Глава 34. Настя

– Воды. Валид… Воды…

Из горла Тагира вырывается гортанный, низкий хрип.

Я вскакиваю на кресле, протирая глаза. Полностью дезориентирована. Последние полтора суток я дежурю возле кровати бандита. Он не приходил в сознание, метался по кровати, мыча что-то. Но сейчас он начал шептать слова.

– Сейчас… Я сейчас подам тебе воды, – обещаю ему.

Подскочив, пошатываюсь на ровном месте. Перед глазами темнеет. Я едва не падаю, но вовремя хватаюсь за стену ладонью.

Жду, пока пройдёт головокружение. Я почти ничего не ела. Не было аппетита. Только пила. Результат налицо. Я чуть не падаю в обморок. Когда пелена перед глазами спадает, я набираю стакан водой и вставляю в него трубочку, поднося к губам Тагира.

У него заострились скулы и пересохли губы, искусанные до крови. Мне было страшно за его жизнь, но сейчас он начал приходить в себя.

– Ещё! – требует, облизнув губы.

– Валид сказал, что много нельзя. По чуть-чуть…

Он открывает глаза, полные страдания и боли. Смотрит на меня в упор.

– Будешь мучить меня? Отыгрываться за всё, что я сделал? – смеётся хрипло. – Ну давай. Начинай…

Тагир смотрит на меня как на врага.

– Уже отравила воду? – спрашивает.

– Да как ты можешь?!

– Как я могу? Так же как твоя… семья, – пытается даже рыкнуть на меня грозно.

Я аккуратно ставлю стакан на стол и только потом выбегаю из комнаты.

– Тру… сиха! – бросает мне в спину Тагир. – Слабачка!

Новый приступ слёз лишает меня возможности видеть. Я вылетаю в коридор, делаю шаг или два, но мгновенно натыкаюсь на что-то твёрдое.

– Осторожнее. Убиться можешь!

Это Валид, брат Тагира. Только он один настолько массивный и видный в этом доме.

Он держит меня за плечи и не позволяет уйти. Напротив, он крепко хватает меня за плечо и заводит обратно в комнату.

Я бьюсь в его руках, словно в истерике.

– Отпусти! Отпусти! – требую я.

– Стой ровно! – цыкает мужчина. – Стой, млять, ровно! Ты, Тагир, не прав! – повышает голос Валид, глядя на брата. – Она не трусиха. Если бы не она… Тебе была бы хана. Каюк. Трындец. Смерть уже пришла за тобой. Я пытался сам извлечь пулю, но не мог. Она… Настя сделала это. Сама. Не струсила. Не грохнулась в обморок. Она не трусиха. Но спасла тебе жизнь! – говорит воодушевлённо с и благодарностью.

Тагир смотрит на брата с непонятным выражением. Конечно, ему трудно признать, что дочь врага может спасти жизнь тому, кто измывается над её отцом. Тагир крепко поджимает губы и смотрит сквозь меня.

Не признаёт моего вмешательства. Благодарить тоже не собирается.

– Мне лучше уйти, – сбрасываю тяжёлую руку Валида.

Выворачиваюсь из этих тисков и убегаю прочь. Бросаюсь на кровать навзничь и только потом начинаю горько рыдать.

Вот такая благодарность головореза! Нулевая…

К чёрту его. В самое пекло! Пусть горит в огне своей ненависти. В моей голове даже мелькает мысль о самоубийстве. Потому что моя жизнь – сплошные мучения и сердечные травмы. Одна накладывается на другую и скоро я стану просто комком боли.

Нарыдавшись вдоволь, я засыпаю глубоким сном. Как будто мёртвая, я совсем ничего не чувствую. Мне даже снов не снится. Меня будто вырубили, огрев по голове огромным молотом, весом в центнер.

Я засыпаю резко, словно падаю в могильную яму.

Даже просыпаться не хочется.

Но организм даёт о себе знать. Нос щекочет приятным ароматом и чем-то очень сладеньким.

В животе раздаётся голодное урчание. Не выдержав этого, я сажусь на кровати и тру заспанные глаза. Сразу же натыкаюсь взглядом на массивные, раскачанные бёдра мужчины. Сглатываю ком страха…

– Это всего лишь я, – раздаётся голос.

Властный, глубокий и довольный собой. Брат Тагира. Я немного успокаиваюсь. Но тут же начинаю бояться.

Что он делает?! Зачем здесь?! Почему пришёл… Я не нахожу ни одного ответа!

– Тебе нужно поесть, – выдаёт, покашливая, и выпучивает на меня свои глазищи в обрамлении длинных, тёмных ресниц, каждая из которых – словно стрела.

Обзавидоваться можно!

– П-п-п-поесть?

– Да. Я знаю, что ты у постели брата дежурила. Почти двое суток. Теперь сутки дрыхнешь, – продолжает бандит.

Робко улыбаюсь. Недоверчиво качаю головой.

– Сутки?! Быть такого не может.

– Тем не менее, это так и есть!

Бандит суёт мне под нос телефон. С датой на главном экране. Я охаю. Мамочки! Он прав! Я продрыхла больше суток.

