Глава 14

Охранники замка все без исключения были повержены, мертвые тела лежали повсюду на полу. И только в центре оставались тяжело дышащие, изможденные Таргаль и Креган с длинными ножами в лапах. А между ними я заметила мышкой притаившуюся хитрую, будто бы испуганную Ивэну. Вся троица выживших была окружена. Им некуда было деваться.

— Ой, миленькие, что происходит? А-а-а! Вы же меня спасете? — тоненьким голоском защебетала Ивэна, держа моих мужей за локти и прячась за их могучими телами.

Не хотелось, конечно, признавать, но ее собственнические действия и наглость по отношению к вождям вызвали легкое раздражение. Поэтому я на эмоциях направила лошадь вперед, а их цокот копыт немедленно привлек внимание обоих вождей. Мужчины синхронно повернули головы в моем направлении.

Ну что⁈

Перед вами две одинаковые женщины.

Теперь мои слова не кажутся фантастическими⁈

Видимо, я говорила правду!

И что же, я заслужила все то, что вы сотворили со мной⁈ Все те унижения заслужила⁈

Заслужила⁈

И снова в сердце вспыхнула щемящая обида. Такая мощная, что глаза защипало от едких слез. Пришлось стремительно несколько раз поморгать, чтобы прогнать излишние эмоции.

Все это теперь неважно.

Погасив вспыхнувшее раздражение и яростную боль, я не стала вступать ни в какие разговоры, просто увела взгляд в сторону от мужей. Как и привыкла всегда делать в последние месяцы. Чтобы мои глаза их не видели, а сердце — не чувствовало.

Тем временем Оргрим уже чествовал победу, ухмылялся, на коне рассекал огромный зал то вперед, то назад. Наверное, как хозяин замка осматривал свои владения. Вальяжно кружил, как ястреб над добычей, вокруг пленных.

Он еще о чем-то непродолжительное время помечтал, а затем приблизился ко мне. Нарочито демонстративно положив руку на мою талию, орк громко внезапно сказал:

— Ничтожные слабаки! Ха-ха! Я вас дважды победил, — после этого на глазах у всех он поцеловал меня в щеку. Я заставила себя не реагировать, даже не вздрогнула, просто стерпела все. — Эта красавица предпочла ваши херы одному моему! Представляете, какие вы неудачники⁈ Ха-ха!

Комната наполнилась всеобщим злорадным смехом. Верные подпевалы вторили своему главе.

Когда смех стих, Оргрим продолжил злорадствовать, давить, ковырять глубокие раны.

— Это все она — умница — мне рассказала. Без нее я бы никогда не завоевал ваш замок. А та — что рядом с вами — подделка.

Тем временем Ивэна, видимо, сошла с ума, по-другому невозможно объяснить ее поведение. Она, еще сильнее вжавшись телом в двух молчавших, замерших вождей, наигранно захныкала и запричитала:

— Миленькие, не слушайте его! Умоляю-ю-ю! Они вдвоем, как и в прошлый раз, хотят вас обмануть, опорочить мое честное имя! Это же я — ваша любимая жена! Посмотрите на меня! А эти двое — любовники, они подставили меня! Прошу, не верьте им!

Неужели она на самом деле решила стать королевой, заняв мое место? Поразительное самомнение и надо отметить, поистине отменная актерская игра! Высшего уровня! Боже, даже я впечатлилась! Интонация, мимика — все мое!

А мужья в это время безотрывно смотрели на меня. Чувствовала всей кожей их пристальное внимание.

Что хотели увидеть? Сравнить?

Понять: кто есть кто?

На этот раз мне было даже не интересно кого они, по итогу, выберут. Когда-то было важно, но не теперь.

Слишком поздно.

По этой причине я не принимала никакого участия в беседе, не пыталась никого переубедить, просто наблюдала за происходящим со стороны.

— Это был наиглупейший ход с твоей стороны, Ивэна, — тем временем хмыкнул Оргрим. — Даже если ты станешь королевой, то всего на одно мгновение, потому что вы втроем скоро сдохните!!!

— Любимые, нет! Не слушайте! Это все их коварный замысел! — еще пуще прежнего заверещала девушка.

За все время встречи вожди не вымолвили ни одного слова.

Наблюдали, молчали, о чем-то размышляли. Даже не ответили на провокации и издевательства Оргрима, проигнорировали крики «жены».

Быть может, именно так у них проявлялся шок?

Ведь они проиграли. Впервые в жизни потерпели поражение и вот так реагировали: молчанием; ступором; отсутствием эмоций.

По крайней мере, в течение всего разговора Ивэны и издевок Оргрима я так думала. Мужья будто бы не замечали всего этого, хладнокровно слушали и, казалось, лишь на меня смотрели. Однако уже в следующую секунду, я поняла, как ошибалась. У вождей не было ни шока, ни страха. И молчание было по иной причине, правда, не осознавала по какой именно.

