Глава 9
Ледяная струя воздуха вырывалась из кондиционера и била прямо в спину. Пустой туалет пустого кафе. Майя осмотрелась, толкнула дверь одной из двух кабинок и быстро шагнула внутрь. Кондиционер отрезало. Она рывком закрыла крышку унитаза, бросила на неё рюкзак, взялась за пуговицы рубашки. Несмотря на свою легкость и воздушность, провести в ней весь день было бы тяжело. Длинные рукава всё-таки не давали ветру обдувать руки и охлаждать кожу. Теперь у неё была одежда, чтобы переодеться. Появилась минут пять назад. Простая дешевая майка, купленная в отделе носков и белья супермаркета.
Двадцать минут до Сиденхэма пролетели, как одна. Двадцать минут, когда можно было смотреть по сторонам и ловить воздух пальцами, Майя провела, закрыв глаза, прижавшись к Хью и впитывая его тепло. Куртку она не застегнула, поэтому во время поездки прилипла к мужской спине в трикотажной футболке настолько, насколько это было возможно. Чувствовала, как напрягаются и расслабляются мышцы, как на светофорах он чуть оборачивается, будто прислушивается к ней, но потом снова сосредотачивается на движении.
Двадцать минут Майя ловила себя на мысли, что могла бы ехать так хоть до самого Брайтона. За широкой твёрдой спиной совсем не страшно. Но время вышло. Мотоцикл въехал на полупустую парковку возле супермаркета и остановился.
– Нам понадобится вода и какая-то еда, – предположила Майя, сняв шлем и протянув его всаднику.
Хью отобрал болванку, спрятал ключ в карман джинсов.
– Да, точно. Зайдём перед отъездом за покупками.
– А еще я хочу купить что-то, чтобы переодеться. Рубашка хорошая, но в ней будет жарко.
– Тогда разойдёмся сейчас. Я позвоню, когда закончу с оформлением.
Он сказал это так уверенно, будто они уже сто раз гоняли к морю по малейшему желанию. Без вещей, продуманного плана, просто потому что кто-то брякнул «а поехали!». И Майе это нравилось…
Однако Хью до сих пор не позвонил. Прошло двадцать минут с тех пор, как он уверенным широким шагом вышел со стоянки «Лидл» и завернул за угол, туда, где дальше по улице находился офис проката. Майя за это время успела купить воду, майку, несколько хот-догов и батончиков-мюсли и найти пустую, прогретую жарой забегаловку. А Хью не звонил. Передумал?
Пуговицы на рубашке, наконец, поддались. Майя рванула её вниз, высвободила руки из рукавов. Из лёгких вырвался вздох. Сейчас бы выйти из кабинки и подставить голую спину под кондиционер… Но она, конечно же, не станет этого делать. Майя влезла в пакет из супермаркета, вытянула чёрную майку без рукавов, несколькими движениями влезла в хлипкий трикотаж. Локоть с размаха ударился в пластиковую стенку. По туалету разнеслось громкое «бам!».
– Чёрт… – Майя прижала руку к телу и зажала пальцами.
Это всё нервы. Ехать сюда с Хью было намного спокойнее, чем теперь остаться одной и снова окунуться с головой в неизвестность. Майя одёрнула майку, заправила её в джинсы. Взяла рубашку и аккуратно сложила. Стоит вернуть её сейчас, или постирать и принести потом, чтобы больной человек не напрягался лишний раз? Бабушка Хью хоть и показалась резкой и малоприятной, однако её отношение к абсолютно чужой ей девчонке, которую внук притащил домой, как собаку, в корне отличалось от манеры общаться. Рубашку стоит привести в надлежащий вид. Хотя бы так отблагодарить Беатрис за помощь.
Майя осторожно уложила белый свёрток на дно пакета, подхватила рюкзак и толкнула дверь кабинки. За всё это время в туалет так никто и не зашёл. Она остановилась возле зеркала, сняла с волос резинку и заново стянула хвост. Прежний растрепался после шлема. И в таком виде Хью видел её, перед тем как уйти? Точно передумал.
