9. Испытание на прочность

Марк

Девять шагов. С таким же успехом я мог бы сказать двенадцать или семь. Вообще нет разницы. Я придумал цифру наобум. Не бывает женщин, которые не хотят секса. Бывают только те, кто хочет его недостаточно сильно.

Мне нужно было лишь чтобы Юлиана позволила её касаться. Добровольное согласие на вроде как невинные прикосновения. Но я взрослый умелый мужчина, я перевидал не один десяток женщин, и все они текли от меня так, что трусики только выжимай.

И Юлиана не будет исключением. Она скажет мне да — не зависимо от желания головы. Тело скажет. А этого достаточно.

Женщины реагируют на сильного самца одинаково — подчиняются. В мыслях они могут сопротивляться сколько угодно, но природа заложила в них этот механизм, который заставляет их желать, когда мужчина проявляет власть.

Я всего лишь позволяю Юлиане почувствовать, что я веду, и она тает. Дрожит, прерывисто дышит, сжимает пальцы, закусывает губу. Приятно смотреть на то, как она сопротивляется собственному желанию, и ещё более приятно знать, что я сломлю её сопротивление в конечном итоге.

Я с первой секунды ощутил, что не противен ей. А значит, её желание лишь вопрос техники.

И вот я стою на коленях между её разведённых бёдер, она дрожит крупно, дышит рвано, но держится из последних сил.

Я наклоняюсь и касаюсь её языком. Провожу снизу вверх, одно длинное движение, несколько коротких. Она всхлипывает, стонет. Первый стон. Очередной шаг к полной капитуляции.

Она напрягается, ёрзает попой, двигается вперёд, подставляя тело под мои ласки. Я увеличиваю давление, поднимаю её всё выше к пику наслаждения. Слушаю, как тяжелеет её дыхание, краем глаза вижу, как пальцы стискивают простынь.

Да, девочка, ты вот-вот кончишь. И поэтому я отстраняюсь.

Сверху раздаётся обиженный стон. Я давлю смешок. Подожди, девочка, это только начало.

— Хочешь меня? — спрашиваю, вытирая губы.

Юлиана нервно дёргает головой из стороны в сторону. Сдавленно выдыхает через нос.

— Понял, тогда продолжаем, — произношу я и снова наклоняюсь к ней.

Тело уже разогрето, возбуждение поднимается в ней мгновенно, бёдра начинают дрожать. Я рисую языком круги и восьмёрки, стискиваю ладонями её ягодицы, наслаждаюсь тем, как она дышит. Звуки скрывать ей всё сложнее, и она тихо стонет. Люблю, когда женщины так реагируют. Женщины — существа, которые созданы получать и дарить наслаждение.

И когда она снова оказывается на грани, я отстраняюсь. Стон теперь звучит почти возмущённо, с тихим рыком. Юлиана закусывает губу, запрокидывает голову, пытается свести ноги, но я не даю.

— Всё ещё не хочешь, чтобы я взял тебя и довёл это до конца? — спрашиваю её.

— Иди к чёрту! — выговаривает она.

Но это не ненависть, это отчаяние. Она не может сопротивляться жажде и злится.

— Посмотрим, на сколько таких заходов тебя хватит, — я усмехаюсь и снова склоняюсь к её телу. От неё пахнет чем-то сладким, будто цветочным. И я с наслаждением принимаюсь за то, что делал.

На этот раз ей требуется ещё меньше времени, чтобы дойти почти до пика. Я снова отстраняюсь.

— Нет! — выдыхает Юлиана. — Хватит! Прекрати!

— Всё ещё утверждаешь, что не хочешь меня, жена? — спрашиваю я, сжимая её бёдра.

— Я… хочу кончить, — выговаривает она и опускает голову.

— Я позволю тебе кончить только подо мной, — произношу я, целуя её колено в белом чулке. — Хочешь?

Юлиана качает головой, но произносит «Да».

Я выпрямляюсь и снимаю с её глаз галстук. Взгляд мутный, совершенно невменяемый. В глазах жажда, которая сейчас гуляет в её теле.

Я не торопясь снимаю рубашку, брюки, избавляюсь от белья. Забираюсь на кровать, сразу разводя стройные ножки Юлианы.

Но сначала опускаю руку, касаюсь её пальцами. Там всё мокрое, хлюпающее, готовое настолько, что она кончит, стоит только войти. Но я хочу услышать заветные слова.

Я ласкаю её пальцами, и она закрывает глаза, протяжно мычит. Выгибает спину, бёдра сами расходятся в стороны. Она хочет меня внутри.

— Хочешь, чтобы я тебя взял? — спрашиваю в какой-то момент.

— Да, — говорит она. Голос ломкий. — Сделай уже!

Я убираю руку и вхожу в совершенно готовое тело. Юлиана принимает меня без остатка, целиком, мягко обтягивает, сжимает. Какой же кайф. У неё нереальное тело.

— Узкая, — хриплю я, входя до основания. — Сладкая.

Юлиана слабо соображает, глаза закрыты, ноги обвивают мои бёдра. И я воспринимаю это как толчок к действиям. Начинаю двигаться.

Как я и ожидал, буквально спустя несколько фрикций она взрывается с громким криком. Ногти впиваются мне в плечи, её мягкость умопомрачительно сжимает меня и пульсирует. Чистый кайф.

Я не останавливаюсь на достигнутом. Эту ночь Юлиана запомнит надолго. Потому что она наконец увидит, что такое настоящий мужчина, а не слабак Егорка Ковалёв.

Наша ночь продолжается. Тяжёлое дыхание, шлепки тел, мой голос, хриплый и довольный, говорящий комплименты, и её стоны. Говорить Юлиана не в состоянии. И я считаю это своей заслугой.

Я довожу её до второго, затем до третьего оргазма, и только после этого сам кончаю ей на спину, выйдя в последний момент.

Тело ватное, сердце стучит, истома разливается по венам. Я ложусь рядом и притягиваю Юлиану к себе. А она… резко выворачивается, вскакивает и, глядя на меня дикими ошалелыми глазами, выкрикивает:

— Не трогай меня больше! Это… — она не находит слов, замолкает и опрометью бежит в ванную. Дверь закрывается с хлопком.

Что же, не самая худшая реакция. Хотя и не такая, на какую я рассчитывал.

Плевать. У меня всё время жизни, чтобы приручить эту красотку.