Глава 15

Позднее, когда звуки сражения стихли, стало очевидно, что битва завершена. Кто-то схвачен, кто-то убит. Поскольку в замок прибыло подкрепление. И да, Креган и Таргаль, узнав о фальшивой жене, приготовились к грядущему нападению. В связи с этим позволили Оргриму пройти аж в замок, чтобы запечатать его в нем, в сердце столицы, и здесь уже схватить вместе со всеми предателями. Однако я нарушила их планы, убив орка северных земель.

— Жаль, что я лично не прибил это отродье! — так сказал Креган, мечтая с ним поквитаться.

Поскольку в душном помещении с горой трупов меня вскоре резко замутило, мужья взяли меня за руки и вывели во двор. А там, оказалось, собралась уже целая толпа любопытных. Я шарахнулась в сторону, вся сжалась при виде них, ведь я являлась для них предательницей. Они меня ненавидят! Ненавидят! Никогда не простят! Боже, что я наделала на эмоциях! И по их глазам видела, как орки презирали меня. Как тыкали пальцами, с угрозой скалились, будто желая разорвать.

Благо мужья встали передо мной, таким образом защищая от агрессивной толпы.

В этот момент охранники вывели на всеобщее обозрение сопротивлявшуюся Ивэну, сражавшуюся точно дикая кошка, и бросили ее на колени перед толпой, а рядом — скинули мертвое тело Оргрима.

Толпа орков перестала рычать и скалиться, обратила внимание на Ивэну и труп.

Первым взял слово Креган. Грозно указав на Ивэну и Оргрима, он яростно прокричал, чтобы услышала вся толпа наблюдателей:

— Вот они — предатели! Те, кто хотел нарушить наш идеальный порядок! Проклятый орк северных земель, возомнивший себя сильнее нас с Таргалем, СДОХ! И так будет с каждым, кто осмелится пойти против нас! Ему помогала эта женщина — двойник нашей королевы!

Толпа зашепталась. Каждый окинул взглядом меня, следом — Ивэну, визуально сравнивая и удивленно охая.

Позже Таргаль подхватил речь Крегана:

— А это… — муж указал на меня, застывшую от волнения. — Это ваша настоящая королева! Именно она помогла поймать опасного врага и своего мерзкого двойника! Наша королева спасла всех нас!

Народ охотно поверил своим вождям. Тем более перед ними находилось прямое доказательство моей невиновности: Ивэна. Толпа загудела: засвистела; заголосила; победно ликуя.

А Ивэна едва ли что-то соображала от гнева. Она под шум и гвалт народа яростно принялась орать, дергаться, бесноваться, попыталась дотянуться до меня. И если бы ни охрана — непременно осуществила свою мечту.

— Ах ты — тварь! Я убью тебя, тварь! Пока я жива — ходи и оглядывайся! Потому что я отомщу тебе! Отомщу за все! — прокричала она.

Но грозный голос Таргаля заставил ее быстро умолкнуть.

— Королева милостива… — нарочито любезно обратился он к ней. И тогда Ивэна со страхом в глазах посмотрела в ответ на вождя. — По сей причине тебя не казнят. Ты найдешь смерть в отверженных землях орков, среди таких же преступников и предателей, как и ты.

Я очень кратко слышала об отверженных землях орков. Обычно мужья удовлетворялись смертной казнью, а в земли отправляли единицы, наверное, самых отъявленных мерзавцев, которых они желали помучить перед кровожадным финалом. Насколько знала: в тех местах царила постоянная борьба за выживание; дикие джунгли; опасные ядовитые твари и такие же монстры-преступники без морали и принципов.

От подобной участи Ивэна побледнела, перестав сыпать проклятиями. И еще долго изумленно молчала, пока ее насильно не повели в казематы. Только тогда девушка принялась яростно орать и сопротивляться своей судьбе.

Настало время празднества и ликования. Толпа еще пуще заулюлюкала. Подданные обступили меня со всех сторон. Несколько орков и орчих оказались на коленях. Несколько лап обхватило мои руки. Орки осторожно трогали меня, словно хрустальную, подносили мои руки к своему лицу, нежно терлись о них.

Народ словно боготворил меня, превозносил. Посчитал чуть ли не святой. Быть может, когда орки воочию увидели двойника, им стало проще связать все плохие события именно с Ивэной, а мое чистое незапятнанное имя соотнести с лишь хорошими событиями: спасением; поимкой преступника.

Похоже, я была злодейкой еще похлеще Ивэны. Я нарушила свое слово, подставила ее. Никогда не думала, что смогу совершить столь жестокие поступки. До сих пор не верилось, что из-за эмоций дойду до такого.

Однако вожди, с хитрыми улыбками стоя в стороне, ловко прикрыли мои грязные поступки, полностью очистив честь королевы перед народом.