Она медленно вышла в зал, нашла взглядом стойку с баристой, расправила плечи и направилась туда. Белокурая девушка с волосами, собранными в узел на макушке, подпрыгнула со стула, отшвырнула мобильник, который зажимала в руках, и пытливо уставилась на Майю.
– Привет. Что-то предложить?
На самом деле она не знала, зачем подошла. Чтобы потратить время, которое потекло неоправданно медленно? Не сидеть же за столиком без ничего. Нужен хотя бы стаканчик с чаем.
– Да, – Майя откашлялась и посмотрела за спину девушки, где на грифельной доске читались витиеватые названия напитков. – Ледяной чай с мятой.
– Один? – вскинула брови девушка.
Интересный вопрос. Майя единственный посетитель в кафе. Неужели то, что она кого-то ждёт, выведено прямо на лбу?
– Э-э… – протянула она. – Да. Один.
Или нет? Майя неуверенно посмотрела по сторонам. Хью всё еще должен приехать. Двадцать минут ни о чём не говорят, оформление документов могло затянуться. Бариста отошла от кассы, отвернулась, стала шуршать стаканчиками и упаковками. Майя вытянула из кармана телефон и с надеждой посмотрела на экран.
– А вообще знаете, – заговорила она. Девушка обернулась через плечо. – Сделайте еще эспрессо. Двойной.
Бариста коротко кивнула. Майя влезла в рюкзак, достала кошелек, отсчитала несколько монет и выложила на столешницу. Бариста успела запустить кофемашину и развернулась, держа в руках прозрачный стакан с соломинкой. Она молча забрала деньги, выбила чек и положила на их место. Так же молча дождалась, когда машина нальёт напиток в маленький стаканчик, поставила на столешницу и его и потеряла к посетительнице всякий интерес.
Майя повесила на сгиб локтя рюкзак и пакет, взяла стаканы. Села за ближайший стол. Стаканы стукнулись о пластиковую столешницу. Телефон в кармане звякнул сообщением. Майя вытянула его наружу, приложилась губами к соломинке в стакане и разблокировала экран. Незнакомый номер. Опять мобильный оператор?
«Поговори со мной. Мартин»
Рука с мобильником дрогнула, соломинка выпала изо рта.
Мартин.
Снова призрак там, где его не должно быть. Чёрт-чёрт-чёрт!
Купил новую сим-карту? Ведь старый номер в чёрном списке, звонки с него не проходят… Майя не успела ни о чём подумать, не успела больше ничего понять. Телефон в руке ожил, зазвенел, на экране появился тот самый номер.
Она ошарашено уставилась в цифры. Секунду, две, пять… Девочка за кассой, как сурикат, выглянула из норы. Её любопытство волнами дошло до Майи даже на расстоянии. Надо что-то сделать. Как-то прекратить этот вызов… Пальцы сами конвульсивно проехали по экрану вниз, звонок оборвался. Дрожащими руками Майя отправила новый номер в чёрный список, на соседнее место со старым.
Но в муравейник мыслей уже потыкали палочкой.
Мартин писал вчера весь день. Настрочил полотна. Пора хотя бы взглянуть, что там. Этого не хочется, всё внутри противится, орёт, упирается… но надо. Хоть на минуту вынуть голову из песка и посмотреть на окружающий мир.
Она сильно зажмурилась. На секунду зажала пальцами переносицу, перехватила телефон двумя руками и сгорбилась над экраном.
«Ты где?»
«Эй? Ты куда делась?»
«Майя?»
«Что случилось?»
«Возьми трубку»
«Я вижу, ты читаешь сообщения. Ответь»
«Чарли тебя не дождалась. Ты и ей не отвечаешь? Что произошло?»
«Это из-за фена, да?»
«Ма-а-ай»
«Я же извинился за фен. Извиниться еще раз?»
«Прости меня. Я не хотел всё испортить этим долбаным феном»
«Ответь хотя бы Чарли, она волнуется»
«Майя, возьми трубку, это уже не смешно»
«Я пойду в полицию, если ты не отзовёшься»
И это не конец…
Список сообщений продолжал тянуться по экрану длинной бородой. Сердце билось уже где-то в горле. Майя пролистала ленту до конца, но глаза перестали различать буквы. Всё слилось в единую массу.
