свои умения, чтобы очаровать меня?

Как только эта мысль пришла мне в голову, я резко остановилась, схватившись за голову.

Тилья чуть отстала и шла сзади. В этот момент она воткнулась в мою спину и вскрикнула.

— Эй, Лен, ты что?

Обошла меня и нахмурилась, заглянув прямо в глаза:

— Ты чего такая бледная? Вина, что ль, перепила? Тошнит? Давай, пойдем скорее домой, у меня в тумбочке есть отличное средство…

— Нет, — покачала головой я и, взяв ее за руку, пошла дальше. — Все в порядке.

— Не нравишься ты мне, — пробурчала девушка. — Зря я оставила тебя одну. Ты как призрака увидела, честное слово.

“Если бы”, — мелькнула мысль, на короткое время разбавляя варево из ядовитых предположений, что кипели у меня внутри.

С каждым шагом я верила в них все больше.

Ранфер — мастер. А значит, он способен был внушить мне не только мысли, но и желания. Осознание того, что мои сумасшедшие, необъяснимые эмоции к нему — это плод колдовства, переворачивало все внутренности. Сжимало сердце металлическими клещами. И теперь из него капала кровь.

Открыв огромные двери академии, мы прошли в пустой холл первого этажа. Здесь было темно и тихо, как и положено среди ночи. И только проходя мимо крохотной комнаты для метел, мы заметили копошащегося там уборщика. Он затаскивал туда ведро и развешивал тряпку.

— Варго, ты не спишь еще? — удивилась я, немного отвлекаясь от своих мыслей.

Мужчина поднял лысеющую голову и улыбнулся.

— Да вот, только домыл мужской туалет на первом этаже. Кто-то разлил по полу масляную краску! Увидел бы — за уши оттаскал и к ректору! И не поостерегся бы поднять руку и на оборотня, честное слово. Сил уже никаких нет!

— Сочувствую, — вяло улыбнулась я. — Как твое здоровье?

Я немного беспокоилась за него после встречи с Джерилом.

— Нормально! — махнул рукой он и вяло улыбнулся. — Что может случиться со старым Варго?..

Я кивнула мужчине, и Тилья потащила меня дальше.

Мы поднялись по лестнице и, наконец, зашли в наши комнаты. Тревожные мысли снова вернулись, стоило закрыть дверь, отделив нас с подругой от окружающего мира. И более всего выжигало внутренности одно:

“Все, что было между нами с Ранфером, — ложь. Все до единого слова. Все желания, все чувства. Ревность, страсть, восторг, который я испытывала рядом с ним. Спокойствие, умиротворение, тепло. Все — вранье лишь для того, чтобы я исполнила какой-то задуманный альфой план. Чтобы любила его и всех оборотней вместе с ним”.

Любила…

Я никогда не думала о том, что была влюблена в Ранфера. Мне уже давно не шестнадцать, чтобы терять голову от любви. Чтобы трепетать от одного взгляда, чтобы сходить с ума без предмета своих фантазий. Но в этот раз, казалось, со мной и правда было так. Только вот все это — с самого начала обман.

— Не хочешь рассказать, что произошло? — приподняла бровь Тилья, заведя меня в комнату и уперев руки в бока.

Я покачала головой.

— Ну, тогда я спать. Завтра на свежую голову поговорим, — кивнула она немного недовольно и ушла к себе.

А я осталась одна. Подняла голову, взглянув на небольшие механические часы, висевшие на стене. Они отмеряли время с помощью какой-то зеленой жидкости, перетекающей туда-сюда из трех сообщающихся сосудов. И стрелка, плавающая на поверхности, показывала, что сейчас полвторого ночи.

Но, несмотря на время, сон никак не шел. Я провалялась в постели еще несколько часов. Затем за окном поднялось солнце, а я нервно распахнула глаза, понимая, что все же уснула.

Поднявшись с кровати и приведя себя в порядок, я поняла, что утро и вправду мудренее вечера. Мысли уже не разбегались в разные стороны как испуганные тараканы. Мне удавалось вполне спокойно и рационально обдумать все случившееся.

Впрочем, выводы оставались прежними. Ранфер — кровавый маг, и он опасен. Вот только что мне делать с этим знанием? Рассказывать об этом Тилье не хотелось. А больше было и некому.

Но совсем скоро кое-что изменилось.

В столовой во время завтрака внезапно включился рупор громкоговорителя, и все присутствующие услышали четкий, мрачный голос ректора академии:

— Студенты всех курсов сегодня в десять часов утра обязаны явиться в храм Селены для общего сбора. Все занятия отменены.

На этом рупор затих, зато в столовой стало в три раза громче. Народ переговаривался, спорил, обсуждал, что же произошло. Кто-то говорил, что академию закроют. Кто-то — что оборотни будут учиться отдельно от людей в связи с обстановкой.

Но самым популярным был вариант о новом трупе. И, к сожалению, через час, когда мы входили в огромный зал древнего храма богини луны, оказалось, что этот слух правдив.

