Эпилог
Полгода спустя.
Я сидела в плетёном кресле под раскидистой яблоней, наслаждаясь свежим воздухом и солнышком. С губ не сходила мечтательная улыбка, а ладонь лежала на уже заметном животике. Морган должен был вот-вот вернуться с города, куда ездил по делам, и мы сядем обедать. А потом мне обещали поездку на озеро здесь, неподалёку, и я предвкушала уютные часы вдвоём, наедине. Морган сказал, там есть чудная полянка с мягкой травой, и так многообещающе это прозвучало, что при одном воспоминании учащалось дыхание и кровь быстрее бежала по венам. Беременность не сделала меня менее охочей до наслаждения, и как же хорошо, что Морган не из тех мужчин, которые боятся подойти к супруге до самых родов.
Словно в ответ на мои мысли, на плечи легли широкие, тёплые ладони, и около уха раздался родной, бесконечно любимый голос:
– Как поживает моя будущая мамочка, м-м?
Морган приблизился совершенно бесшумно, наклонился ко мне. Я развернулась, моя улыбка стала шире, а рука скользнула на шею мужу, притягивая ближе.
– Хорошо, – кротко отозвалась и добавила шёпотом, потянувшись к его губам. – Я соскучилась…
Он с тихим смехом прильнул к моим губам, и несколько упоительных мгновений мы самозабвенно целовались, позабыв обо всём на свете, а потом Морган легко подхватил меня на руки и понёс к дому, покрывая щёку лёгкими поцелуями.
– Я тоже, малышка, – мурлыкнул Морган и потёрся носом о висок. – Поэтому сразу после обеда намерен похитить тебя до самого вечера и заниматься очень неприличными и даже развратными вещами, – выдохнул он, и следующий поцелуй пришёлся в уголок губ.
Обвив руками его шею, я проворковала, склонив голову к плечу:
– Звучит очень заманчиво, муж мой. Ничего не имею против, – и первая снова потянулась к нему за следующим поцелуем.
На этот раз, настоящим, долгим и жарким. А о прошлом я даже не вспоминала, оно давно покрылось пылью и хранилось в самом дальнем уголке души, куда я никогда не заглядывала. Мне хватало счастливого настоящего, где я – любимая жена, а скоро стану и матерью. Уверена, моя собственная мать за меня порадовалась бы.