Глава 12

В этот момент нечто большое, холодное, грубое на ощупь и кожистое перехватывает меня поперек, словно беря в кокон.

Рывок назад, и меня заносит в башню обратно, отчего я едва не врезаюсь в колокол. Кожистое крыло демона соскальзывает, а я на ватных ногах просто падаю на холодный камень, прикрывая грудь рукой и волосами. В одном верхнем нижнем белье. Ну, хоть что-то на мне уцелело после глупой попытки наспех изменить ситуацию заклинанием.

Меня бьёт крупная дрожь, а разум проясняется. Так, словно действие неизвестного порошка отступает.

Хватают лишь ртом воздух, пытаясь осознать, что меня кто-то спас. И этот кто-то сейчас складывает графитно-серые крылья и набрасывает мне на плечи черный пиджак униформы.

– Эдемия вас всех затяни, – вздыхает шумно Рэйверт. – Я с ними согласен лишь в одном: не время заканчивать гонку. 

Я поднимаю взгляд и равнодушно смотрю на демона, спасшего меня сейчас от позора. Единственное, что способно сейчас пробудить во мне только одно чувство – чувство страха, – это выступ башни. Я не чувствую холода, я не чувствую ничего, кроме раскаляющей душу, режущей острой ненависти ко всем тем, кто причастен к этому сумасшествию, к этой бешеной Гонке. И Драмор - один из них.

– Чего тебе, Рэйверт? - хмурюсь, ожидая, что брюнет что-то вытворит тоже.

– Кто это сделал? Чей голос ты слышала? – в глазах наследника демонического престола клубится злость, которую Рэйверт маскирует за невозмутимостью.

Но я немного умею читать по глазам... Научилась на моем опекуне, пока жила под его крылом.

– Я не знаю. Почему ты меня спас?

– Иммунитет? – предлагает вдруг тот с ленцой, смотрит сверху вниз, склонив голову набок. 

Руки спрятаны в карманах брюк, а рукава неизменно черной рубашки закатаны до локтей.

Он лениво склоняется над выступом и мрачно смотрит вниз. И игнорирует мои вопросы.

Доносящиеся разочарованные выкрики и возгласы в мгновение стихают. И наступает жуткая тишина.

– Зачем тебе это? – без интереса спрашиваю, сильнее кутаясь в его пиджак, и охватываю себя за плечи руками крест-накрест. Зубы стучат от холода. А меня трясет от злости.

– Растянуть удовольствие. Я же ещё не в Гонке, – оскаливается демон, но глаза - лгут. Он прячет за этим нечто иное. Но что?

Я поднимаюсь с камня и подхожу к парню.

– Так что тебе мешает вступить в нее? Хочешь подольше посмотреть на издевательства над человечкой?

Голос мой даже не дрожит, на радость и гордость мне. Он просто звучит ровно, почти безлико.

И зубы стучат. Но это мелочи.

– У тебя белая энергия, Лина. Знаем только я и Грэмсворт. Ректор не в счёт. Поэтому в качестве форы я предлагаю тебе иммунитет на ближайшие дни.

Изгибаю бровь. Всё дело в энергии? Так мелочно?

– Хочешь попробовать вкусить белой энергии, верно? Поэтому твое предложение об иммунитете выглядит так жалко, – бормочу я, ощущая, что больше не испытываю ни грамма страха. Только злость и желание показать зубки. – Но подача красивая...

– Жалко выглядит сейчас только одна адептка, на плечи которой я пожертвовал свой пиджак, – спокойно и размеренно говорит парень. – Мое предложение не касается твоей энергии. 

– Иммунитет... – тихо переспрашиваю. – Говори начистоту.

– Я привык, что все самое уникальное и лучшее – мое. Обладать человеком с белой энергией – это как... Почти как оргазм, – оскаливается Рэйверт, а в изумрудных глазах ожидание реакции, провокация. – Поэтому я хочу тебя. Целиком и полностью. Чтобы ты принадлежала мне. Предлагаю тебе это вне Гонки. И пока ты думаешь над моим предложением, я готов обеспечить тебе иммунитет на ближайшие дни.