И сейчас Креган, будто бы ожил, внезапно оттолкнул руку Ивэны, а потом усмехнулся, пронзительно глядя на меня:

— Ты вернулась, жё-ё-ёнушка?

Я даже забыла о своем личном запрете на ответные взгляды и с удивлением посмотрела в глаза мужу.

Неужели узнали? Но отчего же тогда совсем не злились? Почему так спокойны? Неужели обо всем догадывались изначально? И о фальшивой жене, в том числе?

Все мое хладнокровие и ледяная броня мгновенно подверглись десяткам трещин. Сердце предательски заныло.

Ибо что такое происходило? Я ожидала лицезреть животную присущую орками агрессию, рычание, но они выглядели больше уставшими, понурыми, измученными. Цвет их кожи потерял прежний ярко-зеленый окрас, а глаза стали тусклыми, без былого огонька.

Мужья — просто блеклые тени прежде грозных орков-вождей!

Пока я рассматривала одного и второго мужчину, Таргаль также подал голос, с крайне неуместным юмором пошутив:

— Ты нас бросила. Как ты могла? Ай-ай-ай! Тебя надо отшлепать! А ведь обещала быть нашей до конца дней! Маленькая лгунья!

Воспоминания о наших клятвах ярко вспыхнули в мыслях.

Мы

—

трое, сплетенные обнаженными телами, горячие, мокрые, замершие в священном прозрачном озере. Темная ночь. Вокруг звуки музыкальных инструментов. И свидетели нашего брачного таинства. Это был обязательный ритуал: я должна была доказать орочьему племени, что могла стать полноценной женой двум вождям.

Перед брачной ночью я очень стеснялась, боялась этого откровенного, дикого события. Но когда настал сам ритуал, помню, что все тревоги и волнения рядом с любимыми, желанными мужьями сразу испарились, едва мы разделись и увидели красивые тела друг друга. А затем мы улыбнулись. Вожди взяли меня за руки и отвели в прохладную воду озера. Тогда же все разом исчезло. Десятки старейшин

—

свидетели нашего брачного таинства перестали для нас существовать. Рядом с Креганом и Таргалем всегда так было: становилось тепло и спокойно. И во время ритуала я, одичавшая от страсти, совсем не стеснялась зорких взглядов, я неистово кричала, чувствуя, как прекрасные члены гладко скользили в моих отверстиях:

—

Я ваша! Я навеки ваша! ВАША!

—

кричала я тогда, задыхаясь от любви.

А мужья, трахая меня до умопомрачения, хрипло на ушко рычали:

—

Наша… НАША… НАША…'

К горлу подступил внушительный ком слез.

Зачем они вспоминали об этом сейчас? Зачем ковырять и без того кровоточащую рану? То прошлое останется лишь в нашей памяти. А сейчас наша любовь умерла… Умерла!

Мысленно я зарычала, сцепила зубы, чтобы не поддаться эмоциям, и приказала себе:

«Очнись! Возьми себя в руки!»

К счастью, мне все-таки удалось совладать с воспоминаниями и чувствами.

И уже совсем скоро я ответила бывшим мужьям достаточно холодно и равнодушно:

— Я забираю детей! — твердо объявила им.

Таргаль криво усмехнулся, раскинув руки в стороны:

— Ты вольна поступать, как считаешь нужным… Мы столько натворили, нам этого никогда уже не исправить и ничего не изменить!

В тот же миг, видимо, за излишнюю болтливость Таргаль получил наказание: укол ножом в руку от одного из ближайших воинов. Острое лезвие вспороло его локоть и тут же удалилось прочь.

Вождь утробно зарычал, его рубашка стала стремительно намокать от крови.

Мое сердце будто в тиски сжало, стало физически больно.

Как⁈ Ну как я могла ощутить его боль⁈

Впервые видела Таргаля таким безразличным, лишенным бурных эмоций. Стиснув зубы и закрыв рану ладонью, он с поразительным спокойствием отреагировал на этот мерзкий удар.

А вот Креган был полон гнева за друга:

— Когда все закончится, Оргрим, ты будешь мечтать сдохнуть!! Это я тебе обещаю! Р-ра! — оскалился муж.

— Хватит лишней болтовни! Р-р-р-а! Убейте их! А двойника — схватить и доставить ко мне! — яростно отдал приказ орк северных земель.

Тотчас агрессивные бойцы по приказу главного бросились на Крегана и Таргаля с дубинами и острыми ножами. Вожди в свою очередь смело с ревом принялись отбиваться от нападавших, уклоняться, наносить ответные удары.

Настал хаос. Рев, звон стали. Все смешалось в одну какофонию звуков сражения. А я просто смотрела, как несмотря на всю свою орочью мощь, Креган и Таргаль ничего не могли поделать против окружившей их оравы соперников, из-за чего получали все новые и новые ранения.

