Глава 1 Начало

— Этни, какая ты красивая! — сестры всплеснули руками, а я поморщилась, когда модистка вогнала булавку прямо под кожу, будто я подушечка для иголок.

Наша старенькая швея, даже будучи подслеповатой, никогда бы такого не допустила, но эту я видела второй раз с начала недели. Ее прислал дом Кридхеду, а кто мы такие, чтобы спорить с одним из самых влиятельных домов королевства.

Наш дом Гленуэ владеет обширными плодородными землями и регулярно поставляет урожай королю, у нас было то, что называют «золотой серединой». Все, кроме моего резерва, будь он неладен. Когда новый Великий Магистр пожелал связать себя узами брака, агенты стали стучаться в каждый благородный дом и замерять уровень резерва у всех незамужних девиц. Не обязательно быть сильной магичкой, чтобы стать подходящей кандидатурой — достаточно иметь большой запас сил, из которого супруг мог бы черпать. Как известно, сильным магам жизненно необходимы энергообмен и энерговосстановление, и лучше всего их брать у своей «законной половины».

Кто-то, например, сестры Феанаган, лучшие выпускницы пансиона для магически одаренных девиц, ждали оглашения вердиктов с надеждой — и почти с уверенностью, что выберут кого-то из них. Для многих породниться с семьей Магистра было почетно, для кого-то это был путь к благосостоянию. Насколько я могла понять по шепоткам в замке, выложили за меня немало. Кто-то, понимающий, что никогда не попадет под критерий, сыпал предостережениями.

В глазах света на меня не иначе как упала милость богов. Когда к нам прибыл посыльный от магистра, домашние были, мягко говоря, в шоке. Кроме старой няньки, которая тихо сжала мое плечо.

… Помню, как пятилетней девочкой сидела на корточках на заднем дворе. На моих коленях — белая птица. Ее забили камнями жестокие дети мельника, а я сидела и раскачивалась, как маятник, ничего не видя от слез. В какой-то момент что-то пощекотало ладонь, затем возникло чувство, будто по мне кто-то ходит…кто-то очень маленький, вроде цыпленка. Голубка, которая была мертвой, отряхивала перья с темными следами крови, но выглядела целой и невредимой.

— Боги услышали мои молитвы! Правда, нянюшка?

Старая Бекума, смотревшая за мной, подперев тяжелый подбородок, тяжело вздохнула.

Я рассказала сестрам, но они не поверили, а родители и вовсе отмахнулись.

Позже похожие случаи повторялись, мне удавалось упросить богов дать живому существу второй шанс. Когда я подросла, нянька посоветовала молчать.

— Понимаешь, Этни, в тебе может быть заложена большая сила. Плохие люди способны завладеть ею и использовать во зло.

Нельзя говорить? Невелика проблема. Но я все равно думала, что дело не в моей «якобы силе», а в том, что меня слышат боги. А может, в этом она и заключается? Жаль, испытать ее на людях не довелось — однажды, когда я тайком убежала в нижний город, помочь поварихе, заболевшей воспицей*, меня очень быстро нашли и пригрозили высечь.

Похоже, что мой «дар» и резевр, достаточный для самого Великого Магистра — взаимосвязанные вещи. Поэтому приходилось терпеть и часами стоять под тяжестью длинного парчового одеяния — какой бы красивой ни была ткань, ее красота меня не трогала.

Гвервил и Гвендолен охают на все лады — и так хочется пожелать им оказаться на моем месте. Нет, не могу, все же они мои сестры. Никому не пожелаю испытать тот страх неизвестности перед будущим, что охватывал меня.

Я не хотела ехать в столицу, где Великий Магистр заправлял своим орденом, я не хотела менять привычный уклад. Бросать семью.

И от Магистра не сбежать даже на край света — найдут и притащат связанную по рукам и ногам, чтобы… О боги-создатели… Едва я начинаю об этом думать, перед глазами предательски темнеет. Я не хочу, не хочу! Хватает и того, что абсолютно посторонний человек будет брать мою жизненную силу, выкупленную у отца — матушка уже обновляет галерею внутреннего дворика, возможно, это больно… Слухи о беспощадных ритуалах ордена обсуждают даже кухарки.

Стыдно признаться, но мне банально страшно.

Наконец модистка уходит, мне помогают избавиться от багряного наряда, подошедшего бы для проводов в последний путь, и меня обступают сестры. Старшая Гвер с медными косами, уложенными в высокую прическу, и младшая Гвен с золотыми волнами, струящимися по спине. У меня сегодня нечто среднее — пряди у висков забраны в косицы и переплетены, схваченные серебряной заколкой со знаком дома — скромным цветком вереска, остальные волосы распущены.

— Матушка сказала, что мы поедем с тобой, — Гвер выглядела воодушевленной, — она считает, что столичная жизнь пойдет нам на пользу.

— Мы сможем найти себе достойную партию, — младшая, как всегда, была прямой, как палка, — если будут милостивы боги, то почти такую же удачную, как у тебя.

Я с размаху упала в кресло, болтая носками туфель. Похоже, в чем-то убедить сестер, чьи медноволосые головы начисто промыты и до блеска натерты матушкиными наставлениями, не представляется возможным.

— Не сердись на них, — старая Бекума тихо вошла и присела рядом, — а я вот что скажу, — ее морщинистая рука осторожно сжала мою, — меньше слушай болтовню слуг и досужие сплетни. Каждый маг ордена берет себе жену, и еще ни одна не ушла из жизни в расцвете лет. Многие блистают на балах и годами сохраняют молодость — не иначе от мужниной магии перепадает. Обмен этот, энергетический, он двусторонний.

— Откуда ты знаешь столько всего? — я даже выпрямилась и чуть подалась вперед.

— Я слушаю тех, кого следует. Так что успокойся и не тревожь себя понапрасну. Иначе к алтарю пойдет не огненная, а седая Этни. А мы этого не хотим… — она мягко улыбнулась, поправляя мои от природы вьющиеся пряди.

Старая женщина хотела успокоить, но при упоминании алтаря голова снова закружилась, а перед глазами появились черные мошки.

— Но как же любовь, нянюшка? Разве это не главное в… браке? — даже произнести было сложно, не то что представить.

— Ты его даже не видела, дай вам обоим шанс.

— А если он… старый и безобразный?

Вдобавок ко всему прочему.

Новый Великий Магистр прибыл в столицу по приказу короля год назад, и никто не мог прознать, кто он и откуда. На балах он не появлялся, а редкие встречные видели только высокую фигуру в традиционной для магов мантии, с капюшоном, полностью закрывающим лицо. Когда только начиналась шумиха с «отбором невест», все пытались правдами и неправдами достать его портрет, но безуспешно.

— Ежели так, твоя благая сила превратит его в молодого и прекрасного, — полушутя прошептала нянька и приложила палец к губам, после чего мы обе рассмеялись. Я — почти истерическим смехом.

Будь все так просто, Бекума стала бы первой, кого я наградила бы второй молодостью.

*оспа