Зал располагался в очень необычном месте, о котором прежде я не имела никакого представления. Оказалось, что храм Селены непосредственно прилегает к академии Арктур и находится посреди густо растущего сада. Между зданием учебного заведения и лесом Темного Диархана. Но и попасть туда было непросто.

Прежде я не видела рядом с академией никакого храма, и это оказалось вовсе неспроста.

Тилья тоже никогда не была в этом таинственном месте, но она много о нем слышала. Древнее сооружение, построенное гораздо раньше академии, оно было скрыто от глаз высокой растительностью и особым расположением. Чтобы попасть в него, нам пришлось сперва спуститься на минус первый этаж, а затем пройти по широкому темному коридору, что был проложен прямо под землей.

Наверно, это было бы даже страшно, если бы в тот момент с нами не шла толпа гомонящих студентов. Но в результате мы совершенно спокойно и без приключений добрались до старых металлических дверей черного цвета. На них были выкованы причудливые завитки и цветы в виде украшений. От металла шло легкое голубоватое свечение. Но многие элементы рисунка уже потеряли свой вид от времени.

Скрипнули старые петли, и мы очутились внутри храма.

Огромное помещение было полностью утоплено под землей. Привычных окон здесь не было в принципе. Высокие стены заканчивались куполообразным абсолютно прозрачным потолком, откуда с небес в храм лился лунный свет. Откуда он брался ранним утром, можно было только гадать. Возможно, купол менял структуру солнца. Цвет из желтого становился голубым, приглушенным и сумрачно-волшебным.

Это было удивительно, потому что серебристые лучи преломлялись от кристально чистого стекла, сверкающего тысячами граней, и почти магическим образом освещали все вокруг.

А еще стало ясно, почему общий сбор решили провести именно здесь. Я больше не видела в академии ни одного столь же огромного зала, где могли поместиться все факультеты и курсы одновременно.

В самом центре помещения стояла огромная полупрозрачная статуя женщины с руками, поднятыми к небу. Она тоже была выполнена в той же необычной технике, что и купол, который удерживали ее пальцы. Плавные изгибы тела не были гладкими, каждая выпуклость — как отдельный бриллиант сложной огранки. Вся она блестела мельчайшими изломами и гранями, светясь в лунном свете, будто сокровище.

Студенты столпились вокруг нее, со всех сторон оглядывая дух луны.

— Это ведь она? — тихо шепнула я Тилье. — Это Селена?

— Ага, — восторженно кивнула оборотница. — Никогда не видела ничего подобного.

Мне хотелось прибавить: “Я тоже”. Но это казалось столь очевидно, что я промолчала. Я ведь человек. Что делать человеку в храме оборотней?

Мы прошли чуть глубже, стараясь пробраться сквозь толпу студентов к возвышению в конце зала. Там уже стояли Ранфер, Тенсер Лафт, еще несколько преподавателей и мужчин в необычной черной форме. Последних я видела впервые.

Мне не стоило труда разглядеть их всех даже с такого большого расстояния, потому что за их спинами во всю ширину и высоту стены располагалось огромное зеркало. Более того, фигуры, отражающиеся в нем, были увеличены в несколько раз. Поэтому создавалось впечатление, будто там вовсе и не зеркало, а широкоформатный экран, который показывал все, что происходило на сцене. Только со спины.

Мы подходили ближе, а я не могла отвести взгляда от Ранфера. Альфа оборотней стоял немного левее остальных, сцепив руки сзади. Его широкая спина была, как всегда, гордо выпрямлена, пронзительный взгляд казался мрачным и тяжелым.

Я невольно оглядывала его мощную фигуру, как обычно, безупречно одетую, внушительные плечи, тугие мышцы, проступающие через ткань легкой полукуртки. И мурашки побежали по спине.

Как долго будет работать на мне его дурман? Сколько времени нужно, чтобы кровавая магия перестала действовать? Что, если это навсегда?

Холодная волна прокатилась по позвоночнику.

Я не хотела даже думать об этом. Ведь если это сумасшествие не пройдет, я буду до конца своих дней вздрагивать от одной-единственной мысли о нем.

И сгорать в огне от одного его взгляда… Вот как сейчас, когда Ранфер вдруг повернул голову и безошибочно нашел меня в толпе. Краска прилила к лицу, в висках отчаянно застучало, ладони стали влажными, а сердце забилось где-то в районе горла.

“Это ненормально. Это ненастоящее…” — шепнула я себе и опустила голову, прикусив губу.

В последний момент показалось, что Ранфер нахмурился. Но я уже отвернулась. Скользнула взглядом по остальным присутствующим на возвышении и с удивлением обнаружила мужчину, невероятно похожего на Ольтера Викса. Только гораздо старше. На нем была черная форма с тремя золотыми солнцами в области сердца.

— Уважаемые студенты, преподаватели, работники академии, — заговорил он в это время.

И голос. Голос тоже был очень похож на Ольтеровский!

— Мое имя Нашвил Викс, — продолжал мужчина, и я удовлетворенно кивнула. Конечно, это мог быть лишь отец нашего одногруппника, и никто другой. — Я командир охранного управления Светлого Диархана. И я пришел сегодня сюда, чтобы сообщить вам печальную весть.

Приглушенный гомон прокатился по залу.

