Глава 10. Марк

Ну вот и всё. Точка невозврата пройдена к херам. И вроде как я ничуть не отступаю от привычных мне сценариев, где действует право сильного. Где пришёл, увидел, понимал. Но какого чёрта так не по себе перед моментом икс?

Сегодня начинается второй месяц пребывания Миланы в нашей академии. Её отец платил мне лишь за первый. Был уверен, что у него получится решить всё раньше. Как видно, не вышло.

Но для окончательной очистки совести я пытался связаться с ним вчера. И даже сегодня утром. Глухо. Меня конкретно так мотало между правильным и желаемым. Возможно, продолжало бы, если бы не эта внеплановая тревога с эвакуацией. Я ведь до этого даже избегал Милану, всерьёз думая о том, чтобы вернуться к Максу и вернуть девчонке её реальную соседку.

И да, это было бы по-настоящему благородно с моей стороны. Потому что это был единственный, мать его, шанс, при котором я не тронул бы Милану. Мысль о том, что наш контракт с её отцом, а значит, и его запрет на неё, позади — это, блядь, просто навязчивая пластинка в моей расшатанной до предела башке.

И теперь я слишком ясно понимаю, что буду делать дальше. Наплевать, что в её мире это считается аморальным. Я достаточно распалил нас обоих на построении, когда не удержался, чтобы сделать это на глазах у всех. Просто увидел её, растерянно смотрящую по сторонам, и как переклинило. Но ведь она очень даже откликалась — я не идиот, такие моменты безошибочно секу, даже когда у самого мозги плавятся. Впервые, кстати, так прошибло.

А потому сексу быть. И поскольку невинная скромняга меня даже поцеловать отказывалась — придётся действовать жёстче. Она ведь тоже хочет, просто отрицает перед собой и мной.

Мне нужен просто секс… Я его получу. Вскружить ей голову и превратиться в долбанного романтика — не вариант вообще. Да и мне избавиться от всё более ощутимой зависимости от девчонки надо, а не увязнуть глубже.

Поотрываемся с ней немного… Раскрепощу по-максимум. Потенциал там есть. Желание тоже.

Азарт сделать это укрепляется с каждой минутой после того, как рванул из построения. В душе догонялся. Не столько ради честного соблюдения целибата, который Милане дал, сколько из-за нежелания перебивать эту девчонку какой-либо другой.

Она, кстати, не пришла к нам после пар. Спустил ей это — предсказуемо было. Представляю же, в какой шок поверг её своими прикосновениями. Но пусть привыкает. И к ним, и к своей реакции на них.

В общем, держусь я нормально даже притом, что поздний вечер, а её всё нет. Ближе к ночи начинаю закипать. Но быстро выясняю, где Милана — решила сегодня замутить посиделки с девчонками в группе в комнате одной из них. От меня сбегает, конечно… Некоторое время прямо-таки разрываюсь от желания ворваться туда и вернуть её себе, прям на плечо взвалить, если надо будет. В итоге решаю проявить терпение. Пусть окончательно успокоиться для начала. С остальным успеем…

У неё не будет шансов не заявиться к нам утром — здесь её вещи, а завтра первой парой физра. Как минимум переодеться надо будет, даже если заночует там с девками. Надеюсь, они ей активно жужжат в уши на тему того, какой я охуенный и как Милане со мной повезло.

* * *

Но, блядь, чем ближе перспектива заполучить Милану, тем более нетерпеливым я становлюсь. Ночью спать не выходит. Столько мыслей, столько предвкушений… Я ведь уже не сомневаюсь, что первым у неё буду вот вообще во всём. Со мной познает истинный кайф.

Наверное, именно поэтому я сейчас такой мягкий и просто жду, а не действую резко. Надеюсь, Милана не наделает глупостей и будет стоить таких послаблений…

Предсказуемо заявляется под утро. Я в это время в постели лежу, хоть и ни разу не сплю. Но зачем-то отворачиваюсь к стене, когда слышу, как девчонка на цыпочках крадётся там в коридоре. Какая вдруг стеснительная. Как будто это не она прижималась та ко мне якобы не заметно, стонала, дрожала и текла. Я ведь даже сквозь трусики ощутил влагу и примерно тогда и понял, что пора заканчивать, пока не наплевал на всё и не трахнул Милану прямо там. Потому и ушёл резко, а не от её робких попыток меня образумить.

