Глава 17

Варя

Я совершенно не успеваю сориентироваться. Открыв дверь, тут же попадаю в объятия своего босса. Его взгляд дикий, словно у волка, поймавшего антилопу.

– Олег? – удивленно хлопаю ресницами.

Но он быстро закрывает дверь и, даже не снимая пиджака, прижимает меня к стене. Только что также сделал Дима. Блииин!

– Ты только что кончила? – шепчет босс, целуя меня в шею.

– Ммм… с чего вы… ох! – резко поднимает мою майку, бросается на грудь.

Ни «привет», ничего! Но возмущаться не хочу. Ведь Шатров творит с моей грудью невообразимые вещи! Втягивает в рот, облизывает и кусает. И всё, что я могу – это громко стонать.

– Я чувствую… ты пышешь сексом, малышка.

– Ох… Олееег… – обнимаю его за шею, вдыхаю вкусный мужской аромат.

Но вдруг босс останавливается. Внимательно смотрит на меня.

– Как ты? – говорит тихо и так нежно, что я мгновенно рассыпаюсь на тысячу розовых лепесточков? – прости, я повёл себя бестактно.

– Всё нормально…

– Чувствую я, продолжения не будет? – вздыхает Лесовский, всё это время наблюдающий за нами.

– Давай сначала всё обсудим, – Олег чмокает меня в губы, опускает майку, – ты очень красивая в этом…

– Спасибо.

Он очень возбужден. Об этом говорит весьма заметный бугор в брюках. И потемневший взгляд. Но Шатров лишь снимает пиджак и разувается. Старается держать себя в руках.

Лесовский тоже сдерживался. Я чувствовала, что он готов пойти дальше, но не смог. Это из-за мамы? Ох! К щекам приливает румянец. Какая же я…

– Рассказывай, – коротко говорит Шатров, садясь за стол.

– Вы… ты голоден? – очень непривычно обращаться к нему на «ты».

С Димой мне немного легче. Всё равно Олег – мой прямой начальник. И я испытываю неловкость.

– Если только до тебя, Варенька, – облизывается босс.

– Так он у мамы ж был, – ухмыляется Дима, накладывает себе полную тарелку винегрета и начинает уминать за обе щеки, – это потрясающе, малыш! Вкуснее ничего не ел.

Его я приготовила. И мне приятно слушать комплименты.

– Значит, навещал маму? – сажусь за стол, не знаю, куда руки день.

В итоге складываю замочком и кладу на бёдра. Олег потягивается.

– Да. Тот еще квест. Слушай, у вас всё нормально? Твою маму уже увезли?

– Угу, – киваю, – Дима помог с больницей.

– Да ты что? – Шатров, не мигая, сканирует друга.

– Да. Насте позвонил, она там главврач… кстати, – достает вибрирующий мобильный, – вот и она. Привет, Настён.

От его «Настён» у меня внутренности скручиваются. Она мне уже не нравится! Но всё ради моей мамы! Поэтому прикусываю губу, отворачиваюсь.

– Не ревнуй, – подмигивает Шатров, – где у вас тут ванная?

– Пойдем, – встаю, беру его за руку и веду в уборную.

По коже скачут крошечные искорки. Наедине с боссом очень волнительно.

– И как там… у мамы? – в голову, как назло, лезут странные картинки.

Например, как Олег танцует с молодой девушкой в квартире матери. Она подходит ему по статусу, красивая и изящная.

И почему я вдруг об этом подумала? Ведь и так понятно, что наши «отношения» не приведут к браку, семье и рождению детей.

Я приняла их, потому что мне очень хорошо с этими двумя. А я для них как диковинный зверек. Ведь оба привыкли иметь дело с роскошными женщинами, такими, как Петра.

– Варюша, что случилось? – мурчит Олег, – ты нахмурилась. Что-то надумала себе?

Он пытается меня обнять. Но я вдруг чувствую себя очень одинокой. Им нужен секс и они заботливые, пока получают, что хотят. Но что, если я откажу… попав в горячие объятия босса, выворачиваюсь и отхожу.

– Ответь, – шепчу, – что это за женские голоса были, когда мы говорили?

– Ах, вот оно что, – он почему-то веселится, – мама моя и подруга её.

– И всё?

– Да, – улыбается он.

– Точно? – с сомнением спрашиваю.

– Так, – он снова делает попытку меня схватить, но я делаю еще шаг назад.

