Глава 12

Бьёрн разглядывал меня пару мгновений задумчиво… а потом кивнул. Тронул Клыка медленным шагом.

В бескрайних снежных равнинах не было дорог, кот глубоко проваливался в рыхлый снег могучими лапами, но осторожно двигался вперёд, повинуясь требованию хозяина. И я чувствовала, что барсу эта затея не очень нравится – он шёл, принюхиваясь, то и дело останавливаясь, а шерсть его на загривке как встала дыбом, так и не опадала.

С каждым шагом всё сильнее жёг камень на груди.

Всё быстрее колотилось сердце.

Бьёрн смотрел на меня, не отрываясь… а я только вперёд.

Постепенно из снега вырастала груда чёрного камня. Меня что-то больно укололо в сердце.

- Я… можно я сойду? Пожалуйста, мне нужно вниз!

Он ничего не сказал, но помог мне слезть.

По колено в снегу я рванула вперёд. Ветер ударил в лицо, взметнул волосы, бросил в меня пригоршню колкого мелкого снега, но мне было всё равно. Меня вел не только камень… меня вели обрывки воспоминаний. Я знала это место.

…Не бойся, маленькая фиалка! Я смогу тебя защитить…

Низкий, гулкий голос. Эхом отозвался в моей голове.

Я отчаянно пыталась вспомнить имя того, кто говорил мне эти слова. Много лет назад. Но не могла. Это мучило, сводило с ума. Мне казалось, что если я доберусь, если коснусь чёрного камня… то вспомню.

Бьёрн молча следовал за мной, не отставая ни на шаг, но ничего не спрашивал. В его присутствии мне было не так страшно. Потому что каждое движение давалось мне с трудом, меня сковывал по рукам и ногам самый настоящий ужас.

Я была уверена – здесь произошло что-то очень плохое.

Добравшись до груды чёрных камней, наполовину занесённых снегом, я рухнула коленями в сугроб.

Упала на холодный валун грудью и обняла его.

Их было много – этих камней. Наверное, если собрать воедино, получилась бы огромная скала. Но сейчас она была раздроблена на куски. И почему-то мне казалось, что раньше… это было единое целое.

Из глаз текли слёзы, я не могла их остановить.

Я… потеряла здесь кого-то. Очень важного для меня…

Кого?

На плечо легла тяжёлая ладонь.

- Ты скажешь мне, что случилось? Это место тебе знакомо?

Я подняла заплаканное лицо.

- Да. Я… была здесь. Однажды. Мне кажется… именно здесь меня нашли. Бабушка рассказывала… когда мне было семь, меня нашли в снегу охотники. Но я не думала, что это… было так далеко от деревни.

Камень горит огнём. Ещё немного, и останется ожог.

Вынимаю его из-под платья. Округлый камушек покачивается на кожаном шнурке.

- А это… было со мной, я сжимала его в ладони, когда меня нашли. Единственное напоминание о прошлом. Больше не осталось ничего. Ни единого воспоминания о том, кто я и откуда. Пустота.

Бьёрн рассматривает задумчиво, но в руки не берёт.

- Камень из той же породы, из какой сложены эти валуны. Ты заметила?

Удивлённо рассматриваю, теперь и правда замечаю. Осторожно трогаю ладонью скалу… нет, она холодная, будто мёртвая. А мой камень… он живой, горячий. И ещё слабо пульсирует, если сжать в ладони покрепче. Как сердца стук.

Поднимаюсь на ноги и оборачиваюсь к мужу.

Набравшись смелости, решаю больше не скрывать ничего.

- Есть ещё кое-что, что я хотела тебе сказать. Мой последний секрет. Клянусь, последний!

Он смотрит пристально, не торопит. Это придаёт мне сил.

- Когда меня принесли в Долину… меня никто не хотел брать себе, приютили только бабушка Лоримель и дедушка Жион… и я стала жить с ними… по деревне поползли слухи, что я проклята. Именно поэтому… никто не хотел брать мой браслет. Не только из-за того, что я бесприданница.

- Почему они решили, что ты проклята? – ровным голосом спрашивает Бьёрн, не отрывая от меня цепкого взгляда.

Набираю воздуху в грудь.

- Было много всего. Бабушка рассказывала, что когда меня нашли, я была… внутри пещеры в какой-то скале. Охотники шли мимо, решили посмотреть, что там. Они никогда эту скалу прежде не видели. Я была без сознания, сжимала в ладони камень. Они долго решали, что со мной делать, но все-таки кто-то из них предложил забрать ребёнка с собой. И тогда… потолок стал рушиться. Не все… не все из них смогли выбраться живыми. А на мне – ни царапины.