Он пишет так, будто ничего не случилось. Будто не понимает. А может, действительно не случилось и не понимает?
Могла ли произойти ошибка? Могло ли произойти так, что из-за недоразумения Майя ушла из дома и пропала на сутки? Шлялась по городу, спала чёрт знает где, в кровати незнакомого мужчины, который сам, вероятно, спал там же. А сейчас, вместо того чтобы бежать к жениху и придумывать оправдательную речь, сидит и ждёт этого мужчину, чтобы ехать с ним на край страны.
И всё из-за ошибки?
По телу прошёл озноб. Потом еще одна волна. Майя швырнула телефон на стол, откинулась на спинку стула и закрыла глаза. Если произошло недоразумение, то ситуация выглядит не менее ужасной, чем если не произошло. Как теперь вернуться домой и смотреть в глаза Мартину? Это кошмар, просто кошмар. Такого не могло случиться в размеренной, неплохой жизни Майи. Всё же было нормально, устойчиво. Как она докатилась до всего происходящего сейчас?
И что нужно будет сказать Мартину дома? «Привет, милый, я напилась в баре и отрубилась в компании татуированного громилы, но ты не переживай, между нами ничего не было, по крайней мере, он так сказал». Боже, как это пережить? Как же это пережить?
И какой вообще чёрт вытолкал её из дома вчера?
Телефон на столе снова задёргался и зазвенел. Майя сильно дёрнулась на месте. Истеричка… Она распахнула глаза, подхватила вибрирующий мобильник, с опасением посмотрела на экран.
Хью.
Просто Хью. Без всяких дополнительных обозначений.
Он всё-таки позвонил.
Она полоснула пальцем по экрану и прижала телефон к уху.
– Да!
Возможно, выпалила очень громко. По крайней мере девушка за стойкой снова заделалась сурикатом.
– Карета готова, – пробасила трубка в ответ. До мурашек. – Где ты?
«Карета», как это мило… Майя бросила взгляд на заламинированное меню на столе.
– «Кофе-стоп», – зачитала она. – Кафе напротив «Лидл».
– Выходи.
– Я купила тебе кофе. Мне взять крышечку?
– Хм… – выдохнул бас. Снова мурашки прошли по спине, рукам и даже ногам. – Сейчас зайду. Посидим там, потом поедем.
И отключился.
Отлично. Он придёт. Сейчас он придёт и все проблемы снова отодвинутся хотя бы ненадолго. Хью их отодвинет. Перекроет своей широкой стальной спиной.
Хью размашисто перешел улицу и направился к маленькой, шириной в полтора окна, забегаловке напротив супермаркета. Два пластиковых столика стояли прямо на тротуаре, но никто не спешил их занять. Форд Фокус, арендованный пять минут назад, остался на парковке рядом с «харли», куртка и шлемы валялись на заднем сиденье. Осталось забрать принцессу и увезти подальше отсюда. Если она не передумала. Кто знает, что могло случиться за время его отсутствия.
Проснуться сегодня утром, обнимая полуголую Майю, оказалось тем еще испытанием. За ночь она умудрилась сбить в ноги одеяло, которое служило надёжным бастионом всю ночь, и вжалась в Хью, как тесто в форму для выпечки. Одному Богу известно, каких усилий ему стоило разомкнуть объятия, отодвинуться, встать и уйти. Хорошо, что Майя не помнит и этого. Неизвестно, как она отреагировала бы и согласилась ли бы вообще куда-то ехать. Она и так смущается больше необходимого.
Он подошел к распахнутой двери, привычно пригнул голову и вошел в кафе. Ключи от Форда звякнули в руке, звук прорезал тишину зала. Из-за стойки кассы мгновенно вынырнула блондинистая голова и в Хью в упор воткнулся любопытный взгляд. Другой взгляд, менее любопытный, но более нужный, прилетел чуть со стороны: сидевшая до того спиной к выходу Майя развернулась вполоборота, на лице застыло ожидание.
Хью проигнорировал девушку-блондинку и направился прямиком к столу.
– Всё готово, – заговорил он. – Можем ехать.
