Глава 28

Роун Фаррет

— Как тебя зовут? — он все же задал это вопрос.

— То есть? — она, кажется, испугалась.

— Как твое имя, настоящее? — повторил Фаррет настойчивей.

— Разве это уже важно? — она опустила глаза и печально улыбнулась. — Меня ведь все равно нет.

— Мне важно, — ответил Роун. — Возможно, мне так будет проще... Привыкнуть, что ты не… Теолла.

— Что ж... — усмехнулась она. — В моем мире меня звали Наташа.

— Наташа? — Фаррет попробовал произнести за ней. — Похоже на имя нагов...

Она на миг задумалась, а потом засмеялась:

— Возможно. У них действительно имена «шипят», во всяком случае, у тех, кого мне довелось узнать. Но меня можно называть и Наталья, и Натали, и даже просто Ната. Хотя я не очень люблю последнее обращение. Так что выбирайте на ваш вкус... Или как проще.

— Хорошо, — Фаррет тоже улыбнулся, а она снова смутилась и быстро перевела тему.

— Это ведь порталы? — ее палец стал двигаться по карте.

— Да, они разные по силе. Чем сильнее портал, тем длиннее расстояние можно преодолеть с помощью него, — попытался объяснить Роун.

Но Наташа (он все же остановился на этом варианте имени, поскольку оно было менее всего созвучно с «Теоллой». Да и не совсем обычное) перебила его:

— Да, я читала об этом в книге из библиотеки Гардов, перед тем как пыталась бежать от него.

— Ты хотела сбежать от него? — она все больше удивляла его.

— Неудачно. Но это долгая история, давайте расскажу ее в другой раз? — Наташа продолжала с интересом рассматривать карту. — Порталы... Как вспомню, через сколько из них мне пришлось пройти...

— Кстати, а Гард никогда не объяснял, почему вы на пути в Ваи делали такой огромный крюк, хотя можно было доехать менее чем за день? — спросил Фаррет.

— Мне он вообще не особо стремился что-то объяснять, — вздохнула Наташа. — А насчет дальней дороги твердил одно: кругом враги, мы путаем следы, бежим от Фаррета. — Вон я уже рассказывала, что одну ночь даже под открытым небом ночевали.

— И это странно, очень странно... — Фаррет задумался.

— Да, еще и документы были поддельные... — добавила Наташа.

— Что ж у него на уме?..

— Сьер Фаррет, к вам генерал, — заглянул в кабинет слуга.

— Пусть заходит, — кивнул Роун.

— Привет, — Вилтор вошел стремительной походкой, будто спешил. — Добрый вечер, сеьра...

— Виделись, — усмехнулся Фаррет. — Что стряслось?

— Мне тут пришла идея насчет порталов, — отозвался генерал. — Помнишь, мы раздумывали над тем, почему Гард едет в обход?

— Надо же, — Фаррет переглянулся с Наташей. — Ты вовремя. А мы только об этом говорили. Правда, пока так ничего и не придумали.

— А я, кажется, понял, в чем дело, — генерал, не спрашивая разрешения, взял со стола кувшин с водой и налил себе стакан. Сперва осушил его залпом и затем уже продолжил: — Порталы чувствительны к любой магии. И чем сильнее портал, тем более точно фиксирует магические колебания от тех, кто через него проходит. У Первородных особый магический фон, об этом даже старик говорил. И даже если способности не разбужены, его могут ощутить сверхчувствующие, например, их хранители. Уверен, что и порталы, в частности сильные, тоже.

— Хочешь сказать, Гард боялся не погони, а того, что во время перехода через порталы откроется сущность Теоллы? — Фаррета даже не мог предположить, что ответ окажется так прост. -- Поэтому выбирал слабые, чтобы было больше шансов пройти незамеченными...

— Именно, — генерал налил еще воды. — Фух... Ну и духота сегодня. Похоже, будет дождь. А порталы... Стражники у сильных порталов точно бы засекли необычные магические возмущения и передали эту информацию в Совет. А наги, между прочим, одни из тех, кто безоговорочно верят в так называемую теорию Первородных, так что они бы могли и о происхождении этих возмущений догадаться... Да и в Совете немало тех, кто верит в них и ждет их возвращения. Таких же скептиков как ты — меньшинство.

— Да, похоже, уже и я перестал им быть, — Фаррет переплел руки на груди. — Мне больше ничего не остается делать... Ведь мне обещают наследника Первородного...

— Теперь многое начинает сходиться, — продолжил он после некоторых раздумий. — Гард одержим идеей стать отцом Первородного и обрести некие мифические блага... Его силу, власть, чем там еще бередит его прогнившую душонку?

— Поэтому старик Ноа прав: сьере, — генерал бросил на встревоженную Наташу взгляд, но «Теоллой» деликатно не назвал, — нужно поскорее вернуть раниган. Боюсь, Гард сейчас в поисках иных путей для достижения своей цели. Особенно если ему уже стало известно о его шпионке Моране...

— Треклятый раниган, — Фаррет с шумом выдохнул и тоже посмотрел на Наташу. — Ты знаешь, где он находится?

— Во всяком случае, я видела его в спальне Гарда, в шкатулке, которую он прятал в комоде, — отозвалась она. — Но вдруг он решит его перепрятать? А если еще поймет, что я знаю...

— А вот это, по возможности, необходимо сохранить в тайне, — заключил Роун.