Вскоре мужья кое-как вытащили меня из объятий чересчур ликующей толпы.

После отправили в наши большие покои, куда сразу же прибыли помощницы Татху и Датити. Охая и причитая передо мной, орчихи влили в меня огромное количество настоек, чтобы я хоть немного успокоила бушевавшие эмоции. И наконец, я забылась благодатным сном. Мне это, действительно, требовалось. Поскольку психика, все эти месяцы подвергаясь нереальным эмоциональным нагрузкам, была на пределе своих возможностей.

Я проспала целые сутки и первое, что меня заинтересовало, когда пробудилась: где находились мужья.

— Залечивают раны в желтой комнате, — поведала старушка-Датити, аккуратно поставив поднос с завтраком на тумбочку.

— Умойся и позавтракай, госпожа, а после уже можно и к мужьям идти миловаться. — хитро предложила шкодливая Татху.

Я покорно кивнула женщинам, позволив себя утянуть в ванну, наполненную теплой водой.

После длительного сна тело было отдохнувшим, но я все еще была переполнена разнообразными эмоции.

Что? Как? Почему? Откуда мужья узнали о фальшивой жене? Почему не злились? Почему не считали предательницей? Почему прикрыли мои злодеяния?

От мысленных вопросов вскоре опять разболелась голова. Меня затрясло от переживаний.

Я едва помылась, даже не стала сушить волосы, только набросила халат на голое тело, завязав поясок и сразу бросилась прочь из комнаты на поиски мужей.

— Королева!

— Эй! Девочка, вернись! А еда?

Донеслись вслед восклицания орчих. Но я не могла усидеть на месте, мне нужны были ответы на вопросы немедленно. Прямо сейчас!

Как порочная бесстыдница, без белья, с мокрыми волосами, в коротком шелковом халате до колен, босая я добежала до нужной желтой комнаты, расположенной в противоположном конце замка. Без спроса раскрыла двери и влетела внутрь. Запыхавшаяся, красная, взволнованная я остановилась при входе и огляделась.

Я зашла в тот неудачный момент, когда неизвестная служанка — молодая орчиха обрабатывала вождям раны. Конкретно сейчас перебинтовывала руку Таргаля, нежно прикасаясь к его бицепсу. У меня аж кровь будто бы взорвалась в глазах от столь мерзкой картины. Я такой женщины прежде не видела. Ее рука… ее рука трогала его кожу! Глаз не могла отвести от этого зрелища. А потом и вовсе прозвучал тоненький голосок орчихи, от которого мне стало дурно:

— Прошу, покиньте комнату! Нам нужно обработать раны вождей, а вы нам мешаете!

Она будто бы не знала меня и того, что я являлась королевой. Она вела себя, как… как хозяйка.

Я стояла, будто окаменевшая, не знала, что сказать, сделать.

Неужели меня сейчас прогонят? Даже не выслушают? Совсем, как тогда?

Слезы застлали обзор перед глазами. Я открывала рот и закрывала, глядя на мужей с мольбой, с мучительной тоской.

Поскольку шанса поговорить, возможно, больше не предоставится, я несмотря на присутствие посторонней орчихи, бессвязно начала лепетать:

— Я… я не н… не знаю, что сказать и к… как объясниться. Уже слишком поздно… Да, знаю! Мы столько всего натворили. Из-за меня пострадали наши жители… Я… я…

А вожди, возможно, от звука моего голоса, вскоре очнулись от наваждения.

Увидела, что мужчины поднялись с кроватей и стремительно ринулись вперед. Испугалась того, что они намеревались прогнать меня, но все оказалось, к счастью, не так. Вместо этого они буквально вышвырнули молодую орчихи из комнаты. О, какое я испытала облегчение, когда они так с ней поступили! Уж было надумала себе, что они являлись любовниками. И что по этой причине женщина так много себе позволяла.

Сообразительные мужчины поняли мои невысказанные сожаления без слов. С обеих сторон вожди набросились на меня, даже не глядя на раны и недавние травмы. Мы сразу соединились в поцелуях. Сначала жарко поцеловались с Креганом, следом мою голову повернул Таргаль и уже он слился с моими устами, проникнув жадным языком мне в рот. То с одним, то со вторым мужем мы безотрывно целовались, чмокались, так и чередовались каждые несколько секунд. При этом жарко безостановочно шептались:

— О, как я скучал!

— А как я скучала!

— И я скучал!

Их лапы забрались в мои волосы, оттянули за голову, углубляя страстный поцелуй, другие руки стянули тонкий халатик, оставив меня полностью обнаженной перед красавцами.

Наши тела пылали от сильнейшей жажды, которую надо было срочно удовлетворить, иначе нас разорвало бы от страсти.

Скорее-скорее! Все разговоры — позже. Только любовь и чистая страсть завладели нами.