Прислушиваюсь к её движениям… Заходит в комнату, прям так медленно двигается, что явно за каждым шорохом следит. Разбудить меня боится. Даже раздражает этим немного. Прям снова пропасть между нами подчёркивает. А я тут как бы собираюсь перепрыгнуть её одним прыжком.

Судя по звукам, девчонка сейчас в ванную собирается. Сглатываю, вспомнив, как уже видел её там, абсолютно голую, с поблёскивающими каплями воды на нежном теле, чуть дрожащую и такую открытую, доверчиво на меня смотрящую…

Нахрен ждать. И так слишком долго это делал. Не намерен больше — у меня как бы реально есть возможность не только снова увидеть эту соблазнительную картинку, но и влезть в неё.

— Ты где была? — резко спрашиваю, садясь на кровати.

Милана аж всем телом забавно вздрагивает, прижимая к себе полотенце, которым, видимо, решила сменить то, что в ванной висит. А я непреклонно смотрю ей в глаза, давая понять, что требую ответа.

Хотя, конечно, прекрасно знаю, где она была. Но, во-первых, пусть Милана посвободнее себя чувствует, не зная, что тут повсюду мои типа шпионы. А во-вторых… Хочу убедиться, что, несмотря на её периодические проявления недовольства в мой адрес, Милана не осмелится мне открыто противостоять.

Ведь именно от этого зависит успех моей задумки.

— С Андреем гуляла, — не сразу отвечает она.

Причём, блядь, врёт. Охренеть как неожиданно и непонятно, зачем. Я аж напрягаюсь и в ступор какой-то погружаюсь, но, к счастью, ненадолго.

Вдруг доходит, что она им… Прикрывается. Своеобразно прячется от меня после того, что между нами произошло.

Пф-ф… Наивная. Упоминание слизняка у меня даже ревности не вызывает — он-то обломается. В отличие от меня.

Кстати, об этом…

В два счёта догоняю уже приближающуюся к ванной Милану — пошла туда, пока я завис, охуевая от её ответа. Не стала никаких комментариев моих ждать, будто ей тупо наплевать. Но что ж… Она в верном направлении всё равно. Только пойдём мы в ванную вместе.

Разворачиваю девчонку к себе.

— Больше никаких Андреев, — обозначаю в её растерянное лицо. — Знаю, что тебе на него похер, но он явно не прочь залезть тебе в трусики.

Милана аж глаза распахивает и заметно краснеет от таких вот прямых словечек от меня. Ну как бы… Пусть привыкает. Скоро и действия пойдут.

— А поскольку в ближайшее время там побываю я и намерен неоднократно это повторять, никаких других парней с лишними намерениями в твоём окружении быть не должно, — с удовольствием подмечаю, наслаждаясь даже тем, какое замешательство у Миланы теперь на лице. Ещё бы, ведь я утверждаю без лишних колебаний. — Я, в свою очередь, тоже обещаю, что секс у меня на этот период будет только с тобой. Хотя я и так пока ни с кем не был с того нашего разговора, — с ухмылкой, но серьёзно добавляю.

Пусть хоть заценит. Я вообще-то ещё никогда ради кого-то себя не ограничивал.

Но Милана сверлит меня таким ошеломлённо негодующим взглядом, что прям очевидно, что её куда больше впечатляют другие мои слова.

— Ч-что? — наконец выдавливает она. — С чего ты вообще взял, что… — ну вот, так резко начинала, а закончить не может. Теряется.

Милаха она всё-таки. Невинная. Моя.

— Что ты будешь со мной трахаться? — насмешливо заканчиваю сам. — Ну… — тяну намеренно многозначительно, выискивая файл своеобразного контракта с её отцом у меня на телефоне. — Вот. Какой там срок?

Хмурая Милана сосредоточенно бегает взглядом по открывшимся строчкам, явно пытаясь сообразить, как это связано с моей наглостью.

— Как видишь, бабло твоего отца я уже отработал. Контракт он со мной не продлевал, — неожиданно для себя осекаюсь на мгновение: вдруг простреливает мыслью, что ведь даже не ответил. Вдруг у него что-то случилось? Именно поэтому я ведь и выбираю такую формулировку, мол, не продлил, а не тупо не ответил. Не стоит пока Милане это знать: лучше сам всё выясню. — А ты при этом остаёшься в академии. И если лишишься моего покровительства, на тебя тут же набросятся. Потому что пока ты была под моей зашитой, кое-кто копил злобу по этому поводу. Как минимум, те уёбки, что к тебе заявились в первый день.