— Этой ночью, примерно около двух часов после полуночи, была зверски убита одна из ваших преподавателей. Бригита Тренвир, — продолжал он, а меня изнутри начала бить мелкая дрожь.

Бригита Тренвир. Женщина, с которой я вчера общалась в лесу. Женщина, которая уверяла меня, что профессору не зазорно немного отдохнуть и расслабиться. Женщина в свитере и теплой шапке, под которой, я вдруг вспомнила, тоже были рыжие волосы.

В этот момент Нашвил отошел на шаг назад, пропуская вперед Ранфера.

Кончики пальцев похолодели. Я смотрела в его кристально-голубые глаза, и ужас начинал потихоньку застилать разум.

— Для нас наступает нелегкий период, — хмуро начал он, оглядывая храм. — Три смерти за такой короткий промежуток времени дали нам понять две вещи.

Он сделал короткую паузу, а затем закончил:

— Что убийца среди нас и что мы не можем справиться с ситуацией…

У меня перед глазами снова одно за другим начали мелькать события вчерашнего вечера.

С каждым ударом сердца — новая вспышка.

Ночь, праздник, пьяные оборотни. Ранфер, появившийся невероятно вовремя, словно всегда знал, где я нахожусь. Кровавая магия, которую он применил. Тилья, неожиданно обнаружившая нас в лесу. И полвторого ночи на часах, когда мы вернулись в академию. То есть ровно за тридцать минут до смерти Бригиты Тренвир, что оставалась у костра! И Ранфер, который оставался всего в паре десятков шагов от нее!

Возможно, он разозлился, что я ушла. И убил другую…

У меня закружилась голова. Тошнота подступила к горлу. Я не хотела верить в это. Но, кажется, уже верила.

В этот момент я вновь подняла голову, взглянув на тех, кто стоял на возвышении в конце зала. Нашвил продолжал что-то говорить, но я слышала его через слово. Лишь последние фразы, прозвучавшие ярче и острее остальных:

— Мы будем вынуждены закрыть академию Арктур до тех пор, пока убийца не будет обнаружен. Надеемся, что это произойдет достаточно скоро, мы прикладываем к этому все наши силы. Если у вас есть какие-то сведения, которые могут помочь нам в деле…

Что-то внутри меня будто лопнуло. Как струна, которая тянулась слишком долго и, наконец, порвалась.

Я ринулась вперед. Расталкивая студентов и извиняясь.

— Лена, ты куда? — раздалось мне вслед, но я не отвечала.

Я должна была рассказать Нашвилу Виксу о том, что случилось вчера. И о нападении, которое произошло несколькими днями ранее.

Не знаю, что именно я смогу рассказать на самом деле. Смогу ли вообще произнести хоть слово о Ранфере. Смогу ли сдать его как кровавого мага. И захочу ли. Сейчас в моих планах этого не было. Только факты. Только нападение на меня кровавого мага, о котором Викс может не знать, и только мой разговор с Тренвир на вчерашнем празднике. Я хотела сбросить с себя эту ношу, эти эмоции, которые жгли изнутри. Ведь я видела Бригиту последней…

Я должна была рассказать хоть что-то. Понадеявшись, что в последний момент мне в голову придет какая-нибудь умная мысль, я ступила на маленькую лесенку, поднимаясь на сцену. Все это время меня преследовал тяжелый, напряженный взгляд альфы оборотней, от которого бросало то в жар, то в холод.

Но я не намеревалась отступать.

Я слышала, что внизу, за моей спиной шептались студенты. Никто не мог понять, неужели я способна рассказать что-то о маньяке?

Я сама не знала, могу ли. Но уверенно поднялась на деревянную “сцену”, направляясь к Нашвилу Виксу.

Ранфер не сводил с меня пронзительного взгляда. Но я каждую секунду говорила себе, что не боюсь. Что он не сможет повлиять на меня. Что я должна рассказать все, как можно быстрее, пока он не решил вновь использовать на мне кровавую магию. Ведь, если он захочет, я не смогу произнести ни слова…

Однако, как только я начала подниматься по лесенке, оборотень сорвался со своего места и направился ко мне.

Я взглянула на него расширившимися от ужаса глазами, и ноги вдруг подкосились. Не успев преодолеть последнюю ступеньку, я едва не полетела вниз.

“Едва не”. Потому что в последний момент Ранфер сделал стремительный рывок и схватил меня за руку. Дернул на себя и тут же обхватил за талию, помогая удержать равновесие.

Кровь ударила в голову вместе со страхом и возбуждением. Какой-то бешеный коктейль из стремления в ту же секунду убежать от оборотня и одновременно запрыгнуть на него, обхватить ногами и зарыться пальцами в мягких, белоснежных волосах, умоляя целовать себя и не останавливаться никогда.

Безумие какое-то.

— Отпустите меня, куратор Крас, — прошипела я, пытаясь вырваться из его объятий и встать на ноги.

Но он незаметно склонился ко мне и вдруг совершенно невозмутимо шепнул на ухо:

— Я думаю, что понял, какая у тебя магия, Лена. Нам нужно срочно это проверить.