Нам захотелось непременно почувствовать друг друга телами, каждой клеткой. Лоно-член, губы-язык, груди-руки. Знать, что мы рядом, что снова вместе и полностью принадлежим друг другу. Мое влюбленное сердце опять забилось, как ненормальное и неадекватное при приближении мужей. Оно жаждало выпрыгнуть возлюбленным в руки, отдаться им.

Во всем теле разлилась уже приятная тяжесть, слабость. Ноги подкашивались.

Страстная, разгоряченная, я нервно вцепилась руками в штаны возлюбленных, начала за них дергать, стягивать. Кое-как с задачей справилась. Крупные зеленые органы с большими головками тут же выскочили из штанов, как опасные орудия страсти. При виде них я сразу бросилась на колени, обхватила двумя руками эти вкусные мощные прелести и заглотила их по очереди, щедро смазывая шляпки слюной.

— М-м-м! — как же я была счастлива!

Я думала, что больше никогда-никогда не испытаю счастья, никогда не почувствую любимых, не оближу их страстные члены. Теперь я готова была до конца жизни их лизать и смаковать. Но, видимо, мужчинам сейчас этого было слишком мало…

Они, грозно зарычав, взяли меня под локти, отрывая от своих каменных органов. И немедля подбросили меня вверх, заставив раздвинуть ноги и обхватить ими торс обнаженного Крегана.

Как же нам не терпелось! Хотелось большего, гораздо большего. Тройного слияния, абсолютной физической близости!

Жаль, еще немного времени мы потратили на подготовку к интимному процессу. Я аж протестующе заскулила, когда лишилась членов во рту. Было так скучно без них.

А пока мужчины решили приласкать мое мокрое лоно. То один палец вторгся внутрь, поработал там немного, заполняя пустоту, напрягая мышцы, возбуждая. После чего выскользнул из лона и щедро смазанный соками без проблем ворвался уже в тугой анус.

— А-а-ах! — я впилась ногтями в широкие плечи Крегана, а зубами вонзилась в его большую нижнюю губу, закусив ее до крови.

Чувствуя дикую животную, звериную похоть! Действуя, как животное. Я пронзительно вскрикнула!

Следом еще один палец ворвался в мое лоно. И теперь два входа подверглись жесткому трению. А я как невменяемая я зарычала, продолжив кусать Крегана за губу. А он, вторя мне, также грозно рычал прямо в мой рот. После чего страстно взглянув друг другу в глаза, мы снова жарко поцеловались. Сзади одновременно ко мне своим могучим телом прижался Таргаль. После он, повернув меня за голову, с голодом поцеловал в губы. Итак некоторое время мужья трахали меня пальцами и ласкали.

Было уже невмоготу. От томительного желания я уже плакала, по щекам щедро струились слезы.

Какие пальцы⁈ Я хотела их члены! Большие! Невероятные!

— Не могу-у-у! — застонала я, вспомнив их чудесную мощь.

— Сейчас! Сейчас, Беляночка! — зарычал возбужденный Креган.

По моей просьбе мужчины заторопились, засуетились, громко зарычали. Оба одновременно убрали пальцы и приставили свои горячие органы к возбужденным отверстиям.

— Трахните! Трахните скорее! — закричала я в изнеможении.

И вот, наконец, я ощутила этот дивный столь долгожданный момент, когда два ствола синхронно скользнули ко мне во входы, расширяя их, массируя стенки и самые восхитительные точки.

Это был такой фейерверк чувств, что меня казалось разорвет от счастья. Так ласково, так нежно, так страстно входили в меня два моих любимых органа. И одновременно с этим двое самых прекрасных, любимых мужчин по очереди дарили мне поцелуи, наполненные яркими чувствами.

Я тихонько плакала, пока мужчины так сладко, с щемящей нежностью вонзались в мои отверстия. От запредельной остроты чувств и ощущений я очень быстро получила дивное наслаждение. И я снова смогла испытать удовольствие. Позабылись обиды и боль. А тело и душа были на одной волне.

Любимые разгоряченные мужья также довольно быстро извергли семя в мои дырочки, но мы не стали останавливаться на первом заходе. Не сбавляя темпа, мы продолжили движения и ласки. Больше не хотели разъединяться. Никогда. Быть всегда одним целым. Связанными одной страстью и одной любовью.

— Я не верю, что снова в ваших объятиях. Не верю… — шептала я, разрываясь от счастья.

Мужья не были столь красноречивы, не умели произносить высокопарные слова или говорить стихи, они только хрипло шептали:

— Снежок… не отпущу… не отпущу никогда…

— Беляночка… наконец, я в тебе…

В их словах было столько мучительной страсти, всем телом я ощутила, как сильно они скучали по мне, как жаждали обладать, любить, лелеять. А я, очумевшая от любви, вся плавилась и бесконечно текла на радость двум могучим херам!