— Но некоторые слуги могли услышать наши разговоры, — заметила Наташа. — Например, в столовой. Мало ли...

— Я позабочусь о том, чтобы они все молчали, — заверил ее Фаррет. — Второй Мораны в моем замке не будет... 

***

Мне было приятно, когда Фаррет назвал ребенка, которого я носила, своим наследником. Значит, он все же рассматривает его всерьез, и Теолла, пожалуй, может быть за это спокойно. А вот то, что Фаррет решил узнать мое имя, радовало и в то же время волновало. Нет, я не тешила себя надеждой, что он за оболочкой Теоллы пытается разглядеть меня настоящую, да и слишком мало времени прошло, чтобы утихла его боль потери, просто это стало еще одним шагом к сближению и шаткому миру между нами.

— Значит, у нас два пути, чтобы достать раниган, — продолжал меж тем наш важный разговор Фаррет. — Первый: заставить каким-то образом Гарда вынести амулет за пределы его замка, а лучше и Ваи. Второй: проникнуть в замок самим и забрать его.

— Даже не знаю, какой из них реальней, — я покачала головой, вспоминая крепостные стены Гардов. — Возможно, первый... Но каким образом это осуществить?.. Не представляю. Гард и без того очень мнительный, а тут еще и амулетом рисковать...

— А если силой? — предложил Фаррет. — Подогнать войска и взять замок в оцепление. Можно у Морая помощи попросить.

— С ума сошел? Хочешь под трибунал за нарушение пакта о ненападении и правил Конфедерации? — генерал бросил на него усталый взгляд. — Еще и Морая за собой потащить?

— Морая можно и не втягивать в это дело, — согласился Фаррет. — А в остальном... Ну и к демонам, если нарушу... Главное, Гарда наказать... И амулет получить.

— Это неразумно, Роун, — повторил генерал. — Горячиться в таком вопросе нельзя. Нужно все тщательно продумать... Прикинуть разные варианты. Ты же не хочешь, чтобы кто-то пострадал?

— Хорошо. Ты прав. Будем думать... Если у тебя появится какая-нибудь толковая идея, сразу сообщай мне. Я тоже сделаю так же, если в голову придет светлая мысль...

Наша беседа продлилась недолго: «толковые идеи» никак не хотели рождаться, и мы начали ходить по кругу. Когда небо за окном затянуло серыми низкими тучами, генерал откланялся. Я тоже отправилась к себе: день выдался насыщенным, и уставший организм настоятельно требовал отдыха. К моменту, как я оказалась в своей комнате, небо окончательно прорвало. Дождь бил в окно, полыхала молния, стекла сотрясало от раскатов грома. Лору, которая вся дрожала в страхе перед непогодой, я отпустила, осталась одна. Сама я не особо боялась грозы, иногда даже любила сидеть около окна, смотреть на озаряемое белыми вспышками небо и о чем-нибудь думать, вспоминать, мечтать... Но сегодня я настолько устала, что хотелось лишь растянуться на кровати. Жаль, что ужин еще не очень скоро, так бы уже и ко сну можно было готовиться.

Однако лежать без дела оказалось скучно. Тогда я переместилась к зеркалу, распустила волосы и стала их расчесывать. Из-за непогоды в комнате царил полумрак, но всполохи молний то и дело озаряли ее на доли секунды ярким светом. В одну из таких вспышек мой взгляд случайно упал на свою грудь в зеркальном отражении. Я застыла, ибо то, что успела заметить, было невероятным. «Нет, мне показалось, точно показалось», — твердила себе я, пока пыталась зажечь свечи. Наконец у меня получилось, и я вернулась к зеркалу.

Нет, не показалось... По спине прошел холодок, в следующее мгновение сменившийся жаром: в ложбинке груди отчетливо виднелась родинка. Точь-в-точь как у меня в прошлой жизни, на прошлом теле. Но ведь у Теоллы такой никогда не было! Да что там, сегодня утром ее еще не было! Я попыталась потереть родинку, думая, что это пятно, иллюзия. Но даже спустя пять минут интенсивного натирания и соскабливания пальцем, родинка была на месте. Да что за чертовщина такая? Как на теле Теоллы могла появиться моя родинка?

Это было настолько ошеломительно, что я ушла в себя, в свои мысли, и не заметила, как гроза прекратилась. За окном даже посветлело, хотя дождь еще накрапывал, тихонько стуча по стеклу.

— Сьера, — вернула Лора. — Вам тут записку передали...

— Кто? — я и вправду не могла взять в толк, кто это мог быть, ведь кроме Фаррета и Лоры в замке я почти никто не знала и ни с кем не общалась.

— От сьеры Петры.

От кого?

И что сегодня за день? Шок за шоком. И что этой Петре от меня надо?

Записку я брала с опасением, но ее содержанию все же удалось снова потрясти меня: «Теолла! Раз нам уж суждено жить в одном замке, предлагаю перемирие и приглашаю тебя к себе сегодня на ужин. Поверь, нам есть что обсудить. И тебе это будет особенно интересно. У меня есть информация, которую ты отчаянно ищешь. Жду тебя в восемь тридцать. Только прошу, Роуну ни слова. Он не одобрит нашу встречу».

— Сьера? — голос Лоры вывел меня из ступора, в который я вновь впала. — Все в порядке? Вы как-то изменились в лице.

— Да, все в порядке, — отозвалась я, все еще плавая в своих мыслях. — Помоги мне привести себя в порядок. Я иду на ужин к сьере Петре.