Падать в обморок при сказанном им слове на букву "О" я не собираюсь. Не в таком состоянии.

– Обладать человеком. Как вещью, да? – улыбаюсь тускло. – Тогда чем отличается то, что ты предлагаешь, от того, что меня только что под воздействием склоняли сделать?

– Тем, что твои проблемы буду решать я. Проблем с другими адептами у тебя не будет, человечка. Никто даже посмотреть на тебя без моего разрешения не посмеет. Более того, во всем Тартаресе у тебя пожизненный иммунитет.

– Даже Грэмсворт не посмеет? – хмыкаю я.

– Даже.

– И что я должна буду сделать за иммунитет аж на несколько дней? – Отвожу взгляд к колоколу, пытаясь угадать условия сделки с Рэйвертом.

Этот иммунитет даст мне передышку. Даст мне возможность обдумать все и либо решиться уйти из академии и влачить жалкое существование подавальщицы в деревенской таверне, либо...

Либо я наберусь смелости и найду способ показать зубки. Но становиться вещью демона, трофеем, которым он будет всем хвастать из-за моей энергии, я не хочу.

Не к месту вновь вспоминаю слова моего опекуна о моем замужестве, если вылечу из академии. 

Нет уж, за престарелого герцога девяноста лет я точно не пойду! Я должна продолжить обучение!

Демон делает пару шагов к краю и вновь выглядывает вниз. Выдерживает паузу. Затем обходит меня со спины, и его вкрадчивый низкий голос звучит мне практически в шею:

– У меня ни на одну из местных девиц больше не стоит без воображения о твоём блондинчатом светлом лике. Понятия не имею, что это за хрень, но мне это не нравится. С тебя потребуется ночевать в моей комнате, пока я разбираюсь с этим наваждением.

– Просто ночевать, да? – нервно бормочу я.

Короткий смешок служит мне ответом.

– Просто ночевать, Лина. – Рэйверт направляется к противоположной части башни.

– Даю тебе пару дней на раздумья.

– Что это был за порошок? Кто это сделал? – бросаю вдогонку парню, с волнением ожидая ответа.

– Тот, кто теперь до конца своей никчёмной жизни будет ходить под себя, – мрачно изрекает Рэйверт, расправляя крылья. 

В один широкий шаг поднимается на выступ башни и шагает вниз.

Слышен лишь мягкий шелест раскрытых демонических крыльев.

Прислушиваюсь к себе и ощущаю мандраж. Странную теплоту, разлившуюся по телу от слов демона.

Вот вроде он жестокий, бесчеловечный, но... Не могу сказать однозначно, плохой ли он, как все они.

Пальцами сминаю ткань его пиджака. Он пахнет свежестью, с примесью чего-то волнующего, грубого. Этот аромат парфюма пьянит и вызывает мурашки по коже. Как и сам владелец этого аромата. И это успокаивает. Этот запах, он словно кажется таким близким, нужным.

– Лина, я долго ждать буду? – доносится насмешливый голос Рэйверта. 

Поднимаю глаза и вижу на его лице ухмылку. 

А я-то, дура, думала, он вниз полетел. А он стоит на выступе.

Щеки обдает румянцем. Надеюсь, не видел, как я нюхаю его пиджак!

Он протягивает руку ладонью вверх.

– Я лучше ногами, – бормочу я смущённо.

– Предлагаешь мне взять твои ноги в свои руки? – дёргает бровями. – Такую позу я ещё не пробовал в воздухе.

 Да как же он бесит своими издёвками!

– Давай быстрее. Иначе возьму тебя сейчас силой, – хрипло смеётся Рэйверт.

Я не могу перебороть себя. Не могу взять и довериться демону, продолжаю ощущать подвох. После всего, что произошло со мной несколькими минутами ранее.

Демон теряет терпение быстрее, чем я решаюсь. Он слегка склоняется и подхватывает одной рукой меня под колени. Другая его рука придерживает мою спину.