Я подняла на него изумленный взгляд, а он просто взял и отпустил меня, отойдя на пару шагов в сторону. Словно ничего и не произошло.

Сердце стучало так, словно вот-вот выпрыгнет из горла.

Я нелепо хлопала ресницами, пытаясь понять, изменилось ли что-то от его прикосновений ко мне. Изменилась ли я после того, как он посмотрел мне в глаза?..

Прошло несколько секунд прежде, чем я поняла, что все также хочу рассказать обо всем Нашвилу Виксу. И, возможно, теперь хочу даже еще сильнее. Потому что ощущение, будто я хожу по тоненькому канату над бездной, лишь увеличивалось.

— Вы что-то хотели рассказать мне? — раздался в это время голос начальника охранного отделения Светлого Диархана.

Я резко повернула голову, встретившись со взглядом отца Ольтера. И… все слова застыли в горле.

Не потому что на меня кто-то влиял. Я просто не знала, что говорить.

Однако через мгновение необходимость в показаниях неожиданно отпала. А все внутри у меня перевернулось и перемешалось, превратив размышления последних суток в чушь и пустую потерю времени.

Двери храма резко распахнулись, и на пороге появились двое широкоплечих мужчин, одного из которых, как я помнила, звали Харен. Это был оборотень, помощник Ранфера. Тот самый, что должен был, но не смог, найти маньяка на территории академии. Второй, очевидно, тоже являлся подчиненным альфы.

— Мы нашли Диарханского мясника! — громко провозгласил Харен, заставив весь зал нервно зашевелиться.

После этих слов из-за дверей вышел третий оборотень, держащий в руках согнутого пополам и связанного… Варго Ленса!

Я не могла поверить своим глазам. Хотелось крикнуть: “Это ошибка!”, и одновременно выдохнуть: “Слава богу”. Ведь это означало, что убийца — не Ранфер.

Не Ранфер, так ведь?..

Я перевела ошарашенный взгляд на альфу оборотней. Мужчина стоял в нескольких шагах от меня, сложив руки на груди. Поймав мой взгляд, он стиснул зубы и приподнял бровь. Мол, ну что, не ожидала?

А я правда не ожидала. И с каждым мгновением мне становилось все более стыдно за то, что я позволила себе подозревать его.

И что подозреваю до сих пор…

Ведь эта троица могла ошибиться, притащив не того. Ведь Ранфер — все равно остается кровавым магом.

В любом случае, я устремила взгляд на предполагаемого убийцу и стала ждать объяснений.

Харен и его помощники втянули Варго на сцену, и в огромном зеркале позади отразилось хмурое, покрасневшее лицо уборщика. Я была уверена: сейчас каждый в зале смотрел в эту побуревшую, злую физиономию. И каждый не узнавал в нем обычного веселого Варго.

Первым делом к подозреваемому подошел Нашвил Викс. Взяв протянутые ему сослуживцем бумаги, он быстро пролистал их до страницы с какой-то схемой. Затем протянул руку к Варго и стал водить ею, словно щупая сам воздух. Потом перевел взгляд со схемы на человека и обратно, будто бы сравнивая Варго с чертежом.

— Похожа, — нахмурился он, кивнув. — Аура очень похожа, но совпадение не идеальное. Ленс — несомненно один из людей, которые входили в контакт со всеми тремя жертвами. Это правда. Но с чего вы решили, что именно он — убийца? На телах были явные и очевидные следы когтей и ауры оборотня. Вы пытаетесь ввести следствие в заблуждение?

Харен и два его друга ощутимо напряглись, сцепив зубы и сжав кулаки. Вперед тут же вышел Ранфер, положив руку на плечо Нашвилу.

— Пусть мои помощники расскажут, как все было, — сказал он. — И уже после этого будем делать выводы.

— Спасибо, альфа, — слегка поклонился Харен и снова мрачно посмотрел на Викса. — У нас было задание проверить всех людей, что входили в контакт с первой и второй жертвами. Пока вы проверяли оборотней, мы вели расследование в Светлом Диархане.

— Кто вам дал разрешение? — прошипел Нашвил, резко развернувшись к Ранферу.

— Какое может быть разрешение, если вы не пускаете оборотней в истинном обличии в город? Никто и никогда не дал бы нам ордер на допрос людей! Нашвил, успокойся, — добавил твердо ректор. — Давай дослушаем до конца рассказ, а потом ты будешь придумывать варианты расплаты.

Нашвил стиснул зубы, но кивнул.

— Так вот, — снова начал Харен. — Одного за другим мы проверили почти два десятка человек, чьи ауры были самыми яркими, несмотря на изломы и наложения на графике. И последним в списке оказался Варго Ленс. Штатный уборщик академии Арктур. Когда мы пришли к нему в комнату, он первым делом попытался выпрыгнуть в окно.

— Я просто испугался оборотней, ввалившихся в мой дом! — воскликнул вдруг Варго, пытаясь распрямиться. Но руки, плотно и высоко связанные за спиной, мешали ему. Харен тянул за веревку, не позволяя уборщику встать нормально.

После слов обвиняемого людская часть зала забурлила.