Шатров вздыхает. Затем расстегивает рубашку, включает воду и протирает лицо, шею. А я любуюсь. Как прозрачная водичка стекает по его идеальному лицу.

Капельки падают за воротник и скрываются под рубашкой. Как же хочется потрогать! Оба моих босса в отличной физической форме. У них тугие мышцы, кубики пресса и всё такое прочее.

И члены… боже, с каких пор я о таком думаю?!

– Какое полотенце можно взять? – голос Олега вырывает из бурных фантазий.

– А! Вот! – спешу подать ему.

Но вдруг останавливаюсь. В голове появляется шальная мысль. Подхожу ближе.

– Можно я? – робко спрашиваю.

– Конечно.

Вытираю его красивое лицо. Высокий лоб, точеные скулы, темную аккуратную щетину. И чувствую, как завожусь. Провожу махровой тканью по сильной шее. Невольно облизываюсь.

– Нравится? – шепчет босс.

Я поднимаю взгляд и теряюсь. Словно прыгаю с очень высокого трамплина. А внизу лишь пустота. Мои губы мгновенно оказываются в плену, полотенце летит вниз.

– Ммм! Аааах! – он играет с моим языком, ласково и нежно.

Поцелуй набирает обороты так стремительно, что я не успеваю даже подумать. Но…

– В общем, я договорился… – слышу голос Димы, – ОПА! Вы тут без меня решили продолжить?

Отпрыгиваю от Шатрова. Почему-то мне очень стыдно. Быстро поднимаю полотенце.

– С твоей мамой всё хорошо. Прости, Настя мне позвонила, твоего номера у неё не было, – улыбается Дима, – они разместили её в индивидуальной палате. Цветы каждый день будут менять.

– Цветы?

– Я к тому, что там за твоей мамой будет самый лучший уход. У неё взяли анализы, сейчас она спит. Завтра отвезем тебя туда, проведаешь.

– Это реально крутая клиника, – вытерев лицо, улыбается Олег, – так что можешь расслабиться.

– Спасибо вам! – чуть не плачу.

– Его благодари, – смеется Шатров, – у меня в этой сфере нет связей.

Почему-то после его слов Лесовский перестает улыбаться. Тень появляется на красивом лице буквально на миг. Я успеваю это заметить. Затем он снова становится собой.

Что это было?

– Чем займемся? – выгибает бровь Дима.

– Можно фильм посмотреть, – лепечу.

– Отлично, заряжай. Только надо сначала в душ сходить.

В итоге мы весь вечер смотрим фильмы. Мужчины шутят, стараются отвлечь меня. А я всё сильнее запутываюсь. Зачем такие старания ради обычной любовницы?

И даже ночью мужчины не ложатся со мной в постель. Оба размещаются на полу. Почему они так себя ведут? Неужели у них действительно серьезные намерения?

– Ммм, ааах! – сквозь сон чувствую жаркие прикосновения.

Приоткрываю сонные глаза. Передо мной лицо Олега. Его глаза закрыты, а руки массируют мою грудь. Сзади крепкое тело Димы. Он ласкает мои бёдра. Они оба голые! И такие горячие!

Боже!

Мы же легли спать порознь!

Но от властных касаний я таю. Находясь в полусне, чувствую, как наша игра становится откровеннее. Моя пижама валяется у двери. И когда её успели снять?

Мужчины поглощены мной. Олег целует шею, плечи, ключицы. Сжигает губами мою кожу. Прикусывает. А я почти плачу. Знаю, что это не совсем уместно, но сделать ничего не могу.

– Что вы… делаете… ААХ!

Лесовский опускается ниже, ведет языком вниз по позвоночнику. С его губ срывается животный рык. Он находит мою киску, лижет складочки. Улетаю.

– Боже… ЕЩЕ! ДААА! – из-за сонного состояния я очень чувствительная и кончаю почти мгновенно.

И вот, Дима снова за мной. Они сжимают меня, не выпускают. Бьюсь, словно птица в пылающей клетке. Обвиваю руками шею Олега.

– Подними ногу, – приказывает он.

Починяюсь. Такое чувство, что они управляют мной на уровне инстинктов. Две руки ложатся на киску. Мамочки! Когда двое мужчин ласкают, это совершенно иначе, чем поодиночке.

Ярче! Сильнее! Просто космос!

Пальцами боссы растягивают меня. Такое чувство, что специально готовят. Но к чему? Внутри моей киски четыре толстых пальца. Они стимулируют меня. Как же круто!

