Глава 6

Следующие двое суток я провела, как в настоящему аду. Пряталась в переулках, в заброшенных домах, надолго нигде не оставалась, от голода уже сводило живот, а пила я дождевую воду. И спать я себе не позволяла, лишь урывками, когда от усталости отключалась.

Я была испуганная, дрожащая, уставшая, морально измотанная. В ужасе реагировала на каждый звук и постоянно оглядывалась, прислушивалась. А еще невероятно голодная и замученная жаждой, в рваной одежде — вот такой стала некогда уважаемая королева орочьего великого народа.

Но несмотря на все трудности, я старалась не падать духом и терпеть тяготы, ведь теперь у меня была важная цель: восстановить справедливость и остановить угрозу в виде Оргрима.

Как все-таки зла судьба! Она в очередной раз одарила меня неприятностями.

По итогу, случилось ужасное. То, чего больше всего боялась. Видимо, я была слишком уставшей, потеряла бдительность и потеряла сознание. Поэтому чужих шагов не услышала и не успела сменить укрытие. Меня схватили в заброшенной конюшне. Сразу скрутили, связали рот, руки и ноги. На глаза натянули повязку и куда-то потащили.

Так, в полном неведении и страхе, я провела многие тяжелые часы. Я лишь понимала, что находилась в повозке, которая ехала. Стало быть, меня куда-то везли. А что собирались сделать? Было неизвестно. Вернее известно. Убить. Так ведь хотели коварные заговорщики: Оргрим и его напарница Ивэна.

Признаться, в это время у меня уже и силы будто бы закончились бороться и противостоять. Однако все эти долгие минуты я пыталась настроиться и приободриться. Ведь от меня теперь зависела жизнь моей семьи! Любимых и детей! Наши земли! Жизнь целого народа оказалась в опасности!

Я должна быть сильной! Война не закончена!

В какой-то момент я заснула. Вероятно, накопившиеся стресс и усталость сморили тело. И очнулась лишь, когда меня грубо встряхнули. А после вытащили из повозки и толкнули в спину, побуждая идти. Повязку все еще не снимали. Что уж. Я не сопротивлялась. Пока не владела всей информацией, выполняла требования похитителей. Не накаляла обстановку, не злила их.

Снова подтолкнули — и я едва не потеряла равновесие. Некоторое время меня куда-то направляли, я покорно шла.

Затем с меня неожиданно стянули повязку и я резко зажмурилась. Было непривычно видеть яркий свет. Поморгав несколько раз, спустя время я увидела, что находилась в бане. Кроме меня здесь были еще трое орчих. Они суетились. Беспрерывно бегали туда-сюда. Готовили, видимо, баню для дальнейших водных процедур.

Вскоре двое женщин приблизились, стянули с меня плащ. Предупреждающе грозно посмотрели. Мол, будешь сопротивляться — отведаешь нашей силушки.

Я была дезориентирована, не знала и не понимала, к чему нужно было готовиться, где находилась и когда уже явятся враги? Но больше всего не понимала, зачем они мыли жертву перед казнью?

— Куда вы меня привели⁈ Что вы со мной делаете⁈ Помните, я — жена правителей Калирона! Вы не можете со мной так поступать! Вас накажут! — воспротивилась я.

— Жена? Ха-ха! Молчи, потаскуха! — очень оскорбительно ответила старшая орчиха, неприязненно фыркнув.

Она потянулась ко мне. Грубо содрала мое довольно потрепанное платье. Следом женщины избавили меня от панталон. И сорочки.

Я оказалась совершенно нагой.

Конечно, этим грубым женщинам было невозможно сопротивляться. Что я одна против троих крупных орчих?

После они принялись тщательно мыть меня в несколько рук. Хорошенько отмывали, волосы несколько раз намыливали и смывали. Они делали все молча и усердно. Но одна из орчих постоянно причитала и негодовала:

— О, силы небесные, во что превратились такие прекрасные локоны! Где она скиталась? О, ужас!

Я не обращала внимания, признаться, давно было все равно, как я выглядела. Волновало лишь одно: моя семья и судьба нашего народа.