— Не ври, — прошипел Харен. — Ты видел в наших руках схемы аур. Ты знал, зачем мы пришли! Кроме того, лэр Викс, — добавил оборотень, внимательно взглянув своими желтыми глазами на начальника охранного подразделения, — мы нашли у него в подсобке на первом этаже вот это…

Харен протянул руку назад, и другой оборотень тут же вложил в нее нечто ужасное, появившееся из темного холщового мешка.

Странные деревянные грабли на толстой ручке. Только вместо металлических зубьев на концах были плотно привязаны высушенные мертвые пальцы с длинными, чуть блестящими когтями.

— Это что за?.. — Нашвил Викс выругался, взяв протянутую вещь одной рукой, а второй закрывая все лицо кроме глаз.

На ужасном инструменте со всех сторон были видны запекшиеся пятна крови.

Начальник охранного отделения, прищурившись, провел ладонью над когтями и сравнил нечто, увиденное им, с рисунком на бумаге.

— Отпечаток совпадает, — с изумлением кивнул он. — Это несомненно орудие преступления! Те же изломы на схеме. Вот здесь и здесь, смотрите!

Он передал схему Ранферу, а сам перевел мрачный взгляд на Варго.

Уборщик невозмутимо пожал плечами.

— Я нашел эту палку сегодня в мужском туалете. Она мне понравилась, и я решил взять ее себе. Все же на ней когти оборотня, а значит, мне почти наверняка удалось бы ее удачно продать.

— Нашел в туалете? — рявкнул Викс. — Что за чушь?

— Я вообще-то уборщик! — рявкнул в ответ Варго, глазом не моргнув.

Чем дольше продолжался этот спор и попытка выяснить правду, тем сильнее я ощущала, что ошиблась. Ранфер действительно не мог быть убийцей. А вот Варго — мог. Я чувствовала это порами. Каждой клеткой кожи.

И теперь мне было еще более стыдно.

Впрочем, уборщик продолжал очень успешно оправдываться, и каждое новое обвинение разбивалось о его логику. Словно бы это и правда все череда неудачных длч него совпадений.

Но я чувствовала, что это не так, вспоминая, что вчера ночью в половине второго, за полчаса до гибели преподавательницы, я видела не только Ранфера. Но и Варго, каким-то чудом не спящего так поздно.

Теперь становилось ясно, что это было не чудо. Он готовился убивать и как раз доставал свое оружие из подсобки.

Вот только как это доказать, если прямых улик нет?

— Кто угодно мог владеть этой штукой, — продолжал Варго. — Кто угодно из вашего списка. И этим кем-то должен быть оборотень. А не я. Человек. Неужели вы думаете, что три магички, одна из которых была преподавателем, могли позволить убить себя уборщику с самодельными граблями?! — воскликнул он и вдруг начал смеяться. — Большей чуши и придумать сложно.

Нашвил и Ранфер недоуменно посмотрели друг на друга.

— Убийца был кровавым оборотнем, — продолжал Варго уверенным голосом. — Вам это сможет подтвердить даже Лена. Правда, Лена?

Он неожиданно посмотрел на меня своим влажным, бегающим взглядом. И я впервые заметила, насколько странно он выглядит. Молодой, но лысеющий, с вечно блестящим лицом и глазами, которые ни на секунду не останавливались на одном месте.

— Что вы имеете в виду? — переспросила я, когда на меня оказались направлены взгляды не только всех, кто находился на сцене, но тех, кто был внизу.

— Конечно нападение на тебя! В саду! — ответил Варго, будто оплетая меня невидимой паутиной. — Я убирал мусор из урн и слышал, как ректор Крас просил своего помощника Харена найти кровавого оборотня на территории академии. Того, который напал на тебя.

— На вас напал кровавый оборотень? — переспросил, нахмурившись, Нашвил.

— Да, — кивнула я ошарашенно, понимая, что Варго не просто так знал об этом нападении. Он и был тем монстром, что лишил меня возможности двигаться. Что едва не убил меня.

— Подумать только, и мне никто об этом не сказал! — рявкнул Викс и схватился за голову.

Затем отошел на несколько шагов назад, туда где стояли люди в такой же форме, как у него.

Ранфер двинулся за ним. И тогда Нашвил произнес, шипя и хрипя от возмущения:

— Несмотря на улики, мы не можем удерживать этого человека. Все доказательства — косвенные. Он не кровавый маг. Он вообще не маг. А значит ни одна из жертв не подпустила бы его к себе с этими дурацкими граблями в руках!

Под конец Викс начал кричать, размахивая руками. Но делал это шепотом. Только слюни летели во все стороны.

Это могло бы быть даже забавно если бы ситуация не была столь серьезной.

Стоило представить, что Варго отпустят, как позвоночник пронзала нервная дрожь.

Теперь я была уверена, что убийца именно он. Не знаю, как. Не знаю, почему. Просто уверена, и все.

— Ну, что, сколько я еще должен находиться в этой унизительной позе? — проворчал Варго, явно считавший, что его вот-вот отпустят.

Нашвил глубоко вздохнул.