– Что вы… ммм… Димааааа… Олеееег! – кричу, извиваюсь.

Все потные, трёмся друг о друга. Такое чувство, что мы единое целое. Но вдруг пальцы мужчин испаряются. И вместо них в меня врывается Олег. Его член входит до самого донышка.

Он ничего не говорит, лишь глухо рычит. Стискивает меня, с хлюпающим звуком входит и выходит. Но тут…

– Зачем… как… ААА! ДААААА! – кричу, впиваясь ногтями в кожу мужчины.

Ведь вместе с членом Шатрова в меня толкается и Дима. Туда же, в разгоряченную и растянутую киску. О господи! Они оба во мне! ОБА! Мужчины нежно входят, потом выходят.

Их толстые члены не помещаются. Но постепенно моё лоно принимает обоих. Я не думала, что способна на такое! АХ! Кричу, стону. Вою от удовольствия. И позволяю творить с собой всё.

Мужчины трахают всё быстрее. Они становятся больше, рвут меня на части. Сжигают изнутри. И кончают. Прямо в меня. Чувствую, как потоки семени бьют в матку.

И от этого…

– ДА! ААА! – не узнаю свой голос.

Порочный, громкий. Откровенный. Затем оба выходят из меня, а я чувствую холод. Наши соки, смешавшиеся в терпкую жидкость, вытекают из моей киски, размазываются по бёдрам.

Меня снова ласкают руками. Олег втирает сперму в складочки, а Дима лижет мои соски. Как же круто! Как же… хорошо…

– Варенька! – голос Шатрова обволакивает, – пора вставать, крошка.

Он гладит меня по голове. Распахиваю глаза! Таращусь на мужчину. Не поняла? Мой босс, в одних боксерах, стоит у моей кровати.

– Доброе утро! – Лесовский, тоже в труселях, обтягивающих его накачанные ноги, появляется в дверном проёме, – завтрак готов!

– Эм… – испуганно смотрю на них.

Затем опускаю взгляд на свои бёдра. Они все в засохшей сперме! Боже! Так мы и правда это сделали?!

– А мы… вы… – облизываю губы, – со мной не… мы не…

– Мы не что? – Олег выгибает бровь.

– Вы ко мне в кровать не забирались?

Боже, что я несу? Почему прямо спросить стесняюсь? Ну, Пчелкина!

– Нет, – они переглядываются, – по крайней мере, я не помню. А ты?

– Не-а, – отрицательно вертит головой Дима.

Так они не помнят? Блин! А мне так хорошо было! Боссы брали меня, как дикие животные. Так властно и вместе с этим нежно! Ох! Вместе во мне были… и забыли?! Даже немного обидно.

Я ведь этого забыть не смогу!

– Мне нужно в душ! – подскакиваю, несусь в ванную и закрываюсь там.

Слышу, как мужчины весело переговариваются. Этой ночью я испытала нечто невероятное! Совершенно новое! Забираюсь в ванную, включаю воду, смываю следы греха.

Ладно! Решаю оставить это ночное приключение, как приятный сон. Забыли, так забыли. Быстренько моюсь, затем надеваю совершенно несексуальную розовую пижаму со слонами.

– Вот это разворот! – ржёт Лесовский, увидев меня, – но ты и в этом пиздец сексуальна, пчелка. Я тут кашу приготовил.

– Ты умеешь готовить? Думала, с детства в ресторанах питаешься, – пытаюсь пошутить, но Дима снова становится мрачным.

– В детдоме чему только не научишься. Ешь, – криво улыбается он.

– Прости, пожалуйста. Мне так неловко… я не должна была…

Так он детдомовский? И поэтому так реагирует на секс дома. Ему одиноко, у Димы никогда не было семьи. Его не любили по-настоящему.

– Очень вкусно! – тошно от себя, кусок в горло не лезет.

Ну вот! Кто за язык тянул? Хочется обнять, приласкать его. Извиниться как следует. Он ведь никогда не знал материнского тепла. И как ни пытается изобразить ледяного мачо, в глубине души хочет, чтобы его любили…

Блин…

– Так. Не плачь! – Олег смахивает слезинку с моих ресниц.

– Я дурочка…

– Ты пчелка, – Лесовский целует меня в лоб, – и ничего плохого не сказала.

– Мне жаль.

– Всё хорошо, – подмигивает мне.

– В общем, все решили, – Олег вдруг становится серьезным, – а теперь пришло время обсудить наши отношения.