- Это стало источником слухов?

- Не только… меня сразу невзлюбили и не захотели принимать.

- Почему? Неужели только потому, что ты настолько непохожа на обитателей Долины, даже внешне? Хотя, люди всегда отторгают тех, кто отличается.

Я покачала головой:

– Нет, к сожалению, не только поэтому… Вокруг меня с самого детства творилось что-то плохое. С тех пор, как дедушка с бабушкой меня приютили, их… стали преследовать несчастья. Сначала пала корова. Денег на покупку не было, попробовали заводить коз. Но и они дохли. Мы даже собаку или кота не стали держать – хотя мне так хотелось котёночка…

Клык подошёл и лизнул меня в ухо. Я рассеянно погладила его пушистую морду. Участие, с которым меня слушали… слушали они оба… придало мне сил. Я рассказывала, всё быстрее, всё громче, как будто внутри меня прорвало плотину, и теперь грязные воды моих воспоминаний покидали душу, очищая её. Прошлого больше нет, оно не вернётся, прекрати его страшиться, приказала я себе.

- Ещё вокруг меня постоянно что-то рушилось! То крыша прохудится, то окна побьются на пустом месте, то колодец засорится, то ещё что-нибудь. В конце концов… и бабушка с дедушкой заболели. Их не стало, и я осталась одна. Теперь вот дом…

Голос мой всё-таки сорвался, и я закончила совсем тихо:

- Я так боюсь – вдруг я и правда проклята… вдруг меня не зря дразнили в детстве, что я как снежный демон из старых страшных сказок, приношу одни беды?

Замолчала и стала ждать. Мне так хотелось, чтобы Бьёрн развенчал мои страхи! Чтобы сказал, что я всё себе придумала.

Но он смотрел задумчиво и очень сумрачно.

- Не хочу тебя пугать, Фиолин. Но вряд ли это просто так. Я многое знаю о магии и повидал достаточно всего на свете, чтобы знать, что такие совпадения редко бывают случайными.

Мне стало жутко. Я потупилась.

- Теперь ты от меня откажешься?

Бьёрн вздохнул.

А потом уселся на торчащий из снега чёрный валун и утащил меня к себе на колени.

– Отвечу тебе честно. В ответ на твою честность.

У меня замерло сердце.

- Я… и правда путешествую не просто так. Есть причина. Непростая ситуация, о которой я не хочу говорить. Возможно, когда-нибудь. И… если и правда вокруг тебя какая-то аура разрушения и болезней… мне сейчас это крайне, крайне не вовремя.

Он замолчал, сосредоточенно о чём-то размышляя. Его взгляд рассеянно скользил по моему лицу. Но я знала, что мыслями он сейчас не со мной.

Я вся сжалась. На всякий случай приготовилась выслушать любое его решение.

Бьёрн поднял руку, осторожно убрал волосы с моего лица, заправил за ухо выбившиеся из косы прядки.

- Но ты не бойся. Я тебя один на один с бедой не оставлю. Сказал – забираю с собой, значит, забираю!

Меня оглушило волной эмоций, которые раздирали на части изнутри, отчаянно требовали выхода, но я не знала, как это сделать. Не знала даже, как подобрать слова.

Бьёрн кинул опасливый взгляд на моё лицо и поспешно добавил:

- Только давай чтоб без слёз мне!

Я горячо закивала.

А потом кинулась ему на шею и обняла так, что наверное, едва не задушила.

Он сжал руки на моей талии. Медленно огладил спину.

- Только имей в виду. Там, куда я иду, может быть опасно. Там скорее всего будет опасно. Я должен предупредить. И возможно, брать тебя с собой в такой ситуации было верхом безответственности с моей стороны. Но… честно говоря, я решил, что хуже, чем в Долине, тебе в любом случае уже нигде не будет. А от других опасностей я постараюсь тебя защитить. Ну что, бедовая моя, по-прежнему хочешь со мной?

- Куда угодно, – глухо пробормотала ему в волосы.

Он оторвал меня от себя. В синих глазах были грусть и нежность.

– Тогда поехали.

Мы встали на ноги. Я от смущения почему-то не знала, куда деть глаза.

Бьёрн бросил странный взгляд на камень, который я по-прежнему сжимала в руке.

- А вот это давай-ка я у тебя возьму и сам понесу? Вдруг в нём причина?

Я испугалась и спрятала камушек за спину.

- Не-не-нет! Если он и правда причина всего, ни за что тебе не отдам! Не дай бог проклятие на тебя перейдёт!