— Вы отправитесь в главное охранное отделение Диархана для выяснения обстоятельств этого дела. И уже там, если вам не будет предъявлено обвинение… то вас отпустят уже к вечеру.

— Нет! — воскликнула я, поймав короткий, триумфальный взгляд Ленса, полный безумия и злого голода. Настолько короткий взгляд, что, кажется, кроме меня его никто не заметил.

Краем глаза я уловила, как ко мне двинулся Ранфер.

Сразу же стало спокойнее.

Подумать только. Я снова доверяла ему. Вот только доверял ли он мне после того, как я обидела его?

— Что случилось? — нахмурился Нашвил Викс. И в его глазах сквозило явное непонимание, с какой стати я вообще лезу в это дело.

— Я знаю, как он убивал женщин, — ответила тихо и шагнула вперед. Не сводя взгляда с изумленного уборщика.

Мертвенная тишина наполнила зал.

— И как же? — проговорил с нажимом командир охранного отделения.

Я глубоко вздохнула, набрала в легкие побольше воздуха и произнесла:

— Варго Ленс — кровавый маг.

— Что? — ахнул Нашвил и отвернулся, ударив себя по лбу. — Я-то думал, вы сейчас что-то дельное скажете. Уберите отсюда эту студентку и пусть поучит основы. Люди не обладают кровавой магией!

Я вся сжалась от этой тирады. Но в следующий миг почувствовала на плече крепкую руку Ранфера.

— Я думаю, вам стоит прислушаться к ее словам, лэр Викс.

— Что, и вы туда же? — фыркнул тот.

— По моим предположениям Елена обладает редким видом магии, — медленно начал говорить Ранфер, внимательно глядя мне в глаза, — она способна чувствовать лунное сплетение оборотней.

По залу прокатился гулкий шепот.

— И что это значит? — приподнял густую светлую бровь Викс.

— Это значит, что Лена не ошиблась. Варго — кровавый маг. И полукровка. Почти наверняка кто-то из его родителей был оборотнем, — ответил Ранфер.

В этот момент я бросила короткий взгляд на уборщика и заметила, как вспыхнули испугом его глаза, подернутые красной сеткой сосудов.

— Я не оборотень. И это главное, — тут же сказал он. — У меня нет зверя, а значит кровавым магом я быть не могу.

Но на него, кажется, уже никто не обращал внимания.

Харен исчез в портале, чтобы уже через пару минут принести бумаги о родословной Варго Ленса.

— Его мать была оборотнем! — тут же воскликнул он, едва появившись из пространственного разлома. — А отец — простым человеком. Но оба исчезли, когда сыну было десять лет. И есть еще кое-что интересное!

Харен сделал паузу, передавая документы Ранферу и Нашвилу.

— Ген оборотней — доминантный. Но у Варго с детства не было звериной ипостаси, и клан матери отверг такого ребенка.

— Вот! Я же говорил, — фыркнул уборщик.

— Я знаю, что он оборотень, — вмешалась я.

— Это чушь, — воскликнул Варго. — Иначе я обращался бы каждое полнолуние. Я ведь не потенциальный альфа, надеюсь, с этим никто спорить не будет? Альфа без магии и сил — это была бы замечательная шутка!

Он каркающе рассмеялся. В полной тишине.

— Если он не обращается в волка, будет сложно доказать, что он кровавый маг, — хмуро ответил Викс. — Такого еще не бывало. И я, честно говоря, слабо в это верю.

У меня задрожали руки. Мелкой, нервной дрожью. Настолько сильно я хотела вывести этого человека на чистую воду.

— Что ты делаешь? — спросил Ранфер обеспокоено, когда я шагнула вперед. Прямо к связанному убийце.

— Тогда в архиве, — начала я тихо, глядя только в глаза Варго, — ты открыл мне дверь в закрытый кабинет только с одной целью. Чтобы убить меня, так ведь?

Шагнула еще ближе, удерживая темный, внимательный взгляд уборщика.

— Ты хотел, чтобы я не чувствовала опасности, а потому запустил меня туда одну, оставшись сперва в коридоре. Возможно, ты хотел зайти в кабинет позже. Так, чтобы тебя не видели, — продолжала я. — Но явился Джерил, и испортил тебе весь план.

Я сделала еще шаг и слегка наклонилась, чтобы оказаться прямо напротив блестящего от пота лица Варго.

— Но почему ты хотел убить меня? Зачем? — выдохнула я вопрос прямо ему в лицо.

В этот момент глаза уборщика подернулись пеленой ярости. Он сделал стремительный рывок и, наверное, укусил бы меня, если бы вовремя не появился Ранфер и не отдернул меня назад, обхватив за талию.

— Потому что я ненавижу рыжих сук!!! — рявкнул он на весь храм, задергавшись в путах, как отравленная рыба в ловчих сетях.

Нашвил тут же подошел ближе, внимательно вслушиваясь в фонтан ярости, прорвавшийся сквозь оболочку спокойствия.

