Глава 23

Леастер, глядя исподлобья, прижимает к губам мою руку и замирает на миг. Слуги, поставив у окна два больших сундука, тихо ретируются из отведённой мне во дворце короля комнаты. Дверь закрывается с тонким скрипом. В этот миг рядом нет даже Лицины, я наедине с тем, кого недавно считала прекрасным принцем. С тем, с кем нужно держать ухо востро и взвешивать каждое слово.

К кому так отчаянно рвётся сердце настоящей леди Лексии.

— Ты придумала убедительную историю, любовь моя, — отпустив мои пальцы, белозубо улыбается мужчина. — Даже я поверил в служанку, которая так испугалась, что её застали на воровстве, что выбросилась из окна в твоём платье. Восхищён твоей фантазией! Но вот разговор о проклятии ты зря завела.

— Я лишь хотела убедиться, — вкрадчиво говорю я, — что твой план сработал как надо. Ведь я убежала сразу, как открыла шкатулку. А потом меня мучили сны о том, что дракон жив и гонится за мной.

— Даже если жив, не погонится, — уверенно отзывается принц и, заложив руки за спину, приближается к окну. Смотрит во двор и, не оборачиваясь ко мне, продолжает: — Я простил тебе измену, милая. Закрою глаза даже на то, что ты отказала мне в супружеском долге… Но если хоть кто-то узнает о той закладной, я откручу твою тонкую шейку и сделаю из твоей прекрасной головы кубок для вина!

Я судорожно вдыхаю, ощущая, как сердце начинает колотиться о рёбра с невероятной силой. Мысли текут так быстро, что я едва успеваю делать выводы. Шкатулка с редким проклятием, о которой мне не стоило заговаривать с королём, весьма недешёвое удовольствие. И вскользь упомянутая закладная наверняка имеет к этому непосредственное дело.

Как и в моём мире, здесь преступники идут на всё, чтобы получить желаемое. Старое и редкое колдовство стоит дорого. Возможно, настолько, что принцу приходится продать нечто. То, исчезновение чего не приведёт в восторг его венценосного родителя.

Вдруг я единственный свидетель серьёзного преступления? Это делает присутствие рядом с принцем ещё более опасным. Он оставил мне жизнь, но дал понять, что желал бы другой судьбы для «любимой». И лишь страх того, что информация о закладной где-то всплывёт, останавливает Леастера от убийства.

Что же он мог заложить? Какова стоимость подобной шкатулки? И чего добивается принц? Ради чего люди, даже самые богатые и влиятельные, рискуют всем в своей налаженной золотой жизни?

Ради ещё большего.

Денег. Власти.

Чтобы ещё сильнее возвыситься.

Ощущая себя так, будто иду по тонкому льду, а под ним — ледяная вода, которая убьёт меня в мгновение ока, я смиренно складываю руки на животе и обещаю:

— Я буду молчать.

Он оборачивается и, полоснув по мне жёстким взглядом, снова дарит отрепетированную «открытую и искреннюю» улыбку. Я смотрю в совершенное лицо прекрасного принца и вижу голод, который невозможно насытить. Подобные люди были и в моём мире, и после них оставалась лишь изрытая снарядами земля.

Я в который раз осознаю, что передо мной ещё одно чудище. Возможно, пострашнее дракона, потому что уродливая душа скрывается за очаровательным фасадом.

Какие планы у Его Высочества? Что он поставил на кон?

Ещё предстоит узнать.

Мне! Потому что больше некому.

Но этот человек не верит мне, и придётся добиться его расположения. Чтобы выжить самой и защитить этот народ.

Обращаюсь к чувствам настоящей Лексии и тихо говорю:

— Ты же знаешь, я люблю тебя.

Его улыбка перетекает в самодовольную усмешку. Вполне настоящую. О да, он верит — ведь это правда. Пусть и не моя. Металлический холод уходит из небесного взгляда, и мужчина делает шаг навстречу. Раскрывая объятия, шепчет:

— Тогда иди ко мне.

— Нет, — качаю головой. — Я хочу быть чиста для тебя. Потому и попросила у короля время.

— Прекрати! — кривится он. — Дракон не может зачать с обычной женщиной. Потому этих тварей так мало осталось!

— И всё же, — отступаю я. — Дай мне время.

Его верхняя губа приподнимается, будто Леастер вот-вот зарычит, но я неожиданно слышу смех. Принц окидывает меня восхищённым взглядом.

— Ты изменилась! Я думал, ты пугливая лань, но ты показала себя настоящей львицей. И мне это нравится. Возможно, из тебя действительно получится истинная королева…

Он идёт мимо меня к двери и, замирая у выхода, оглядывается.

— Только не потеряй голову, любовь моя. А то не на что будет надевать корону.

Когда принц покидает комнату, сразу кажется, что пространства становится больше. Я наконец могу свободно выдохнуть и осмотреться. Его Величество выделил мне настоящие хоромы! Высокие потолки украшены искусными рисунками, витражные окна обрамлены затейливыми волнами штор. Огромная кровать с тяжёлыми балдахинами усыпана вышитыми подушками.

За резной ширмой я обнаруживаю дверцу в небольшое помещение с медной ванной. Та уже наполнена водой, от которой медленно поднимается пар, и меня скручивает от нестерпимого желания понежиться в ней.

— Леди Лексия, — слышу за спиной звонкий голос Лицины и радостно оборачиваюсь. А заметив рядом с девушкой служанку, которая первой встретила меня в этом мире, не сдерживаю восклицания. — Это Ревон. Его Высочество распорядился отдать её в ваше пользование.

Мне так хочется отдохнуть и подарить себе несколько минут наслаждения, что я позволяю проворным пальцам девушек раздеть себя. После приятной ванны я, чистая и расслабленная, ложусь на кровать и, слушая тихую болтовню служанок, медленно погружаюсь в сон.

Чтобы снова увидеть его.

Тагел.

Мужчина лежит в кровати, на которой спала я, когда жила в его замке. Смотрит на меня, но не видит. Г убы блондина шевелятся, но я не могу понять, что он говорит.

Чтобы расслышать, наклоняюсь ниже.