Глава 24. В больнице

– Эви, – донесся до меня знакомый голос сквозь мутную пелену, – любимая.

– Э-ри, – едва слышно отозвалась я, пытаясь сосредоточиться на там, что вижу.

Пелена постепенно рассеивалась, когда сильные, заботливые руки уносили меня прочь от мастерской.

Лязг двери лезвием полоснул по нервным окончаниям. Поток свежего, прохладного воздуха коснулся кожи, приводя меня в сознание.

– Эри, – повторила я, начиная различать очертания любимого. – Ты пришел…

– Тшш, – прозвучало над ухом. – Береги силы, голубка.

Придерживая меня под голову и за талию, Эриас размашистым шагом пересекал темный коридор. Я почти не видела лица любимого, лишь то, как горят его синие глаза и как поблескивают клыки.

Помню, как впервые увидев Эриаса на улице, удивилась его внешности. Орки всегда ассоциировались у меня с клыками из-под нижней губы и приплющенным носом.

И сейчас, когда темнота рассеивалась, я поняла, что мои ассоциации подтвердились. Лицо любимого словно приняло боевую форму. Приплюснутый нос, оттопыренная губа и клыки. Все это было.

Но, я не испугалась. Напротив, залюбовалась своим мужчиной.

– Прости, что так долго, – в рыке Эриаса послышалась боль. – Всё это время я…

Мы вышли на залитую солнечную лучами улицу и мне сразу стало намного лучше. Я наконец смогла вдохнуть полной грудью и отчетливо разглядеть Эриаса.

– Тшш, – теперь была моя очередь прервать его. Прижав палец к жестким губам, я поддалась вперед. – Ты здесь и это главное.

– Он в здании? – прозвучало за спиной. Я обернулась и увидела полицейского. Позади него стояло несколько служебных автомобилей, конная полиция и служители порядка в форме.

– Да, – сухо ответил Эриас. – Я сломал ему пару костей. Сбежать не сможет.

Полицейский кивнул и спустя несколько секунд в здание вошли четверо. Мрачное, со шпилями, уходящими в небеса, оно вселяло ужас.

– Вил’Кхана, – вспомнила я. – Она заодно с Салазаром.

– Поговорим позже, счастье мое, – Эриас чмокнул меня в лоб. – Сейчас тебе нужно отдохнуть и набраться сил.

Я уже хотела запротестовать, сказать, что чувствую себя хорошо, но не смогла вымолвить и слова. На глаза наползла темная пелена и я потеряла сознание.

А когда пришла в себя, то болезненно сощурилась от ослепляющего, белого света.

– Наконец-то, – раздался сбоку низкий, бархатистый голос. Виска коснулось горячее дыхание, а следом сильные, мужские руки заключили меня в крепкие объятия. – Проснулась, голубка моя ненаглядная.

Привыкнув к свету, я увидела, что лежу в больничной палате. Эриас горячо дышал мне в шею, его губы едва уловимо скользили по изгибу.

– Моя Эвиания, – Эриас слегка отстранился, заглядывая в мои глаза. На дне его расширенных зрачков плескалось нечто дикое, с нотками боли и облегчения. – Драгоценная моя.

Эриас снова наклонился и на этот раз усыпал мое лицо поцелуями.

– Сколько я была без сознания? – я нервно сглотнула, чувствуя, как во рту пересохло. – Салазар… его схватили?

Эриас взобрался на больничную койку, отчего бедняжка даже заскрипела. Прижал меня к своей груди и, прижавшись своим лбом к моему, выдохнул в губы:

– Все позади, малышка, – любимый нежно накрыл мои губы своими, будто проверяя контакт. Но стоило мне разомкнуть их и позволить Эриасу скользнуть языком внутрь, как нас сорвало.

Зарывшись пальчиками в жесткие волосы, я принялась отвечать любимому с той же страстью, с тем же истосковавшимся остервенением. Эриас надавливал, убыстрял движения, вжимался в мой живот своей каменной эрекцией.

Я понимала, что только пришла в сознание и мне требуется покой. Но, от близости Эриаса, от его дурманящего аромата голова шла кругом. Я ничего не могла с собой поделать.

Наше дыхание становилось поверхностным и шумным. Наши ладони уже вовсю хозяйничали под одеждой, поглаживая и пощипывая каждый изгиб.

– Эви, – рвано выдыхая, Эриас с трудом оторвался от меня. – Ты должна отдохнуть.

– Нет, – чуть ли не прорычала я, чувствуя, как внутри меня бушует пожар. Раскаленные потоки магмы бежали по венам, скапливаясь внизу живота. Меня лихорадило от желания. Я хотела ощутить не только губы Эриаса. Я желала всего его. Каждой клеточкой тела. До кончиков пальцев.

Сейчас!

– Дикарка моя, – рыкнул любимый, когда я оседлала его. Уже знакомо разорвала рубашку, заставляя пуговицы звонко рассыпаться по полу.

– Только твоя.

Сжав меня за талию, Эриас резко сел прямой спиной. Притянул к себе ближе, отчего наши губы оказались в опасной близости.

– Я люблю тебя, – прошептал он, задирая подол моей больничной рубашки.

– Я люблю тебя, – я пробежалась кончиками пальцев по его поросли волос на груди и скользнула вниз. – Надеюсь, никто не войдет, – хихикнула, оттягивая на себя пояс его брюк.

– Врач придет только через час, – голос Эриас прозвучал соблазнительно хрипло. Облизнув нижнюю губу, любимый освободил меня от одежды. – Так что…

– А мои родные? – я приспустила его брюки, высвобождая наружу стоящую по стойке смирно налитую плоть. Сжала у основания.

Эриас утробно зарычал. Его глаза затянула темная пелена похоти и дикой страсти.

– Они ушли два часа назад, но, – любимый сжал мои трусики и, резко потянув на себя, превратил в лоскуты. Я ахнула, чувствуя, что больше не в силах терпеть, – обещали вернуться к ужину. Через три часа.

– В таком случае, не станем терять ни секунды, господин Даркферум.

Эриас слегка приподнял меня и, уперевшись разгоряченным возвышением в мой изнывающий центр, одним точным ударом заполнил меня до основания.

Я вскрикнула.

– Больно? – Эриас замер.

Я отрицательно помотала головой, упираясь ладонями в его мощные плечи.

– Приятно, – я накрыла его губы своими, и мы растворились в облаке наслаждения.

Метка на груди вспыхнула, вызывая приятное покалывание. И тут я поняла, чем была вызвана моя дикая потребность в сексе.

Метка истинности запылала ярче прежнего.