— Моя сучья мать была рыжей! Проклятая оборотница! — орал он, разбрызгивая слюну вокруг. — Когда мне было десять, ее переманил Кровавый клан. И она просто сожрала моего отца! Распотрошила его, как курицу на обед, и съела по частям! А я смотрел, как она обгладывает его кости. Но я сумел отомстить. Сумел. Через пару дней напихал ей в мясо серебряную стружку. От своего свинского, звериного голода она и не заметила. А потом харкала кровью, выкашливая желудок.

Варго замолчал, глядя на меня полными ненависти черными зрачками.

— Я высушил ее тело, отрезал пальцы и сохранил. Шкуру очень дорого купили на рынке, но пальцы… были моими талисманами. Я хранил их много лет, прежде, чем осознал их истинную ценность.

— Но почему ты решил убивать людей? — спросил Нашвил, щелкая пальцами, чтобы один из его коллег скорее записывал все услышанное. — Почему не оборотней, раз ты их так ненавидишь?

— Потому что свалить все убийства должны были на оборотней, — скривился Варго. — И тогда уже не пара тройка жертв, а все волки вместе взятые ответили бы за то, что случилось со мной. Началась бы война. Или правительство ввело бы еще парочку законов против хвостатых. Пострадали бы все! Все эти меховые и клыкастые твари, которые должны быть уничтожены!

В зале поднялся дикий шум, но одним резким выкриком “тихо” Ранферу удалось его заглушить.

— И все же я не понимаю, как у вас получилось убить трех женщин, являвшихся отличными магами? — продолжал расспрос Викс.

Варго пожал плечами и демонстративно ухмыльнулся, промолчав.

— Он — кровавый маг, — повторила я. — Точно вам говорю.

Нашвил развел руками.

— К сожалению, это невозможно доказать, ведь лэр Ленс — человек. Однако, надо заметить, что имеющихся показаний и так достаточно, чтобы…

В этот момент Варго гадко усмехнулся и выставил вперед руку с разведенными в сторону пальцами.

Прямо в мою сторону…

Я тут же начала задыхаться, колени подогнулись. Воздух стремительно покинул грудную клетку, и в глазах потемнело.

Весь мир исчез.

Когда сознание вернулось ко мне, первым, что я увидела, был прекрасный хрустальный потолок храма. Я засмотрелась на яркое солнце, которое выглядело сейчас как кристально-белая луна. И на светлое небо, которое казалось темным, будто ночью. А еще я видела лицо статуи Селены. Оно одновременно было обращено ко входу в храм и будто бы ко мне. Оказалось совершенно невозможно правильно оценить, куда смотрят прозрачные, каменные глаза. Видимо, неизвестный скульптор именно так и задумывал свое творение. Из любого угла зала казалось, будто богиня смотрит именно на тебя. Если только ты не стоишь у нее за спиной, конечно.

— Лена, Лена… — повторял Ранфер, слегка хлопая меня по щекам. А я не замечала.

Перевела на него осоловелый взгляд и спросила:

— Что случилось?

— Ты упала в обморок. Как ты себя чувствуешь?

— Все хорошо, — ответила я, пытаясь вспомнить, что произошло. Но лицо Ранфера было так близко, что сконцентрироваться на мыслях получалось с трудом.

Его ярко-голубые глаза смотрели на меня, не отрываясь, и в них было столько тревоги, что я невольно затаила дыхание, боясь, что мне кажется. Боясь поверить, что он действительно так сильно переживал за меня.

За меня переживал… кровавый оборотень…

В этот момент осознание того, что только что произошло, накрыло меня штормовой волной. Вместе с шумом толпы студентов, которые галдели и верещали совсем рядом.

— Где Варго? — ахнула я, подняв голову.

Оказалось, что его выводили из зала под конвоем нескольких оборотней. А он что-то кричал и громко матерился.

— Его взяли под стражу. Он будет наказан за то, что сделал, — серьезно ответил мужчина, провожая мрачным взглядом убийцу.

— Значит, я угадала? Он все же был кровавым оборотнем?

— Да, — кивнул ректор. — Когда ты упала в обморок из-за его воздействия, я перенаправил его силу. Он начал кричать, а затем во всем признался. У оборотней не рождаются люди. Полукровки — всегда оборотни. И Варго — тоже был оборотнем. Но бракованным, как это принято говорить. У него был зверь, и было активное лунное сплетение сзади на шее. Но он не умел превращаться. Его зверь был в ловушке много лет, и это потихоньку сводило Варго с ума. Если, конечно, считать, что после смерти отца и убийства матери он еще был вменяем. Поэтому мы и не могли найти оборотня, убивавшего женщин. На жертвах оставались отпечатки аур его мертвой матери и его самого — оборотня без зверя и лишь наполовину человека.

— Как сложно, — схватилась я за виски. От количества информации начала болеть голова. А еще было очень холодно. — Меня знобит.

— Это последствия кровавого воздействия, — сдвинул брови мужчина, помогая мне встать и накидывая на плечи собственную рубашку. — Тебе нужно отлежаться. К счастью, Варго был слабым кровавым магом. Так что все это скоро пройдет.

Я кивнула, стараясь не смотреть на обнаженный торс Ранфера. Выпрямляясь и осматриваясь по сторонам, повернулась вполоборота к Нашвилу Виксу, который снова листал какие-то бумаги. А затем взглянула на себя в огромное зеркало.