Да, я знатно похудела, ведь последние дни я выживала, скрывалась и спасалась. Оказалось, зря. Осталось немного — и расправа свершится. Никто и не узнает вражеского коварного замысла. Никто не узнает подмены. А любимые вечно будут считать меня предательницей и потаскухой.

Тяжелые эмоции беспощадно накатывали. Состояние становилось все более мрачным. Я ощутила безысходность.

Пока женщины в несколько рук старательно втирали масла в мою высушенную кожу и расплетали сбитые в клок волосы, горькие слезы мощным потоком заструились по щекам.

— Ох, госпожа… — вдруг обратилась одна из орчих, вызвав удивление.

— Молчи, Граша! Забыла, господа наказали молчать, дуреха!! — тут же спохватилась вторая, более зрелая орчиха, приказав ее напарнице не проявлять эмоций.

Это показалось странным…

Когда волосы заплели в многочисленные косички, мне дали кусок хлеба и какой-то отвар. Я не отказалась. С жадностью поглотила ломоть хлеба и быстро опустошила кружку. Ведь все последние дни я голодала. И была измучена жаждой.

К моему удивлению, одежду так и не дали. А лишь надели повязку на глаза и приказали идти. На просьбу: дать хоть что-то прикрыться, грубо подтолкнули вперед и прикрикнули:

— Не велено!

Я очень боялась того, что ждало впереди. Чувствовала себя крайне уязвимой, обреченной, выбитой! Я совершенно не знала, как спастись, как все изменить? Попробовать договориться с орком северных земель?

К тому моменту, когда мы прибыли к назначенному месту, я вся тряслась от паники. Повязка на глазах не позволяла увидеть происходящее и от этого было во много раз страшнее.

— Куда вы меня привели? Отвечайте! Что вы собираетесь сделать⁈ — в панике крикнула я, уже злясь на ужасные обстоятельства.

Мне не ответили. Лишь еще раз подтолкнули, после чего оставили в покое. Я услышала отдалявшиеся шаги. Видимо, орчихи уходили.

Я взволнованно выдохнула и, не долго думая, дрожащими руками потянулась к повязке. И только попыталась ее убрать, как меня резко остановили. Чужие руки перехватили и уже в следующее мгновение я ощутила, как запястий коснулся холодный металл. Послышался громкий щелчок: руки сковали. Видимо, кандалами. Следом то же самое было проделано и с моими ногами.

Меня распяли, крепко сковав цепями, лишили подвижности.

— Что! Ч-то вы делаете⁈ Отпустите⁈ Отпустите! Не трогайте меня! — я затрепыхалась, попытавшись свести руки, загремев при этом цепями. Но не тут-то было.

Вдруг я ощутила на шее крепкую хватку, даже несколько болезненную. Меня встряхнули, а после в мой рот грубо вошел некий инородный предмет, лишивший возможности говорить.

Я протестующе замычала, но в ответ лишь послышался издевательский «хмык». А далее снова моей шеи коснулась грубая рука, и меня начали принудительно склонять вниз. Я воспротивилась. Замычала еще с большей силой, застучала цепями. Но похититель был намного сильнее.

— М-м-м! — замычала в кляп.

Этот негодяй-орк северных земель собирался воспользоваться мной.

«Не-е-ет! Нет! Если это произойдет — я не выдержу! Умру!» — заплакала я. Слезы заструились, намочили повязку. Меня затрясло от волнения.

Впрочем, злоумышленнику было чихать на эмоциональные терзания добычи. Совсем не церемонясь, он подхватил меня под грудью и под бедрами и поставил коленями на некую поверхность. Теперь я оказалась перед похитителем в позе кошки. Все еще скованная цепями, легко доступная, в слишком откровенной позе. Рука его снова оказалась на моей шее и опять настойчиво наклонила вниз. При этом мои ягодицы еще выше поднялись. Все мои интимные места стали максимально доступны.

Я заревела сильнее, уже панически задергалась-заметалась в цепях. Я сходила с ума от страха!