Под пристальным взглядом бросил ключи на пластик, отодвинул маленький хлипкий стульчик и опустился на него.
– Отлично, – как-то вяло выронила Майя.
Колени задрались вверх и стукнулись о крышку стола. «Бам!». Янтарный напиток в стеклянном стакане плеснулся о стенки, эспрессо в бумажном стаканчике вышло из берегов. Кто-нибудь когда-нибудь задумывался о важности высокой мебели? Чёрт.
– Не передумала? – Хью безмятежно осмотрел образовавшуюся кофейную лужицу.
Если сейчас прозвучит отказ, лучше сконцентрироваться на эспрессо.
– Нет! – воскликнула Майя. Он поднял взгляд. – Нет, поедем, конечно, – она рывком подтянула к себе стеклянный стакан. – Сейчас, я быстро допью…
Волнуется. Очень волнуется. Но не отказывается.
– Май, – Хью дернул вперед руку. Хотел сжать её пальцы, но вовремя передумал и вцепился в стаканчик эспрессо. Она бы вырвалась. Сейчас точно не то время. – Я тебя не тороплю. Можем купить еще чего-нибудь и поесть.
Розовые губы обхватили соломинку, Майя сделала короткий глоток. Она хоть представляет, как эротично это делает? Вряд ли…
– Не нужно, – она отмахнулась. – У меня есть хот-доги и батончики.
– Значит, мы точно выживем.
Хью приподнял уголок губ в ухмылке, откинулся на спинку стула. Стула, который ощутимо прогибался, но пока еще держал вес большого человека. Если повезет, справится до конца. Хью поднял стаканчик, поднёс к губам, пригубил кофе. Напиток даже не успел остыть на этой жаре. Хотя одного эспрессо всё равно будет недостаточно: сегодня Хью определенно не относился к счастливым выспавшимся людям.
Он отставил стаканчик назад, уставился на него, задумчиво покрутил в пальцах. И не сразу понял, что его что-то смущает. Только когда снова посмотрел на Майю и увидел, что она наблюдает за его действиями. Левой рукой. Стаканчик он крутил левой рукой.
Хью оставил в покое кусок картона, поднял руку и задумчиво потёр костяшку травмированного мизинца. Взгляд Майи проследовал туда же. Скорее всего, бессознательно. Но вот она поняла, что что-то не так, взмахнула ресницами, зеленые глаза заглянули в его глаза.
Хью выгнул бровь.
– Тебя это смущает?
Она моргнула. Опомнилась всё-таки.
– Нет, – светло-каштановая голова отрицательно мотнулась. – Просто… интересно.
Всем женщинам интересно. Или многим. Хью привык отделываться общими фразами. Он снова перевел взгляд на руку, подвигал мизинцем в костяшке – максимум, на который способен: палец был порезан в нижней фаланге чуть выше сустава.
– Ошибка молодости, – безразлично бросил он.
– Она была бурной?
Хью тихо хмыкнул. Бурной?
– На самом деле не очень. Не больше, чем у других, – он поставил локти на стол, сжал левую руку в кулак и накрыл его ладонью правой. – Это просто недоразумение.
Глаза Майи сузились, но новый вопрос она не задала. Секунда, и девушка отвернулась к окну. Взяла стакан, снова обхватила соломинку губами…
– Хм, – Хью кашлянул в кулак. – Ладно, – он ухмыльнулся, глядя на сложенные в трубочку губы Майи. – Меня тогда бросила девушка. Сказала, что я мужлан и не подхожу ей.
Она выпустила соломинку. Прищуренный взгляд впился в его лицо.
– Это… больно, – нос Майи сморщился. – И что ты сделал?
– Напился.
– Чёрт…
У всех процесс расставания проходит похожим образом.
– Но не уснул на барной стойке, – добавил Хью. – Я пил на крыльце дома и швырял бутылки в стену. Два осколка вернулись ко мне: в бровь и в руку.
Она снова болезненно поморщилась. Подняла руку, потёрла лоб пальцами. Задумалась о чём-то. Отставила напиток, лёд на дне с бульканьем перекатился из стороны в сторону.