И ведь не сказать, что я сгущаю краски, чтобы Милана охотнее согласилась. По факту реально что угодно произойти может — пусть и не сразу. Сначала всякие мудаки и мудачки захотят убедиться, что мне теперь реально побоку, что будет с девчонкой. А я… Впрочем, нафига думать, как в этом случае поведу себя я, когда Милана не дура? Должна и сама понимать, что лучше поддаться своим желаниям ко мне и жить тут припеваючи, чем нарываться непонятно на что.

— Я всё равно не улавливаю… — задумчиво бросает она, хмурясь ещё сильнее. — Раз папа не продлевает контракт, значит, ты возвращаешься к Максу, а ко мне возвращается моя настоящая соседка. И мои проблемы в таком случае только мои, разве нет? Не твоя забота, как я их решу.

Воу, кто-то характер показывает? Вот только в глаза мне при это не смотрит, стесняется-боится.

— Нет, это значит другое, — непреклонно сообщаю, и похуй мне на мораль. Если надо, надавлю. Сама ведь этого хочет. — Это значит, что теперь у меня новый контракт. С тобой. На других условиях.

— Я на это не подписывалась, — Милана довольно резко, почти грубо, возвращает мне телефон.

— Придётся, — спокойно заявляю, хотя бесит, что она даже условия послушать не хочет. Ну и пускай они очевидные… — Я нужен тебе. Ты нужна мне.

Милана качает головой, и меня прямо-таки подрывает доказать ей делом справедливость каждого моего утверждения. Кстати, её губы на вкус я так и не попробовал. Может, самое время засосать?

Я уже почти совершаю нужный рывок, как сталкиваюсь с её взглядом. Милана напугана. Слишком ощутимо, хоть и пытается держаться уверенно.

Блядь…

По-другому надо. Я ведь не такую её реакцию хочу.

— Тебе не нужно меня бояться и прятаться от меня, — почти мягко заявляю. — У меня есть то, что нужно тебе, а у тебя есть то, что нужно мне. Я на твоей стороне. Со мной тебе будет хорошо и уверен, ты уже это прочувствовала. Твоё тело уже очень даже за. Регулярный секс в обмен на мою защиту — со всех сторон выгодная для тебя сделка. Лучшего парня на роль своего первого ты не найдёшь. Просто отключи голову и поддайся желаниям…

* * *

Охренеть. Аж обжигает неожиданная пощёчина. Ощущается куда сильнее, чем тот последний удар Миланы на первой тренировке, а ведь именно тогда она била изо всех сил.

А сейчас-то нахрена? Я был уверен, что сказал чуть ли не самую нежную речь в моей жизни. Слова подбирал.

— Совсем попутала? — жёстко выпаливаю, ведь пусть я когда-то давал разрешение, провоцировал даже, то было в пролом. Просто так меня лупить никто не осмеливался никогда.

Я ей не какой-нибудь сопляк типа Андрюши.

— Всего лишь отключила голову и поддалась желаниям, — не теряется от моего тона Милана, сверкая гневным взглядом. Понятно, на эмоциях страх потеряла. — Поверь, именно это сейчас самое сильное.

— На вчерашнем построении ты демонстрировала другое, — нахально заявляю, как-то быстро успокоившись и даже нездорово кайфуя от её сопротивления. Всё равно ведь сдастся, выбора у неё толком нет. — Когда стонала и текла от меня, помнишь? — приближаюсь.

Милана предсказуемо отступает. У стенки на этот раз, значит, зажму. Она вот уже на несколько шагов от спины девчонки.

— Это была игра, — шипит.

— У тебя в трусах тоже? — ухмыляюсь. — Ты хоть трогала себя потом? Знаешь, как там было мокро?

Знаю, что собирался мягче, но Милана сама нарвалась. Её упрямство, конечно, вызывает азарт, но и подбешивает тем, что откуда-то появляется долбанный совершенно мне несвойственный страх проиграть. Я словно вполне допускаю, что она в итоге может мне отказать, а это уже ни в какие ворота!

Вот и сейчас смотрит всё более враждебно, вместо того, чтобы хотя бы покраснеть на моё напоминание о вчерашнем. Или хотя бы попытаться мне возражать, конечно, неумело, но всё же. Нет, блядь, смотрит, как на дерьмо, даже ответа недостойное.