Ранфер тем временем обратился к студентам с просьбой спокойно возвращаться в свои комнаты.

— С завтрашнего дня лекции и практики стартуют в прежнем объеме, — звучал его громкий командный голос. — Академия закрыта не будет!

Но в этот момент произошло что-то странное. Из огромного зеркала на меня посмотрела бледная девушка с перепутанными волосами. В ее глазах светилось изумление.

Я протянула руку к вороту на своем платье и отогнула его в сторону, убирая растрепанные пряди назад. Оттуда выглядывало что-то странное, и я никак не могла понять что именно.

Как только волосы перестали мешать обзору, на шее около ключицы я обнаружила… рисунок. Серебристо-белая круглая печать, напоминающая цветок на фоне луны.

Я нахмурилась, не понимая, что это. И даже потерла немного кожу.

Но символ не стирался.

И в этот момент за спиной раздалось громкое:

— Истинная метка!!!

— Что? Где? — переспросила я, разворачиваясь.

И обнаружила, что те, кто остался в зале, не отрываясь смотрят на меня. Кто-то даже указывает пальцем. Ведь в отражении зеркала я была видна всему храму!

Я перевела взгляд на Ранфера. Он ошарашенно смотрел на мою шею, и его лицо было гораздо бледнее обычного. Казалось, он даже не дышал.

— Что это значит? — не поняла я, нахмурившись еще сильнее.

Сердце бешено застучало.

Ранфер быстро подошел ко мне и развернул обратно к отражению.

— На тебе метка истинной пары. Ее видно только в зеркале Селены.

Он указал пальцем на знак у меня на шее и тут же замер, еще сильнее распахнув глаза.

— Куратор Крас, а давно вы с Леной истинная пара? — раздался снизу хитрый до невозможности голос Тильи.

Я готова была провалиться на месте. Щеки горели, как будто их кто-то перцем натер.

На обнаженной груди Ранфера светился точно такой же знак.

— Похоже… только что, — ответил оборотень, и голос его сорвался на хрип.

Я готова была упасть в обморок.

— Что это значит? — все повторяла я, как попугай, не в силах поверить, что эти их оборотнические сказки теперь и на меня распространяются.

Какая еще истинная пара? С кем? С Ранфером, который все еще кровавый оборотень? И которого я едва не сдала местным ментам?

С Ранфером, от которого у меня колени дрожат и голова идет кругом?..

— Лена, иди в комнату, я скоро поднимусь к тебе и мы поговорим, — строго сказал альфа, явно пытаясь взять себя в руки.

— Да-да, я ее провожу, — фыркнула Тилья, уводя меня ошарашенную из зала.

Я не видела ничего вокруг. У меня в голове звучало только одно:

“Все закончилось. Все закончилось… Это ничего не значит. Ничего страшного не произошло…”

Но оказалось, что все только начинается. Потому что когда Тилья завела меня в наши комнаты и плотно закрыла дверь, я услышала от нее всего несколько слов, перевернувших все с ног на голову:

— Я конечно рада, что у вас с куратором Красом любовь-морковь, но уборщик все же солгал.

— Что? — распахнула глаза я. — Ничего он не солгал, он — убийца. Я знаю это абсолютно точно!

Хотелось добавить: “Несмотря на то, что мне известен еще один кровавый оборотень…”

Тилья кивнула.

— Я согласна. Но есть одна нестыковка.

В этот момент она всунула мне в руку старую, потрепанную от времени газетную вырезку.

— Пока вы разбирались там, кто убийца и почему, я сбегала в библиотеку и нашла газетный выпуск двадцатилетней давности. О том, как произошла трагедия в семье Ленсов. Женщина оборотень убила своего гражданского мужа.

— Ну, и? — не понимала я, вглядываясь в цветной снимок, который почти не утратил краски за двадцать лет. Здесь явно имела место какая-то магическая технология.

- “Ну, и”, - повторила Тилья, передразнив меня. — Мать Варго не была рыжей… Смотри: она натуральная, золотистая блондинка!

Я нахмурилась, ничего не понимая.

— Что это значит? Получается, Варго лгал? Но зачем ему это нужно? Ведь он уже признался во всем.

Никак не укладывалось в голове.

Тилья хмыкнула и, сжав губы, отложила листок на стол.

— А затем, — ответила она так тихо и мрачно, что каждое слово начало пробираться в меня шаркающими шагами липкого ужаса. — Здесь может быть лишь два варианта развития событий. Либо уборщик просто обманул нас, в чем ему не было никакой пользы, ведь признание уже прозвучало. Либо он и вправду думает, что его мать была рыжей. А это значит одно: ему внушили этот цвет волос.

— Чтобы он сознательно выбирал именно рыжих? — выдохнула я.

— Да, — кивнула подруга. — Ты понимаешь, к какому выводу это нас приводит, Лена?

Я закрыла глаза, перестав дышать. А когда открыла, тихо прошептала:

— Что заказчик убийства — кто-то другой. Именно он — настоящий мастер кровавой магии. И он до сих пор на свободе…

Конец первой книги