– Тебе не больно? – наконец, задала очередной вопрос Майя.
Хью снова ухмыльнулся. Лег на кулаки подбородком, почесал его костяшками.
– Не больно. Но другим бывает больно смотреть.
– Я даже не заметила вчера, когда мы… ну-у… – она замялась. – Трудно было? В смысле… это конечно не отрыв руки, но всё равно.
– Не очень. Пришлось переучиваться играть на гитаре. Но вообще я правша, так что ничего такого уж страшного не произошло.
– Ты играешь? – брови девушки выгнулись.
– У меня музыкальный бар, – Хью повёл плечом.
– Да, точно, – она потянула остатки напитка. В стакане остался только лёд и лист мяты. – Я как-то не подумала, что ты тоже можешь на чём-то играть.
– Теперь только для себя.
– Но ведь играл раньше.
Хью выпрямился, расправил плечи. Покрутил головой, разминая шею.
– Это было давно, – он указал подбородком на опустевший стакан. Тема опустела вместе с ним. – Поехали?
Майя проследила за кивком. Сама она, похоже, не заметила, что уже конец.
– Да, – она вдруг подпрыгнула со стула, подхватила рюкзак и какой-то пакет. – Я готова.
Хью поднялся вслед за ней. Стянул со стола ключи, взял бумажный стаканчик и в один глоток прикончил остатки эспрессо.
– Ла-Манш ждёт. Я в этом году тоже не видел большую воду. И в прошлом. И в позапрошлом, кажется, тоже.
Пустой стаканчик вернулся на стол, Хью отобрал у Майи пакет, и они вместе вышли под палящее солнце. Блондинка за кассой проводила их грустным взглядом. Плечом к плечу дошли до пешеходного перехода, остановились на краю тротуара: Хью пришлось сбавить шаг, чтобы за его широкой поступью не приходилось бежать. Мимо проехала машина, за ней еще одна… Светофор наглухо застрял на красном человечке.
Майя рядом спрятала одну руку в карман джинсов, второй прогладила собранные в хвост волосы.
– Почему ты не ездил никуда два года?
Хью пожал плечами.
– Как-то не задумывался об этом. Работал. Открывал бар. А сейчас бар не на кого оставить, если уезжать надолго.
Красный человечек погас, под ним загорелся зеленый. Три машины послушно выстроились в ряд рядом с зеброй. Хью, не глядя, нашел руку Майи, сжал пальцы и шагнул на проезжую часть. Она послушно побежала следом.
– А чем занимался до бара? – пробормотала в его спину.
Тем, на что не клюют принцессы.
– Я мотомеханик.
Майя помолчала. Секунду, две.
– Я могла догадаться, – в голосе прозвучала улыбка.
Переход закончился, Хью ступил на тротуар и обернулся. Майя и правда мягко улыбалась.
– Как? – он вскинул бровь. – Это неочевидно.
– И всё равно, если задуматься, можно сделать вывод.
Он хмыкнул и двинулся дальше по улице.
– Обычно мне приписывают вышибалу.
Ладони так и не разомкнулись. Маленькая незначительная деталь, но… значительная. Путь к стоянке продолжался, однако Майя не попыталась отобрать руку, спрятать в карман, отойти подальше. Похоже, её утреннее смущение начало, наконец-то, отступать. Если она больше ничего не спросит про ночь, будет отлично. Потому что если спросит, Хью не сможет соврать, и тогда весь прогресс будет отброшен на несколько ступеней назад. Этого сейчас хотелось меньше всего.
Хью первый её отпустил. Так же незаметно, как до этого взял за руку. Когда они приблизились к машине, он влез в карман джинсов, вынул ключи и нажал на брелок. Синий Форд Фокус моргнул. Пока Хью забрасывал на заднее сиденье пакет с едой и водой, Майя успела сесть спереди, пристегнуться и застыть в ожидании.
Он открыл дверь, взгромоздился на водительское кресло, вставил ключ в замок. Девушка повернула голову.
– Я бы не назвала тебя вышибалой, – вдруг сообщила она.
Разве тема не закрылась сама собой?
– Почему нет? – Хью хлопнул дверью и потянулся за ремнем.
