Глава 35. Настя

– Итак, Малинка… – говорит Тагир после ухода Валида. – Какие коварные цели ты преследовала, спасая меня?

Хлопаю ресницами, не зная, к чему он ведёт?!

Потом до меня доходит, и я сержусь.

– Убить тебя хотела. Доволен?! Именно этого ответа ты ждёшь. Будешь слышать то, что хочешь. А теперь пристрели меня и закончим…

Я глубоко и часто дышу. Распрямляю плечи и закрываю глаза. Пусть пристрелит! Надоело мучиться. Лучше в гробу лежать, чем чувствовать, как он каждый день уничтожает мою душу в пыль, вырывает сердце с мясом и плюёт… на мои светлые чувства.

Моей шеи касаются его пальцы. Он ведёт ими ниже и оголяет грудь, дёргая кофточку вниз. Сжимает сосок через ткань тонкого бюстгальтера, катая его как горошинку.

– Пристрелить? – спрашивает хищно. – Ну уж нет! Ты спасла мне жизнь… Значит, должна спасти и от… перевозбуждения! Готова служить своему господину телом?

– Иди к чёрту, господин выискался!

Он рыкает и валит меня на кровать, накрывает сосок горячим ртом, а вторую руку запускает прямо под резинку моих трусиков.

Перед моими глазами начинают летать искорки фейерверка. Я таю и глохну от собственных стонов. Тагир активно лижет тугой сосок, потом освобождает второй и так же ласкает его, почти на грани.

– Тагир! Прекрати! Пожалуйста! – хнычу я, пытаясь свести ноги вместе.

Но его широкая ладонь хозяйским жестом накрывает лоно, два длинных, жилистых пальца мгновенно ныряют во влажную дырочку.

– Кто. Твой. Господин!

Тагир долбит меня пальцами, как будто имеет членом. Я ничего не могу поделать – моё тело соскучилось по нему. Принимаю жадные, быстрые толчки как благодать и распахиваю бёдра шире.

– Жду ответа, – замедляется.

Он останавливается, а моё лоно жадно пульсирует в ожидании его дальнейших действий.

Придётся признать поражение.

Я люблю этого грубого головореза, люблю этого жестокого мужчину… Даже не надеясь на ответные чувства.

– Ты мой господин, – говорю на жарком выдохе.

Тагир припадает к моему рту, начиная двигать пальцами в тугой дырочке невероятно быстро и мощно.

За несколько сильных, глубоких рывков я достигаю оргазма и стону о нём в рот своего мучителя.

– Ты моя. Запомни это.

Тагир отрывается от поцелуя, вынимает руку из моих трусиков и проталкивает пальцы в рот.

– Соси, – приказывает. – Почувствуй, как охеренно ты от меня кончаешь…

Я смотрю на него через пелену эйфории. Почти ничего не соображаю. Неужели гордец признал меня и оценил мою помощь?!

– Как только я наберусь сил, затрахаю, – обещает грозным тоном царя. – Сутками будешь в моей постели трудиться… – и снова целует. – Моя Малинка…

⁂

С момента ранения Тагира прошло две недели. Мой сексуальный и грозный бандит быстро пошёл на поправку и заставил меня вытворять в постели такую акробатику, что было и жарко, и стыдно, и хотелось ещё…

Я полностью в нём растворилась. В запретных чувствах, что так долго прятала и не давала им шанса.

Но сейчас, в плену, когда Тагир немного открылся, я тоже распахнула своё сердце ему навстречу.

Он берёт меня. Жёстко дерёт, как шлюху. Но постоянно подчёркивает, что я – Малинка, его сладкая девочка…

Мне нравится, когда он зовёт меня именно так. Пусть у меня уже давным-давно не малиновые волосы, но прозвище – это знак, что я ему дорога, что у него есть светлые чувства. Из прошлого!

Та ниточка не оборвалась!

Мы связаны прочно и крепко. Мы вдвоём. Конечно, грозный криминальный авторитет не признаётся мне в своих чувствах. Но я надеюсь, что я ему дорога тоже. Не как игрушка в постели. Но как нечто большое.

Его Малинка… Только его.

Не может же он врать, когда так неистово глубоко пронзает моё тело стальным, горячим поршнем члена и стонет на ухо горячие слова…

Нет, он тоже любит. Но запрещает себе любить. Однажды настанет день, и он перестанет сдерживать себя.

Но пока я принимаю ту роль, которую он мне отвёл. Однако меня интересует не только постель! Но и жизнь моего отца.

Я осторожно интересуюсь о нём у Тагира. Лицо грозного бандита мгновенно становится жестоким и твёрдым.