Я рукой обвиваю его шею, второй держу пиджак, пытаюсь застегнуть хоть на одну пуговицу.

– Это уже оскорбление, – с ноткой веселья произносит Рэйверт. – Считать, что я не видел женского тела.

Совладав с пуговицей, хватаюсь второй рукой за его шею. Прижимаюсь щекой к груди демона и... чувствую спокойные, сильные удары его сердца.

И тут же нас настигает пара секунд свободного падения. Такого, что аж дух захватывает!

Драмор ставит меня на ноги прямо возле входа в общежитие. Делает это аккуратно, бережно, словно ставит хрустальную вазу.

Шелест кожистых крыльев, и они исчезают за спиной демона. Рэйверт уходит по направлению к внутреннему дворику, кинув взгляд на доску с Гонкой.

Перед ним ожидаемо расступаются адепты. Всё, что я успеваю услышать перед тем, как войти в общежитие, – лишь его голос, наполненный сталью:

– Где сейчас Азраил?

– Вроде был у бассейна, Рэй, – отвечает какой-то старшекурсник.

 Когда дохожу до своей кровати, то просто падаю на нее, мечтая забыться сном. Чтобы всё произошедшее оказалось в далёком прошлом.

На пиджаке Рэйверта красуется нашивка с его именем, номером курса и факультета. 

Этого достаточно, чтобы встречаемые мною на пути адепты быстро отводили глаза.

В окне через несколько минут замечаю, как в таблице вычеркивается имя некоего Азраила. И подпись, что тот вышел из гонки внезапно по состоянию здоровья.

***

Рэйверт Драмор 

Мои шаги эхом разносятся по коридору. Гремящие магические цепи, что вьются вокруг меня, отлетая на метр, вынуждают адептов прятаться, отскакивать, запрыгивать на подоконники и Эдемия разберёт, что ещё делать.

Уговариваю себя не разнести здесь всё к Эдемии. Не спалить до тла каждого, кто причастен к этому безумию.

Но больше всего стараюсь не спалить самого себя ненужной и неуместной ненавистью к собственному бессилию. 

Тот, кто воспитал меня, вырастил, посчитает эту человечку за мою слабость. А моя дорога и без того усеяна жертвами, к счастью, немногочисленными.

Но Лину будет жалко больше всего.

Маленькая, нежная, чистая и невинная человечка... Она в этой академии, сотканной из самой Тьмы, как яркий луч Света. 

Молча стискивать зубы и наблюдать, вмешиваться лишь в крайней необходимости - всё, что мне дозволено. ДОЗВОЛЕНО ИМ. 

Грэмсворт бы с радостью сдал меня и мою слабость. Но тогда и он лишится своей цели. 

Если отец узнает о человечке, он ее живо ликвидирует. Он всегда поступал так со всем, что меня когда-либо по-настоящему интересовало. И здесь я не могу рисковать этой нежной девочкой. 

– Рэй? – На пути встаёт Азраил.

В мгновение цепи, словно смертоносные змеи, опутывают Азраила и в секунду сжимаются, готовясь раздавить его внутренние органы по моему приказу.

Цепи швыряют Азраила о стену и приковывают его к ней спиной.

– Рэй, – хрипит демон, в его глазах застыл вполне обоснованный страх.

– Чья идея? – спокойно спрашиваю.

– Ты... о чем? – слова ему даются с явным трудом.

– О девчонке.

– Моя, – хрипит Азраил, руками цепляясь за одну из цепей, что сдавливают его горло.

– Не скажешь своему капитану? – дёргаю бровями.

Никто даже не вздумает вмешаться. Разумеется, своя шкура дороже.

Азраил только хрипит раздражающе жалобно:

– Моя... Я сам... Думал, будет... весело...

– Когда я выйду из себя, то тогда весело станет уже мне, Азраил, – оскаливаюсь в ответ.

 Цепи опадают за секунду до того, как Азраил теряет сознание, а ко мне подскакивает декан некромантов.

– Адепт Драмор! К ректору живо! – рявкает тот.