Напираю ещё сильнее. Глазами прожигаю губы. Каждую их линию. И эту заманчивую ямочку на нижней тоже…

Блядь. Я словно уже чувствую их вкус, аж обволакивает и штырит враз. Просто нахрен от мысли! И губы покалывает от жажды ощутить сполна…

— Не смей, — как холодной водой обдаёт суровый голос Миланы. Тренировки ей явно на пользу пошли так со мной разговаривать? — Ты не имеешь права.

Тяжёлый вздох сейчас как необходимость просто. Хоть как-то держаться. Во всех нахрен смыслах. Возможно, до Миланы просто не доходит вся серьёзность ситуации?

А она настолько зашкаливает, эта серьёзность, что словно вопрос жизни и смерти уже.

— Как раз именно это право я и собираюсь получить, — напоминаю почти спокойно.

Долбанное почти… Меня всё ещё ведёт и голос безнадёжно хрипит. А ещё по эмоциям нехило так мотает. Реально не припомню, чтобы ещё какая-то девчонка так действовала, практически мозги вышибала своими присутствием и отпором.

— Ни-ког-да, — давит мне по слогам, как бы подчёркивая.

Ещё и взглядом это подтверждает. Там разве что не табличка: «Не подходи — убьёт».

Я люблю вызовы. Но что-то как-то этот её взгляд не воспринимается им. Это точно та же девочка, которая млела от меня буквально вчера?

Что ей не так? Я же буквально на себя взял всю ответственность за наш секс, ей ни к чему чувствовать себя неправильной или что там за херня у неё в башке. Пусть думает, что свою часть обязательств выполняет и кайфует.

Разве я сейчас в чём-то пережестил? Наоборот же, охуенно мягкий. Даже пощёчину её с рук спустил и на тон этот враждебный не реагирую.

Ну почти… Потому что это давящее молчание, подчёркивающее сказанное ею слово, уже выносит:

— Ты совсем что ли? — давлю, наверняка в этот момент тоже полыхая взглядом. — У тебя проблемы будут.

Кто, блядь, на её месте вообще бы выбрал разорвать какой-либо контракт и остаться без моего покровительства? Да девчонки и без него готовы!

— Ты мне их организуешь? — внезапно выпаливает вконец охуевшая Милана.

Это она мне идею подаёт?

* * *

— А даже если да? — бросаю с вызовом. — Думаешь, стоит меня провоцировать?

Сука, как же бесит, что я чуть ли не как насильник говорю. Милана наверняка думает, что я давлю и даю выбор без выбора. Хотя вообще-то изначально я предлагал ей охуенное для нас обоих решение. Нахрена она так отчаянно отрицает это?

— Ты вроде как говорил, что я не должна тебя бояться, — чуть дрожащим голосом напоминает мне Милана. — Или это была ложь?

Ну вот, уже угрозу считывает, воззвать ко мне пытается. Ещё чуть-чуть, и будет сопливая речь по типу того, что я лучше, чем думаю сам?

— Зачем ты всё усложняешь? — слегка подаюсь к ней. Всё ещё сдержанный. Чудом каким-то.

— Это я усложняю? — она как-то нервно смеётся. — Ну ты… Впрочем, ладно. Всё равно не поймёшь.

— Ну так объясни, — почти спокойно требую, хотя внутри всё уже клокочет от злости и возбуждения.

Милана ведь вполне допускает, что я ей трэш буду в академии устраивать руками других, пока не сдастся мне. И при этом всё равно, блядь, не допускает мысль быть со мной. Пиздец смелой стала? Или я настолько противен?

— Спасибо за тренировки, — неожиданно говорит она совсем другое. — И за то, что честно выполнял контракт с моим папой, включая и его запрет сближаться со мной, как с девушкой.

Напрягаюсь. Что-то мне эти её почти мягкие благодарности не нравятся. Не похоже, что сулят что-то хорошее.

— Контракта больше нет, — на всякий случай напоминаю почему-то сипло.

— Я знаю. Потому и благодарю: твои тренировки помогут мне справляться самостоятельно. Вернёшь мне соседку? — спрашивает, блядь, почти дружелюбно.

Как будто я способен превратиться в пай-мальчика от этих её ноток в голосе и доверчивого взгляда.