И что самое ужасное, каждый раз когда вожди пропускали удары, мне казалось, что я физически ощущала их боль.

Но я не хотела этого!

Поэтому в какой-то момент я просто отвернулась, чтобы не видеть кровавого зрелища.

«Я никогда их не прощу! Никогда!» — выкрикнула мысленно.

Кто бы мог подумать, что однажды наша любовь обернется ненавистью! Что мы займем разные стороны баррикад? И что я буду наблюдать, как убивают любимых мужей? Никто не знал и не мог подобное даже представить. Однако так произошло и ничего уже не изменить. Слишком поздно поворачивать обратно!

Разъедавшая душу боль все равно не позволит простить их.

Проклятье!

Раздался стон — и боковым зрением я все равно невольно зафиксировала, как Креган получил ножевое ранение в ногу, отчего он в ту же секунду упал на пол. Таргаль попытался прикрыть друга, вдвое усилив нападение на соперников, перетягивая на себя их внимание. Однако и он был бессилен перед их численностью. Десятки ударов посыпались на него.

Не знаю почему, но глаза снова наполнились слезами. До сих пор мне, казалось, я стойко выдерживала испытания, успешно боролась с тяжелыми, давящими эмоциями. Но теперь, перебросившись всего парой слов с мужьями и понаблюдав за их падением, я ощутила едкую горечь от того, что все так печально завершилось и тогда глаза наполнились злыми слезами.

«Они сейчас… умрут! Умрут… умрут… умрут…» — это слово безжалостно пульсировала в голове, да так сильно, что я думала голова взорвется от тяжелого давления ужасных мыслей.

'Да пусть СДОХНУТ! — воскликнула моя истерзанная душа и разбитое сердце.

«Они заслужили!»

«Заслужили!»

«Я все равно их не прощу! Не прощу! Никогда!»

Я активнее закрутила головой, прогоняя все новые и новые сцены, в которых Таргаль и Креган получали очередные ранения, а их одежда уже вся была изрезана и залита кровью.

«Я ненавижу их! НЕНАВИЖУ! Они сделали мне так больно! Больно! Не прощу-у-у-у! »

— А-а-а-а-а-а!!! — закричала я уже вслух. Выплескивая все накопленные чувства: обиду и ядовитую боль. Позволяя ей покинуть, наконец, мою душу.

Я врала сама себе все это время! Я слаба! Я слаба перед этой проклятой любовью! Я люблю их! И что бы ни произошло, буду продолжать их любить!

Мое тело стало неподвластно голосу разума, руки сами начали действовать. Из нагрудного кармана я взяла тот самый нож, который даровал для защиты Оргрим, и им сделала взмах влево. Попав прямо точно в шею кричавшего и улюлюкавшего от радости орка, находившегося рядом со мной на коне. Он с таким ужасом взглянул на меня, но даже ничего не успел произнести. Ранение было смертельным. Из его артерии щедро брызнула кровь. Он буквально захлебнулся, а после грохнулся с коня.

Раздавшийся шум остановил сражение. Все орки прекратили бой, А Ивэна — взвизгнула.

Все замерло в одно мгновение. Присутствующие с удивлением воззрились на меня. А я опустила взгляд на свои ладони.

Я собственными руками убила живое существо!!!

Не могла поверить в это!

Меня всю затрясло. Кинжал выпал из непослушных пальцев. После этого громкого звука, раздавшегося среди невольной тишины, приспешники орка северных земель взревели на меня, проклиная, рыча. Одним мощным рывком кто-то из них стянул меня с коня. Я упала на пол, болезненно ударившись.

События в очередной раз завертелись-закружились. Я перестала что-либо понимать в этой какофонии звуков: скрещивающихся клинков; воинственных кличей. В зале стало так хаотично, что я уже ничего не понимала. Я просто стояла коленями на полу, глядя безотрывно на свои красные от крови ладони, а рядом топтались огромные мужские ноги. Помню, позднее меня кто-то взял за плечи и насильно поднял на ноги.

Я оказалась с двух сторон защищена мощными мужскими телами.

— Глупая, зачем ты это сделала? Наши орки уже были рядом. Глупая! — услышала шепот Крегана, почувствовала его ласковую руку, которая в успокаивающем жесте погладила меня по щеке.

— Ты никогда не должна пачкать свои руки! — гневно прошептал Таргаль. — Мы хотели заманить урода в замок и здесь разделаться заодно и с двойником. Надо было только подождать помощи!

Я плохо понимала, что мужчины рассказывали. Было тяжело сконцентрироваться. Меня всю трясло от смеси ядерных эмоций, от того, что совершила убийство ради спасения мужей. Ничто не помогало пока успокоиться.

Однако я будто очнулась от длительного наваждения. Улыбнулась сквозь слезы и засмеялась, когда услышала Крегана:

— Вот видишь, ты все еще та… та самая Снежок-Беляночка… И ты любишь нас…