Глава 18

– Адептка Саймонс, задержитесь, – велит преподаватель Лэнс.

Адепты расходятся, не забывая меня одаривать многозначительными взглядами, наверняка думая, что мы здесь с магистром будем непотребствами заниматься.

Я спускаюсь к кафедре с дальних рядов аудитории, дождавшись, когда все выйдут. 

– Вот, держите. – Протягивает мне цепочку, на которой висит белый кристалл, обрамлённый в серебристую витиеватую окантовку. – Это поможет вам, пускай и немного, но поможет. Носите это на шее, не снимая. Воздействовать никто не сможет. Так же нейтрализует яды, действия испарений и некоторых порошков. Но помните: если темный маг или демон имеет высокий статус силы и энергии, то вас это может не спасти. Особенно если речь идёт о Верховных.

– Спасибо большое. – Прижимаю к груди кулон. Затем тут же надеваю и поправляю, пряча его под рубашку.

– Вы прочитали доклад? – интересуюсь, ощущая благодарность и безграничное доверие к магистру.

– Да. – Димитриус Лэнс поправляет очки, и вдруг от него поступает предложение, от которого я точно не стану отказываться: – Хотите, я помогу вам освоить вашу энергию?

– Хочу! – мгновенно реагирую я, ощущая, как от радости сердце ускоряет темп.

– Тогда с завтрашнего дня мы начинаем наши тайные занятия на ежедневной основе, – улыбается преподаватель. – Предупрежу сразу: будет тяжело и трудно. Вы постигаете уникальную энергию. Будете учиться ее вплетать и применять при необходимости.

Магистр зельеварения достает небольшую тетрадь из самого нижнего ящика, открывает ее.

– В академии я очень увлекался зельеварением и изучением энергий. Здесь я собрал всё, что известно о белой энергии и ее воздействии на заклинания, силу других и силу ее владельца. – На его лице сияет мягкая улыбка. – Кажется, я ждал этого часа всю свою жизнь.

Мы пускаемся в теоретическую часть работы над изучением моей энергии. 

– Аделина, я настоятельно рекомендую вам провести самостоятельно ритуал защиты. Он есть в том фолианте, что вы изучаете. Он нацелен на конкретных представителей демонической расы, – поджимает губы профессор. – Думаю, это может вам помочь. 

***

Я вновь беру ту красную книгу из закрытой секции. С благоговением вчитываюсь в каждую строку и, найдя необходимый ритуал, кропотливо и старательно выписываю символы. Тренируюсь чертить их в воздухе, а затем повторяю на пергаменте, выводя остриём пера символы.

Здесь описан ритуал с белой энергией и защитой ее от определенных личностей. Вернее, здесь можно внести имена и слепок чужой магии, если ко мне были их касания.

А также этот ритуал позволяет обезопасить себя от воздействий на разум и от иного влияния демонов и темных магов.

Наношу нужный иероглиф тонкой линией на часть кристалла и вкладываю в этот иероглиф два имени: Рэйверт Драмор и Тайрэн Грэмсворт. 

Это крохотный ритуал, который, вполне возможно, сработает. 

Пытаюсь вытянуть немного белой энергии, и кристалл внезапно начинает мерцать, будто бы становясь светлее, ярче. 

Сработало! Значит, от воздействий этих двух я тоже могу быть защищена!

Озираюсь по сторонам: в этой части библиотеки никого нет. Выдыхаю облегчённо и пытаюсь унять дрожь в теле и мыслях. Два дня меня никто не трогает. Драмор не проявляет себя, как и Грэмсворт. Уповать на то, что меня вдруг оставили в покое, я не могу.

Дождавшись времени закрытия библиотеки, когда здесь почти никого не осталось, я выхожу из своего укромного места. За окном уже практически ночь. Лишь тусклый свет фонарей освещает небольшую площадь внутреннего двора академии. Льёт дождь, барабаня по окнам, а адепты наверняка прячутся в комнатах. Значит, мне удастся вновь избежать неприятностей...

...так думала я до того, как вышла в общий холл главного корпуса. 

В конце этого коридора, ведущего во внутренний двор, к общежитиям, там, где маячит свет от фонарей, появляется темный силуэт. И сердце сжимается от волнения. Но я не сбавляю шага, надеясь, что амулет не подведёт.

Поравнявшись, замечаю, что Рэйверт стоит спиной ко мне в расслабленной позе и смотрит, как по стеклу двери сползают капли дождя.

Зябко ежусь, понимая, что придется заговорить первой, чтобы пройти во двор. И ливень уже не вызывает опасений. Их крадёт этот демон.

– Можно я пройду?

– Нет, конечно, – ответом мне служит холодный тон.

Брюнет разворачивается ко мне. В изумрудных глазах, что в темноте становятся почти неразличимого цвета, трудно угадать хоть одну эмоцию. И это пугает ещё больше...

Он делает шаг ко мне, а я, испугавшись неизвестно чего, инстинктивно шагаю в сторону и прилипаю спиной к стене. 

Рэйверт выставляет обе ладони по бокам от моей головы.

Его мрачный, тяжёлый взгляд упирается в мои глаза.

– Это ещё что такое? – Взгляд Рэйверта опускается ниже, в зону моего декольте.

Там кулон.

Затем демон хрипло смеётся, а потом недобро и даже плотоядно оскаливается.

– О чем ты? – стараюсь, чтобы голос мой звучал непринужденно. Не мог же он заметить кулон!

– Что за ерунда на твоей шее, спрашиваю?

Заметил. Шумно выдыхаю и признаюсь нехотя:

– Амулет. 

– Это оскорбление для меня, Лина. Ты всерьез думаешь, что я низший демон или жалкий темный маг? – Он дёргает бровями, и от этого взгляд становится насмешливым.

На что я рассчитывала, действительно.

– Ты ведь сам говорил, что вступишь в Гонку, – возмущённо отвечаю, но выходит несколько обиженно. 

– И ты думаешь, этот кусок камня тебя спасет от меня? Иммунитет больше не нужен, смотрю?

– А что мне было делать? – повышаю я голос, ощущая саднящее чувство беспомощности и необратимости.

Бью ладонями по его груди, лишь бы отошёл. Но... это только раззадоривает его. А я не могу признаться, что как дура теперь хожу, вспоминая поцелуй. Губы, кажется, до сих пор пылают от его касаний. Не хватало мне ещё влюбиться в того, кто насмехается надо мной. Я же для него значу не больше, чем подопытная букашка.

Драмор втягивает носом воздух и внезапно упирается своим лбом в мой.

– Проклятье. Ты такая маленькая, нежная, хрупкая и такая аппетитная, – хрипло и низко произносит он, мазнув носом по моей щеке, почти касаясь губами моего уха и пробуждая мурашки. – Но теперь ты сама себе подписала приговор. Меня раздражает, когда меня недооценивают. Я же наплевал на всё, предлагал по-хорошему. А ты вызовы мне бросаешь, малышка.

– Ты же сказал, у тебя безупречное самообладание, – нервно усмехаюсь.

Рэйверт слегка отстраняется, словно давая мне возможность утонуть в изумрудных глазах, которые тут же заволакивает чернота.

– И оно с тобой дало сбой, – тихо выдыхает мне в губы, произнося это с каким-то несвойственным ему сожалением.