А вот ни хера. Смотрю в красивое взволнованное лицо, усиленно пытающееся казаться уверенным, и прямо-таки закипаю.

Всё равно ко мне придёт. Это пока она такая решительная и гордая, а как познает реальность без моего покровительства, долго не продержится. И сейчас с трудом вывозит. Причём передо мной, хотя мне вроде как доверяет. Во как дерзит.

Усмехаюсь.

— Твоя соседка слишком понравилась Максу. Он будет против, — обозначаю насмешливо, играя бровями: пусть сечёт, что там сейчас устраивают те двое. Скорее всего, проводят время куда веселее нас. Макс вряд ли настолько возится, как я. — Да и мне так заебись, останусь тут.

Милана вздрагивает, отступая ещё сильнее. Уже в стену вжимается, хотя я больше не надвигаюсь. Или девчонка нарывается?

Сжимаю челюсть. Эта милаха скорее долбанёт меня ещё раз, чем допустит хотя бы поцелуй. А меня даже от одной мысли о её отпоре колбасит нещадно — так и сдохнуть можно, если реально его ощутить. Без понятия вообще, что со мной происходит рядом с ней.

— Не вижу причин идти тебе навстречу, — провокационно заявляю, с намёком открытым.

Хочет, чтобы я сговорчивым был? С себя пусть начнёт.

— Хорошо, — выдавливает еле-еле. — Я тебя поняла.

— И? — с нажимом интересуюсь, хотя уже и не верю, что сменит гнев на милость.

В её карамельных глазах слишком много чувств — почти паника, недоверие, враждебность и решительность одновременно. Одуряющий микс, где нет ничего из того, что мне нужно.

Ебучий случай какой-то.

— Я пойду в ванную, а потом на пары, — заявляет мне она. — Твоё предложение я, естественно, отклоняю.

— Хорошо подумала? — вкрадчиво интересуюсь, опуская взгляд на её губы.

И как прилип теперь, оторваться не могу. Прям обрушивается на меня всё то, что разрывало все эти дни. Все метания, неудовлетворённость и злость, и так толкает выместить это всё на этих пухлых давно напрашивающихся губах. Собственно, я это и делаю. Удержаться нет шансов и желания тоже.

Столкновение наших губ штырит враз. Едва ли не рычу, сминая её нежные и мягкие чуть ли не яростно. Скольжу языком жаждая ворваться им в ротик. Может, я и в этом первым буду?

Бля-я-ядь… Как же больно-то. Милана долбанула меня коленом между ног, и, судя по всему, не в первый раз, а я только заметил. Как пьяный был от одного только соприкосновения.

Зато теперь инстинктивно отрываюсь от неё, чуть ли не шатаясь. Между ног буквально режет. А ведь там и без того уже давно ноет из-за Миланы. И морально, и физически мне по яйцам даёт.

А ведь знал, что оттолкнёт. Совсем мозги растерял, сунулся, на что только рассчитывал?

— Ещё как ещё раз прикоснёшься ко мне, я… Я… — ну давай, поугрожай мне. Есть чем? — Я всё папе расскажу!

Смеюсь в голос. Серьёзно? Даже в детстве в моём кругу было зашкварно так говорить, а она уже не ребёнок давно. Нашла, блядь, чем пугать. Звучит-то как. Грозно пиздец. Сказать бы ей, что её отец даже со мной на связь не выходит, а с ней уж тем более не станет. Насколько я знаю, весь месяц этого не делал.

А мне только и остаётся, что ржать над этим всем. Потому что я без понятия, что ещё тут делать, когда Милана, ловко юркнув, сбегает от меня в ванную, сразу запираясь там. Хоть выйдет вообще?

Меня, конечно, многие боятся, но чтобы девчонки, которых хочу… М-да. Давно я таким оплёванным себя не чувствовал.

Смех как-то резко утихает сам собой, когда Милана включает воду там, в ванной. Вместо этого чуть ли не падаю на ту самую стенку, в которую девчонка вжималась. Как псих, втягиваю носом запах. Такое ощущение, что всё ещё есть что-то от неё на этой холодной бетонной херне. Медовое что-то…

— Херов детский сад, Милана! — рычу, даже не зная, на что.

Не согласилась на приятное и выгодное предложение, ударила, папе обещала настучать… Хочет войны?

Только вот пощады придётся просить на коленях.