- Какая заботливая у меня жена… - проворчал Бьёрн, а потом незаметно потянулся рукой мне за спину и вытащил камень из замерзающих пальцев.

Я только рот успела открыть от возмущения.

- Да не бойся ты! Отдам, когда разберёмся, что это. Возможно, там, куда я иду, и тебе смогут помочь. А пока… пусть временно у меня побудет. За сохранность не беспокойся. Я всё равно в ближайшее время от тебя никуда не денусь, забыла? – подмигнул он и подсадил меня в седло.

Я бросила тоскливый взгляд на груду чёрных валунов, когда она стала удаляться.

Прощай!..

Без камня на шее были очень непривычные ощущения.

Я чувствовала себя так, будто волосы обрезала. Или какой-то части тела не хватало.

И в то же время… непривычная лёгкость во всём организме.

Мерная тряска Клыка меня убаюкала, и я уснула на плече у Бьёрна, который смотрел зорким взглядом на бескрайние снежные равнины впереди и напряжённо о чём-то размышлял.

***

Проснулась под вечер с ужасно тяжёлой головой, поняла, что с удовольствием проспала бы ещё сутки.

- Где мы? – спросила Бьёрна, зевнув.

- Скоро приедем туда, где можно будет переночевать, если я правильно оценил расстояние.

Я огляделась. Дневной свет постепенно угасал. Клык быстрой рысью передвигался по заледеневшему руслу какой-то реки. По правую и левую руку от нас поднимались плавно припорошенные снегом берега, тут и там из сугробов торчали голые ветви красного кустарника или свисали унылые сучья плакучих ив, на которых торчали остатки сухой листвы.

Вдруг я поняла, что скучаю без камня.

Как-то грустно стало.

- Можешь… отдать обратно?

Бьёрн вопросительно поднял бровь, и я пояснила:

- Мне самой ведь ни разу не причинил вреда мой камушек. Так какая разница, где именно он с нами едет. Отдашь?

Поколебавшись, Бьёрн вытащил его из седельной сумки и вложил в мою протянутую ладонь. Проворчал недовольно:

– Это твоё, как я могу не отдать? Но мне по-прежнему очень сильно не нравится вся эта ситуация.

***

Когда совсем стемнело, русло реки влилось в какую-то реку крупнее, куда Клык не пошёл. Быстрыми прыжками выбрался на крутой берег… и я с огромным удивлением увидела стоящее на берегу массивное двухэтажное здание под двускатной крышей, из окон которого лил яркий свет. Слышались весёлые голоса людей, доносились отзвуки музыки… из трубы вился дымок, тянуло невероятно вкусными запахами.

- Что это? - Волнуясь, спросила я.

Бьёрн улыбнулся.

- Ну наконец-то! Значит, я правильно сориентировался. Скоро сможем отдохнуть в человеческих условиях.

– Ты бывал уже тут? – спросила я, пока он спешивался и помогал слезть мне.

- Я – нет. Но дядя мой в молодости путешествовал в этих местах и начертил мне карту. Сказал, что здесь должна быть таверна на перекрестке путей. Рад, что он не ошибся.

Когда мы подошли ближе, я увидела вывеску, написанную на общем языке, на котором говорили и в Долине.

«Тощий поросёнок».

Вывеску сжимал в копытцах аккуратно выпиленный из суковатой доски улыбающийся свин с задорно поднятым пятачком, по упитанным бокам которого, правда, нельзя было сказать, чтоб он был таким уж тощим.

Бьёрн распряг Клыка и тихо отдал ему приказ поохотиться до утра.

Упряжь и поклажу отдал подбежавшему парнишке, который тут же куда-то её уволок, просияв от радости, когда получил монетку.

Через приоткрытую дверь на снег падал прямоугольник света. Голоса чужих людей, гомон и музыка стали громче. Я окончательно заробела.

Бьёрн обнял меня за плечи и подтолкнул вперёд.

***

Хозяин таверны, вопреки названию его заведения, тоже был очень даже упитанным. Он выбежал на порог нас встречать, отирая руки полотенцем. Цепким взглядом окинув с ног до головы Бьёрна и меня, раскланялся, расплываясь в улыбке.

- Приветствую, господин! Чего изволите вы и ваша… спутница?

Бьёрн бросил повелительно:

- Нам с женой ужин на двоих. Мяса побольше! И м-м-м-м… ванну, пожалуй. Да, ещё комнату на одну ночь. – Он кинул на меня такой взгляд искоса, от которого мурашки побежали сразу везде. - С большой и удобной кроватью.