– Не знаю. Ты не выглядишь вышибалой.
– Помнится, ты испугалась меня в лифте.
Она должна была симпатично покраснеть. Но в этот раз механизм дал сбой: Майя только повела плечом.
– Это не считается. Ты просто большой, сильный и суровый мужчина, но не вышибала.
Хью вставил собачку ремня в замок. Губы расползлись в ухмылке.
– Однако вышибалой я всё-таки бывал. Правда несколько раз и недолго. Это слишком скучно.
Он провернул ключ в замке, переключил передачу и начал сдавать назад. Покосился на Майю. Принцессы не западают на вышибал примерно в той же мере, что и на механиков. Однако она и сейчас не сморщила красивый нос, не нахмурила гладкий лоб. Только уперлась локтем в дверь, распустила короткие волосы и начала прочёсывать их пальцами.
– Хорошо, что ты больше не вышибала.
Вот. «Владелец бара» явно выше рангом и красивее звучит.
– Почему? – Хью выкрутил руль остановился на выезде с парковки, стал ждать, когда можно будет влиться в движение…
– Это же может быть опасно, – почти возмутилась девушка. – На месте твоей бабушки я бы побила тебя палкой и заперла в кладовке. Чтобы ты никуда не ходил.
А это уже стало неожиданностью. Настолько большой, что Хью громко протяжно фыркнул и расхохотался.
Майя обязана поладить с Беатрис. Спеться, как старые подружки. А пройдёт каких-то шестьдесят лет, и она будет лупить палкой взрослых внуков и выговаривать их за глупые поступки. Если хорошо постараться, внуки будут общими с Хью…
Форд Фокус влился в уличное движение, Хью сосредоточился на дороге. Татуированные руки расслаблено легли на руль, взгляд переключался с лобового стекла на зеркала и обратно, тёмные брови сатира чуть нахмурились. Он больше не собирался болтать, по крайней мере в ближайшее время. Это было видно.
Майя откинулась на спинку кресла, вздохнула.
Ей до сих пор не верилось, что всё происходит на самом деле. Утро вышло странным, и только сейчас, в этой машине, сумбур в голове наконец улёгся. Кондиционер нагнал в салон комфортные двадцать градусов, в ближайшие полтора часа не планировалось никуда спешить и бежать, а уверенный мужчина рядом излучал вокруг себя такое спокойствие, уравновешенность и эффект защитной стены, что Майе можно было расслабиться и смотреть в окно на проплывающий мимо город.
Так она и сделала.
Мысли сами собой потекли туда, где больно. Во вчера, в сегодня… Как назвать и оправдать те выходки, которые она совершила? Ничего, подобного вчерашнему вечеру и сегодняшнему утру, с ней ни разу не случалось.
Хотя… если хорошо подумать…
Нет, всё-таки что-то смутно похожее один раз произошло. Смутно, однако…
Полтора года назад при поездке в Сюррей, когда Мартин, наконец, решился познакомить её с родителями. Майя тогда неслабо облажалась. Совершенно этого не хотела, волновалась, готовилась, и всё равно облажалась.
В тот вечер родители Мартина смотрели на неё с явным недоверием и неодобрением. Как бы Мартин ни уверял, что всё хорошо, хорошо не было. Его старшая сестра откровенно поджимала губы и не пыталась добавить теплоты во взгляд. Родители пытались улыбаться, но по глазам было видно, что они не понимают, как их сын, дантист в третьем поколении, мог выбрать себе в подружки официантку. И ладно, если бы это была просто подружка. Так ведь нет, он же еще и притащил ее в отчий дом, вместо того чтобы поиметь и бросить.
– Ты им понравилась, – заявил Мартин, когда Майя сбежала из-за стола якобы в туалет. – Просто они немного чопорные.
– Перестань, – Майя горестно отмахнулась. – Они считают, что ты подобрал грязную зверушку.
– Но я люблю эту зверушку, – улыбнулся он, взял её лицо в ладони и поцеловал…
Всё закончилось тем, что Майя надралась. Не собиралась, но вино за столом оказалось неожиданно крепким. Она просто уснула в кресле. Как ей потом рассказали, не ответила на вопрос отца Мартина, какие у неё планы на жизнь. Он спросил, обернулся, и обнаружил подружку сына спящей.