И вдруг сбоку послышался шумный выдох. А я… я сбилась с толку… перестала реветь и мычать, ведь я что-то почувствовала, чего никак не могло быть. Это показалось слишком странным!

Я явно ощутила знакомый запах…

Любимый родной запах, который узнала бы из множества запахов. Даже таким образом! С закрытыми глазами!

Запах Таргаля!

От этой мысли, словно ток пронзил все тело…

Я не могла ошибиться! Это запах любимого!

Боже! В это невозможно было поверить!

Ощущая, как сердце начало едва не вырываться из груди, я стала тщательно принюхиваться и прислушиваться к окружавшим звукам.

Внезапно моих оттопыренных ягодиц коснулась теплая ладонь и погладила их. Сбоку послышалось движение.

Их было двое.

Голова закружилась от чувств.

После ладонь опять погладила ягодицы, а затем исчезла, чтобы в следующую секунду с резким болезненным ударом опуститься на мой зад.

Я замычала.

Было больно.

— Шлюха…

Прошептал едва слышно похититель.

Таргаль⁈ Любимый!

Из глаз вновь щедро брызнули слезы радости и неимоверного облегчения.

Неужели это были Таргаль и Креган? Неужто они разыскивали меня⁈

Я не могла ошибаться, не могла!

Каждой клеточкой тела я почувствовала дорогих мужей.

Тем временем снова и снова на мой зад прилетали болезненные шлепки. Пока кожа не начала пылать от ударов. Я мычала от боли и безостановочно ревела. Так выходили эмоции.

Вдруг мой зад безжалостно обожгло еще более нестерпимой порцией боли. На сей раз это была не мужская ладонь. А вероятнее всего, плеть. Еще множество унизительных ударов я получила, от бессилия уже даже не могла мычать. И когда боль стала невыносимой, а кожа на ягодицах запылала огнем, они остановились.

Не сделав паузы на отдых, мужчины тут же продолжили дальнейшие действия. Совсем рядом у головы я ощутила чужое присутствие. В то время, как сзади моей плоти коснулись пальцы, сделав несколько движений по нежным лепесткам. Совсем неожиданно и резко они вторглись в лоно. Пальцы начали быстро и грубо входить и выходить в него. Одновременно с этим на волосах я ощутила болезненную хватку. Послышалось шуршание одежды и моей щеки коснулось что-то горячее, влажное. В ноздри тут же ударил еще один любимый запах.

Креган.

Запах любимого Крегана.

Слезы еще большим потоком потекли из глаз, намочили щеки, шею. Я вся затряслась от волнения и чувств!

Я не могла ошибаться!

Я не могла!

Это были любимые!

Интуиция кричала об этом, тело поплыло, а мое лоно потекло водопадом от этого понимания!

Лоно пошло захлюпало от поступательных движений в него пальцами.

Позади послышался довольный хмык. И тогда пальцы выскользнули из него и яростно, с рывка, раздвинув колечко ануса, безжалостно вторглись внутрь, начав теперь в это отверстие совершать поступательные движения.

Затем мое внимание направилось на то, как мой рот внезапно освободили. Точнее грубо извлекли из него тот предмет, лишавший возможности говорить. Но едва я сделала вдох, желая что-то сказать, как в него вошел твердый мужской орган. Не позволив заговорить, большой член поршнем заходил в моем рту.

Хватка на волосах усилилась! Стало невыносимо больно, неудобно, некомфортно! Но все это я была готова терпеть. Ведь я явно узнала знакомый вкус любимого мужчины!

Креган. Таргаль. Я скучала…

Я захныкала от переполнявших чувств… мое сердце сжалось в груди от боли и обиды.

Но пусть так. Пусть они злятся. Лишь бы это было не холодное равнодушие. Быть может, мое тело и страсть излечат их душевные раны, и тогда они прислушаются к объяснениям.

Пока Креган быстро-быстро толкался в мой рот, сзади я ощутила, как пальцы выскользнули из попы, а вместо них к отверстию примкнул горячий член.

Сдавалось, Креган совсем меня не жалел, действовал грубо, не церемонясь, настолько, что я уже не чувствовала рот, слюни вытекали от резких быстрых толчков. Уже послышалось его тяжелое дыхание.