– Ужас… Как же так?!

– Переутомление. В общем, тут завтрак.

Головорез машет рукой. У него такой огромный кулак, как дыня! Съёживаюсь, подумав, что он мог меня этим кулаком насмерть забить…

В комнате появляется Алёна. С подносом. На нём стоит свежая ароматная выпечка, яичница-глазунья, свежий салат и большая кружка какао. Пир горой!

Алёна опускает это великолепие на тумбочку.

– Я буду в коридоре, если понадоблюсь, – говорит мне с улыбкой сочувствия. – Зовите.

Алёна уходит. Я остаюсь один на один с братом Тагира. Я хочу есть, но неужели он будет сидеть и смотреть?!

Его тёмный взгляд это подтверждает. Он смотрит на меня обжигая. Не отводит в сторону.

Мы оба молчим. Слышится только стук вилки по тарелке. Бандит провожает голодным взглядом каждый кусок яичницы.

– Вы голодны? – не выдерживаю я. – Может быть, попросить Алёну, чтобы она приготовила вам завтрак?

– Голоден.

Губы Валида раздвигаются в медленной, но горячей улыбке. Он смотрит на меня. Говорит хрипло:

– А ты ничего такая. Аппетитная… Щас разглядел.

Он постукивает себя по мощным бёдрам. Я осторожно смотрю на него, опасаясь глядеть на его ширинку. Вдруг там уже… эрекция?

Потому что брат Тагира смотрит на меня горячо, как будто раздевает.

Я краснею. Мне неуютно и… страшно.

С Тагиром я никогда такого страха не испытывала. Но стоит его брату взглянуть на меня и обдать жаром, как я леденею на месте от паники. Судорожно ищу взглядом выход из сложившейся ситуации…

Вдруг Тагир уже мной наигрался?! Решил отдать меня брату?!

Только не это!

Я же умру под этим волосатым здоровяком, у него такие огромные руки, а ноги… как у слона. На нём куртка по швам трещит…

Боязно так, что зуб на зуб не попадает. Я держу кружку у рта и клацаю по ней зубами. Какао уже выпито, но я цепляюсь за кружку как за спасительный круг.

– У меня давно не было женщин, – горестно вздыхает и смотрит на меня. – Я бы с тобой… – усмехается. – Помял эту кровать. Хорошенько…

– НАХУЙ ПОШЁЛ!

От громкого крика я вздрагиваю всем телом, роняю кружку на пол. Она мгновенно разбивается на осколки.

В дверях стоит Тагир. Перевязанный бинтами, ещё бледный и ослабевший. Но в его правой руке зажата пушка. Он нацелился ею на брата…

– ИДИ НАХУЙ! Пока цел… – добавляет тише. – Мою бабу не трогай. Свою ищи. Ясно?!

– Твою?

Валид задумчиво гладит бороду, глумливо прыскает:

– Я не понял, что это твоя баба. Думал, она как прислуга в этом доме.

Тагир делает несколько шагов в комнату. Ком в горле застревает так, что я даже дышать не могу. Просто остолбенела и приросла к кровати задним местом. Я… не могу пошевелиться. Меня гипнотизирует чёрный ствол в руке бандита. Смерть… На его дуле может находиться и моя смерть, и смерть Валида.

Тагир останавливается возле кровати. Поворачивается в мою сторону. Чёрный, испепеляющий дотла взгляд падает на меня сверху. Он придавливает меня к кровати ещё сильнее, окончательно лишая остатков воли.

Боже! Всё-таки он решил убить меня! Чтобы между братьями не было раздора. Наверное, Тагиру надоело играть в месть. Теперь всё будет кардинально и жёстко.

Игры кончились.

Сейчас я умру.

Я как последняя трусиха, зажмуриваюсь от страха. Вся жизнь должна пролететь перед моими глазами. Но я лишь трясусь от страха, перед глазами чернота и одна мысль: хочу жить! Жить хочу и быть любимой… Горячо и страстно! Что эта за жизнь такая, если меня никто не любил?! Пустая и бесполезная… Как жаль!

Но вместо выстрела и грохота, вместо смерти на меня обрушивается… горячий, глубокий поцелуй. С языком.

Тагир властно таранит мой рот, трахая его своим. Он долбит меня почти до глотки, сосёт язык и таранит пещеру рта всюду. Как будто устанавливает свои права. Он как голодный, алчный зверь, пожирающий свою добычу. Он смакует мои губы, доводя до умопомрачения. Я таю под его напором, разбиваюсь на пылинки от удовольствия.

Робко и осторожно целую Тагира в ответ.

Он с рыком углубляет поцелуй. Настоящее торнадо…

– Так понятно?!

Тагир отрывается. Глядит на Валида с вызовом в глазах и роняет свободную ладонь на моё бедро, как будто подтверждает право собственности.

– Понятно. Именно этой реакции я ждал, – довольно говорит Валид. Через миг он становится серёзным. – Ты идёшь на поправку, брат. Но нужно знать, что нагрузка должна быть умеренной. Не геройствуй. Не ищи…

– Я понял, – обрывает Тагир. – Иди отсюда. Мне нужно поговорить с ней.