В тот раз никто не перенес её в кровать.
Она проснулась среди ночи всё в том же кресле. Спина грозила развалиться на позвонки, в голове гудел пароход. Майя не решилась искать в тёмном доме дорогу в отведенную ей и Мартину спальню. Осталась там же, в гостиной, до утра. А утром родители даже не пытались ей улыбаться.
– Почем ты не растолкал меня? – возмутилась Майя, когда они уже отъехали на приличное расстояние от дома.
– И как бы это выглядело? – вскинул брови Мартин. – Еще более унизительно! Лучше было оставить тебя в покое, чем пытаться утащить оттуда! Я весь остаток вечера убеждал их, что обычно ты не напиваешься в хлам!
– Я не напивалась в хлам!
– А что это было?
С ответом Майя не нашлась. Ей было настолько стыдно, что слов оправдания не осталось.
Форд резко затормозил на светофоре. Майю сильно качнуло вперед, ремень натянулся на груди.
– Кретин, – рявкнул Хью басом.
Кажется, она немного выпала из реальности. Майя прищурилась, попыталась вчитаться в адресные таблички на домах: она настолько ушла в себя, что совершенно перестала ориентироваться на маршруте.
– Всё нормально? – пробормотала она, глядя в окно на какую-то закусочную.
– Да-а, – протянул Хью. Поток снова двинулся вперед. Глядя на дорогу, мужчина переключил передачу, Форд поехал. – Мы чуть не въехали тому придурку в зад, – он указал ладонью на белую Тойоту впереди.
Майя тихо хмыкнула.
– Это стало бы верхом моего везения.
– Моего тоже, – Хью на секунду повернулся: от глаз привычно разбежались морщинки. – Ты спала?
Он ко всем так относится? С такой же заботой? К бабушке точно, она важный человек в его жизни, это можно понять уже после двух секунд их общения. Но что насчёт остальных женщин?
– Нет, – Майя вяло повела плечом. – Не успела.
Мужчина ухмыльнулся одним уголком губ.
– Я ничего не подмешивал в твои «отвёртки», но вчера тебя вырубило качественно. Поспи, если хочешь. До выезда из Лондона еще минут десять, потом – гладкая трасса.
И он снова обратил всё внимание на дорогу.
«Отвёртки». Он будто знал, что она думала про «отвёртки».
Вчера Майя уснула даже не в кресле в гостиной. Рубильник опустился в людном баре, а бармен взял её на руки и принёс к себе в квартиру. Уложил на свою кровать, судя по всему раздел, подставил ведро для рвоты. А утром его суровая бабушка приготовила для Майи завтрак и отдала свою рубашку…
…и зачем она сравнивает два непохожих случая?
Или всё-таки похожих?
С тех пор прошло достаточно времени, чтобы Майя и родители Мартина нашли общий язык. Его мать Ванесса даже начала называть Майю «милой». Да мало ли, какие недоразумения случаются поначалу. У многих такое бывает. Не смертельно. Сейчас-то в их отношениях всё нормально. Как раз завтра должна состояться очередная примерка платья, и Ванесса обещала приехать, чтобы составить компанию.
В данный момент Майе надлежало бы готовиться к визиту будущей свекрови.
Она стукнулась головой о подголовник и прикрыла глаза.
– До сих пор не верю, что делаю это.
– Что? – тут же отозвался бас.
Чёрт… Он же всё слышит. Почти так же, как его бабка.
– Брайтон, – Майя повернула голову на подголовнике. – Никогда не срывалась с места вот так.
– Я тоже не срывался, – Хью уперся локтем в дверь, задумчиво потёр губы пальцами. Ужасно заманчиво. – Но это только Брайтон. Вечером будем дома.
Дома. Где «дома»? У неё еще остался дом?
Майя снова закрыла глаза и отвернулась к окну. Теоретически, дом у неё есть. Квартира матери и отчима, в которой прошло детство. Только это, пожалуй, последнее место, куда хотелось бы вернуться.