21

Утро началось как обычно, но сразу после занятий меня настигла моя кара – в том смысле, что Виль узнал про мою заявку на Международный Магический Турнир, и решил в деталях мне объяснить, где я не права.

И первый же аргумент бил наповал:

– Зюка, ты хоть понимаешь, с кем связалась? Он же тебя угробит!

– Почему?

Я не спеша шла выправлять пропуск в город – подходило время докормки Зубастых. А Виль специально дождался меня у корпуса, чтобы высказать свое «фи».

– Почему? – картинно поднял Виль брови, – Потому что он призыватель!

– Чего?

Вот это фортель. Призыватели – довольно редкий вид магов-менталистов. Они умеют не только находить и «призывать» живых существ. Они умеют влезать им в голову и видеть их глазами, а в некоторых случаях – подавлять их волю.

Но такая магия дорого встает самому магу. Во-первых, призыватели долго не живут: считается, что их силу «вытягивают» те, кого они призвали, а вместе с силой и жизнь.

Во-вторых, у них побрякушек, конечно, поменьше, чем у портальщиков, но ненамного.

В-третьих, они вообще часто едут кукухой – из-за постоянного общения с животными, начинают думать, как животные.

В этом свете фраза про закопанную в саду прежнюю напарницу звучит не так уж невинно.

Но одно важное возражение:

– Призыватели не учатся на факультете Пространственных заклинаний. Дураки они, что ли?

– Учатся, когда проблемы с магией. А у графа Аоля проблемы, еще какие.

– Какие?

Ну, нужно же мне знать, с кем мы вместе будем пробиваться в Варлас. Я даже остановилась. Теплое весеннее солнышко уже разбудило деревья, и они зеленели первой зеленью, такой свежей, что даже почти оранжевой.

Виль слегка скривился:

– Он сгорел. Так говорят. А сгоревшие маги неуравновешенны, озлобленны, и ищут, на ком бы отыграться за свое невезение. А ты – как раз подходящая жертва!

– Мне не страшно! – сразу среагировала я. – Я на тебе тренировалась. Ладно…

Значит, граф у нас призыватель, как-то умудрившийся полностью выгореть. Если бы он не был напарником, я бы сказала – туда и дорога! Уж слишком часто призывающие маги используют живность для своих целей, а потом – выбрасывают, покалеченную и лишенную жизненных сил, потому что дальше им эта живность уже не интересна.

– Зюка, не смешно. Подожди, помянешь мое слово, когда окажется, что ты ему нужна исключительно, как шанс добраться до Варласа!

Вообще, так и есть. Но… не знаю, что со мной не так, но меня этот факт совершенно не расстраивает. Расстраивает то, что победа ему не интересна. А одна я до победы не доберусь.

– Вильгам, – напомнила я, – а чего ты хотел-то?

– Чтобы ты бросила эту затею. Как ты не понимаешь, насколько это опасно? С твоим талантом влипать в истории и ошибаться на ровном месте, с твоим неумением даже элементарно биту толковую для флича сотворить. Рядом с тобой всегда должен находиться кто-то надежный и спокойный, для подстраховки. Я согласен, идея нас поженить была дурацкая…

Я чуть было даже не испытала к Вилю благодарность, если бы он не закончил мысль:

– Ты мне совершенно не подходишь, твоя несобранность будет вредить моей предстоящей карьере. Но я все равно за тебя отвечаю перед твоим отцом!