Тут же Таргаль одним резким толчком вошел в анус. Член прекрасно скользнул внутрь по хорошо смазанному входу. И тем не менее было жестко, ведь его орган не жалел меня, а сразу начал двигаться быстро-быстро! Гневно! Мощно!

— У-у-х! Течная шлюха! — злостно высказался Таргаль. — Течешь по каждому члену? Не волнуйся, как настоящая шлюха ты получишь наши члены… получишь в жопу и в рот. Только туда трахают грязных шлюшек вроде тебя-я-я! Ты больше не достойна получить наше семя в лоно!

Слова Таргаля ранили. А я ведь сразу почувствовала вас, любимые! И тело узнало вас! Как же так? Как же вы не доверяете мне⁈

И тело, как всегда, откликнулось на знакомые органы. Не смотря на обиду, боль, дискомфорт — оно запело. Несколько мощных толчков обоих мужчин, и я содрогнулась от мощного оргазма.

Застонала в член Крегана, задрожала.

— Потаскуха… — мою разрядку недовольно прокомментировал Таргаль. — Едва в этой шлюхе оказывается член, как она кончает!

Еще некоторое время в меня толкались с двух сторон крепкие органы любимых. Я терпела, принимала их мощь и бушевавшие энергии. А они изрядно вымещали на мне накопившиеся за это время эмоции, обиды, желания. Я ощущала все: и страсть, и их боль; неприязнь; их злость. Еще много чего. Но я терпела. Хотела удовлетворить их порывы. Только так у нас может случиться конструктивный диалог, и они меня услышат. Так наивно подумала я.

Они, не сговариваясь, начали кончать одновременно. Этому трюку они научились во время нашей совместной жизни. Так и сейчас вышло. Их тела давно настроились на это и до сих пор не забыли. Мы как единый механизм. Целое и неразделимое. Мы не могли быть друг без друга.

Их семени было очень много. Они с громкими хрипами долго кончали в меня. Наполняли рот и попу горячими жидкостями. Но только не лоно… как сказал Таргаль. Теперь они не желали оплодотворять мое лоно. После их любовной гонки я была очень уставшей. Обессилевшей. Измученному телу тяжело было вытерпеть столь мощные порывы. Сколько негодования, энергии они излили!

Вскоре члены выскользнули из обоих отверстий. Я еле живая задышала, захрипела, тщетно пытаясь восстановиться после неописуемой любви.

— Ха… ха… аах.

Тогда же над ухом послышался жесткий голос Крегана:

— Сразу побежала к своему любовничку, как только мы тебя вышвырнули из замка? Как это ожидаемо, сука… Оказывается, ты давно захаживала в гости в его замок, тебя там все знают. И как давно ты сделала нас рогоносцами⁈

Я резко подняла голову, посмотрев туда, где предположительно, находился муж и хрипло, заикаясь попыталась объясниться:

— Нет, любимый, милый, нет, это не…

— Не смей открывать свой грязный рот и лгать!!! — не своим голосом, с невероятной яростью проревел Креган, а потом заново схватил меня за волосы, натянул их и опять членом ворвался в мой рот. Карая своим мощным органом! Повелевая замолчать и не оправдываться.

Таргаль, как и всегда, был значительно спокойнее, поэтому без криков и оров он на всю длину вошел в мою облитую семенем попу и под пошлые звуки начал повторно ритмично таранить мой зад.

— Побудешь приманкой для своего любовничка. А пока мы ждем его с распростертыми объятиями — почему бы тебе нас не удовлетворить? Твоя жопа и рот созданы для этого.

Эта вторая любовная гонка была гораздо дольше, чем первая, в виду того, что мужчины сперва спустили жуткое напряжение, а теперь трахали неспешно. Они доставляли удовольствие исключительно себе, не заботясь обо мне и моем самочувствии. Мое же грязное тело старались особо не трогать, лишь в редких случаях, когда надо было вызвать выделение соков.

Немудрено, что едва они вытащили свои члены, как я отключилась.

Разговора, на который надеялась, не состоялось.