– Он хотя бы жив? – спрашиваю с надеждой.

– Разумеется. Так быстро гнусный предатель не умрёт! – обрывает меня Тагир и выходит из спальни, оставляя наедине с мыслями.

Возможно, однажды Тагир сможет принять извинения моего отца?! Иногда нужно давать людям второй шанс. Папа может искренне раскаяться в содеянном.

Этим же вечером в доме Тагира появляется Валид. Он горячо приветствует своего брата. Мужики обнимают, хлопают друг друга по спине, и садятся за накрытый стол. Валид хмыкает:

– Твоя пленница выглядит довольной. Она получает много палок в постели?

– Закрой свой рот, похабник! Не при ней же!

Тагир довольно хватает меня за талию и щиплет за задницу.

– Посиди у себя, Настя. Мне нужно с братом обсудить важные дела. Мужские… Пока можешь выбрать что-нибудь из одежды, – намекает горячим взглядом на то, чтобы я выбрала бельё посексуальнее и ждала его в постели.

Я лечу довольной бабочкой и исполняю просьбу своего мужчины, сгорая от нетерпения. Даже пробую ласкать себя и трогаю узкую дырочку, дразня, предвкушая жаркий секс со своим любимым бандитом…

Однако разговор затягивается. В доме жарко натоплено и душно. Чтобы освежиться, я набрасываю халат на тело и спускаюсь вниз, чтобы прогуляться по террасе.

Воздух довольно прохладный и освежает меня мгновенно. Остатки сна вылетают из головы, я разглядываю территорию возле дома, любуясь светом фонарей.

Возможно, рядом с Тагиром я смогу найти своё место в жизни. Он уже не обращается со мной так зверски, но держит при себе, словно свою Женщину. Если бы не тягостное начало наших отношений, можно было бы думать, что мы простая пара.

Внезапно я слышу приглушённые голоса справа. Задумавшись, я забрела в самый угол террасы. Голоса становятся громче и громче. Мужской голос, низкий смех…

Я узнаю в них Тагира и Валида. Нужно выйти и показать себя, но будет выглядеть довольно глупо! Я решаю остаться на месте, затаив дыхание. Если они меня заметят, так тому и быть. Скажу, что просто не хотела мешать им.

Мужчины вышли покурить: слышу, как чиркает зажигалка.

– Ну, брат… Теперь ты спокоен? – уточняет Валид.

– Хер его знает, – с протяжным вдохом отвечает Тагир. – Думал, будет легче. Ни хрена. Только болит меньше…

– Смерть предателя тебя не удовлетворила? – небрежно спрашивает Валид.

Я коченею на месте. Зажимаю рот ладонями. Смерть предателя?! Смерть моего отца?!

Но как?!

Как… это может быть?!

Тагир сказал, что отец жив… Он не мог соврать мне. Не мог же!

Или мог?!

Вдруг я просто стала для него удобной игрушкой в постели. Но кровавые планы на месть остались при нём.

– Нет, брат. Ситуация была такая… Непростая. Он сдох, конечно. Я его труп видел. Но мёртвых этим не вернуть.

– Да, брат. Это жизненная правда. Месть нужна живым. Не мёртвым. Бабосы все тряханул? – уточняет Валид.

– Млять, эта гнида растранжирила дохерища! Денег было меньше, чем я ожидал…

– Жировать, знаешь ли, дорого… Жизнь за границей недешёвая, – говорит Валид.

Голоса становятся тише. Мужчины удаляются.

А я стою едва живая. Наполовину мёртвая.

Слёзы горошинами катятся из глаз.

Тагир всё-таки убил.

Убил моего папу.

Нет! Боже, прошу, нет!

Пусть это будет ложь…

Папа.

Неужели это всё?

Конец. Для него. Для нас.

Я его никогда не увижу.

Просто не вериться…

Прислоняюсь к стене спиной. Закрыв руками лицо, скольжу вниз, мечтая просто навсегда исчезнуть из этого проклятого, бездушного мира.

Жестокий. Хладнокровный. Убийца… Головорез проклятый!

Зря… Зря я дала шанс своим чувствам.

Отныне они мертвы.

А я ненавижу Тагира ещё больше, чем до всех событий.

Не могу больше находиться при нём. Его руки в крови моего отца. Меня стошнит, если он полезет этими ручищами в мои трусики.

Надо бежать! Бежать любой ценой.

Пусть лучше меня пристрелят при попытке побега. Пусть я умру. Так лучше, чем лежать под убийцей отца и раздвигать для него ноги.